Многие читающие, изучающие, работающие и просто живущие рядом с человеком, страдающим пограничным расстройством личности часто задаются вопросом, а почему так происходит. Ну, вот что там внутри заставляет человека вести себя так безответственно и саморазрушительно? 

На этот счет проводилась масса исследований. Пытались определить, что именно «пограничник» чувствует и как он сам себя ощущает. Много на этот счет было написано Отто Кернбергом. Именно он обратил внимание что пограничная личность себя не ощущает непрерывной. 

Более того, человек себя ощущает диффузно и довольно противоречиво. Т.е. другими словами, человек не чувствует четко кто он есть и может совершенно по-разному оценивать себя в разных ситуациях.

Именно, из-за этого нечеткого "я" пограничная личность вынуждена защищаться. Ну если ты не уверен в том, что ты существуешь, то естественный процесс как-то прояснить ситуацию. Окружающие, они кто? 

Это часть тебя или нет? И что они хотят? Вот считаешь так человека частью себя, живешь с ним, в душ ходишь…и вдруг внезапно обнаруживаешь, что в душе кто-то чужой. Ужас! 

Вот вы бы сами как среагировали, если бы вдруг обнаружили рядом с собой в душе чужого дядьку или тетьку. А то еще и не одну. Ну вот так же и пограничник реагирует, когда начинается его черная полоса. 

Вдруг он обнаруживает, что в толпе незнакомцев. Ну, может незнакомцы и добра желают, но вот фиг их знаешь!


 
Защиты у пограничной личности весьма примитивные. Совсем детские. Не дал конфетку – плохой.
 
После Керберга Мак Интири выдвинул свою теорию нарративной идентичности. В кратце, мы сами себя ощущаем в связи с нашими состояниями и переживаниями в прошлом, в том что мы чувствуем в данный момент, и то что мы планируем ощутить и увидеть у себя в будущем. 

Т.е. наша я-концепция это результат нашей жизненной истории. В отношении пограничных личностей было показано, что они не имеют связи между своими я-прошлым, я-настоящим и я-будущим. Не то, что этих я совсем нет и они не помнят что с ними что-то было и не планируют в будущем. Они отдельны. 

Считается, что именно по-этому пограничная личность может во время приступа гнева полностью потерять чувство любви к кому-то. Теряется связь с прошлыми положительными переживаниями. 

У них так же распространено магическое мышление, в частности, что касается собственных мыслей: «Я вот только подумал, и оно произошло». Предыдущие события не имеют связи с настоящим, и единственно, что может объяснить проишествие – предшествующая мысль. 

Вероятно, тяжесть расстройства определяется тем насколько плотно связаны между собой эти временные я и на сколько узкую полоску времени занимает я-настоящее. Если скажем это пара месяцев, то с этим можно недурно жить, а вот если 5 минут, то планирование своих реакций и управление ими выходит за пределы вероятного.
 
Как бы там не было, пограничная личность имеет сильные сомнения в том, кем же она является. Если только отталкиваться от я-настоящего, то это довольно трудно. 

Часто пограничная личность испытывает трудности собственной идентификации в:

• самооценке

• сексуальной ориентации (увидел красивое создание своего пола и задумался, а может я и не гетеросексуал)

• долгосрочных планах (вопрос кем хочу быть, с кем хочу жить и т.пю продолжает звучать всю жизнь )

• отношениях (постоянные изменения желаний – с кем дружить, с кем не дружить, стоит ли влюбляться или нет)

• ценности (то буду духовным, то буду богатым)

Откуда они берут источник вдохновения для вот этих перемен? Часто они присваивают интересы и взгляды другой личности, как свои. Потом они вдруг обнаруживают, что эта часть не их и в отвращении ее выбрасывают в лицо «донора части личности». 

Если пограничник высокофункционирующий, то он довольно продолжительное время может казаться душкой и всем нравиться. Нахватавшись чужих частей личности он нормально функционирует, до тех пор пока не обнаружит, что «в душ пробрались чужие». Дальше всплеск эмоций и агрессия.

Вообще, не сказать, что от этого всего человек счастлив. Хоть из-за разрыва между временными я он не очень четко помнит, что его заводит на скандал и вроде бы, как бы кто-то должен быть виноват, потому, что вот вены порезаны и посуда побита… пограничник чувствует большую часть времени себя отверженным.

Во-первых он не может без других ибо нет своего четкого "я". Ему нужен рядом другой человек, и если его нет – чувство тяжелого одиночества, неудовлетворенности и пустоты.

Во-вторых, за то что жизнь не складывается – возникает чувство стыда и вины, которые порой занимают ведущее место среди всего остального.

В-третьих, пограничники сами себя стигматизируют и делают это более отчаянно, чем люди с любыми другими расстройствами. Они не всегда говорят об этом другим, но чувство, что даже если все вокруг гады, то я все равно несчастлив постоянно присутствует.