Судя по сложившейся обстановке, Кир Стармер доживает свои последние дни в качестве премьера Великобритании.

Первый звоночек (а то и колокол) был связан с публикацией файлов Эпштейна, которые указали на прочную связь посла Британии в США Питера Мандельсона с подозрительными вечеринками на острове финансиста.

Тогда Стармер с дрожащими руками публично оправдывался за это назначение (мол, поверил Мандельсону, не ожидал такого удара), и вроде как ситуацию удалось замять. Но были и другие скандалы — например, околокоррупционный, связанный с тем, что политик охотно принимал дорогостоящие подарки (например, билеты на концерт Тейлор Свифт).
Также его часто критикуют за неспособность последовательно работать в выбранном направлении. Правительство Стармера сначала принимает решение, потом меняет его. В итоге актуальные проблемы никак не решаются.

Положение Стармера остаётся, мягко говоря, шатким. Дело в рекордно низких рейтингах премьера, который тянет за собой всю Лейбористскую партию. Она уже показала провальные результаты на местных выборах в мае 2026-го. Из-за этого политика критикуют не только политические оппоненты, но и «свои», которые не хотят завершать карьеру из-за действий и высказываний премьера.

Впрочем, британскому обществу не привыкать: Стармер стал как минимум пятым не самым удачным премьером страны. Его предшественники также уходили с поста со скандалами, и вряд ли их кто-то поминает добрым словом даже после того, как многие из них предпочли исчезнуть с политических радаров.

Во время встречи с Трампом в Пекине Си Цзиньпин подчеркнул, что тайваньский вопрос является важнейшей проблемой в китайско-американских отношениях и если его урегулировать должным образом, то двусторонние отношения сохранят общую стабильность. В противном случае между двумя странами возможны столкновения и даже конфликты.

Парадоксальность тайваньского вопроса состоит в том, что Пекин считает более выгодным стремление Тайваня свергнуть КПК и вернуть всю территорию Китая под свою власть, чем курс на независимость. Для компартии Китая независимость Тайваня, исключение тайваньцев из китайской нации равнозначны политической катастрофе. Тайваньский вопрос для КПК таит в себе риск необратимого упадка диктатуры партии. Потому что проблематика Тайваня является фундаментальным основанием идеологии Китайской Народной Республики и безальтернативности власти компартии в стране.

Официальная историография китайской революции, образования КНР и возникновения тайваньского вопроса выглядит следующим образом.

После окончания Второй мировой войны оккупированный японцами Тайвань был возвращён Китаю. Однако вскоре Гоминьдан, опираясь на активную поддержку США, в том числе финансовую, военную и консультационную, нарушил Соглашение от 10 октября с коммунистами и начал масштабную гражданскую антинародную войну. В результате многолетней народно-освободительной борьбы под руководством Компартии 1 октября 1949 года была провозглашена Китайская Народная Республика, ставшая единственным законным правительством страны. Поражение гоминьдановцев привело к их отступлению на остров Тайвань, где при прямой поддержке США сформировалась отдельная политическая структура, что породило разделение по Тайваньскому проливу. Уже в 1950-х годах Седьмой флот США вошёл в Тайваньский пролив, а в 1954 году был заключён «договор совместной обороны» между США и тайваньскими властями, фактически поставивший остров под американскую протекцию. Нормализация китайско-американских отношений началась лишь в 1970-х годах. Важным шагом стало восстановление законных прав КНР в ООН в 1971 году, когда представители тайваньских властей были исключены из Организации.

Окончательно дипломатические отношения между КНР и США были установлены 1 января 1979 года: Соединённые Штаты признали правительство КНР единственным законным правительством Китая и согласились прервать официальные связи с Тайванем. Тем не менее уже через три месяца американский конгресс принял Акт о взаимоотношениях с Тайванем — внутренний закон, позволивший США продолжать продажу оружия острову и сохранять неофициальное влияние в регионе. Попытки урегулировать вопрос о поставках вооружений привели в 1982 году к подписанию Коммюнике от 17 августа, в котором США обязались постепенно сокращать объёмы таких поставок. Однако эти обязательства не были выполнены в полной мере: ярким примером нарушения договорённостей стала продажа Тайваню в 1992 году 150 истребителей F-16. Таким образом, ключевая причина сохранения тайваньского вопроса в повестке международных отношений заключается во вмешательстве США во внутренние дела Китая.

Признаюсь, да и внимательные читатели, наверное, заметили: есть у автора слабость — регулярно ссылаться на самого себя, на собственные выводы и прогнозы, которые впоследствии подтвердились. Но что делать (честно, пишу это с самоиронией), если они действительно довольно часто сбываются?

Вот и сегодня приходится напомнить, что я многократно говорил ранее: практически единственный рычаг давления на Зеленского, который остался у Трампа, — дальнейшая раскрутка коррупционных скандалов через НАБУ.

И вот на минувшей неделе этой дубиной были нанесены два сильнейших и очевидно синхронизированных удара, подробно рассказывать о которых нет смысла, т. к. читатели «Альтернативы», безусловно, полностью в курсе.

И, опять же, ну простите, вспомню, что отмечал неделю назад: российские заявления о бессмысленности трехсторонних переговоров, пока Киевом не будет выполнено всем очевидное «ключевое требование» (а на отчетной неделе оно было названо Дмитрием Песковым уже прямым текстом) — это не конец «духа Анкориджа», а вежливый, но твердый дипломатический сигнал американцам, что это их задача — убедить Киев в необходимости этого шага, причём по многим признакам было доведено и то, что срок действия терпения Москвы уже близок к завершению.

Как видим, сигнал был понят и российские «пожелания» стали реализовываться весьма быстро (впрочем, очевидно, что все запущенные материалы, включая интервью Юлии Мендель Такеру Карлсону, были давно подготовлены и только ждали команды «фас»).

Наверняка многие «максималисты» скажут, что лучше бы они «Старлинк» ВСУ отключили и перестали передавать развединформацию, но, как известно, политика — искусство возможного, причем это касается всех её субъектов.

Свёртывание прямой поддержки Киева администрация Трампа объясняет исключительно соображениями экономии средств американских налогоплательщиков, расходовавшихся на «не нашу войну», а миротворческие усилия — стремлением прекратить бессмысленное кровопролитие.

С правовой же точки зрения позиция Вашингтона неизменна — Украина защищает свою территориальную целостность и суверенитет. В этом контексте следует понимать и вызвавшее немалый шум в отечественном медиапространстве краткое трамповское «нет» на вопрос «Возможно ли достижение взаимопонимания между вами и Путиным о том, что России достанется весь Донбасс?»