Зима, аномальные морозы и предпраздничная шопоголия надоели. Хочется светлого, красивого и романтичного. Поэтому поговорим о слове, которое от слишком частого использования истончилось, испортилось и почти утратило всякий смысл, но которое все еще существует в нашем языке. И в нашей жизни тоже, ведь если мы видим означающее, то неизбежно есть и означаемое, не будем спорить с лингвистами. Это слово, конечно, любовь.

Еще в раннем детстве я влюбилась. То есть может я и влюблялась в Петю из своей группы в детском саду тоже, но это не считается, сейчас не об этом. Я влюбилась в миф о Прометее. Именно в миф, потому что самого Прометея я не знала близко, но, судя по его родичам олимпийцам, он мог вполне обладать отнюдь не сахарным характером. Однако какая история! И шли годы, но даже после прочтения статьи из журнала «Здоровье», где говорилось о том, как вредна термически обработанная пища, и терзание печени благородного титана клювом орла – прямое следствие мяса, поджаренного на огне, не смогла разлюбить этот миф. Потому что то, что он сделал, казалосьправильным, потому что он так сделал, потому что любил людей. По этой же причине мне никогда не нравился Иисус – на фоне Прометея он казался пафосным и ненастоящим. Одно дело – дать людям возможность познания, а совсем другое – спасать, когда никто и не просил, и вообще, зачем кого – то спасать, люди что, сами не справятся? Вот с примерно такими рассуждениями маленькая девочка и вступила на путь, по которому идем все мы – познать, что есть любовь.

А потом искры Прометеева огня нашлись не на страницах мифов, а в реальной жизни. Нашлись в томиках с названиями «Лермонтов. Полное собрание сочинений» цвета индиго с золотыми полосками, «Полное собрание сочинений Пушкина» - цвета охры, и многих других.

Поэты, в отличие от писателей – прозаиков, не могут рассказать, что такое любовь. Зато они могут показать. Поэзия это такая магия, по сравнению с которой и управление реальностью по Зеланду – просто прикладная отрасль для кухонного использования. Один в книге «Мой Рагнарек» говорит - Я не безумец. Это ты не видишь дальше собственного носа, Паллада. Знала бы ты, сколь причудливые вещи случаются во Вселенной, когда хороший скальд переплетает слова, обратив лицо к небу!

В отличие от прозы, которая вызывает желание рефлексировать, над поэзией рефлексировать тоже, конечно, можно, но затруднительно и необязательно, особенно если вы не лингвист и не литературовед. Строчки великих поэтов воспринимаются нашей душой напрямую, стихотворения, если хотите, один сплошной сборник инсайтов.

Например, об основе любви к себе – не-сравнения себя с другими, написано много психологических статей. Простая логика – будешь сравнивать, всегда найдутся те, кто хуже, да. Но и те, кто лучше – тоже, а значит, невроз тебе обеспечен. Только как – то это себялюбиво и мелковато, все – таки. А Мандельштам сказал одной строчкой:

Не сравнивай: живущий несравним.

Все понятно, все очевидно, все просто… Хотя и нелегко, но «просто» и «легко», как известно, разные вещи.

Все ответы существуют. Нужно только уметь их увидеть. Блок писал: «Таков мой путь, я твердо уверен… что все стихи вместе - «трилогия вочеловечения» (от мгновения слишком яркого света - через необходимый болотистый лес - к отчаянию, проклятиям, «возмездию» и - к рождению человека «общественного», художника, мужественно глядящего в лицо миру». Это о любви к себе. И о любви к Родине тоже сказано много, но все – таки что они говорили о любви нашей, земной, о которой все мечтают, которую не все находят, но всегда надеются, пусть и где – то совсем глубоко в душе, не решаясь порой признаться и самим себе?

Вот тут и начинаются сложности, потому что показания наших любимых поэтов расходятся. Причем в рамках одного и того же тома мы встретим и отчаянно-подростково-пылкое:

И так я слишком долго видел

В тебе надежду юных дней,

И целый мир возненавидел,

Чтобы тебя любить сильней.

И почти библейское:

Не за свою молю душу пустынную,

За душу странника в свете безродного;

Но я вручить хочу деву невинную

Теплой заступнице мира холодного.

Но любим ли мы, когда чувствуем так? А чувствуем мы так часто, даже если и выражаемся в совершено другой форме. Обвиняем партнера – «и так пожертвовал я годы твоей улыбке и глазам» - ничего не напоминает? Принижаем себя, такого «странника в свете безродного», возводя партнера на пьедестал. Вселяем чувство вины, навязывая свою «любовь»:

Всё равно

любовь моя -

тяжкая гиря ведь -

висит на тебе,

куда ни бежала б.

Дай в последнем крике выреветь

горечь обиженных жалоб.

На каждое наше невротическое состояние найдется свое гениальное творение, и несть им числа. А вот про «здоровую» любовь взрослого человека, как я ее понимаю, уже гораздо меньше.

А она такая, которая не тонет и не горит, не зовет и не гонит, и лучшее ее выражение мне встретилось у Пастернака:

Любить иных - тяжелый крест,

А ты прекрасна без извилин,

И прелести твоей секрет

Разгадке жизни равносилен.

Весною слышен шорох снов

И шелест новостей и истин.

Ты из семьи таких основ.

Твой смысл, как воздух, бескорыстен.

Легко проснуться и прозреть,

Словесный сор из сердца вытрясть

И жить, не засоряясь впредь,

Все это - не большая хитрость

От него не идут мурашки по коже, как от «Лилички» Маяковского, и не отдает таким благородством, как от Пушкинского «Я вас любил», и нет такой безумной красоты как у «Среди миров» Анненского, но оно именно о любви как она есть. Может быть потому, что в нем нет бесконечного «я», про которые сказано:

И нет конца и нет начала

Тебе, тоскующее я?

Может быть, только так и можно найти любовь – отвлечься, наконец, от себя, своих «высоких чувств», своего «меня никто такого прекрасного не любит», канонического «все мужики – козлы», и обратить внимание на душу другого человека. И что-то такое в ней найти, чего и словами не описать, так, чтобы как на одном форуме написали: «Да она мне любая нравится. Умом только не пойму иногда, за что. В хозяйстве почти бесполезна, денег не приносит, а жить без нее не возможно уже 15 лет. Просто душа у неё светлая - вот и тянет меня гада» - ну или как у Пастернака «твой смысл, как воздух, бескорыстен».

А потом осознать, что любовь все-таки смысл имеет и результат ее – проснуться и прозреть, а особенно тот самый сор из сердца вытрясть и удивляться, как в семнадцать лет ты с пеной у рта доказывал, что свободный брак - это есть хорошо и правильно, или говорил маме – как ты столько лет с папой можешь жить, это же скучно - все время быть с одним и тем же человеком. И понять, почему родители хитро улыбались в несуществующие усы и говорили – «вот вырастешь, поймешь». Только для этого действительно нужно вырасти, и тогда любовь, прав был Пастернак – вовсе и «не большая хитрость».

Иногда для этого потребуются годы, а то и жизнь, в конце концов, она и есть наша единственная возможность как следует попрактиковаться в искусстве любви.

А голос пел: Ценою жизни

Ты мне заплатишь за любовь!

«А жизнь - не чрезмерная цена за возможность как следует попрактиковаться? - Это нормальная цена. Обычная. Ты и сам это знаешь» (с). Спросите у Прометея.

Автор Евгения Асанова