Почему болеют дети: детская психосоматика

Арина Покровская

В этой статье я постараюсь максимально просто проанализировать, как мы – родители, можем помочь нашим детям оставаться здоровыми.

Многие из моих знакомых родителей, имея больных детей, в свое время «голову сломали», пытаясь найти ответ на вопрос: «Как вылечить ребенка». Касается это и тех, чьи дети болеют длительно или хронически, а также тех, чей ребенок впервые заболел тяжело или совсем некстати – накануне запланированного отпуска, например.

Конечно, я говорю о тех родителях, кто воспринимает мир не плоским и черно-белым, а допускает наличие смысла в том, что происходит  вокруг. Любому из нас бывает проще дать лекарство, чтобы заглушить симптом, но иногда наступает время, когда это не помогает, или даже усугубляет ситуацию. 

Также популярно бывает «свалить» ответственность на врачей, жаловаться на отсутствие хороших специалистов, на плохую экологическую обстановку и пр. и т.д. Но к здоровью это не приводит.

Что ведет к здоровью?

Для начала нужно признание того простого факта, что, когда болеет ребенок, он чаще всего выражает или семейный или материнский симптом. Вот, например, в психологии есть такой термин «идентифицированный пациент». Это значит, что все знают, кто больной или из-за кого все проблемы в семье.  Так бывает, когда приходят родители на консультацию, приводят ребенка и говорят: «Вот он…», «Вот у него..» и обязательно: «Сделайте с ним что-нибудь…».

То есть этот больной ребенок и есть идентифицированный пациент. И вроде как всем взрослым удобно согласиться с тем, что если бы не он... или если бы не его болезнь… то все наконец были бы счастливы. А то, что проблема в семье не может исходить от одного человека, а всегда поддерживается членами семьи на системном уровне – заметить бывает сложнее.

Что значит «выражает симптом»?

Когда я говорю о выражении симптома, я подразумеваю, что любая болезнь, состояние тела есть выражение чувств, состояния души, которое иначе быть выражено не могло. Это последствия  внутренних напряжений, страхов, агрессии, вытесненных переживаний.

• Дети примерно до пяти-семи лет часто выражают своим заболеванием состояние матери. Чем ближе они с ней связаны, чем больше времени находится мать с ребенком – тем это вернее. 

• Когда дети подрастают, их состояние чаще выражает именно семейный симптом. Проще говоря, ребенок телом выражает то, что происходит в семье, обычно это самая острая и самая скрытая проблема. Это естественно – если бы проблема была на поверхности и всем ясна и понятна, ее незачем было бы так криво выражать.

• Чем старше и обособленнее становится ребенок, тем более он выражает самого себя, свою собственную позицию в мире. Конечно, исключения есть, и мне встречались примеры прочной симбиотической связи с матерью, когда «ребенку» было уже под пятьдесят лет… Но сейчас мы говорим скорее об общих тенденциях в детской психосоматике. 

При этом не стоит забывать, что любую детскую болезнь стоит рассматривать в совокупности обстоятельств: это не просто то, что чувствует мать и не выражает, но и одновременно то, как это ощущает малыш. 

Пример:

Запланирована семейная поездка: супруги и дети должны лететь вместе на прекрасный остров и провести там две недели, наслаждаясь природой и друг другом. И вдруг почти накануне поездки младший ребенок (4 года) заболевает - у него поднимается температура почти до судорог. Также в наличии красное горло и кашель, а более никаких симптомов. 

Что произойдет, если начать давать лекарства? 

- мощный симптом будет химически подавлен. На него организмом ребенка уже была потрачена немалая энергия, а теперь ее просто подавили извне. Наступает упадок сил, организм получает опыт воздействия извне вместо выработки и привлечения собственных ресурсов для выздоровления. Есть некоторая провокация заболеть еще или заболеть сильнее – ведь то, что хотелось выразить, осталось внутри,  либо осталось непонятым, непроясненным – а, значит, непринятым, непереработанным «начисто» опытом.

Что произойдет, если осознать симптом? 

– тайное (подавленное) станет явным (принятым), психическая энергия получит здоровый  выход, соматические симптомы ребенка уйдут за ненадобностью.

Итак, мама (например) анализирует происходящее, если есть время  - с психологом. Проявляется причина – до этой поездки мама и папа успешно прятались друг от друга за работой и детьми, не оставаясь наедине долгое время. А тут назрел давний конфликт между ними, но ничего не обговорено, все для отпуска, только бы не сорвался. А взаимных претензий предостаточно! Мама обижается, папа злится, у обоих это в горле застряло…

Так вот: горло у деточки и красное (раздраженное), температура повышенная (от злости), симптом вылез резко (ибо поездка уже «на носу») …

Что делает любящая и храбрая  мама (желающая все же отдохнуть)? Мама идет говорить с папой, без детей. Она говорит как может, искренне, о себе, от первого лица, выражая чувства. Все получается, они с папой (с мужем, то есть), обнимаются, в доме мир и спокойствие, на следующее утро ребенок здоров.  Поездка в данном, вольно пересказанном мною случае,  состоялась.

Что делать родителям, чей ребенок заболел?

Помимо признания вероятного выражения вашим ребенком семейного или материнского симптома, нужно понять, что именно выражает ребенок и понять, как вам проявить это скрытое самостоятельно, без помощи болезни.

Как понять, о чем симптом?

Есть несколько возможных способов:

1. Посмотреть, что болит. В зависимости, какой орган именно выражает болезнь, можно узнать, о чем таком подавленном идет речь.  

Например, нога. Какие основные функции у ноги? – опора и движение вперед. То есть проблема будет в области утраты опоры или запрета движения вперед (обычно к своим желаниям). Соответственно, запрещают это себе либо мать, либо вся семья. Так бывает, когда семья живет по законам «надо», не ориентируясь на «хочу».

2. Посмотреть, что болезнь мешает делать, чему препятствует (вот в примере выше она мешала семейной поездке). Соответственно, чему больше всего мешает, там сидит какой-то страх. И можно покрутить, чего именно страшно… 

Например, такой болезненный ребенок, такой болезненный… В сад не отдать, на няню не оставить,  из декрета не уйти… А в ходе консультации выясняется, что на работу идти страшно, да и вообще пока неохота. Ну и прекрасно, но почему же открыто не сказать – «мол, работать не хочу, хочу дома сидеть с деточкой»? – а потому, что для семьи вроде как решено, что пора бы и поработать. И муж иногда настойчиво спрашивает – когда жена выйдет на работу. И жена, вместо того, чтобы сказать, что она хочет дома посидеть, отвечает – ну вот, он же болеет все время, как его оставишь? И вроде невелика разница, но плата за смещение ответственности – здоровье ребенка.

3. Третий способ:  почувствовать себя ребенком, буквально «побыть в его шкуре» - это для продвинутых пользователей. Но при развитом навыке такого чувствования дает отличные результаты. 

Например, ребенка всего обсыпало, выглядит, как аллергия на коже и чешется ужасно. Если дитя не съело кило мандаринов и исключены прочие очевидные вещи, то выглядит работа по прояснению как-то так: «…если я – это дочка Сашенька, то что я чувствую, когда у меня все чешется? Я чувствую раздражение сильное… даже злость. И бессилие, беспомощность какую-то…». И далее вопрос себе, любимой – «А где же, в какой ситуации я прямо сейчас чувствую себя злой и бессильной? Ох, да я же на мужа обиделась… И молчу…» (я предупреждала, что это для продвинутых граждан). И тут, если осознавание произошло, родитель работает над собой, а ребенок выздоравливает.

Труднее справиться с хроническими симптомами. Часто в таких случаях нужна комплексная работа психолога, родителя и врачей. 

Вывод

Конечно, вряд ли можно добиться того, чтобы дети вообще никогда не болели. Однако свести болезни к минимуму, сделать их легче для всей семьи, помочь детям быстрее выздоравливать – вполне реально. 

Важно научиться замечать в телесных симптомах проявления души, того, чему мы сами не дали иного, здорового выхода. Тогда и болезнь станет не поводом к переживаниям за ребенка, а сигналом, подсказывающим, как можно сделать свою жизнь в семье еще более гармоничной.

ЖЕНИТЬСЯ не обязательно

Что насчет детей?

Не женитесь на родственных душах.

Давайте перепишем нормальность.

Давайте взломаем родительство, дружбу, любовь, партнерство, связи, союзы родственных душ, ЖИЗНЬ и брак такими, какими мы их привыкли видеть, и создадим то, что будет работать, что подходит нашим сердцам и душам, без страхов и опасений нарушить норму.

Потому что, если никто не сказал вам это раньше, понятие нормы сильно переоценивают. Брук Хэмптон

https://mirasvet.blogspot.ru/2017/07/blog-post_18.html

Фото: Иван Кайдаш/«Сноб»

Алла Сигалова

Каждый раз она назначает мне встречу в одном и том же ресторане. Это «Чехов» в Камергерском переулке. Там тихо, накрахмаленные скатерти, официанты узнают в лицо. Да и машину легко припарковать на стоянке МХТ во внутреннем дворе. Ей полагается, она там своя. Если опаздывает, я стараюсь что-нибудь успеть перекусить до ее прихода. Знаю, она ничего не ест, всегда только одна вода и кофе. Уговоры хотя бы заглянуть в меню бессмысленны. Никогда не уступит. «Капучино, пожалуйста». И все… Мы пьем воду-кофе, говорим, потом идем вместе в какой-нибудь театр. Не специально, но так получается: то у нее есть второй билет, то у меня приглашение на двоих.

В нашей прошлой жизни было много всякого театра, и мы легко понимаем друг друга. Много раз замечал, что новые дружбы не складываются, если совсем нет никакого общего прошлого. Теперь его в любом случае у нас больше, чем будущего. Поэтому стараемся держаться вместе, не упускать друг друга из вида, поддерживать, когда кому-то плохо. Так было семь лет назад, когда умер ее муж, режиссер Роман Козак.

Горстка театральных людей, стая перелетных птиц, кочующих с премьеры на премьеру, с фестиваля на фестиваль. Жизнь пролетает со скоростью пикирующей ласточки. Теперь наступает время мемуаров. Кто-то их сочиняет, исправно выкладывая свои мини-рассказы в виде постов в FB, кто-то роется в старых дневниковых записях в надежде выудить оттуда какой-то эксклюзив, а кто-то ищет себе прилежного литзаписчика, чтобы доверить собственные путаные мысли и разрозненные эпизоды. Кому это надо? Зачем? Кто это будет читать? Бессмысленные вопросы. На самом деле это всегда надо только тебе. Ну, может быть, еще узкому кругу лиц, как-то задействованных в твоей истории. Да и то в меру. Иногда, впрочем, звонят из издательства и предлагают рассказать твою «историю успеха». От сочетания этих слов сводит скулы и начинает неприятно сосать под ложечкой. И не очень понятно, как себя вести. Сразу отказаться, попросить перезвонить, а потом не брать трубку, выслушать, что, собственно, от тебя ждут?

Алла Сигалова, услышав про «историю успеха», позвонила мне посоветоваться.

Мы знакомы давно, хотя близко особо никогда не дружили. Просто я всегда знал, что она есть. Прекрасная, гордая, строгая Алла, которую я помню с самой ее юности, с первых «Служанок» в «Сатириконе», для которых она поставила совершенно умопомрачительные по тем еще советским временам танцы. Потом было много всего – и со звездами первой величины, и с совершенно зелеными дебютантами, которых она превращала в звезд.

Как гениальный костоправ, Алла выправляла им спины, лепила заново тела, сочиняла новый пластический кодекс, без которого современному актеру никуда. Собственно, она одной из первых ввела его в учебный обиход современных театральных вузов. Отсюда и постоянный спрос на Сигалову, на ее метод, показы, хореографию. Всё, что она предлагает, кажется невероятно простым. Но попробуй сделать это без подготовки – шею точно сломаешь. А Сигалова учит, как держать ее прямо. В любых обстоятельствах, при любых поворотах судьбы.

– Я не хочу писать про себя. Это совсем неинтересно, – размышляет она вслух.

– Тогда о ком? – спрашиваю я.

– О людях. Их было много. Они замечательные.

– Тогда начни писать с Ромы.

– Уже начала. 

Из воспоминаний Аллы Сигаловой:

«Я опять не сплю. Смотрю сквозь липкую темноту на дверь своей комнаты... Кажется, еще секунда – и ты появишься, чуть приоткрыв ее, как всегда, тревожась меня побеспокоить. Я смотрю и смотрю на дверь... Сейчас это стало частью моей жизни, главным занятием моих ночей.

Я вхожу в квартиру, и ты всегда встречаешь меня, что бы ни делал, каким бы серьезным делом ни был занят: услышав мягкий хлопок остановившегося лифта, ты спешишь к входной двери, чтобы обнять меня, помочь снять пальто, плащ, шубу... Так же, когда я уходила из дома, знала, что ты оставишь свои дела и выйдешь в прихожую меня проводить. Этот порядок, традицию ввел в нашу жизнь ты, так было все шестнадцать лет, и иначе быть не могло. Даже тогда, когда каждое движение причиняло тебе нестерпимую боль, ты поднимался с постели в этих двух случаях: ты всегда меня встречал и всегда меня провожал... Лифт останавливается на нашем этаже, я подхожу к нашей двери, я достаю ключ, открываю дверь. Тишина, теперь я вхожу в наш пустой дом».

Алла Сигалова и Роман Козак стали известной театральной парой у меня на глазах. До того каждый существовал по отдельности. Он – надежда отечественной режиссуры времен перестройки. Один из режиссеров-первачей 1980-х годов. Первым поставил Мрожека, первым прославил «Чинзано» Петрушевской на мировых подмостках, первым заставил заговорить о новом театральном поколении, рвущемся из своих полулегальных подвалов на просторы большой сцены. Был немногословен, как-то по-мужски значителен и серьезен. Говорил мало, смотрел задумчиво и выжидательно, словно примеривался к схватке на ринге или прыжку из-за кулис. Помню его еще молодым, красивым, кудрявым, в белом свитере с высоким воротом. На заседании режиссерского кабинета ВТО он выглядел так, будто проезжал мимо на лыжах. Вот попросили выступить, и не смог отказаться. Случайный гость в чужой компании. Он тогда, кажется, быстро свалил. И стало сразу понятно, что с ним вместе ушла энергия какой-то новой жизни, которая теперь обреталась совсем по другим адресам. Все заскучали и свернули обсуждение.

С Аллой я познакомился в самолете, когда возвращался из Вашингтона в Москву. Ноябрь 1989 года. Это был один из прощальных рейсов Pan American: стюарды со стюардессами были пьяными, обивка на креслах рваной, туалеты всю дорогу подозрительно закрытыми. Еды почти никакой, зато выпивки – хоть залейся. Одиннадцать часов лета и столько же часов непрерывного разговора. Позади наша первая Америка. Мы еще не знаем, когда туда снова вернемся и вернемся ли, но стараемся об этом не думать. Перед нами открывались новые просторы и горизонты, как в иллюминаторе «боинга», куда мы не удосужились ни разу заглянуть за время нашего перелета. Да и что бы мы там увидели, кроме облаков и густого тумана? Зато в жизни моей спутницы все было предельно ясно: ее цель – свой театр, где она могла бы свободно творить, фантазировать, ставить. Я и сейчас вижу ее четко очерченный профиль на фоне ночного неба, ее маленькие руки, сжатые в решительные кулаки, ее целеустремленность. Мы еще недостаточно пьяны, чтобы швыряться именами Пины Бауш или Марты Грэм, но я знаю, о ком она думает, когда говорит о своей труппе и спектаклях, которые намерена поставить. В свое прошлое она меня не впустила. Там была какая-то тайна, какая-то травма, которая все еще болела и кровоточила. Она только дала понять, что настоящей танцовщицей ей не быть.

– Наверное, в детстве ты мечтала быть примой-балериной? – спросил я ее.

– Нет, не мечтала.

– Почему?

– Для примы я недобрала по росту. Есть законы профессии. В балете их нельзя нарушать.

Эта фраза прозвучала так жестко, что у меня даже не возникло мысли вступить в дискуссию об исключениях, о которых она, конечно, была осведомлена не хуже моего. И еще я запомнил ее залихватскую фразу «Прим много, а хороших характерных танцовщиц наперечет».

В Шереметьево-2 мы расстались. Ее встречали дочка Анечка и бледный юноша балетного вида с большим букетом цветов. Не помню, чтобы она нас знакомила, не помню, как мы распрощались. В Москве жизнь, как водится, понеслась по разным колеям и маршрутам, которые лишь изредка пересекались на премьерах.

Потом я узнал, что ее мужем стал Роман Козак.

Фото: Иван Кайдаш/«Сноб»

Алла Сигалова

Ты помнишь, как вы познакомились?

Конечно! Паша Каплевич позвал меня к Лунгиным. «Лена делает такие пельмени!» Ну, пошли. А там уже был Рома. 

Ты знала, кто это? Видела его спектакли?

Нет, даже не интересовалась. То есть я про него слышала, но все-таки я была из другого стана: Виктюк, балет, пластический театр. Мне было интересно в первую очередь все, что связано с движением. А у него сидят и говорят. Ну и зачем мне это? 

И какое впечатление он на тебя произвел?

Очень не понравился. Он как-то сразу выказал вполне недвусмысленный мужской интерес, а я этого не люблю, чтобы так сразу и напрямую. И вроде бы делал он это не грубо, даже элегантно, но я подумала: с какой стати? И поспешила откланяться. 

Ты была несвободна?

Я никогда не была свободна. 

В смысле у тебя был роман, какие-то серьезные отношения?

Ну да, с кем-то там, уже даже не помню с кем. А потом мы с мамой и Анечкой поехали в Плес в актерский дом отдыха. Там был Рома с семьей. Я его встретила в первый же день. Он прошел мимо меня и даже не поздоровался. Я удивилась. «А чего так? – спросила я своим хамским голосом. – Почему не здороваемся-то?» Он: «Ох, ах, не узнал», – ну и пошел себе дальше. Через какое-то время мы встречаемся на какой-то аллейке. И он меня спрашивает: «А вы читали Кортасара?» 

Шикарное вступление!

И протягивает мне книгу «Жизнь хронопов и фамов».

Ваш роман начался с чтения Кортасара вслух?

Почти! Наверное, про себя он просчитал, что подъезжать ко мне надо каким-то особо нетривиальным способом, поэтому предложил подумать о совместном театральном проекте по этой книге. Перед отъездом – а он уезжал раньше нас – мы вполне церемонно обменялись номерами телефонов. Договорились встретиться, чтобы написать пьесу. 

Написали?

Представь себе, да! Эта пьеса существует, но поставить ее мог только Рома. Можно сказать, что нас соединили Каплевич и Кортасар. Я вообще считаю, что когда мы не заняты делом, то не слишком-то интересны и физически привлекательны. Люди как люди. Ничего особенного! Мы меняемся, когда поглощены каким-то замыслом, новым спектаклем, фильмом, книгой. Я ощущаю кожей, что становлюсь другой, когда захвачена новым проектом. Та же история с Романом. Он абсолютно преображался, становясь талантливым, притягательным, неотразимым. Я не могла оторвать от него глаз, когда он репетировал, рассказывал о своих планах. 

Когда вы поняли, что созданы друг для друга?

Наш роман длился полгода. Все чаще он оставался у меня в квартире в композиторском доме на улице Неждановой – так назывался в советское время Брюсов переулок. Я отдала ему ключ, чтобы он мог приходить и уходить, когда захочет. Однажды вечером он появился с абсолютно опухшими глазами. Сказал, что поговорил с женой и они приняли окончательное решение расстаться. Всё! Без комментариев. Мы никогда больше эту тему с ним не обсуждали. И только спустя годы он признался мне, как тяжело ему дался разрыв с семьей, как он мучился, как в день расставания они оба плакали. Но все это я узнала значительно позже.

Из воспоминаний Аллы Сигаловой:

«Твой маленький чемоданчик появился в прихожей моей квартиры неожиданно: я пришла с репетиции и, открыв дверь, наткнулась на него – это было фактическим подтверждением твоего решения жить вместе. И с твоим чемоданчиком в доме поселился твой теплый низкий голос и твой смех. Я не встречала никогда другого человека, который мог так смеяться, как ты: открыто, заразительно, ярко, во весь объем своих могучих легких, во весь объем своего большого тела. Раздавался звонок телефона, ты брал трубку, звонил кто-то из твоих друзей или просто кто-то, и дом заполнялся баритональными переливами твоего голоса и взрывами покровительственно-ласкового смеха. Я обожала этот смех. Наверное, именно во всплесках этого смеха и были мгновенные, пронзительные ощущения счастья».

Он тебя ревновал к твоей прошлой жизни?

Да, очень сильно. 

Какие-то ее осколки наверняка все время долетали и больно ранили его?

Это правда. И он пытался как-то их приспособить, использовать. Собственно, в одном из лучших его спектаклей – «Косметике врага» – он старался со своей ревностью договориться, изжить ее. Но в нашей повседневной жизни мы эту тему исключили раз и навсегда. С кем могла, я поддерживала нормальные отношения, но Рома об этом не должен был знать.

Фото: Иван Кайдаш/«Сноб»

Алла Сигалова

Почему вы поменяли квартиру на улице Неждановой, которую ты так любила?

Для него этот дом был слишком связан с моей прежней жизнью. Мне пришлось подчиниться. Но я это сделала без всякого усилия. Я ведь тоже хотела начать жизнь с чистого листа. Смешно, но, наверное, ему было бы комфортнее думать, что моя дочь Аня родилась от святого духа, а до него у меня вообще никого не было. Стоит ли говорить, что я никогда не пыталась его в этом разуверить.

Из воспоминаний Аллы Сигаловой: 

«Ты всегда удивлялся, как можно при таком обилии книг, которые я ненасытно поглощаю ежедневно, оставаться столь безграмотной на бумаге. Удивлялся ты мягко, с какой-то восхищенно-покровительственной улыбкой. А я стеснялась своего невежества, избегала писать, боясь насажать ошибок. В компьютере ты мне сразу поставил программу автоматического исправления орфографических ошибок. Но я никогда не стеснялась задавать тебе вопросы: а как пишется..? а что значит..? а что такое..? Ты всегда знал правильный ответ и объяснял мне все подробно, обстоятельно и понятно, как могут только любящие отец или мать. Мой папа умер, когда мне было двадцать семь, а с мамой они разошлись, когда мне было шесть... Видела я его редко, обожала безмерно. Моя «взрослая» жизнь, жизнь без родителей, началась с десяти лет, когда я уехала в Ленинград, поступив в хореографическое училище, и хотя в Ленинграде были родственники, не было папы и мамы! Это отсутствие родителей в период, когда они нужны до боли, до бессонных ночей, до слез в подушку, наложило отпечаток на мой характер, а следовательно, на всю мою жизнь: отсюда замкнутость, болезненная застенчивость, какая-то несговорчивая жесткость. С тобой я могла позволить себе быть балованным, обожаемым ребенком – иногда непоседливым, иногда глупым, иногда невоспитанным, капризным, но, я знала, всегда, всегда любимым».

При этом у него была своя жизнь. Его театр, его друзья. Некоторых я знаю: Миша Ширвиндт, Аркаша Цимблер, Денис Евстигнеев. Насколько я понимаю, это была очень крепкая мужская компания?

Да, они постоянно собирались, но всегда на нейтральной, ничейной территории. Аркаша тут недавно вспоминал, что однажды во время «ходилок», как они называли маршрут от одной пивной точки к другой, Рома предложил ему зайти к нам в гости. «А она пустит?» – засомневался Аркаша, зная мою нелюбовь к любому, кто вторгался в наш дом. «Ладно, договоримся», – успокоил его Рома. «Ты открыла дверь с таким лицом, что мы протрезвели в один миг», – сказал Аркаша. Они, конечно, считали Рому подкаблучником. 

А он?

Он постепенно отдалялся от них. И в этом не было моей вины, хотя они считают ровно наоборот. Просто с каждым годом «ходилки» значили для него все меньше, а возможность побыть наедине с собой, с сыном или со мной – все больше. 

Как творческому человеку и востребованному профессионалу, тебе наверняка все время приходилось разрываться между домом и театром. Как тебе удавалось совмещать то и другое?

Для нас это не было проблемой. У него свое дело, у меня – свое. Мишка был совсем маленьким, когда Рома отпустил меня посреди зимы на постановку в Новосибирск. И это было так естественно, так нормально для нашего союза. Сейчас я даже сама удивляюсь, как легко нам было дышать рядом друг с другом, как просто обо всем договориться. Думаю, потому, что оба были уже взрослые, мудрые, побитые жизнью люди, знающие, что почем, умеющие дорожить тем, что досталось нам такой ценой. Моя бы воля, я бы разрешила жениться только во взрослом возрасте, где-то после тридцати пяти. А раньше ты абсолютно безмозглое существо, находящееся во власти собственных гормонов и инстинктов.

При тебе Роман стал главным режиссером Театра имени Пушкина. Это поменяло вашу жизнь?

Он с такой любовью занялся Пушкинским театром, что у меня не осталось ощущения какой-то неподъемной тяжести, связанной с его новой должностью и работой. Вот пошел трудиться – нет, такого не было. Может, потому что он не стал никого увольнять, выгонять. В театре его сразу приняли и полюбили. Все у него получалось легко, озорно, с иронией. С собой он привел курс молодых актеров, выпускников Школы-студии МХАТ, которых он набирал с Олегом Николаевичем Ефремовым.

Какие у них были отношения?

О, это отдельный сюжет в нашей биографии! Даже невозможно представить, как Рома боготворил своего учителя. Я всегда со смехом говорила, что нас в браке трое: я, Рома и Ефремов. Какое-то время мы жили по соседству и часто бывали у него в гостях в доме на улице Горького. Тогда мне самой пришлось убедиться, что не влюбиться в Ефремова невозможно. К тому же Алла Борисовна Покровская, которая была крестной матерью Ромы и педагогом на их курсе, так или иначе все время возвращала нас в орбиту Ефремова, его театра, их отношений. Практически каждый день заканчивался долгим разговором Ромы с ней по телефону. Иногда я слышала, как он страшно кричал, иногда переходил на шепот. Они все время что-то обсуждали, и Ефремов в этих разговорах был главным героем. От нее я узнала забавную историю, как Олег Николаевич первый и, кажется, единственный раз пошел погулять с тогда еще совсем маленьким сыном Мишей. После чего вернулся без лица и поставил перед Аллой ультиматум: «Или театр, или Миша». Совместить эти две реальности Ефремов точно был не в состоянии. Смешно, но эта фраза вошла и в наш домашний лексикон. Время от времени Рома, шутя, восклицал: «Алуня, или театр, или Миша!» Вероятно, и Олег Николаевич сказал это с ироничным прищуром глаз. 

Когда муж – главный режиссер, жене не полагается сидеть без дела. Роман тебя привлекал к разным постановкам в Пушкинском театре. Как это было?

Да, что-то я там делала. Не очень много, не слишком часто. Как режиссер, я поставила «Ночи Кабирии». Еще были «Мадам Бовари», «Джан», «Оffис», где я отвечала за хореографию. Да, собственно, и всё. 

Не было желания стать хозяйкой театра, самой руководить?

Упаси бог! Ты же знаешь, что всю жизнь я провела в ГИТИСе, где кафедру режиссуры возглавлял мой учитель Андрей Александрович Гончаров. Так вот его жена Вера была притчей во языцех как в институте, так и в Театре им. Маяковского. Она могла прервать репетицию своим истошным криком: «Андрей, ты умрешь! Умрешь! Выпей таблетки!» Гончаров покорно глотал принесенное ею лекарство, а мы, студенты, боялись пошевелиться, давясь от хохота. Веру в театре все боялись, а за спиной, конечно, злословили и смеялись. Перед глазами был ее пример, и мне совсем не хотелось становиться женой-хозяйкой при муже главреже. Да и Рома бы никогда не позволил. 

У тебя случались простои в работе, когда никто не звонил, никуда не звал?

Один такой период у меня длился почти три года. Я, конечно, пыталась копошиться, но своего серьезного дела у меня не было. И даже в этой ситуации я не смогла пойти в театр к мужу. Меня бы тяготило положение жены главрежа. 

Театр – это очень ненадежное и даже опасное предприятие для союза двух творческих личностей. Кому-то везет, а кому-то нет, кто-то востребован сверх всякой меры, а кто-то вынужден сидеть дома и ждать своего часа. Вам была знакома профессиональная ревность, может быть, чувство обиды, какой-то несправедливости?

Нет, вот поверь, совсем нет! Рома так радовался любой моей удаче, любому моему, пусть даже самому скромному успеху. Почему-то ему казалось, что все, что я делаю, нереально прекрасно. Наверное, так слепо и бездумно восторгаться своим чадом могут только родители. А я недоумевала: чего он так радуется? Что я такого необыкновенного сделала? 

А ты?

А я… я была сволочью. Все время к нему приставала, критиковала. То не так, это не сяк, тут недотянул, тут пережал. Даже на большинстве наших совместных фотографий одна и та же мизансцена: он сидит, покорно слушает, а я ему что-то объясняю. Мне все время хотелось его как-то «улучшить», я постоянно над ним работала, дура такая. Меня извиняет только одно обстоятельство – ему это нравилось, иначе не стал бы он звать меня на свои прогоны, репетиции. Ему нужны были мои глаза, реакции, моя резкость. 

В вашей жизни был момент, когда он тебя абсолютно восхитил? Вот чтобы без всяких оговорок?

Таких моментов в нашей жизни было великое множество. Но один почему-то особенно врезался в память. Наш роман был в самом разгаре. Мы еще не поженились, но решили провести неделю вместе на севере Германии, на острове Вангероге. Сняли домик. Море, дюны, красота… Но что-то там пошло не так. Я стала как-то особенно распушаться, давая понять, кто тут главный. И вот тогда Рома сказал мне очень ровным, спокойным, но невероятно твердым тоном какие-то очень важные слова. Их порядок я вряд ли сейчас воспроизведу, но смысл заключался в том, что нам придется расстаться, что такого моего поведения он терпеть не будет ни при каких обстоятельствах. И я поняла, что никогда больше так вести себя не буду. Во-первых, потому что это невыносимо пошло, а во-вторых, потому что такое поведение для него оскорбительно. Там, на Вангероге, он преподал урок на всю жизнь. Никому до него это не удавалось, ни одному человеку в мире, а он сумел, внушив мне огромное уважение. Причем сделал это так мудро, так просто, а главное – с такой любовью, что я просто на какое-то время онемела, ошарашенная, но при этом была бесконечно ему благодарна. 

Рождение Миши изменило ваши отношения?

Появилось еще одно очень важное связующее звено между нами. Мы стали вкладывать силы и время в наше будущее. Раньше мы жили от сезона к сезону, зато теперь стали усиленно готовиться к отдаленным перспективам, о которых до рождения сына не очень помышляли.

Фото из личного архива

Начало театрального романа. Алла Сигалова и Роман Козак

Из воспоминаний Аллы Сигаловой: 

«Юрмала... В первый раз вместе мы приехали сюда со спектаклем “Банан” по Мрожеку, во время постановки которого, а именно 30 декабря, утром, по дороге в Дом культуры им. Зуева, где проходили репетиции, мы заехали в ЗАГС на улице 3-я Тверская-Ямская, и уже на утреннюю репетицию, захватив несколько бутылок шампанского, приехали мужем и женой. Этот спектакль был спродюсирован Валей Панфиловой, с которой нас связывали теплые, дружеские отношения и которую ты всегда с ироничной ласковостью называл “феей”. Компания в этой работе сложилась замечательная: Леночка Шанина, Лариса Кузнецова, Валера Гаркалин, Максим Суханов, Саша Балуев и художник Паша Каплевич. Наши латвийские гастроли проходили в Рижском русском театре. Был май. В Юрмале, где нас поселили, было солнечно, гудел пронзительный балтийский ветер, мы радовались и солнцу, и ветру, и белой полосе песчаного пляжа, и нашим веселым талантливым товарищам, и вкусной еде, и аплодисментам зрителей, и сладостному, весеннему ощущению широкого дыхания. Эти гастроли и стали началом нашей влюбленности в этот город, в эти сосны, в этот воздух... Потом были спектакли, которые мы здесь делали, некоторые вместе, некоторые отдельно... Здесь каждое лето мы жили и работали, здесь выросли наши дети, здесь мы “обросли” друзьями и радостями. Нашу квартиру в Юрмале я благоустраивала с особым рвением – это было исполнением нашей мечты. Мы здесь прожили вместе только одно лето... Потом эта квартира стала пунктом передышки на пути между Германией и Москвой, между клиникой в Висбадене и домом. Ты любил быть здесь, ты погружался в юрмальскую неторопливость, и здесь казалось, что мы скрыты от суеты, волнений, боли, забот, лекарств, врачей, капельниц, от всего, что было связано с двумя точками земли, между которыми теперь проходила наша жизнь, и в середине этой линии была наша Юрмала, юрмальский песок, юрмальский ветер. В свой последний май ты каждый день говорил о Юрмале, что ты чуть-чуть окрепнешь и мы уедем туда на все лето. Наш последний май».

Когда и как ты узнала про его диагноз?

Это произошло за десять лет до его ухода. Первые симптомы появились в Москве, потом, как обычно, мы уехали на лето в Бостон, где он преподавал. Но весь срок я сидеть там не могла – ждала работа в Латвии. И уже в Риге, в разгар репетиций, я узнала, что он был у врача и ему посоветовали сделать операцию. Всей правды он тогда мне не сказал, уверив, что операция маленькая и вполне рядовая, что мне не надо волноваться, а главное, не надо никому ни о чем говорить. Мы и не говорили. Ни тогда, ни позже. Получается, что из отпущенных нам шестнадцати лет десять мы прожили на мине, которая могла рвануть в любую минуту. 

Понимаю, что не сходить с ума при мысли о его диагнозе было невозможно. Откуда вы оба брали силы, чтобы не подавать вида, жить, надеяться, работать так, как если бы этой мины не было?

Трудно сказать. Ко всему можно привыкнуть, даже к жизни на мине. Поначалу меня тревожило, что он начисто игнорирует предписания лечащего врача. Ему много чего было нельзя, но он не хотел об этом даже слышать. Сколько раз фурией я врывалась в рестораны, где он сидел с друзьями. Сколько было уговоров и обещаний, но он продолжал жить так, как если бы ничего не произошло. Тут я была бессильна.

Ты пыталась говорить с ним на эту тему?

Бесполезно. Это был бы не Рома, если бы он стал трястись над своим здоровьем, поминутно слушать пульс или строго по часам принимать лекарства. И потом, мне кажется, он в какой-то момент убедил себя, что у него ничего нет. Сработал инстинкт самосохранения, какого-то психологического вытеснения проблемы. Я бы даже сказала так: к мысли о его возможном уходе мы стояли спиной. У Станиславского есть такой термин: «спиной к событию». Это был как раз наш случай. Он все строил планы на грядущее лето, планы на сентябрь и новый сезон. Были моменты, когда ему было совсем плохо, а потом вдруг становилось лучше. Мы как-то приспособились жить между отчаяньем и надеждой.

Из воспоминаний Аллы Сигаловой: 

«Мы часто разъезжались в разные города, в разные страны, мы редко ездили провожать друг друга в аэропорт или на вокзал, но ты всегда брал мой чемодан и провожал меня к машине.

Последний раз ты с трудом поднял мой маленький чемоданчик, на все мои уговоры, что тебе не надо, что мне не тяжело, ты устало улыбался и качал головой. Тогда в начале мая я уезжала на несколько дней в Ригу, и ты в последний раз погрузил мой чемоданчик в такси и помахал невесомой ладонью, обтянутой сухой кожей. Ты повернулся к подъезду, и я увидела твою сгорбленную узенькую спину. У меня сжалось сердце, и комок застрял в горле».

Прошло семь лет, ты по-прежнему ощущаешь его присутствие в своей жизни?

Мысленно я все время с ним советуюсь, общаюсь. Про себя повторяю его любимую присказку: «Включай юмор, включай юмор». Многие ситуации, которые мы оставляем незамеченными, Рома считал пошлыми и всегда их высмеивал. Вот я и стараюсь в них не вляпаться. Держусь, можно сказать, из последних сил. Тут недавно была годовщина, собралась на Троекуровское. Думаю, надо купить цветы. И тут же представила себе, как Рома надо мной смеется: заплаканная вдова в вуалетке с букетом роз в руках? В общем, иду, покупаю горшок с каким-то растением и деловито направляюсь с ним к Роме. Пусть видит, что чувство юмора меня еще не покинуло.

Нам пора. Я расплачиваюсь по счету, и мы выходим в Камергерский переулок, где на фасаде МХТ уже зажглись фонари. Несмотря на непривычный для конца мая холод, в воздухе чувствуется приближение лета. Пока идем по направлению к Большому театру, на пути то и дело попадаются молодые люди обоего пола. Они с радостными криками бросаются нам навстречу. Только и слышишь: «Алла Михайловна, здравствуйте!», «Алла Михайловна, вы меня помните?» Это студенты разных выпусков, разных ее курсов. Они будто специально ожидали ее выхода. И дождались.

Я вижу, какими влюбленными глазами они смотрят на Аллу, как любуются ею. А она шествует мимо, как умеют только балетные королевы, не склоняя головы и лишь милостиво улыбаясь солистам и своему мимансу.

Из воспоминаний Аллы Сигаловой: 

«Я не знаю, зачем пишу эти строки. У меня нет потребности делиться воспоминаниями о тебе и о себе. Эти прожитые дни, эти шестнадцать лет останутся запертыми в моем сердце, в моем сознании и памяти. Разве возможно рассказать о череде дней, заполненных тревогами, надеждами, разочарованиями, восторгами? Разве можно запротоколировать все эти мгновения счастья, ярости, безысходности, отчаяния, одиночества? У меня нет слез. Я стараюсь вести себя тихо, никого не беспокоить. И почти уже научилась ввинчивать внутрь рвущийся из меня крик».С

Психосоматика женских болезней: Что вы НЕ хотите видеть?

Воспалительные заболевания 

С психосоматической точки зрения, воспалительные процессы - это следствие нерешенных противоречий в человеке. Другими словами, если человек на уровне сознания не может прийти к какому-то однозначному решению или принципу, постоянно терзается сомнениями в отношении важных для него вопросов, все это переносится на уровень тела. И проявляется в виде инфекционного воспалительного заболевания, когда организм, ослабленный сомнениями и неопределенностью, не может дать отпор возбудителю заболевания.

Можно даже провести такую аналогию: острый воспалительный процесс возникает при внезапно появившемся противоречии, а хронические болезни связаны с затяжными конфликтами, которые люди отказываются решать годами.

Естественно, что на уровне тела страдает тот орган, который на психологическом уровне ассоциируется у вас с проблемой. И если мы рассматриваем воспалительные заболевания женской половой сферы, здесь обычно имеют место неразрешенные конфликты, связанные с принятием своей женственности, привлекательности, возможности материнства.

Давайте рассмотрим эти проблемы на примерах конкретных заболеваний.

Аднексит - воспаление придатков (маточных труб и яичников). Это заболевание нередко встречается у женщин, которые с детства играли не с куклами, а с машинками; общались чаще не с девочками, а с мальчиками. Как правило, такие девочки воспитываются в семье без матери или у них есть старший брат, которому они подражают. Даже став взрослыми, они продолжают вести себя по-мальчишечьи: неопрятные, постоянно носят штаны и джинсы, ходят в тренажерные залы, выбирают «мужские» профессии.

Что нужно сделать в таком случае:

• Устраните негативные установки в отношении себя как женщины, почувствуйте себя женщиной в душе.

• Каждый вечер перед сном представляйте, какой бы вы хотели быть.

• При выборе одежды старайтесь ориентироваться не столько на удобство и привычки, сколько на возможность подчеркнуть достоинства своей фигуры, выглядеть более женственно.

Кандидоз - молочница (дрожжевая инфекция). В основе этой болезни  - неприязнь и недоверие к мужчинам. Довольно часто женщины с хроническим кандидозом считают, что порядочных мужчин не бывает, что все надо контролировать самим, что им не от кого ждать поддержки. Они ведут себя агрессивно по отношению к противоположному полу, показывая свою злость и предъявляя претензии. Или же скрыто испытывают обиды, раздражение и презрение. Нередко они не могут позволить себе строить доверительные отношения с мужчинами, боятся чувствовать себя слабыми рядом с ними.

Что делать?

• Вспомните всех знакомых мужчин. И начните искать в их характере не отрицательные качества, а положительные. Поставьте себе цель: даже у самого неприятного вам мужчины найти какую-то хорошую черту. Обращайте внимание на отношения подруг с их мужьями. Стали бы эти люди общаться друг с другом, если бы не получали от этого положительных эмоций, поддержки, уважения?

• Проанализируйте, не слишком ли часто вы стремитесь контролировать других людей, не взваливаете ли вы на себя чужие обязанности? Почему вы это делаете? Действительно ли это необходимо? Учитесь больше доверять близким людям.

Вагинит и бели (воспаление слизистой оболочки и выделения из влагалища). Таким заболеваниям подвержены те женщины, которые чувствуют вину. Они сравнивают себя с идеальными киноактрисами, знаменитостями или даже подругами. И, преувеличивая свои недостатки, испытывают вину из-за своего несовершенства.

Вульвит (воспаление наружных половых органов), часто развивающийся из-за патологических выделений из влагалища, может иметь и психологические причины. Такое нарушение появляется, когда женщина не только считает себя недостаточно красивой и женственной, но и боится, что другие люди низко оценивают ее внешнюю привлекательность.

В психосоматике давно выявлена такая закономерность: у мужчин с уязвленным самолюбием часто выявляют язву двенадцатиперстнои кишки, а у женщин - воспаление наружных половых органов.

Что делать?

• Подойдите к зеркалу и посмотрите на свое отражение, как будто это не вы, а другая женщина. Что вам нравится в ее внешности? Что можно было бы изменить, чтобы она стала выглядеть еще лучше? Если это легко поправимо, исправьте (например, сделайте новую стрижку или, наоборот, отрастите волосы). Постарайтесь смириться со своими недостатками, чаще вспоминайте о тех чертах, которые вам в себе нравятся.

• Просыпаясь утром, первым делом говорите себе: «Меня радует моя красота. Я нравлюсь окружающим. Меня любят такой, какая я есть».

Психосоматика болезней матки

Болезни матки связаны со страхом перед материнством.

Так ли это? Как тогда вылечить все эти болезни?

Отчасти это мнение справедливо, но возможны и другие варианты развития болезней.

Давайте проанализируем их и сделаем вывод: что нужно для успешного лечения этих недугов?

Уже само название «матка» может многое рассказать нам об этом органе. Это слово имеет один корень со словом «мать». А в переводе с латинского (matrix) оно означает «источник, начало». Вот и получается, что здоровье матки во многом определяется тем, настолько женщина принимает свою возможность стать матерью, источником жизни для нового человека, а также источником вдохновения для любимого мужчины и создателем домашнего уюта.

Если же она постоянно испытывает разочарования и огорчения, неудовлетворенность собой и мужчинами, нежелание обременять себя воспитанием детей, это может привести к неблагоприятным изменениям в матке.

Изменения появляются в виде той или иной болезни. И у каждой из них есть свой скрытый смысл. 

• Различные новообразования - это нечто, растущее в матке. Если в норме это должен быть будущий ребенок, то в случае болезни это какие-то невыражаемые мысли и переживания. Их женщина буквально «вынашивает» в себе, но никак не может «родить», т.е. проявить в реальной жизни.

• Миома и фибромиома - это, как правило, подавление своего творческого начала. Для многих женщин начиная с определенного возраста главный творческий процесс - это создание семьи, рождение и воспитание детей. Если вы сомневаетесь в том, что сможете сделать это, или не удовлетворены тем, что уже есть, вам надо поработать над собой.

• Во-первых, никогда не сомневайтесь в своих способностях творить собственную жизнь.
• Во-вторых, возьмите на себя смелость что-то изменить в сложившейся ситуации. Или же учитесь искать положительное в том, что вы имеете.

Также не забывайте и о других видах творчества. Если вам хочется рисовать, писать стихи, выращивать цветы, найдите время на свои увлечения и реализуйте свои мечты.

Чтобы вы поняли, насколько это важно, приведу результаты одного из исследований женщин с миомой. 70% этих женщин смогли обойтись без оперативного вмешательства только благодаря тому, что позволили себе заниматься тем, что давно хотели сделать. Они выбрали разные занятия, но все они были связаны с творческим процессом.

• Киста матки или шейки матки - это «вынашивание» подозрений, тревог и страхов, связанных с взаимоотношениями с противоположным полом.

Часто ли вам приходят в голову мысли о том, что вас не любят, хотят предать, что вам изменяют или над вами смеются? Если да, поразмышляйте: почему у вас есть такие подозрения? Обоснованны ли они?

Старайтесь больше доверять близким людям, не сомневайтесь в них. Но сначала научитесь сами любить себя и чувствовать себя достойной любви и преданности других людей.

• Эрозия (от лат. erodere - «разъедать») шейки матки символизирует уязвленное самолюбие, которое «разъедает» женщину изнутри. Честно признайтесь себе: можете ли вы назвать себя настоящей женщиной: обаятельной, любимой, желанной?

Если не можете, скорее всего, это связано с унижениями и оскорблениями, нанесенными вам мужчиной. В таком случае ради собственного здоровья простите все прошлые обиды, забудьте разочарования. Помните, что все люди (и вы, и те, кто когда-то причинил вам боль) неидеальны, и только прощение поможет вам принять это.

Также перестаньте упрекать себя в несовершенстве. Высоко цените свои женские качества, любите себя и не позволяйте случайным фразам задевать ваше самолюбие.

• Маточные кровотечения, как и другие нарушения, связанные с кровью и сердцем, - знак того, что в вашей жизни мало радости.

Кровотечение - метафора уходящей радости.

Возьмите себе за правило при пробуждении и засыпании улыбаться и благодарить мир за те приятные моменты, которые он дарит вам.

У каждого человека есть неудачи и неприятности, и вы не можете быть исключением. Но вы вполне можете обращать больше внимания на другую сторону жизни - на радостные и счастливые события.

При маточных кровотечениях вам в первую очередь надо научиться испытывать радость за свою женскую природу. Каждый раз, как смотрите на себя в зеркало, мысленно скажите себе комплимент. Если кто-то говорит вам приятные слова, не отмахивайтесь и не отрицайте сказанного; вместо этого поблагодарите и запомните свои положительные эмоции

***************************************************************************

Вы представляете, что стоите на огромном плато. На этом плато перед вами все жители планеты Земля. Те кого вы знаете, и те кого вы не знаете, и возможно никогда не узнаете. Все земляне собрались перед вами.Там же на плато стоят люди, с которыми вы встречались в прошлых жизнях, и встретитесь в будущем.

Осознавая свою богоподобную суть, основу, внутри своего сердца вы разжигаете белый огонь, или белый свет. Свет расходится по всему вашему телу и выходит за его пределы.

Находясь в таком состоянии, осознавая себя Творцом и Светом, вы начинаете просить прощения у всех жителей Земли. Да,да. Именно вы просите прощения у всех, кто стоит на плато перед вами и смотрит на вас.

Вы знаете закон — чем меньше мы удерживаем внимание на собственном эго, тем легче энергия жизни течет через нас в пространство. Поэтому именно вы просите прощения. Старайтесь просить максимально искренне, даже если это сложно в начале. Старайтесь концентрироваться в сердце, и от сердца попросить прощения у всех кого вы знали, знаете, встретите, у ваших родных, близких, друзей, недругов, обидчиков. Так же у всех кого вы не знаете. У всех жителей планеты Земля.

Вы просите прощения без чувства вины, потому что знаете, что вина это великая манипуляция. Сейчас же вы освобождаете себя и вселенную от ваших заблуждений, некорректных действий, неосознанности, деструктивных эмоций которые вы посылали в пространство.

Вы осознаете, как могли улыбнуться кому-то — но не улыбнулись. Могли подарить лучик тепла — но не подарили. Могли не тянуть одеяло на себя, но тянули, отстаивали, защищались, доказывали, упорствовали. Вы могли просто улыбнуться и подарить любовь, но не подарили. Вы могли заглянуть человеку в глаза, чтобы увидеть его свет, но не заглянули, удерживая все внимание на собственной ценности.

При этом, вы остаетесь в осознанности, перепросматривая свои действия. Не уходя в вину и жалость, оставаясь в ровном светлом состоянии понимания. Новые грани вашего мира и вашего существа открываются перед вами.

Вы начинаете всматриваться в лица и души стоящих перед вами людей. Вы обнаруживаете в себе способность видеть внутренним зрением, сердцем. И вы видите, что даже те кто вас обижали, внутри себя несут такой же свет как и вы. Вы видите причинно следственные связи — там где вы сами нарушали закон свободы, закон любви к себе и миру, закон творчества, закон развития — внешне это проявлялось конфликтами и стычками. Вы обретаете сиддху, способность видеть ментальный, кармический уровень отношений.

Приходит глубокое понимание — насколько легко генерировать и пропускать через себя светлые чувства и энергии. Ваше состояние богопроявленности усиливаеться. И вы обращаете внимание на то, что помимо людей на плато находятся разные непроявленные существа. Они так же смотрят на вас, и вы начинаете просить прощения у непроявленного мира.

За то что будучи неосознанными создавали в пространстве негативные вибрации, за то что не замечали, что весь мир вокруг живой, пульсирующий, нежный, требующий нашего внимания. Вдруг, осознание словно волной обрушивается на вас — от взмаха вашей руки здесь и сейчас, неосознанного, необдуманного, невежественного взмаха — может произойти катаклизм на другом конце вселенной!

Это понимание помогает вам еще больше раскрыть духовное виденье, понимание своего единства со Вселенной. Своей безусловной воли, которой вы творите мир вокруг себя. Вы понимаете, как важно видеть живой разум проявленный во всем сущем вокруг. Даже в вещах, которые вас окружают. Вы трогаете руками коврик или диван на котором сидите — и ощущаете что он тоже имеет живую основу, свою линию кармы, свой путь. Относясь негативно к вещам, мы обижаем вселенную не меньше, чем если бы относились негативно к существам.

В таком понимании вы расширяете сознание на всю Вселенную. И видите, что она тоже смотрит на вас. Вы просите прощения у Вселенной, за то что своими действиями, мыслями, чувствами нарушали закон ее красоты, ее величия, ее жизни.

После того, как ваше сердце очиститься и перестанет страдать от старых обид и переживаний, после того как умение просить прощения искренне и без лишних негативных эмоций, вы становитесь единым потоком благодати.

И эту благодать распространяете через себя на людей, на существ, во Вселенную.

Вы обнаруживаете, как растворились старые связи, которые не могли оставить вас в покое. Насколько стало легче, когда вы перестали считать себя жертвой а научились дарить. Обнаруживаете, насколько осознанные и ответственные вы стали, осознав себя великим существом, находящимся в гармонии со всей Вселенной.  В конце практики отследите, как вернулась вам ваша жизненная сила, утраченная, оставленная энергия. Как усилился приток жизненных сил к вам.

Делая эту практику, с каждым разом вы будете чувствовать себя все сильнее, свободнее, спокойнее и радостнее. Вы станете неуязвимы, просто потому что перестанете бояться. Вы научитесь смотреть на людей и общаться с ними от сердца к сердцу. Вы станете лучом и потоком Света, изливающимся через ваше тело и сознание на Землю.

Вы станете собой.

Позитивные убеждения против негативных — как преодолеть сопротивление

Т

очка СИЛЫ ЖЕНЩИНЫ

Инна Макаренко

Вера в себя и предназначение в жизни женщины

Предназначение – это прежде всего вопрос веры в себя. Для того, чтобы выйти на предназначение, нужны действия. Крайне редко выход на предназначение случается с первых попыток.

Зачастую нужно предпринять множество действий, пройтись по разным направлениям, попробовать себя в разных видах деятельности. Но верным продвижением в этом вопросе остаётся один показатель – действия.

Только соприкасаясь с чем-то, можно понять, чего точно не хочешь и отточить своё желание, а именно – чем я хочу заниматься, что моё.

Чтобы двигаться, помогает вера. Убеждение «я бесценна» притягивает к вам всё самое лучшее, если у вас есть убеждение «мне чего-то не достаёт» — начинает уходить то, что есть, вы начинаете испытывать нужду в разных областях жизни. Вселенная реагирует на наше мнение о самих себе, это воспринимается как программа к действию. Поэтому сложно переоценить ту точку сборки, я её ещё называю точкой силы, в которой вы сейчас находитесь. Творение всего, что заходит в жизнь, начинается отсюда, именно я этого места. Потом уже накладывается всё остальное.

Помимо этого предназначение – это ещё и вопрос слепых зон. У каждого есть такие. Когда мы что-то делаем, делаем это всегда, и для нас это кажется настолько естественным, как будто это также естественно для всех и все остальные это тоже умеют. И это становится нашим слепым пятном, которое мы не рассматриваем как возможный вид деятельности, наше внимание туда просто не попадает, не высветляет этот кусочек. Поэтому важно спросить себя: что я умею делать и что я делаю хорошо.

Предназначение – это ещё и вопрос реакции мира. Что из моих направлений деятельности вызывает самый больший отклик со стороны? На что реагируют люди? Что просят меня сделать?

Предназначение – это и вопрос того, что нам нравится. Что я делаю всегда, вне зависимости от того, чем занят, выходной или нет, что идёт красной линией по моей жизни. Что бы я делала, если бы у меня уже всё было, что я готова делать бесплатно, просто так, что в жизни приносит мне больше всего удовольствия? В чём больше всего я могу отдать себя миру? В чём я и так это делаю?

Это и вопрос способностей, умений, навыков. Что я умею делать лучше, чем другие? Здесь можно посмотреть самые болезненные места в жизни, т.к. они всегда обладают огромным потенциалом силы, и, когда мы начинаем развиваться в них, в этой области мы становимся сильнее многих других, т.к. для нас она важна и мы не остановимся, пока не выполним свою планку.

Мы не можем их игнорировать, т.к. это происходит с нами, мы начинаем расти и развиваться в той области, которая причиняет нам больше всего боли. Поэтому посмотрите, где в жизни мне было больнее всего?

У кого-то это ситуация со здоровьем. Для кого-то это область отношений с родителями, у кого-то отношения сверстников в месте обучения, неспособность взять какую-то высоту. Что мне всегда хотелось выразить и чем всегда хотелось обладать? Вы увидите, как прогрессировали в областях, которые когда-то были болезненными.

Полноценное раскрытие предназначения возможно при принятии силы Рода, взаимодействия с ним. Можно ли без этого обойтись? Можно, но теряем огромную часть силы, которая очень бы пригодилась. Этот момент зачастую недооценивают. Чем дальше мы помним свой Род, тем больше в нас силы.

Знаете, что это даёт прежде всего? В нас не будет возникать чувства одиночества. А зная о достижениях своих Предков, думая об этом, мы каждый раз будем чувствовать силу. Кроме того, мы ответственны и за то, что передадим будущим поколениям. Что мы такого ценного за жизнь наработали, что можем передать? Всегда есть смысл двигаться дальше, развиться больше. Каждое наше умение даст свои плоды. Да и в принципе важно знать, какой Предок за что отвечает по линии 7 поколений. Когда это осознаёшь, многое становится на место, приходит понимание и благодарность.

Предназначение женщинам подсказывает прабабушка по маминой линии, т.е. бабушка мамы. Именно она содержит в себе идеал, который в нас проявляется. Это самое удачное направление.

Я часто сталкиваюсь с ситуацией, когда девушка уже перепробовала массу занятий, начинаний, но на своё дело ещё не вышла. Иногда бывают периоды сбоев – когда вообще ничего не хочется делать, т.к. непонятно, в каком направлении идти. Старое – то, что известно, уже неинтересно, а нового пока не видно. Это нормальный естественный процесс. Никогда не следует винить себя, т.к. это сразу смещает точку сборки, весь процесс мышления, что ещё долгое время не позволит увидеть желаемое направление.

И иногда бездействие – самое лучшее действие. Но долго в него погружаться нельзя, действия всё-таки нужны. Пусть пока не в своем предназначении, но в чем-то, что приятно. Важно знать и отслеживать точки, в которых появляется драйв. Здесь важна не логика, а именно ощущения. Тем более Женщина обладает качеством создавать всё внутри себя, и потом это начинает проявляться снаружи.

Поэтому сочетание 2 вещей для женщины обладает фантастической силой: умение создавать всё внутри себя состоянием и 2 момент — умение приводить в порядок свою точку сборки – процесс мышления. Женщине вообще сложно идти мужским путём при создании желаемого. Ей нужно оставаться расслабленной, а это можно сделать только действуя в удовольствие. Поэтому нужно идти в сторону всё большей приятности.

Всё это результат того, о чём я думала в прошлом. Это исключительно моя ответственность. Мне достаточно этого или я хочу окунуть себя в ещё больший негатив? Как правило неприятная ситуация затягивается до тех пор, пока человек не примет решение, что она больше не будет повторяться и не начнёт действовать в этом направлении.

4. Спросите себя: Что я выделяю сейчас – какие эмоции? Во что я вкладываю свою энергию? Моя реакция – это моё излучение. То, как я реагирую, говорит о том, что мне пока это нужно, это я пока не отработала. Когда мне надоест, я прекращу так реагировать.

5. Контролируя своё мышление, я слежу за мыслью и осознанно выбираю те мысли, притягиваю, думаю те мысли, которые мне приятны.

6. Моя реальность – это моя карта мышления. Достаточно посмотреть на то, что есть сейчас, чтобы понять, что у меня в голове.

7. Я создаю внутри себя образ желаемого, питаю его, когда начинаю ему полностью соответствовать, оно приходит в мою жизнь.

8. Жизнь там, где энергия (внимание), уделяя больше внимания (энергии) образу, образ быстрее наполнится. Я живу из этого образа. У зерна мысли очень маленькая емкость, её можно разболтать и потенциальная энергия не сможет перейти в кинетическую. Плюс наполняет мечту, минус – разрушает. Посмотрите на примере своих обычных состояний, что вы испытываете в ситуациях, связанных с областью, в которой хочется улучшений. Например: Что я вкладываю в свой бизнес? Проблемы, убеждение: «Ой, как тяжело». Всему найдется соответствие.

9. Нужно завести привычку – реагировать правильно прямо сейчас. «Как здорово, что всё идёт ко мне легко». Или в нас сидит рабская психология (я съедаю всё, что происходит, плыву по течению, это судьба, никуда от неё не деться), или нет.

10. Нельзя никого судить.

11. Вы не можете прямо сейчас иметь в своей жизни больше благополучия, п.ч. то, что есть сейчас – результат прошлых мыслей и действий, результат того, о чем думали вчера. НО вы можете прямо сейчас начать создавать лучшее будущее.

12. Сейчас скажу крамольную фразу, но Хватит быть хорошей для всех. Пора подумать о себе. До того времени, пока вы не соединитесь с собой внутренней, не станете идти путём своих желаний, будете прислушиваться к чужому мнению, вы просто не выйдете на свою дорогу. 

13. Хотите получить духовное – вкладываете духовное, хотите получить материальное, физическое – вкладываете физическое. Вы вкладываете не деньги, а производите физические действия, нужно что-то предпринять на физике, чтобы притянуть то, что хочется.

Энергетические якоря – это то, что вы вкладываете по жизни, например, вкладываете обиду, вас выведет по спирали опять туда же, поэтому начните уже прямо сейчас вкладывать желаемые ощущения, чтобы их получить, чтобы получить то, что хочется.

Да, над этим нужно работать, нужно всё время быть осознанной, всё время улучшать свою точку сборки. Это постоянный и непрерывный процесс, но, согласитесь, он гораздо более приятный, нежели ходить на нелюбимую работу, например, или делать то, что совершенно не хочется. Вообще, женщине абсолютно не нужно делать то, что ей не хочется. Но если она и делать ничего не будет, и работать над собой не будет, то тоже ничего не получится. Поэтому единственное и самое важное, на чём следует сосредоточиться, это на бесконечном повышении своих вибраций, на притяжении желаемого.

14. Жить без мечты – всё равно что отрезать себя от своего собственного благополучия.

15. Процесс должен развернуться во времени. Условно это можно представить в виде разворачивающегося тора. Есть точка. Ваше намерение – желание. Вы начинаете его подпитывать, из точки начинают выходить ростки – нити, их должно выйти определенное количество, это связи, которые необходимы для осуществления желания, при этом они должны увеличиться.

Чтобы добраться до этих связей, вступить с ними во взаимодействие, внутри полая ёмкость заполняется вашей энергией, после чего образуется фигура. В результате всё будет возвращено в эту же точку, только фигура будет уже проявленной. Вернется в точку, т.к. это то же желание, что было в начале, и теперь оно реализовано. И этот тор будет живым, действующим механизмом в вашей жизни.

Не думайте о том, что он будет сопровождать вас, что это баласт, это разумный механизм, после осуществления он живёт своей жизнью, на него можно вообще не обращать внимание, мы и так всегда это делаем. Чем больше раз осуществляется этот процесс, тем проще и быстрее осуществляются желания. Достаточно один раз пройти через него осознанно, чтобы постоянно им пользоваться и внедрять в свою жизнь всё необходимое.

16. Один нюанс: никогда не будет создано и долго не удержится то, что не соответствует целям Души (внутренним ценностям). Каждое желание должно быть согласовано с внутренними ценностями. Если этого нет, желание не дееспособно. В

ы сами не захотите его подпитывать, о нём постоянно думать, п.ч. это не будет вызывать должного отклика, вы не будете ему достаточно радоваться, просто надоест об этом думать, а тем более действовать, при первой же проблеме оно отпадёт само собой. Поэтому важно определиться с желаниями, чтобы они полностью легли на Душу, полностью Вам соответствовали.

17. Действия должны быть простые и нтуитивно-понятные.

18. Это решает сразу несколько вопросов: инициация в женщину невозможна без внутренней согласованности, благодаря согласованности точки сборки и состояния, она появляется, и, как следствие, ощущение себя ещё более желанной женщиной вследствие своей реализации и повышения самооценки. Это переход из позиции жертвы в позицию Творящей свою судьбу. Это колоссальное высвобождение эмоций, которые раньше тратились понапрасну, а это всё утечка жизненной силы – энергии ЦИ и женской силы, т.е. всё это будет приумножаться и станет боле качественным.

Это одновременно повлияет и на притяжение мужчин, станут притягиваться более достойные, т.к. женщина уже звучит по-другому, появится возможность построить долгосрочные отношения или укрепить и возродить уже существующие, опять же, если в этом будет необходимость и если действительно там нужно что-то спасать. В любом случае, будут кардинальные перемены, есть запрос – есть решение.

19. Я часто встречаю Женщин, которые прошли огромное количество курсов, где они только не были и чем только не занимались, но почему-то глобальных изменений в их жизни не произошло, да, что-то изменилось, да, знания всегда полезны, да, вкладываются в саморазвитие, и это прекрасно, но почему до сих пор нет желаемого?!

Потому что начинают не с того! Всё это должно на что-то наложиться, должна быть основа, п.ч. именно эта основа решает всё, а если это накладывается на старую повседневную модель мышления, то и жизнь не меняется, всё остаётся таким же. Это первопричина.

Пока нет вот этой внутренней стабильности, четкого знания, куда я иду, к чему иду, ничего не происходит. Женщине не всегда просто конкретизировать для себя цель, зато ей очень просто конкретизировать эмоции и ощущения, которые она будет чувствовать, когда цель будет достигнута. А творение и происходит на эмоциях и ощущениях, поэтому этого достаточно, плюс действия, и цель, конкретика цели, в определенный момент прорисуется, а до этого момента важно подойти подготовленной, с новой моделью мышления, с новыми ощущениями внутри, которые будут полностью соответствовать желаемому, и наполнить образ желаемого до краев, чтобы он тоже полностью соответствовал своему физическому эквиваленту, который должен проявиться.

Всё проще, чем кажется, но этому нужно уделять время. Уделяя этому время, внимание и энергия уходит в желаемое, т.е. как раз и происходит наполнение желаемого, чем быстрее оно произойдет, тем быстрее это проявится в жизни.

20. Сбывается только то, чего мы хотим, будучи в состоянии изобилия, а не недостатка, другими словами: пока мы хотим от недостатка и действуем от недостатка, сбудется то, чего мы не хотим, п.ч. это другая сторона желания, которую чаще всего мы и подпитываем, в неё влито больше энергии, и, когда она достигает полного соответствия своего физического эквивалента, она входит в нашу жизнь, а мы при этом ещё удивляемся, что мы ведь этого не хотели, хотели другого.

21. Героями не рождаются, ими становятся! И вы – самый главный герой своей жизни! Никто за Вас не пройдёт Ваш путь величия, только Вам под силу сделать это и добраться до самых больших высот, взлететь так высоко, как это только возможно, не упускайте шанс познать свой максимум.

22. Установка: Я верю в то, что мне нужно, что продвигает меня к своим желаниям. Это моя правда. И мне всё равно, верит в это кто-то ещё или нет.

23. Установка: Я не держу обиды ни на кого. Живите своей жизнью и позвольте другим жить совей.

24. Делать постоянный выбор. Не соглашаться на меньшее, на идти на компромисс с собой. Сразу конкретизировать по максимуму. Согласившись с полумерой в одной области, соглашаешься с полумерой в другой. До смешного: хочешь туфли за 5 тысяч, а покупаешь за 2000 – те, которые не очень хочется, завтра выберешь мужчину не с теми качествами, которые хотелось.

25. Не судить себя за созданное и проявленное сейчас. Самолёт сходит с курса в 90% времени полёта, но при этом он долетает цели.

26. Установка: Я не переживаю, а благословляю каждую ситуацию, каждого человека в своей жизни.

27. Ответы на следующие вопросы желательно записать: Что есть? Чего хочу? Какова была бы идеальная ситуация?

28. Что не даёт мне быть в своей мечте, быть тем, кем я хочу, кем я себя вижу? Это и есть то, над чем нужно работать.

29. В осуществлении мечты начинайте с малого. Видя сразу что-то огромное, мы цепенеем, п.ч. не знаем, как этого достичь, но дорога подскажет. Главное – идти. Каждый вопрос открывает два новых. Я готова, потому что знаю, что хочу этого и это согласовано с моими ценностями.

30. Не удовлетворив маленькие желания, невозможно перейти к большим. Наши ценности складываются в соответствии с нашими потребностями на данный момент времени. Если грубо: человеку, которому нечего есть, не до покупки своего жилья, он будет думать о том, как выжить, а не о том, куда вложить деньги, которых и так нет. Уровень потребностей у всех разный. Чтобы перейти к следующему уровню, нужно удовлетворить потребности предыдущего. Самое эффективное – ставить себе цели, которые должны быть правдивыми. Позвольте себе наесться. Удовлетворите все свои маленькие желания.

31. Мы часто ищем других людей, которые нас мотивируют. Мы инcтинктивно ищем людей, которые находятся в контакте со своим источником благополучия, в своей благоприятной точке сборки. Контактируя с нами, они проливают это благополучие на нас, мы подпитываемся, и нам это нравится, потому что это сразу же выправялет наше состояние. И начинается постоянный поиск источников подпитки.

С одной стороны, мы выправляем свою точку сборки на короткое время, что, опять же, на какое-то время даёт нам позитивные ощущения – достаточные для того, чтобы двигаться по жизни и двигаться к своим целям, с другой стороны – мы смещаем внимание во вне, снимаем с себя ответственность за свою жизнь и за то, что в ней творится, как будто наше собственное благополучие зависит от чего-то вне нас.

Мы не можем находиться рядом с такими людьми постоянно, постоянно читать вдохновляющие книги, смотреть такие фильмы и т.д. Наступает время, когда мы остаёмся с самой собой, и это происходит большую часть времени, и жизнь нас сталкивает с собой так или иначе, чтобы мы заметили, где пустота, что нужно наполнить, над чем нужно работать.

Это прекрасно, что есть такой механизм подпитке вовне, и этим нужно пользоваться. Но стоит понять и то, что этот источник благополучия есть внутри нас самих! И единственный путь к нему прийти – изменить точку сборки и состояние.

При этом не забывайте, что все мы делаем ошибки, все мы когда-то находимся в промежутках между маленькими и самыми большими своими целями. Все мы иногда испытываем состояние провала – все эмоции находятся в рамках человеческой природы, и всем нам они свойственны, но только в ваших руках сделать вашу жизнь прекрасной сказкой, только в ваших руках сделать свою точку сборки точно нацеленной на желаемое, изменить свою жизнь так, как именно вы этого хотите, получить всё то, в чём нуждаетесь и чего желаете. Нет ничего невозможного для того, кто поставил себе цель.

Я желаю Вам увидеть перспективу из состояния своего максимума, оказаться на вершине своей собственной горы, потому что для Каждой из Вас это возможно, и Каждая из Вас этого достойна!

***************************************************************************

С Кириллом Волковым — высоким, красивым молодым человеком — мы познакомились на дне рождения подруги. Когда-то они учились в одной гимназии на юго-западе Москвы.

Кирилл — гуманитарий, филолог, эрудит. Делал доклады по Пушкину, Толстому, Бродскому, Камю, Набокову. Проучился шесть классов в музыкальной школе — ударник, играет на фортепьяно и гитаре. Потом поступил в РГГУ на историко-филологический факультет. Затем там же — в аспирантуру…

«Вообще, очень глупое словосочетание, — говорит Кирилл о защите своей диссертации, — от кого защитил? Сразу представляешь темную подворотню, двух хулиганов, которые пристают к девушке, и тут появляется он (то есть я), блистающий рыцарь в бесшумных доспехах, ловко отбивающий девушку, которую зовут “Диссертация”. Мне казалось, от защиты диссертации зависит вся моя жизнь. А, оказывается, жизнь зависит совершенно от другого…»

Год назад в голове Кирилла обнаружили неоперабельную опухоль мозга.

«Когда узнал диагноз, я не спал три недели, смотрел на всех с расширенными от ужаса зрачками, чувствовал наступающий паралич правой части лица (“паралич”, кстати, еще одно слово, которое действует гипнотически!), читал книги, повторял аффирмации, изучал буддийские медитации, делал зарядку для йогов, молился, пытался наладить диалог с опухолью, пил травы, делал китайские упражнения. И боялся, боялся, боялся. У меня был жуткий страх. Как будто что-то темное, как ночь, и неимоверно тяжелое накатилось на меня, придавило холодной рукой, вывернуло внутренности наизнанку».

Диагноз поставила молодая, красивая женщина-врач с добрыми глазами.

«Она смотрела мою МРТ. Долго. Вызвала трех врачей для консультации. Пришли три мужика. Она говорит: “Что это?” Они: “А сама как думаешь?” Ушли. Я спрашиваю: “Ну, что там?” Она говорит тихо: “Закройте дверь”. Долго мялась. Потрескивал электрический свет. Я страшно хотел есть. Говорит: “У вас опухоль”. И грустно-грустно так смотрит добрыми глазами. Я спрашиваю: “Это лечится?” Она, будто бы пытаясь найти опору, своими добрыми глазами осмотрела весь кабинет, ничего не нашла, потом сказала совсем тихо: “Нет”.

Сказала бы она, что есть лучевая химиотерапия, что лечится, пусть долго, дала бы хоть какой-нибудь шанс... Человек — очень живучая тварь, он будет, как плющ, цепляться за любые неровности в стене, поднимаясь к солнцу. Человек способен очень многое перенести, ползти к жизни, цепляясь за нее ногтями, зубами, надеждой, верой… Моему другу Леше поставили такой же диагноз, даже хуже. Выживаемость — 3%. Сейчас, спустя пять лет, он даже ходит в университет… Но я ничего этого не знал.

Сколько у меня было писем, повествующих, как от человека отказались врачи и он надломился, но жил с этим. Даже, говорят врачи, Раисе Горбачевой не помогло, и что мы можем сделать для вас?

Зачем они так говорят? Ведь когда ты слышишь, что есть хоть какой-то шанс, ты начинаешь раздувать этот спасительный уголек. И если ты вкладываешь в него всю любовь, всю надежду, всю жажду жизни, он со временем превращается в пламя. И пусть даже этого шанса нет, зачем лишать человека всего? Ради чего? Ради вашей чертовой врачебной честности? Чтобы человек наверняка знал, что умирает? Для этого? Но “кто сказал, что человеческая природа в состоянии вынести это без сумасшествия?” (“Идиот”, Ф. М. Достоевский).

Мне сказали, что я неизлечим. Что я умру. Понимаете? Я умру. УМРУ. Ты искренне задаешься вопросом: как же так? Этого не может быть. Как мир будет жить без меня?! Планета остановится, остынет. Время исчезнет. Заледенеют города.

Я не успел додумать эту толстовскую мысль, как меня вывели из кабинета.

Потом наступила ночь, бесконечная ночь, самая страшная, самая медленная ночь в моей жизни. Тьма пульсировала смертью. Мой сосед по больничной палате не мог говорить. Из его рта что-то торчало. Я сказал: “У меня опухоль мозга”. Он показал жестом, что пройдет. И — не поверите — это как-то поддержало меня.

Ремизов писал: “Когда тяжело, не плачут”. В самом деле, слезы даны нам, чтобы отгородиться от мира. Освободиться от тоски. Но есть что-то за тоской. Когда время обнуляется и замирает, когда ты думаешь, что будут говорить на твоих похоронах, когда тонны какого-то ледяного древнего ужаса сгущаются в тебе, над тобой. Тоска — все-таки человеческое качество, качество жизни, а меня похоронили. Я принял для себя  решение — встретить смерть достойно. Как мужчина. Но, что бы мы ни делали, кем бы ни были, перед смертью мы все дети.

Самое страшное — не диагноз, не то, что сказали три врача, даже не интонация, с какой это все произносилось. Самое страшное было — ее удивительно добрые глаза. Если бы они были злые, я бы на них обиделся, я заподозрил бы их во лжи. Но они были адски добрые. Как можно обижаться на доброту? Потом, через пять месяцев, меня опять положили в Боткинскую. Со мной была мама, которая хотела найти того врача и убить. За то, что приговорила одним словом. За то, что лишила надежды. Я видел врача, но маме ничего не сказал.

Зачем я все это пишу? Чтобы вы подумали: вдруг вы делаете что-то не то — с глазами, полными доброты, вдруг ваши благие намерения приносят кому-то боль, страх, отчаянье?»

Врачи давали ему два, от силы пять месяцев жизни. Но у Кирилла есть прекрасная мама. Она решила, что они будут бороться. И за ними с тех пор следит и помогает, кажется, весь Facebook. Елена, мама Кирилла, вспоминает первое время новой жизни так:

«Когда Кирилл заболел, я все дни проводила в клинике Бурденко. В основно, сидела в очередях к врачу, иногда по пять-шесть часов. И смотрела на лица людей, на их потухшие, мертвые глаза. Они уже мысленно похоронили себя или своих близких. Когда в коридоре появлялся врач, возвращающийся после операции, очередь облегченно вздыхала: ”Вот он, наш спаситель!” Эти люди доверяли только врачам и ничуть не верили в себя, в свои силы, в до конца не изученные, но безграничные возможности своего организма. Мы с Кириллом почти сразу договорились: половину делают врачи, половину — мы сами».

Благодаря публичности нашлись врачи, разбирающиеся в онкологии, и Елена могла консультироваться с ними, расшифровывать заключения позитронно-эмиссионной томографии. После каждой химиотерапии у Кирилла критически падают лейкоциты. Однажды он даже попал в больницу, и мама через соцсети нашла десятки доноров, которые сумели его спасти.

«Сначала было страшно, очень страшно! — говорит Елена. — Но я быстро поняла, что слезами и бессонными ночами сыну не поможешь. А помогать нужно. И сбором средств на лечение, и консультациями с зарубежными клиниками, и многим, многим другим. Кстати, это еще и помощь себе: когда человек занят делом, нет времени на истерики и грустные мысли. Да и слезы отнимают много сил, а силы ой как нужны! Но главное — поддержать морально, и это самое трудное. Врачи с самого начала сказали мне о неблагоприятном прогнозе. Я знала правду и должна была скрыть ее от Кирилла. Это практически невозможно! И тогда я поверила, что врачи не правы и болезнь излечима. Моя вера постепенно передавалась Кириллу. Он часто просил положить руку ему на голову — и ему становилось спокойнее.

Очень важно, когда родные искренне верят в твое выздоровление, всегда рядом, всегда готовы помочь. Значит, ты не один. Маленькая, но очень мужественная команда.

Фото предоставлено автором

Кирилл Волков

Вера в выздоровление не была постоянной. Бывало, она сменялась страхом и отчаяньем. И тогда на место веры приходила любовь. К этому времени я уже знала: моя любовь может все, честно. Иногда и у Кирилла опускались руки. Но я, уже будучи сильнее, говорила ему, что все получится, что он просто устал от болезни, но скоро придет второе-третье-десятое дыхание. Снова клала руку на его голову, пытаясь передать через нее все чувства.

Когда Кирилл лежал в Боткинской, я приезжала к нему с утра и сидела до вечера. Кирилл болтал по интернету с друзьями. Но, как только я говорила, что поеду домой, у него тут же тускнели глаза и портилось настроение. На вопрос: “Что случилось?” — честно отвечал: “Ты уезжаешь!” Ему было важно мое присутствие. Просто — мама рядом, и становилось легче и спокойнее».

Сам Кирилл пишет о страхе так:

«Страх очень специфическая вещь — человек верит не в то, что реально, а что реально для него, что живет в его воображении. Я очень люблю пример, который приводит в своих “Не-мемуарах” Ю. Лотман. Он рассказывает, как во время Второй мировой он брал юнцов под самый мощный обстрел, чтобы они не боялись. “Страх, — пишет он, — рождается не объективными условиями (величиной опасности), а нашим к ним отношением”.

Болезнь — та же война. Были на войне люди счастливыми? Еще как! Были веселыми? Да. Сколько анекдотов пошло оттуда. Смехом прогоняли смерть. Но нам кажется, что война — это беспробудный мрак. Нет, на самом деле это сдвинутая норма, в которой есть счастье и несчастье, жизнь и смерть».

Сейчас Кириллу трудно говорить, но, не собираясь прерывать общение, он стал активно писать. Кроме переписки с самыми разными людьми, за последние месяцы Кирилл написал комедию, басню, эссе, статьи, рецензии. Сейчас пишет три книги — по филологии (о Набокове), культурологии (о гениях) и об онкологии, которую сам он называет главной. Я спрашиваю Кирилла: что бы он сказал сейчас тем, кто только столкнулся с заболеванием?

«Как вы думаете, сколько процентов раковых больных излечимы? 30%? 50%? А 90% не хотите? Страх делает свое разрушительное дело, превращается в тревогу, в мысленную установку на обреченность… Именно она в большинстве случаев и приводит к смерти.

Ну, заболели вы онкологией, ок! То есть не ок, конечно... Но что вам делать дальше? Да жить как жили, пусть даже вы слабый, ездите на химиотерапию или, как я, почти не можете говорить. Но жизнь-то продолжается! Не существование, а жизнь — с ее Парижами и Нью-Йорками, безумными путешествиями и воспоминаниями, с ее пивом и друзьями, сумасшедшей музыкой, листопадом и росой, боевиками и эротическими снами, с блеском от солнца в лужах и встречами с замечательными людьми… Жалко, что мне тогда этого никто не сказал, когда я сидел, а во мне пульсировало: “Ты умрешь, ты умрешь, ты умрешь…”, когда я пытался читать, делать зарядку, смотреть телевизор, но все мое существо говорило эти слова.

Никто, кроме вас самих, не создаст здоровье. Ни врачи, ни таблетки, ни химиотерапия… Только вы сами.

Мне писали онкобольные, и даже из нескольких строчек веяло чем-то непроглядным, мрачным. Я знаю, как вам тяжело, как вас душит безденежье, неверие, сомнения, страх. Но только ваша установка на счастье, на изменение реальности внутри себя способны изменить внешнюю реальность. Других способов я не знаю.

Я слушал М. Норбекова “Опыт дурака, или Ключ к прозрению”. Там описывается, что главное не то, какую ты таблетку принимаешь, а то, с каким настроением ее пьешь! Если пьешь на автомате (как все мы) или с осознанием того, что ничто не поможет — эффект будет минимальным. Я выучил эту аудиокнигу наизусть. Он описывает, как дети исцелились от сахарного диабета, потому что принимали ванны и думали, что растворяют сахар, который находится в них. Они чувствовали, что сахар уходит, испаряется… Детская вера в чудо. Норбеков пишет про важность улыбки, что надо заставлять себя как можно чаще улыбаться. Это автоматически меняет пропускаемость мембраны в клетке.

Луиза Хей пишет, что наше подсознание запоминает все мысли. Назови себя “инвалидом”, даже в шутку, даже для смеха, оно впитает этот образ. Поэтому, пишет Хей, крайне важно, как мы говорим, как мы мыслим. В нашей речи должно быть меньше отрицаний. Не говори: “Не могу”, скажи: “Я сделаю это по-другому”. После слов остаются послевкусия, шлейфы ощущений, осадок чувства...

То же говорит буддизм: наше эго пропитывает реальность. Эта реальность формируется нашим сознанием, наполняется нашими мыслями, словами, образами. То, как мы мыслим, как мы говорим, отражает нашу картину мира. Мой психоаналитик Марина Фридман говорит, что фраза “Я болен” чудовищна! Правильно говорить: “Я недостаточно здоров” (хотя сама предпочитает другой термин: “У меня дефицит здоровья”, избегая тем самым ненужной частицы “не”). Мысль формирует мир. Так три разных учения — Луизы Хей, М. Норбекова и буддизма — слились для меня в единый постулат: “Важно не что есть на самом деле, а то, как мы себе это представляем”. Если вы назовете себя “инвалидом” или “больным”, то таким и будете.

У меня потрясающий психолог Марина Фридман. Она сама прошла сквозь онкологию и теперь помогает людям. Всем, кто столкнулся с онкологией, нужен психолог. Без исключения».

Благодаря Марине Кирилл стал говорить о своем заболевании публично:

«Мой психоаналитик дала мне задание делиться опытом, помогать людям. Я написал пост: пишите мне, я помогу. В 5 утра проснулся и понял, что этого мало. Что людям нужна моя книга».

Спрашиваю Кирилла прямо об ошибках в разговорах с ним.

«Мне нужен был хоть кто-нибудь, кто сказал бы мне “Ты не умрешь!”, протянул бы руку, объяснил, что это не приговор, что люди с этим живут, вылечиваются.

Мне говорили фразы типа: “Я верю, что надежда есть. Держись! Дай тебе Бог”, то есть надежда есть только на Бога, ты-то сам ничего не можешь сделать, так что держись. За что держаться? Во время шторма понятно, за что держаться, а здесь? Как я ненавидел эти “Держись!” Они меня заживо хоронили, вырыли могилу из этих “Держись!”».

Кирилл даже написал инструкцию по тому, как усугубить депрессию:

«Запомните:

Если вы хотите напугать и без того испуганного человека, скажите ему: “Держись!”

Если вы хотите, чтобы он запаниковал, скажите: “Я верю, что все будет хорошо!”

Если вы хотите, чтобы депрессия перешла в инстинктивный страх, скажите ему: “Надежда есть”.

Если вы хотите, чтобы он не спал, скажите, глядя в глаза: “Дай тебе Бог”.

Повторяйте это упражнение ежедневно, и вас быстро удивят результаты: седые волосы, худоба, невыспавшиеся глаза, неверие в собственные силы — это только начало... Оцените эксклюзивную фразу “Держись! Все будет хорошо!”. И для закрепления эффекта положите руку на плечо. Скоро вы заметите поразительные изменения с тем, кому вы это все говорите: лицо постареет на десять лет, глаза потухнут. Можно еще повторять фразу “Не переживай”».

Спрашиваю, легко ли ему говорить о диагнозе.

«Сначала я очень боялся. Запрещал всем даже произносить слова "рак", "онкология". Они меня гипнотизировали. Потом привык. Раньше я думал: "Вот я мою посуду, а у меня опухоль", "Вот я гуляю, а у меня опухоль". А теперь я думаю: "Ну да, опухоль, надо с этим жить". Обрати внимание: "не выживать", "не существовать", а "жить"!

Я преодолел депрессию, самую большую и тяжелую в моей жизни. Еще я нашел себя. Быт стал бытием, поход в магазин — непростым путешествием, сообщение “Вконтакте” или “Фейсбуке” — событием, просмотр телефильма — обрядом, исполненным смысла, разговор по телефону — испытанием, скороговорка “Карл у Клары украл кораллы” — артикуляционным и пока, увы, недостижимым подвигом. Болезнь дала возможность посмотреть на себя и на то, чем я занимаюсь, со стороны, остановиться, отдышаться, подумать о своей жизни, о времени, о любимых и “любимых” людях. Я бежал, суетился, работал, сбивался, что-то писал, шутил, брился, что-то менял, опять работал, не замечал себя, проводил время с нелюбимыми людьми, гнался за счастьем, а оно было под рукой. А ведь мог прожить так еще долго. Что ж! Самое время оглянутся. Подумать о счастье. О друзьях и близких. Жизнь становится как-то философичнее, тоньше. Еще я не знал, что мои мама и бабушка — настоящие герои. Без преувеличения. Беру с них пример в своей решимости справиться с этим недугом.

Но, думаю, в остальном я все такой же — люблю Пола Маккартни и молочный шоколад с орехами (который мне, увы, нельзя), по-прежнему считаю Бродского вершиной поэзии, по-прежнему шучу, не верю в астрологов и подбираю всякую мелодичную ерунду на гитаре. И так же люблю моих прекрасных друзей из школы, которые ездят в Париж, женятся, рожают детей, читают прекрасные книги, очень переживают за меня — в общем, делают все, как надо. С такими друзьями мне ничто не страшно.

Проживать день на полную катушку, не экономить себя, читать великие книги, смотреть хорошие фильмы, помогать нуждающимся, любить, верить в человека и созидать, созидать, созидать. Совесть, благородство и достоинство — вот оно, святое наше воинство.

Вот уже больше года, как я болею. Не помню конкретной даты. Помню, что вроде бы в апреле. Приурочил все к 23 апреля. Филологи меня поймут*».

Исследование — человек принимает решение раньше, чем осознает его

       Техника дыхания удивительна. Существует свыше тысячи вариантов дыхания. Многие техники построены на дыхании, оно очень разное, его придумывают разные люди и называют по-разному. Первые упоминания о роли дыхания можно найти в текстах, написанных несколько тысяч лет назад. И мы вновь и вновь открываем для себя достоинства и преимущества дыхательных практик.
     Все люди дышат! Дыхание выходит за границы языка, пола, веры. Мы дышим, даже не задумываясь об этом. Дыхательных техник существует очень много еще и потому, что дыхание – это процесс, которым вы управляете. Вы можете сделать вдох, можете задержать дыхание, можете выдыхать активно, можете…
    С дыханием вы можете делать все что угодно. Это процесс осозннного управления. Именно поэтому техники дыхания очень широко используются и у них очень большой ресурс. Дыхание - это жизнь. Наблюдая за своим дыханием, вы меняете его. И когда вы осознанно дышите - все происходит иначе. Хотите поменять состояние – начните дышать по-другому. Это управляемо!
    Техника дыхания – это техника индивидуальной работы без всякого запроса. В процесс дыхания лучше входить без каких-либо концепций на уровне ума: гармония, счастье, работа, деньги. Потому что это мысли. На самом деле, вы не знаете, что скрывается за вашими мыслеформами. Хотя, используя системное моделирование, можно любое требование ума развернуть, как некую категорию и посмотреть из чего она складывается, из последовательности каких состояний, которые вы переживаете. Может быть ваша гармония – это радость, раздражение, горе, тоска и опять радость. И тогда вы будете последовательно переживать эту цепочку. И когда вы что-то называете гармонией, эффективностью, любовью, радостью, счастьем - вы пытаетесь из этого сделать вещь. А на самом деле – это процесс. Но когда вы пытаетесь процесс превратить в вещь, то вы его всегда останавливаете. Процесс – не идет! Его нет! Здоровье – это тоже процесс. И остановленный процесс превращается в болезнь. Дыхание превращает любую вещь в процесс.
    Используя дыхание, у вас есть возможность сделать этот процесс осознаваемым. Для этого есть простая задача – вдох и выдох. И все! Контролируйте только это. Тело будет себя вести как-то, будут переживаться различные эмоциональные состояния. А вы наблюдаете за переменами. Вам необходимо обеспечить энергию для перемен, а энергия – это вдох и выдох. Чаще всего, горе от ума. Вы хотите, чтобы было так, а оно не так или вам кажется, что не так. Но когда вы дышите – вы создаете себе пространство перемен и получаете, как результат, некое не описываемое словами состояние себя. Я как Я.  
    Раз вы не можете описать, значит – это вы. Вы это не наблюдаете, вы и есть ЭТО. Это трудно перевести на слова. Пытаясь сказать, описать словами – вы хотите поделиться, чтобы другие поняли, что вы чувствуете. Но тогда вы уже не остаетесь этим, вы уходите из этого. Да, вы будете переживать необычные состояния для себя, а доходить будете через всякие разности. И ни один процесс не повторяется. Если вы будете дышать завтра, то уже не будет того, что было сегодня. Вы не начинаете опять все с начала. После процеса дыхания вы уже какой-то путь прошли. И завтра вы будете двигаться с той точки, на которой остановились.
    Технологически это очень просто. От вас ничего не требуется, кроме естественного процесса: вдох и выдох. Причем, желательно без пауз, потому, что все эмоции и все остановки записываются на паузе. Вас испугали и вы замерли, вы вдохнули и все – остановились. Эта эмоция записалась. Вы уже и забыли об этом. Ребенок, когда рождается, вообще дышит без пауз. Чем взрослее мы становимся, тем паузы между вдохом и выдохом становятся длиннее. Мы замираем, мы стареем.
     Дыхание позволяет вернуться в некое ресурсное состояние себя, состояние ребенка. При очень глубоком, активном, связанном дыхании – вы вообще можете попасть в утробу матери, вы можете попасть в точку до зачатия. Вы можете попасть в состояние рождения. И вы можете переживать эти состояния как здесь и сейчас. При этом это не мозги, это не картинки, это не фразы, хотя все может сложиться. Это, прежде всего, состояния, это цепочка состояний. Это другое ощущение тела. Когда вы дышите, вы возвращаетесь туда, когда ваше тело было без этих накопленных ошибок.
    Клетки желудка постоянно обновляются и через месяц у вас уже другой желудок. Но вы же и язвы свои тоже обновляете. Через месяц у вас новая язва. По сути дела, все искажения, которые вы накопили, они складываются. И вы не знаете с каким эталоном работать. Так вот в дыхании вы возвращаетесь в первоначальное состояние. Эталон и то, что есть сейчас, начинает сравниваться и исправляться. И не так, как вы думаете о себе, а так, как было заложено, когда вы сюда пришли, как некая структура, которая всегда сохраняется. При этом у кого-то руки начнет крутить, у кого-то - ноги, у кого-то - этого может и не быть, у кого-то - будет где-то колоть. Где проблемы – там и будет что-то регулироваться. Вам не надо задумываться – что вы должны регулировать. Ваше тело знает само. Ваша задача – вдох и выдох. Тело будет меняться, программы - переписываться. Блоки, которые вы будете чувствовать на вашем теле – это как раз те записи, которые были в разные времена и по разным ситуациям записаны. Душа – это то, что записывает и создает связи и вы будете переживать эмоциональные состояния, как связи. И Дух, как вдох и выдох, как тот, кто дышит. При этом ничего не надо делать. Я вдыхаю, я – выдыхаю. Вот это самая главная задача, которую вы должны делать.
    Дышим очень просто. Вдох, желательно делать очень резко, выдох – свободно. Делайте насильно только вдох, а выдох - просто бросайте грудную клетку, как выдохнется. Если у вас где-то болит тело, удерживайте внимание в этой точке и усиливайте дыхание. Это значит, что тело начинает работать с этим органом, с этим местом, с этой частью тела. И желательно все доводить до пикового состояния. Болит – дышите глубже и чаще. Очень болит – еще глубже и чаще. И самое интересное, что вы дойдете до какого-то пика, а потом произойдет нечто, как взрыв и это все исчезает. Вы перейдете границу. Кайф – неимоверный! Даже слово кайф тут не подходит. Как-будто вы сразу оказались на вершине.     И дышится иначе и состояние другое. Вы перешли границу! И может вообще исчезнуть дыхание! Вы растворяетесь! Нет чего-то отдельного, вы и дыхание едины. Это редкая вещь, когда вы и дыхание становитесь единым целым. Тогда вам не надо заставлять себя дышать. И вы можете тогда дышать часами. Усиливайте состояния, усиливает все, что есть.      Тело мотивирует очень хорошо. И это движение от боли к не боли – меняет ваше Тело, развивает вашу Душу и усиливает ваш Дух.
    Каждый из вас дышит по-разному. Ваше дыхание – это ваш паттерн поведения, ваша стратегия. И некоторые, чтобы не быть обязанными – не вдыхают и не выдыхают. Одни готовы брать - и у них мощный вдох, но «жаба» давит, когда надо отдавать. И тогда у них выдох – долгий и медленный, чтобы не дай бог что-нибудь лишнее не выдохнуть. Другие – они ничего не брали, ничего не вдохнули, но им надо отдавать. Легкие уже наизнанку, а они все отдают и отдают. Очень щедрые.
    Вы будете подходить к границам, особенно те, кто в первый раз. Вы, конечно, будете переживать чувство страха, вам будет казаться, что это уже все. Но поймите, что процессы, которые вы переживаете в процессе дыхания – это как путешествие на машине времени. Вы откатываетесь назад, вплоть до зачатия и переписываете, стираете эмоциональные программы: страхи мамы, агрессию отца, детский садик, ясли… И возвращаетесь назад уже с ресурсом. То, что там было - вы об этом не помните, а оно жило своей жизнью. Все пережитое вами, записалось как память на теле, как память эмоциональная. Когда вы это завершаете в процессе дыхания – у вас расширяется пространство. Вы становитесь другими. И не просто скачком куда-то, как кому-то хочется, а так – как нужно вам, с естественным постепенным расширением своих границ.
    Да, дыхание позволяет переписать даже те состояние, которые вы не помните и не знаете. Вы можете попасть в зону рождения, пережить собственное рождение, почувствовать состояние мамы в процессе беременности вами. Вы можете ...
Дыхание – это возможность путешествовать по своим случилось, менять эти состояния на то, как надо и тогда то, что должно было произойти уже не произойдет. Произойдет нечто другое. Особенно, когда у вас есть какие-то ситуации, которые повторяются, как циклы. Это очень хорошо продышать и тогда эти повторы заканчиваются. Вам не нравится какая-то ситуация, вам не нравится отношение окружающих, вам не нравится состояние вашего здоровья. Вы берете любую эмоцию: недовольство, стыда, разочарования, обиды, претензии, гнева, грусти, печали. И когда вы с этим дышите, вы за эту эмоцию, как за красную ниточку проходите по всем событиям, которые поддерживают эту эмоцию, которые случились для того, чтобы у вас была эта эмоция и переписываете их. И потом вы уже возвращаетесь без этой заданности, без этих рамок. При всем этом, вам никто и ничего внушать не собирается, вы дышите самостоятельно.     Ваша задача только одна: вдох-выдох. А эмоция складывается из суммы предыдущих. И когда вы дышите с какой-то эмоцией и идете к источнику, то оказывается, что включила агрессию бог знает когда произошедшая радость. Только разрешите себе переживать те эмоции, с которыми вы встретитесь в этом путешествии. Завершите то, где вы застряли. И если у вас было чувство стыда, то это не говорит о том, что вы будете бесстыдными. Это говорит только о том, что вы не будете создавать «нехорошие» ситуации, чтобы потом вам было стыдно. А иначе надо будет все время создавать такое, чтобы потом было стыдно.
    Дыхание самая экологичная техника и может работать с любым спектром проблем. В дыхание важно контролировать только одно – вдох и выдох. И это проявление силы Духа. А Душа – это то, что вы будете переживать. А расширение способности Души переживать и чувствовать – это завершение своих переживаний.
Когда вы просто замираете на вдохе – у вас включается Душа, как чувствование пространства окружающих, вы чувствуете другой мир – окружающий. Вы не сосредоточены только на одной связи. Этих связей очень много. Вы как паутина привязаны этой точкой к миру. Это очень интересный момент. Но когда вы дышите связанно, вы чувствуете только себя и только те эмоции, которые записаны для вас. Это дыхание Духа. Вдох и выдох делает Дух. Паузы – Душа и на паузе записывается та связь, которая для Души становится основной. И тогда вы эту связь ловите и создаете пространство вокруг себя.
Поэтому очень важно не замирать. Главное дышать без пауз, чтобы быть все время в состоянии Духа, все время в преодолении. При этом идет два момента: на вдохе вы развиваетесь, вы принимаете, вы переходите некую границу. На выдохе вы сохраняете то, что надо – остальное отбрасываете. На вдохе вы что-то получаете, оставляете нужное и ненужное выдыхаете. Все, что нужно для развития остается. Поэтому выдох должен быть свободным.
Чем хороша работа в группе? Это если вы хотите конкретно перейти границу. Дышать можно и самому дома. Особенно, когда вы после семинаров получили некий серьезный опыт, тогда вы спокойно можете это делать. Но таких людей немного. Некоторых заставляют очень жесткие симптомы, тогда люди борются за себя. Вы можете это делать. С другой стороны, дома не бывает так сильно, как в группе. Каждый в группе будет добавлять что-то для других и брать все от всех. В группе дыхание, как минимум, на порядок мощнее, глубже и ярче. Это всегда сильно.
Это расстановка без запроса, без расстановщика, без заместителей. Для того чтобы развернуть какую-то модель, считать и распаковать информацию – необходимы люди. Но для того, чтобы дышать и позволить себе завершить процесс – ничего не надо и никто не нужен, кроме вас. И смелость. Потому что это правда о себе. Вы переживаете эмоции, вы разрешаете им быть, разрешаете им проявляться на теле. Вы все переписываете, вы меняете реальность. Вы остаетесь собой, но уже другой.
    Переживания в процессе дыхания – это и системное моделирование, и расстановки, и Випасана. Это все вместе. И вы можете убрать любые травмы, работать с симптомами, пережить смерть и выйти из этого состояния, родиться и омолодиться. Но никто вам ничего не сделает – если вы этот порог не перейдете сами. Вы никому не нужны, если не нужны себе. Наша задача подсказать, как сделать это эффективнее и лучше. Но не сделать за вас. Дышать придется вам!
http://srez.info/articles/creation/239