Вероника только что вернулась с моря, и пока её мама отправилась на вокзал за оставшимся багажом, она погрузилась в ванну и в воспоминания о ночи, проведённой с мужчиной из соседнего купе. Под ухом мяукает сотик, похожий на механического зеленоглазого котёнка - никто не желает ответить на её звонок, принять вызов. И тогда Вероника решает утопить своего маленького друга: пальцы медленно разжимаются, и сотик падает в воду, опускается на дно, к сломанным парусникам и пиратским сундукам с неверными возлюбленными в них, спугнув стаю серебряных рыбок, только показавшихся и тут же спрятавшихся обратно.

Вернувшись и застав свою дочку спящей, мать выпускает из ванной воду, бережно достаёт оттуда своего ребёнка, вытирает её, несёт на постель в свою комнату, раздевается и ложится рядом. Над постелью - фотография её мужа, погибшего на войне, чёрно-белая фотография с аккуратным красным пятнышком акварели на лбу справа. Если кто-нибудь спрашивает у мамы, что эта фотография делает у неё в спальне, она отвечает обычно, что хочет, чтобы её муж видел то, чем когда-то по собственной глупости пренебрёг.

Вероника просыпается и начинает плакать. Ещё вчера ночью мысль о маме, могущей войти в купе и застать её с мужчиной (отвращение, негодование на мамином лице), ещё вчера эта мысль казалась её дочке возбуждающей. Теперь же, оказавшись от утешающей её женщины в непосредственной близости, Вероника понимает, что пропасть разделяет ребёнка и взрослого, и - что, став взрослым, ты навсегда оставишь ребёнка одного.