Если от книги Бестужева-Марлинского впечатления были самые возвышенные, то проза Панаева, напротив, самая приземленная. Автор пишет о современности, о жизненных событиях и обстоятельствах самых обыденных, и о людях вполне обыкновенных, а если и попадается под писательскую руку какой-никакой князь, то вовсе не из тех князей, про кого в учебниках истории пишут, а просто носитель титула, светский человек, и этими определениями он вполне исчерпывается. Скучно ли читать такую книгу? Во всяком случае, не весело, хотя пишет Иван Иванович не без юмора, любит выставить персонажей в забавном или слегка нелепом свете. Если бы Панаев был художником-портретистом и рисовал бы так же, без приятной лести, думаю, у него было бы немного заказов. Скуки всё же нет, читать любопытно, как любопытно бывает порой послушать историю о жизни человека, вовсе мне незнакомого, если рассказчик неплохо говорит и не очень трепетно относится к чужим секретам. Слушаешь иной раз с легким самодовольством и думаешь: вот же как оно у людей бывает, и какие ж дрянноватые характеры встречаются, я так сравнительно с ними вполне хороший человек. Иной раз, правда, и о своих недостатках припомнишь и тут же дашь себе слово исправиться. Вот очень похожие ощущения у меня остались от книги Панаева. 

В сборник входят следующие произведения.

"Раздел имения".  Довольно остроумная зарисовка из сельской жизни. Дамы, делящие банки со старым вареньем и старые мундиры с золотым шитьем, это, право же, забавно.

"Белая горячка". Печальная история молодого художника, его несбыточной любви, и черной зависти к чужому таланту, причем зависть прячется под личиной самой искренней дружбы.

"Прекрасный человек". История о том, как из любимого папенькиного и маменькиного сынка получился "прекрасный" молодой человек, вполне успешный, но самодовольный и бессердечный.

"Барышня". То же, что и в предыдущей повести, только про девушку.

"Опыт о хлыщах". Зарисовки с трех мужчин, которых объединяет желание производить блестящее впечатление на ближний круг и стремление попасть в общество более высокое. Для этой цели используются деньги, свои  и заемные, а так же вообще всякие средства, вплоть до весьма неприглядных. Тут столкнулась с неожиданной для меня трактовкой слова "театрал". В очерке о провинциальном хлыще упоминается общество "театралов" под водительством князя Арбатова. Каждый из этих любителей театрального искусства берет на содержание одну из актрис по своему вкусу. Князь Арбатов помогает актрисам и ценителям прекрасного найти друг друга.

"Очерки из петербургской жизни". Два очерка о дамах не самого серьезного поведения. 

Что могу сказать в итоге. Проза Панаева читается довольно легко. Но это книга, которую я не стала бы перечитывать. Тут нет ни вышины, не глубины, а характеры, которые рисует Иван Иванович, не слишком разнообразны, всех персонажей без труда можно распределить по типам, и таких типажей вряд ли наберется более десятка. Понимаю, бОльшая и даже огромнейшая часть населения как раз и относится к разряду людей обыкновенных, и я в том числе, как ни обидно. Но и каждый из обыкновенных, думается мне, не так-то прост. Сколько раз замечала, что поверхностные суждения о ком-то, кого сразу определила одной-двумя чертами, оказываются при более внимательном подходе неточными, а иногда и вовсе не правильными. Так про одного прежнего знакомца думала, что он парень недалекого ума, потому что не читал того-то и того-то. Но однажды дала себе труд с ним хорошенько поговорить, и увидела, что он видит и понимает всё не хуже меня. И, честно, стало стыдно за свою заносчивость.