1 июля 1931 года в Праге родился Станислав Гроф, психолог и психиатр, автор метода холотропного дыхания. Станислав Гроф — без преувеличения, Фрейд XXI века. Живой классик. Некоторые даже полагают, что Гроф — основатель новой религии, которая позволяет своим адептам избежать физической смерти.

На самом деле всё не так фантастично: просто он даёт людям возможность вспомнить обстоятельства своего рождения. И видит в этом будущее психиатрии, а шире — вообще духовной эволюции человечества, которое, по его мнению, зашло сейчас в тупик.

Он до сих пор лично даёт тренинги по всему миру (недавно прошёл такой тренинг в Москве — «Приключение открытия себя») и преподаёт в Калифорнийском институте интегральных исследований. Выглядит он намного моложе своих 80 лет. На сеансах так называемого «холотропного дыхания» Гроф заново «рождался» более четырёх тысяч раз. Именно такое количество сеансов провёл психиатр-новатор за свои более чем 45 лет практики. Тысячи раз возвращался в сознание новорождённого — может, потому и выглядит так молодо?

Гроф написал более десяти научно-просветительских книг, создал успешно функционирующую Международную трансперсональную организацию, подготовил более ста тысяч сертифицированных преподавателей… Его тренинги посетили миллионы человек по всему миру. Обладатель высших научных степеней и престижных наград, Гроф является, кроме того, весьма состоятельным человеком. Казалось бы, можно уже «выйти на пенсию» и почивать на лаврах! Но нет.

Одна из книг Грофа называется «Неистовый поиск себя» (1990): вот, кажется, то, что он реализует на своём примере, — «вечный бой» с тенью, поиск совершенства. Но если разобраться, в системе Грофа пресловутый «неистовый поиск себя» — проблема, стоящая лишь перед духовно раздробленными личностями, и то лишь до излечения. В ходе практики она переходит в стоящую перед психически здоровыми людьми другую задачу — сверхзадачу расширения сознания, духовной эволюции. И первым этапом в этой борьбе, которую Гроф со свойственным ему оптимизмом называл «приключением», должно стать преодоление невидимой «последней границы» — барьера человеческого, за которым лежат таинственные области, о которых мало что можно поведать словами, кроме того что «здесь могут водиться тигры», как в известном рассказе Р. Брэдбери.

Как отмечает Гроф по итогам своих собственных «путешествий» в бессознательное (или, точнее, «сверхсознательное») и наблюдений за тысячами «путешествий», предпринятых его пациентами, выйти за этот предел позволяют три состояния: приём ЛСД (который является нелегальным наркотиком), предложенная Грофом методика холотропного дыхания и психодуховный кризис, или «духовное обострение». Общим для этих трёх ситуаций, как пишет Гроф в предисловии к книге «Зов ягуара» (2001), является то, что они вызывают необычные состояния сознания, в том числе тот их подвид, который он называет «холотропными», то есть запредельными, в отличие от обыкновенного опыта, который он называет «гилотропным», то есть земным.

Гроф отмечает в «Зове ягуара», что в психоделической терапии (в настоящее время запрещённой, но бывшей легальной в молодые годы Грофа) такие состояния вызывались приёмом психоактивных препаратов, в том числе ЛСД, псилоцибина, мескалина, триптамина, производных амфетамина (ДМТ, экстази и др.). В методе холотропного дыхания, разработанного Грофом и его женой Кристиной в 1975 году, для изменения сознания применяется сочетание так называемого связанного дыхания (когда между вдохом и выдохом, выдохом и вдохом не делается паузы) и музыки, вводящей в состояние транса (часто этнической, трайбл: африканские барабаны, тибетские трубы и т. п.); иногда дополнительно применяется работа с телом. В случае «духовных обострений» холотропные состояния возникают самопроизвольно, отмечает Гроф, и их причины обычно неизвестны. Таким образом, третий метод — неконтролируемый, первый — нелегальный: остаётся только холотропное дыхание.

Гроф проводил свои исследования на протяжении более сорока пяти лет. Начал он с опытов с ЛСД. После открытия психотропных свойств препарата в 1943 году некоторое время предполагалось, что он вызывает симптомы, аналогичные шизофрении (и поэтому рекомендовался для приёма врачам-психотерапевтам), но впоследствии эта гипотеза была опровергнута. После запрещения этого препарата в США в конце 1960-х Гроф стал применять в своих исследованиях метод специального холотропного дыхания, в котором активно использовал опыт, полученный в ходе экспериментов с психоактивными препаратами (в том числе меры предосторожности).

Возможно, прототипом специфического дыхания, используемого в холотропном методе, было учащённое дыхание пациентов Грофа под ЛСД — в случае когда всплывшая из глубин подсознания проблема не могла быть сразу проработана, интегрирована в здоровую психику. Такое дыхание помогало им оставаться в расширенном состоянии сознания и разряжать тот психологический материал, который проявлялся в виде неприятных симптомов. Так «бэд трип» превратился в метод психотерапии.

Гроф никогда об этом не говорил, но естественным выводом из его медицинской практики может стать предположение — только предположение — о том, что сам Гроф, возможно, находился под действием ЛСД, когда изобрёл свой холотропный метод. Подобным же образом, например, лауреат Нобелевской премии за 1962 год Фрэнсис Крик открыл под воздействием ЛСД знаменитую двойную спираль молекулярной структуры ДНК. Так или иначе, опыты Грофа с ЛСД относятся к периоду, когда этот препарат был совершенно легален.

Исследования в сфере психоделической терапии и личный опыт холотропного дыхания позволили Грофу сделать открытие, что за «последней границей» человеческого сознания — сознанием эмбриона — не стоит глухая стена (как может предположить материалист, исходя из предположения, что человеческая жизнь ограничена промежутком между зачатием и смертью). За этой «стеной», как выяснил Гроф, тоже есть жизнь, точнее, много форм жизни. Там лежат «сверхчеловеческие» миры, где время и пространство, ограничения памяти мозга и вообще текущего человеческого рождения перестают быть сдерживающими факторами. А именно — перестают сдерживать то, что всегда живёт внутри нас и ведёт свой «неистовый поиск» и до, и после нашей физической смерти. В некоторых философских и религиозных системах это «что-то» называется «душа», «сознание», «истинное Я».

Но даже не это, эмпирическое, доступное каждому доказательство существования пресловутой «жизни после смерти», самое удивительное в опытах Грофа. Главное, с высоты духовного, сверхчеловеческого сознания становится очевидно: границы человеческого и те психологические барьеры, которые вызывают различные патологические эффекты, не дающие человеку стать собой, а затем пойти дальше, возвыситься над собой, — границы эти создаются не прихотью судьбы и подпитываются не чьей-то злобной волей, а самим человеком — точнее, его ложной, ограниченной самоидентификацией.

То есть получается, мы сами — изо всех сил — держим запертыми свои «двери восприятия», не давая войти в них истинному здоровью, процветанию и свободе. Как говорил своим ученикам Г. Гурджиев, как писал в своих книгах К. Кастанеда — и как доказывает своей медицинской практикой Гроф, — человек тратит на поддержание своих психических барьеров очень значительные силы (намного большие, чем он может себе позволить!). И эти силы можно использовать гораздо более рационально и выгодно. Например, эти силы, которыми человек держит свои «двери восприятия» на замке, могли бы помочь ему в путешествии за эти двери, а значит, позволить ему стать счастливой и духовно развитой личностью. И даже более того — шагнуть дальше, за границы человеческого, которые мы, получается, сами же себе установили. В конечном итоге Гроф «неистово ищет» сверхчеловека — и призывает каждого из нас включиться в этот поиск.

Фактически Гроф за свою долгую жизнь создал целое новое направление не просто психоанализа, а тотальной сверхгуманистической психокоррекции, которая может быть полезна не только душевнобольным людям, но всем и каждому. С точки зрения Стэна, нам всем не мешало бы «подлечиться» по его методу — ведь, надо признать, даже самые здоровые люди по уровню сознания далеки от идеалов, которые демонстрируют духовно развитые личности, учителя человечества, просветлённые мистики. Стэн Гроф не мистик, просто он ставит планку выше, намного выше, чем это делают обычно в психотерапии.

Он обращает наше внимание на трагический разрыв между тем, к чему стремилось человечество, и тем постгуманистическим, механистическим обществом, к которому оно в настоящее время пришло. Гроф, будучи сам профессиональным медиком, доктором медицины, психиатром с пятидесятилетним опытом, выросшим на школе традиционно психоанализа, отмечает, что современная наука грешит однобокостью, граничащей со слепотой. Традиционная медицина упорно закрывает глаза на то, что проблема психического здоровья человека органически связана с проблемой его духовного развития, даже более того, она фактически противопоставляет эти процессы. Всё, что выходит за рамки традиционного мировосприятия, ограниченного весьма узкими рамками, получает ярлык «ненормальности». В одном из своих интервью Гроф отмечает: с точки зрения современной медицины получается, что если отбросить ритуалы, оставив лишь специфическое поведение и необычные состояния сознания, то любая религия и духовность вообще — это чистая патология, форма душевного расстройства. Буддийская медитация, с точки зрения психиатра, это кататония, Шри Рамакришна Парамахамса был шизофреником, Св. Иоанн Креститель — дегенератом, а Гаутама Будда — поскольку он ещё, так сказать, способен был на адекватное поведение — как минимум стоял на грани безумия…

Одна из проблем современной медицины, по мнению Грофа, в том, что она склонна рассматривать любые изменённые состояния сознания , возникающие при определённых обстоятельствах у совершенно здоровых людей, как патологические проявления или даже один из симптомов шизофрении. Фактически медицина сейчас бессильна отличить пророческое видение (примеры которых предлагают нам священные писания разных народов мира: Библия, Коран, Тора, Бхагават-Гита и др.) от болезненного шизофренического бреда, наркотический транс — от транса религиозного. Где в таком случае провести границу «нормального»? И следующий отсюда вопрос: где вообще провести границу «реального», что такое вообще реальность, в которой мы живём? И кто мы такие на самом деле, что может и чего не может так называемый «человек»?

Гроф начал свою медицинскую карьеру с традиционного психоанализа по Фрейду, однако вскоре в ходе своей практики понял однобокость традиционного подхода: ведь фрейдист вынужден сводить всё к сексуальному желанию, либидо, якобы основной движущей силе человека. Но самое главное, что не устраивало Грофа, — сам по себе метод словесно-ориентированного «проговора» на кожаной кушетке хотя и приводит в случае успеха к постановке точного диагноза и выявлению события, вызвавшего патологию, не всегда эффективен для действительного избавления пациента от гнёта этого события и собственно патологических симптомов. Постепенно Стэн пришёл к пониманию того, что не просто формальное вспоминание, а непосредственное переживание заново этих ключевых событий — в том числе самого травматичного в жизни любого человека события — его собственного рождения! — гораздо лучше способно помочь как в излечении от недуга, так и расширении сознания.

Сразу стоит отметить, что современная медицина не подтверждает тот факт, что человек может вспомнить собственное рождение и тем более внутриутробный опыт. Фактически даже наоборот, есть данные, что мозг человека не способен помнить ничего, что происходило с организмом до двух лет. Однако опыт Грофа и миллионов людей, пользующихся методом холотропного дыхания, говорит об обратном. Чтобы понять, «насколько глубока кроличья нора», на которую указал Гроф, нужно отметить, что опыт людей на сеансах холотропного дыхания не ограничивается перинатальными (испытанными в момент рождения) или даже пренатальными (эмбриональными, внутриутобными) переживаниями. Он включает в себя в высшей степени яркие и необычные опыты, переживания, которые до изобретения этой методики были доступны лишь продвинутым мистикам и святым различных конфессий, а также людям, принимавшим ЛСД. В частности, это активизация чакр , переживания прошлых воплощений, предвидение, ясновидение и яснослышание, отождествление с другими лицами, с животными, растениями, предметами и даже всеми творениями сразу (Матерью-Природой), всей планетой Земля, более того — переживания встреч со сверхчеловеческими и духовными, божественными, а также инопланетными существами, существами из других вселенных...

Всё это может звучать как фантастика или, опять же, бред сумасшедшего или наркомана. И действительно, в отличие от пренатальных и перинатальных воспоминаний, которые в ряде случаев подтверждались фактически, опровергнуть или подтвердить такие переживания не представляется возможным. Так же как, скажем, невозможно дознаться, действительно ли католический святой, основатель ордена Иезуитов Игнатий де Лойола в своих медитациях постиг крестные муки Христа! Наука, как уже говорилось выше, в таких случаях просто не может зафиксировать принципиальную разницу между «истинным» и «ложным».

Как отмечает один из исследователей (и последователей) Грофа, Владимир Майков, в своей статье «Мир Станислава Грофа» , тот же самый закон соотношения неопределённостей, который выдающийся немецкий физик В. Гейзенберг открыл в мире квантовом, применим и к миру психологии, миру человеческой души: чем точнее мы пытаемся определить координаты события, тем более неопределённым становится наше знание о том, что же в действительности произошло.

Более того, физика в настоящее время пришла к пониманию, что на самом микроскопическом уровне невозможно провести исследование без того, чтобы не внести изменения в свойства материала. Если, к примеру, слиток золота можно измерять сколько душе угодно без ущерба для «испытуемого», то, скажем, один кварк золота неизбежно претерпит существенные изменения. К тому же микроскопические частицы, составные части материи, представляют из себя скорее процесс, волну, чем материальную частицу… То же и с глубинными исследованиями человеческой психики — при достаточно глубоком погружении в этот вопрос человек как бы перестаёт быть человеком, а предстаёт некой эволютой сознания, взятой в определённом приближении, и только в этом приближении он — человек.

К примеру, некто начинает практиковать холотропное дыхание, чтобы избавиться от психологической травмы или перебороть жизненный кризис. Наконец он видит и с превышающей доступную в обычной жизни ясностью переживает, скажем, собственное рождение, то есть как бы заново рождается. Пережив и интегрировав (то есть растворив) эту травму, он идёт всё глубже, вскрывая другие — перинатальные — травмы. Переживает, интегрирует и их. Возможности «вспоминания» в данном конкретном теле как бы исчерпаны; психологические травмы, казалось бы, тоже. Но потом начинают происходить странные вещи: человек погружается в опыты вне тела, вне этой жизни, переживает другие воплощения, опыты планетарного, нечеловеческого сознания, наконец, опыт рождения Вселенной, затем… Ему открывается бесконечность перспективы — которая на самом деле существовала всегда и везде. Фактически исчезает всё, что делало его человеком, делает вывод В. Майков, отмечая парадокс: зачастую полное психическое исцеление пациенты Грофа испытывали только пережив именно эти «запредельные», внетелесные и внеземные опыты…

В общем, получается, весь фокус в том, с чем мы себя идентифицируем — ключевой момент, к слову сказать, в Йоге. Любопытно в этой связи, что жена Грофа Кристина, которая является соавтором метода холотропного дыхания и последних книг Грофа, была ученицей Свами Муктананды Парамахамсы, лидера традиции сиддха-йоги, до самой его смерти (ухода в махасамадхи) в 1982 году.

Но вернёмся от научно не доказуемых феноменов холотропного метода и йоги, которые кому-то могут показаться фантастикой, к реальности медицинской практики Грофа. Факт остаётся фактом: в ходе сеансов холотропного дыхания сотни тысяч людей нашли исцеление своих психических недугов и эмоциональных проблем. А Стэн Гроф — пожалуй, самый великий «психонавт» планеты — не сбавляет темпа своих исследований и психотерапевтической работы, которая по сути является «неистовым поиском» сверхчеловеческого: вечным поиском Божественного. Как любил повторять пресловутый Гейзенберг, «первый глоток из стакана естествознания делает атеист, но на дне стакана ожидает Бог». Ведь истина — где-то там, на дне кроличьей норы.

Источник:
Алексей Соколовский