не подошли ни яспис ни гагат
ни халцедон сгущённый из тумана
как богдыхан мой лавочник богат
(сапфир сафьян терпенье драгомана)
над нами полдень плавится бульвар
а тут темно прохлада обветшалость
якши товар бормочет антиквар
и я зашла и на тебе попалась.

синеет комо берег в конопле
хуан миро в фаянсовых осколках
мы незнакомы ветрено шале
где все навеселе где втихомолку
я пробираюсь в комнату с окном
где липнет пыль и пахнет терпентином
где старый блютнер ходит ходуном
где госпожа пажу и господину
чинит обиду мучая смычок
а после ночь гранатовым браслетом
суёт телеграфисту в сюртучок
(не надо жертв) где мы крадёмся летом
в соседский сад где я его висок
лечу от комариного укуса
где виски в сок потерян поясок
где отторженье слабость анакруса

яснее яшмы средиземный день
продай мне день продай хоть чёрта в ступе
так нет же - тень наводит на плетень
и морщится и мнётся - не уступит
он знает цену чортов караим
я ухожу он шепчет за спиною:
я не хозяин камушкам своим
пожалуй что они играют мною

(с)

Эстер_Моро,
argironetta,

Игры стоили свеч.
Я возвращаюсь домой под вечер,
Я возвращаюсь тебе навстречу,
На любую из наших встреч.

Игры стоили сна,
Каждой минуты босых бессонниц.
Смотри, над нами такое солнце,
Что невозможно достать до дна.

Игры стоили сил,
Капелек пота на бледных лицах.
Выдох. Так сладко упасть, разлиться,
Но возвратиться, как ты просил.

Игры стоили нас.
Медь по карманам, платок на плечи -
Я возвращаюсь домой под вечер...
Я возвращаюсь домой одна.

(с)

кто я теперь? (чем дальше, тем незачем, нечем уже дышать.)
что ж ты, мой золотой, мой серебряный шар,
вертишься?
глажу металл, гляжу из-за пыльных штор -
кто там ещё пришёл.

девочка элли, колени твои дрожат,
я проведу тебя выше по этажам,
я подарю тебе то, что у тебя на дне -
не подходи ко мне.

вот твоя истина, скроена по тебе,
то, что ты сможешь вынести, переломав хребет.
сдуется на глазах, назад приползёт в слезах...
хрен с ней.
раз заказала, пусть катится в свой канзас.

кто я теперь - супермен, бифуркат, артефакт,
цветик о семи оборванных лепестках...
сердце ему подавай, а потом инфаркт.

кто я теперь - я умею что, но не знаю, зачем и где,
рыба твоя, золотая рыба в ночном ворде,
сижу по обшарпанным кухням, курю по две пачки в день.

я не хочу - приведу грозу, пропишу пути:
будет, с чего сойти, будет, за что огрести.
каждый меня забудет,
никто меня не простит.

будет тебе голова и слава,
звезда и смерть.
нечего на меня смотреть.

(с)

Её звали Анна-Мария, у неё была стать и возраст,
С ней всегда и все говорили, ей дарили наутро розы,
А потом уходили, грохнув о косяк нежелезной дверью...
Её звали Анна-Мария, и она никому не верила.
Было странно так жить, конечно: проверять, но всё же не делать.
Она думала, это лечат, но врачи не брались. Терпела
И отчаянно улыбалась, даже с вызовом, даже с боем.
Дескать, я - королева бала, возражающих - упокоим.
У неё аж спину сводило, так осанка была чудесна,
У её дверей засыпали, под балконами пели песни,
Ей писали стихи, рассказы, ей дарили манто и шляпы.
И породистые котята в доме шлялись на мягких лапах.
Кофе ей привозили - свежий, пах он так, что прислуга млела...
Её звали Анна-Мария, ей до этого не было дела.
Ей хотелось другого. Слова. Да, в конце концов, и надежды.
Или чтобы её, хотя бы, хоть убили быстро.
Но нежно.

(с)

Какая-то_Истеричка,

Скоро проснётся будильник, а ты в сети. Снова ночные гости?
Как бы мой сплин не надумал тебя посетить. Глупо, коллега, бросьте.
Там у тебя на ужин, наверное, плов. А у меня капуста.
Ладно, шучу. В моём доме уже тепло, только немного грустно.
А я всё такая же – звонкая, как капель, и глупая, как сосулька.
Сбитые ноги, исхоженный парапет и двести часов в сутках.
Правда, ну чем я лучше? В душе бардак, крылья в шкафу скучают.
Кстати, рождённые ползать умеют ждать – в небе таких, как чаек.
Нет, он с тех пор не звонил, да и я сама знаю, что жребий брошен.
Кто тут грустит? Это просто случайный смайл, хватит уже о прошлом.
Снегу положено таять, бросай хранить – новым полна земля им.
Жизнь продолжается, просто меняет ник. Хистори обнуляет.
Ты в ней напишешь – ну где, мол, мой ренессанс, две точки, черту косую,
а я ничего не буду туда писать, я красками нарисую.
Проще простого новый начать куплет – труднее его закончить.
Ладно, у нас за окном начало светлеть.
*КИССИНГ*
Спокойной ночи.

(с)

Найдено у febb.

vikacats,

Лезешь в чужую френдленту – находишь себя.
Допиваешь остывший кофе, идёшь обратно.
– Помнишь ли ты меня? – Помню ли я тебя?
Чашка на блюдце слишком уж аккуратно

Ставится. Мне бы твоих морщин,
Мне бы твоих подвалов, шкафов и ссадин –
Не раскопать, не вынести. Без причин
Буквы перебираю. Сколько их, помнишь, за день

Не написали однажды. Теперь – замри.
Бабочкой в паутине всего вайлд веба.
Хочешь – допей свой кофе. Хочешь – кури.
Капельками росы, отражаясь в небе,

Звезды молчат. Растворяют полночный сон.
Спи-забывай, пусть приносит молчанье утро.
Днём обещали дождь, не забыть бы зонт.
Дай тебе Бог оказаться немым и мудрым.

(с)

Sabesha,

Ты, кажется, до чёрточки знаком,
До впадинки, до локтевого сгиба,
До странности – и всё-таки фантом,
Как колдуны далёкого Магриба,
Что статуи способны оживлять
И воскрешать умершее до срока...
Но как-то получается опять,
Что без тебя безмерно одиноко.

И вроде бы давно я не дитя,
Но верится легко и без опаски
В чертоги, возводимые шутя,
И самые несбыточные сказки...

А опыт всё твердит про миражи,
Которых не достичь и не напиться:
Сначала, мол, пощупай, докажи,
Пошли вперёд прирученную птицу –
Пусть принесёт хотя бы волосок
Или тепло его прикосновенья –
Мол, вдруг там только солнце и песок,
Не знающие жалости и тени...

А сердце шепчет: пусть оно и так,
Пускай там ничего, песок и солнце, –
Но я зову как тысяча Итак...
И он меня услышит и вернётся.

(с)

То ли ночь проживает тебя, то ли ты проживаешь её.
Все игрушки небесные спят, не дождавшись, что кто-то споёт
колыбельную... Ты, как бычок, всё идёшь и идёшь по доске,
то одно, то другое плечо подставляя усталой тоске,
и бормочешь про рыбок в саду – или, может, про птичек в пруду,
но при этом имеешь в виду "ну, когда уже я упаду?.."
Упадёшь – только месяц махнёт невесомым, беспечным серпом...
И ненужное солнце взойдёт над твоим золотящимся лбом.

(с)

Красавица-ШиЗа,
Женя_губки,

ангелы ночи в небе вовсю трубят,
это Господь отмахнулся - да чёрт бы с вами...
показать не могу,
я могу только спрятать тебя,
как прячут запястья под длинными рукавами.
ночь оказалась последней для тех, кто слабей, -
там, наверху, отделяют зёрна от плевел.
говорить не могу,
я могу лишь молчать о тебе,
как молчат о горячей игле под лопаткой слева,
в лужах бездонных острые плавники,
чёрные крылья в небе, спокойном с виду.
не могу взглянуть,
как на солнце, из-под руки.
я могу отвернуться к стене, чтобы взгляд не выдал.
так и пойдёшь по чёрному полю, заведомо невредим,
так и пойдёшь, без меча и слова, ветру наперекор.
всадники ночи не чуют тебя, -
а значит, ты неуязвим,
ты защищён, неподсуден,
и смерть нас не видит в упор...

(с)

Что-то зябко стало в собственной шкурке,
А чужую не дают на поноску.
Я же, братцы, не прошу чернобурку,
Нужен тёпленький прикид и неброский,
Потому что какие тут шутки –
Это колкое дождинок туше...

Что-то дамское вдруг вышло – о шубке.
А хотелось детское – о душе.

Kikimorina,
Ajajajaja,
Jita,
Пешком_по_Москве,
ТашаДевочкаАнгел,

Найдено у madam-polasuher.

Смешно, что какие-то вещи совершенно не представляют ценности для нас, а в чужих глазах это чуть ли не сокровища.
...В то же время какими-то вещами мы гордимся страшно и трясём ими перед общественностью, а общественность недоумевает.
Например, некоторым кажется, что у них характер, темперамент и напор, и это круто, а в кругу моих близких и друзей это называется вздорностью и невоспитанностью, и лучше держаться подальше.

(с)

А мораль отсюда у меня получилась не такая, как у неё: всё зависит от точки зрения. )

Очень хотелось сказать,
подавая воду:
Пей, мол, я и верблюдов твоих напою.
Только нельзя...
Надо ругать жару и капризы погоды,
причинивших жажду твою...
Или молчать. Это самое милое дело.
Жаль – называют комплексами, и их здесь ни на аршин:
я бы верблюдов твоих напоила, когда б сумела,
представляешь: мягкие губы обхватывают кувшин,
переползают к воде, глаз косит благодарно,
не проливая ни капли, в горло пересылают глоток...
Не представляешь. Да, по радио говорили “хмарно”,
на каждое радио не накинешь платок.
Но и заморозки на подходе,
раз зацвели деревья.
Где-то в садах жгут костры, спасая цветы.
Видишь – могу о погоде,
не такая уж я деревня.
А верблюды уходят, напившись густой городской пустоты.

(с)

Можно любить всю жизнь
И разлюбить в четверг
Тебя разлюбили. вниз
Ты разлюбил. вверх
Прибоя выпитый клей
Соли горький июнь
Тебя разлюбили. налей
Ты разлюбил. сплюнь
Зеркало старой мечты
С усмешкой сжатые зубы
Тебя. поцелуй в следы
Ты. поцелуй в губы
Волосы, запах и смех
Беззвучных минут работа
Ты разлюбил. всех
Тебя разлюбил. кто-то

(с)