Дочитала книгу Светланы Алексиевич «У войны не женское лицо». Понравилась. Это самая известная книга Светланы Алексиевич, где война показана глазами женщины.  

«Не могу видеть, как дети играют «в войну», - говорит Тамара Степановна. Войну хочется забыть, трудно человеку жить с такой жестоко нагруженной памятью, с такой измученной душой. Но что будет с нами, если они (воевавшие) забудут и не передадут нам свою память? Какими мы будем без нее в нашем большом и тревожном мире?».

«Можно ли было победить народ, женщина которого в самый тяжелый час, когда так страшно качались весы истории, тащила с поля боя и своего раненого, и чужого раненого солдата? Можно ли поверить, что народ, женщина которого хотела родить девочку и верила, что у той будет другая, не ее судьба, что этот народ хочет войны?».

Неужели мы все забыли, неужели Украина забыла и вновь хочет этого ужаса?

Еще одна книжка: Ольга Седакова «Путешествие в Брянск». Не могу сказать, что в восторге, но автора понимаю, понимаю, насколько она «задыхалась» в советской действительности. Хотя я не вижу больших различий между «столицами» и «провинцией».

Из сети: Ольга Александровна Седакова родилась в Москве 26 декабря 1949 года в семье военного инженера. В школу пошла в Пекине, где отец в это время (1956-1957 годы) работал военным инженером. Семья была далека от гуманитарных интересов, поэтому важнейшая роль в её жизни с самого начала принадлежала учителям и друзьям. Первым из таких учителей был пианист М.Г. Ерохин, открывший ей не только музыку, но живопись, поэзию, философию; от него впервые она услышала поэтов Серебряного века и ещё неопубликованного по-русски Рильке.

В 1967 году Ольга Седакова поступает на филологический факультет МГУ и в 1973 году заканчивает его с дипломной работой по славянским древностям. Отношения ученичества связывали ее с С.С. Аверинцевым и другими выдающимися филологами – М.В. Пановым, Ю.М. Лотманом, Н.И. Толстым. В круг ее филологических интересов входят история русского и старославянского языков, традиционная культура и мифология, литургическая поэзия, общая герменевтика поэтического текста. Чувствуя, что в эпоху «железного занавеса» и информационной блокады возможность читать на других языках насущно необходима, Ольга Седакова изучила основные европейские языки. Это помогло ей в дальнейшем зарабатывать на хлеб обзорами новейшей гуманитарной литературы (в 1983 – 1990 годах она работает референтом по зарубежной филологии в ИНИОНе) и переводить «для себя и знакомых». Переводы из европейской поэзии, драмы, философии, богословия (английские народные стихи, Т.С. Элиот, Э. Паунд, Дж. Донн, Р.М. Рильке, П. Целан, Св. Франциск Ассизский, Данте Алигьери, П. Клодель, П. Тиллих и др.), сделанные без мысли о публикации, в последние годы выходят в свет.

Стихи Ольга Седакова начала сочинять с первых лет жизни и довольно рано решила «быть поэтом». С того момента, как её поэтический мир приобрел определённые очертания (формальные, тематические, мировоззренческие), стало очевидно, что этот путь радикально расходится с официальной словесностью, как пути других авторов этого «послебродского» поколения Москвы, Ленинграда и других городов: В. Кривулина, Е. Шварц, Л. Губанова (с которыми её связывала личная дружба). Во «второй культуре» 70-х годов обретались не только литераторы, но художники, музыканты, мыслители… Там шла интенсивная творческая жизнь, которая только отчасти вышла на свет во времена либерализации. Не только стихи, но и критика, филологические работы Ольги Седаковой практически не публиковались в СССР до 1989 года и оценивались как «заумные», «религиозные», «книжные». У отверженной «второй культуры» тем не менее был свой читатель, и достаточно широкий. Тексты Ольги Седаковой распространялись в машинописных копиях, публиковались в зарубежной и эмигрантской периодике.

В 1986 году вышла первая книга в издательстве YMCA-Press. Вскоре после этого стихи и эссеистика стали переводиться на европейские языки, публиковаться в различных журналах и антологиях и выходить в виде книг. На родине первая книга («Китайское путешествие») выходит в 1990 году. 

К настоящему времени издано 46 книг стихов, прозы, переводов и филологических исследований (на русском, английском, итальянском, французском, немецком, иврите, датском языках; готовится шведское издания). 

В конце 1989 года Ольга Седакова впервые выезжает за рубеж. Последующие годы проходят в постоянных и многочисленных поездках по Европе и Америке (участие в фестивалях поэзии, конференциях, книжных салонах, преподавание в различных университетах мира, публичные лекции). 

С 1991 года сотрудник Института мировой культуры (философский факультет МГУ).

* Кандидат филологических наук (диссертация: «Погребальная обрядность восточных и южных славян», 1983).

* Доктор богословия honoris causa (Минский Европейский Гуманитарный Университет, факультет богословия, 2003).

* Автор «Словаря трудных слов из богослужения: Церковнославяно-русские паронимы» (Москва, 2008).

* Офицер Ордена Искусств и словесности Французской Республики (Officier d’ Ordre des Arts et des Lettres de la République Française, 2012).

"Путешествие в Брянск" - это путешествие во Время. Покидая Москву, поэт открывает читателю вид на эпоху. Из провинциального Брянска - на время советских 70-х. Как быть со злом своего времени, что с ним делать, как быть с собой? Новое место - это точка зрения, необходимая дистанция, чтобы бескомпромиссно взглянуть назад, вглубь, на себя. Тонкая прихотливая выделка письма Ольги Седаковой, ее печаль и юмор позволяют приблизить к глазу драгоценные кристаллы опыта одной человеческой души. Ее фразы незаметно, но настойчиво отмежевываются от привычного построения и течения смысла и в своей магической оптике открывают вид на предметы очень новые для мысли и понимания, завораживающе красивые.

Закончила смотреть третий сезон «Однажды в сказке» (другое название «Однажды давным давно»). Очень нравится этот сериал. Появилась Бастинда (замечательная сказка «Волшебник из страны Оз» или у нас «Волшебник Изумрудного города»). Четвертый сезон обещают осенью. С нетерпением буду ждать.

Из сети:

Год выпуска: 2011—2014
Жанр: фэнтези, драма
Страна: США
Режиссер: Ральф Хемекер
В ролях: Джиннифер Гудвин, Дженнифер Моррисон, Лана Паррийа, Джошуа Даллас, Эйон Бэйли

Описание: Однажды, в некотором царстве жила-была злая королева… Такое начало имеет не одна сказка, известная нам с детства, также начинается и эта не менее сказочная история. Но в отличие от традиционной сказки она тесно переплетается с реальным миром, где в общем-то и нет места сказочному волшебству. А тем не менее порой очень сложно понять где заканчивается вымысел и начинается реальная жизнь.

Эмма — молодая женщина, привыкшая реально смотреть на вещи. Будучи молодой и наивной она уже совершила глупость, о которой сожалеет до сих пор и которая настигает её спустя десять лет, когда на пороге её дома нежданно появляется мальчик по имени Генри. Он твердо уверен, что Эмма является его биологической матерью. Это заявление шокирует Эмму, оживляя в памяти старые воспоминания и обостряя чувство вины.

Генри рассказывает Эмме что живет в городке под названием Сторибрук, который на самом деле является заколдованным сказочным королевством, а все его жители под действием заклятья напрочь забыли о своём истинном происхождении. А виной всему коварная королева, являющаяся мачехой Генри и официальным мэром Сторибрука. Он единственный, кроме королевы, кто видит в унылых жителях города сказочных персонажей, лишенных своих воспоминаний и таким образом потерявших самих себя. А спасти их от вечного забвения может лишь Эмма, ведь она на самом деле имеет самое непосредственное отношение к этому сказочному царству…

Дочитала книгу Александровой-Зориной Е. «Маленький человек». В общем, понравилось. Но… Надоело читать про нашу «грязь». Хотя написано хорошо.

Из сети: Социальный роман с детективным сюжетом. Непредсказуемые повороты и неожиданная развязка подчёркивают тонкий психологизм. Главный герой - Савелий Лютый - прожил жизнь тихо и неприметно. Но злая случайность превратила маленького человека - в убийцу, и его жизнь понеслась, не разбирая дороги. Он не герой и не народный мститель, просто смертельно устал быть пасынком собственной судьбы.

Андрей РУДАЛЁВ,
СЕВЕРОДВИНСК - Приговор «маленькому человеку»?

Писатель и публицист Елизавета Александрова-Зорина написала роман, который давно напрашивался в нашей современной литературе. Мы все говорим о безгеройном времени, а между тем в литературе, как правило, действуют персонажи, одарённые теми или иными талантами, как-то выделяющиеся в обществе, которое предстаёт фоном для них. При этом сам этот фон крайне мало изучен, литераторы в основном шарахаются от него или, зажав крепко нос и брезгливо сморщившись, совершают кратковременное хождение в народ, чтобы поскорей оттуда выскочить. На этом фоне роман с заголовком «Маленький человек» не только вызывает ностальгию по нашей могучей классике, но и крайне своевременен… Место действия «Маленького человека» – небольшой заброшенный город «с ноготь» рядом с финской границей, в котором всевластвуют чиновники, право­охранители да бандиты, которых боятся больше всех прочих. Причём это не пресловутые и беспредельные девяностые, а наши дни, когда уже милицию переименовали в полицию. Герой книги – классический «маленький человек» с антонимической его характеру фамилией – Савелий Лютый. Зашкафный житель на работе, дома – таракан, забившийся в угол, «пятое колесо» в любой компании. И при этом человек, полностью свыкнувшийся со своей судьбой, с тем, что «всегда в проигрыше». Лютый – типичный окарикатуренный антипод креативного, пытающегося время от времени бурлить класса. Он плёлся тенью по жизни и бормотал себе под нос заговор, будто бы оправдывающий его бытие: «Маленький человек в маленьком городе». Савелий Лютый сам «не понимал, есть он или нет», и вся его реальность переместилась в мечты, где он проживал «по девять жизней на дню». Причём не замыкался только лишь на себе, оценивал и окружающее: города, которые воспринимал скоплением живых мертвецов с душами тёмными, как «в могиле». Задавался он и вопросом, который типичен, к примеру, для творчества Романа Сенчина: «В какой момент человек умирает, продолжая жить через силу? Что убивает его: работа, женитьба, дети?» Или причиной всему – размеренная жизнь в маленьком городе, в котором человек застывает, «как муха в янтаре»? Вот именно это человеческое недоразумение совершенно случайным образом, будто в «русской рулетке», избавляет город от Могилы – местного Вельзевула, перед которым все трепетали. Через это случайное убийство главного авторитета Лютого будто насильно вытащили из-за его привычного шкафа и выставили на всеобщее обозрение, от которого пришлось пуститься в бега, прятаться, как и от бандитской мести.
После убийства Могилы, которое было равносильно раскольниковской дилемме про дрожащую тварь и право, с Лютым произошла метаморфоза: он на какое-то время в людской молве превратился в народного мстителя. Дальше от его руки пал нечистый на руку начальник местной полиции, похотливый депутат и мэр, умерший с перепугу естественной смертью, после того как Лютый пальнул в его сторону пару раз. Если первая насмешка коварной судьбы – фамилия героя, то теперь она превращает его в маленького Рэмбо, бегающего от погони по окрестным лесам. Бегать пришлось особенно резво, когда за голову «народного мстителя» объявили награду и город опустел: жители кинулись на сулящую выгоды охоту. Только в тайге Лютый нашёл людей с добрыми сердцами – саамов, пасущих скот и не имеющих с цивилизацией ничего общего.
 Но эта минута славы – или настоящей жизни – быстро истекла песком. Потом, когда Лютый вернулся в город, у него украли вовсе не шинель, как у Акакия Акакиевича, а жизнь, и она, настоящая, стала казаться лишь «фильмом, увиденным на экране». Вновь быль и небыль стали неразличимы. Все смерти, приключившиеся при участии Лютого, списали на директора фабрики, который стал плести интриги против своего влиятельного покровителя, за что и поплатился. Стало всё как прежде. Приправленный местными реалиями ремейк фильма а-ля «Рэмбо» сменила «настоящая жизнь, скучная, серая, как мусорная свалка». На очень недолгое время Лютый был болен жизнью, болен «самим собой». Но этот путь к самому себе так остался у него прерванным. Его место – в касте, где он должен чётко знать свой шесток. После некоторых потрясений город снова заволокло тиной, и новый начальник полиции походит на предыдущего. Так же и с мэром, который стал практически полной копией прежнего. В финале Лютый вновь стал фантазийно проживать свою-чужую жизнь, а потом и вовсе растворился в ночной пустоте. Беспросветный тупик, пустота, тёмная яма «без божества, без вдохновенья» – таковы эмоции по прочтении достаточно талантливой книги Александровой-Зориной. Приходилось не раз писать, что современная литература апокалиптична. В ней – ожидание грозы, бури, предчувствие катаклизмов. Она вовсе не кликушествует, но предостерегает, а также с истовой жадностью пытается вобрать в себя все хвори общества, чтобы, пропустив через свои фильтры, хоть немного его излечить, подправить его иммунитет. Если Гоголь в своё время говорил об ответственности за сказанное слово, которое может воспроизвести чудища в реальности, то теперь книга берёт на себя боли и горести окружающего мира, наших новых реалий и запаковывает их под обложкой, чтобы они вновь не актуализировались в реальности? Вопрос. Иначе для чего?
Оставь надежду всяк сюда входящий? Разве может литература быть бессветной? Лишать надежды, говорить о призрачности всех шансов. Не верить в человека, забыть про Бога, в конце концов? И бесконечно твердить вслед за Савелием Лютым его декадентское заклинание: «маленький человек в маленьком городе», застывая мухой в янтаре…
То есть получается, что выход всего лишь один – слепой фатальный бунт? Попытаться сковырнуть реальность, вывернуть её наизнанку и вывести на первый план человека, совершающего поступки, волевого, избавляющего других от несчастья жить? Убивать, крушить столпы мира мертвецов ради рождения себя и мира настоящего, пульсирующего жизнью? Разрушить город-тюрьму? А если она в голове сидит – препарировать её ударом о стену? Такие вполне закономерные вопросы возникают после прочтения практически беспросветно тёмного, как обложка самой книги, романа. Конечно, их тоже следует поднимать, но и как-то пытаться разрешать. Иначе ставить будет жизнь и разрешать по-своему. «Маленький человек в маленьком городе» – такова антроподицея романа? Недавно наткнулся на отличное рассуждение режиссёра Владимира Меньшова, который говорит, что антисоветизм – это шаг к русофобии. Ну а как быть с полным нигилизмом по отношению к настоящему, с пренебрежением простым маленьким человеком – нашим современником? По какому ведомству это отнести? «Россия – это миллионы чиновников и людей в погонах, миллионы офисных сотрудников, чьи мечты ограничиваются ипотекой, кредитом и двухнедельным отпуском, миллионы бегущих из России, миллионы нелегальных мигрантов, приезжающих вместо них, миллионы спивающихся, наркоманов и душевнобольных, по количеству которых мы впереди планеты всей. Кто в этой стране хочет перемен? Горстка интеллигенции? Немногочисленная недовольная молодёжь? Политические активисты? Может, и правда страшно далеки они от народа, путь к сердцу которого лежит через телевизор?» – написала Елизавета Александрова-Зорина в своей статье «Любит наш народ…», размещённой на сайте «Свободная пресса». Вполне возможно, что всё это и так, но думается мне, что автор забыл или ещё не нащупал нечто очень важное и главное, без чего у нас всё выходят не портреты России, а её карикатуры.