Александр Николаевич Вертинский -
кумир эстрады первой половины XX века
(9 (21) марта 1889 - 21 мая 1957)

"В нашем мире богемы каждый что-то таил в себе, какие-то надежды, честолюбивые замыслы, невыполнимые желания, каждый был резок в своих суждениях, щеголял надуманной оригинальностью взглядов и непримиримостью критических оценок. А надо всем этим гулял хмельной ветер поэзии Блока, отравившей не одно сердце мечтами о Прекрасной Даме"
(А. Вертинский)

Александр Вертинский на обложке белого (ВСЮР) журнала «Театр» от 12-13 ноября 1919 года, где он назван Пьеро Арлекиновичем Коломбининым (изображён в костюме Пьеро; Вертинский часто исполнял свои песни в костюме Чёрного Пьеро с напудренным лицом). Подпись под рисунком: "Пьеро Арлекинович Коломбинин - Баян не русской песни, он же печальный, не смотря на полные сборы, Вертинский".

Александр Вертинский - Дни бегут

Александр Вертинский - Чужие города

А. Вертинский - Над розовым морем
слова Г. Иванова

Александр Вертинский - Моя звезда
слова И. Анненского

Александр Вертинский - Темнеет дорога
слова А. Ахматовой

Александр Вертинский - Танго Магнолия

Александр Вертинский - Песенка о моей жене

Александр Вертинский с женой (Лидия Владимировна Циргвава)

«Я был больше, чем поэтом, больше,
чем актером. Я прошел по нелегкой
дороге новаторства, создавая
свой собственный жанр»

"Вертинский с первых же мгновений своего появления на сцене уводил зрителей в свой призрачный мир. Впечатление дополняли умело созданные декорации и «лунный» свет: «Он выходил на сцену уже основательно загримированным и в специально сшитом костюме Пьеро. В мертвенном, лимонно-лиловом свете рампы густо напудренное лицо его казалось неподвижной, иссушенной маской. Лишь «алая рана рта» и страдальчески вздрагивающие брови обозначали «тлеющую человеческую жизнь». Образ черного Пьеро, появившийся позднее, был иным: мертвенно-белый грим на лице заменила маска-домино, белый костюм Пьеро заменило совершенно черное одеяние, на котором ярко выделялся белый шейный платок. Иным было и впечатление зрителей. Новый Пьеро стал в своих песенках ироничнее и язвительнее прежнего, поскольку утратил наивные грезы юности и разглядел будничную простоту и безучастность окружающего мира."

работа Ирины Соколовой
http://www.guildfin.org/culture/vertinsky.php

Александр Николаевич Вертинский (9 (21) марта 1889, Киев — 21 мая 1957, Ленинград) — выдающийся русский эстрадный артист, киноактёр, композитор, поэт и певец, кумир эстрады в первой половине XX века. Отец актрис Марианны и Анастасии Вертинских.

"На своем портрете, подаренном Александру Вертинскому, Ф.И. Шаляпин написал: «Сказителю Земли Русской Александру от странника Феодора». Написано это было в 30-е годы, и могло звучать как итоговая оценка. Однако для Александра Вертинского подводить итоги было еще рановато.
Наверно, многим современным слушателям некоторые ранние песенки и «ариетки» Александра Николаевича Вертинского могут показаться манерными, вычурными и какими-то… невсамделишными. Между тем, в них отразился не только вкус давно ушедшей эпохи, но и некоторые обстоятельства биографии исполнителя, которые тоже можно назвать и вычурными и показательными для его времени.
     Александр Николаевич Вертинский родился в 1889 году в семье киевского частного поверенного. Эмблемой индустриального будущего в тот год над Парижем воздвиглась Эйфелева башня, а в тихом провинциальном Киеве все еще доживали свой век нравы и предрассудки уходящей эпохи.
     Вертинский родился как дитя свободной любви: его родители состояли в гражданском браке. Он и его сестра Надя не имели никаких юридических прав.

Когда Вертинскому исполнилось три года, мать его умерла, и Сашу с Надей разобрали по семьям родственники. На все вопросы о родителях тетка, воспитывавшая Сашу, отвечала одно: «Твой отец – подлец!»
     Почему-то она уверила Сашу, что Надя погибла. Спустя двадцать лет Александр обнаружил ее в качестве звезды провинциальной опереточной труппы.

Вертинский с сестрой Надей

     Чем не сюжет для его очередной сентиментальной и грациозной «песенки»?
     Между тем, сюжеты плодила вокруг него жизнь в изобилии, даже, пожалуй, излишне щедром. Предоставленный себе, он плохо учился. Из второго класса гимназии Вертинский был исключен и образование завершал на улице. Широкий и избитый путь в босяки, как будто, уже открылся ему. Но Вертинского спасло обостренное чувство прекрасного, которое потом приобрело черты полуиронического, полукомичного (может быть?) эстетизма.
     Ему, как ни странно, повезло и с окружением: он стал вхож в дом Софьи Николаевны Зелинской, – кстати, она была женой брата Луначарского. В ее салоне Вертинский познакомился с восходящими звездами русской культуры нового века: Н. Бердяевым, М. Кузминым, М. Шагалом, Н. Альтманом.
     Это было время увлечения декадансом. Оскар Уайльд и герой его романа были кумирами молодежи. По вечерам Вертинский появлялся в кабачке во фраке (купленном по случаю) с фиалкой в петлице и тянул дешевое вино, участвуя в спорах местной богемы. Днем – разгружал арбы с арбузами, чтобы иметь гроши «подендировать» вечером.
     Наконец, скопив пять рублей, он отправился покорять Москву.
В Москве Вертинский пытается поступить в школу Художественного театра. Но его отчаянное грассирование ломает и этот план.
     Он сходится с футуристами Маяковским и Бурлюком, – но что толку? Денег, как и перспектив, нет, как нет.
     Наконец, хозяйка Арцыбушевского театра предлагает ему сделать номер для ревю в ее заведении. В качестве гонорара фигурируют борщ и котлеты за ее обеденным столом.
     Вскоре Вертинский выходит на сцену в белом балахоне Пьеро, при мертвенном «лунном» свете и исполняет несколько своих номеров. И – чудо свершилось! – он замечен прессой и публикой.

Вертинский в костюме "белого Пьеро"

     «Остроумный и жеманный Александр Вертинский» (отзыв тогдашнего рецензента) нашел ли свое время, или время нашло его, – но образ печального, лукавого и изысканного паяца очень точно выразил дух эпохи, полной тревожных предчувствий в поисках новых форм жизни и искусства. Хрупкость, эфемерность индивидуального существования (все равно, беспечного ли или, чаще, трагического) – вот основной пафос его «ариеток».
     Был 1913 год, – канун «неслыханных перемен, невиданных мятежей»…
     Начинался не календарный, а настоящий, исторический XX век.
Расцветают новые формы искусства: организуется одна из первых российских киностудий – «Акционерное общество А. Ханжонкова». Вертинский становится киноактером, и довольно успешным.
     Как раз в это время решили снимать фильм по рассказу Л.Н. Толстого «Чем люди живы». По сюжету фильма, голый ангел должен был упасть с крыши сарая в снег. Знаменитый И. Мозжухин наотрез отказался рисковать собой, и тогда «на азарте» его взялся заменить Александр Вертинский.
     После съемки Вертинского отпаивали коньяком в крестьянской избе. А хозяйка все сокрушалась, что бессовестные люди догола раздели упившегося «сердечного», – креста на ворах не стало!
     За пребывание в шкуре ангела и общий риск Вертинский получил сто рублей.
     Мало кто знает, что «открыл» первую звезду немого русского кино Веру Холодную – он, Александр Вертинский. Он первый заметил в скромной жене прапорщика демонически красивую женщину. И влюбился в нее пылко и безответно.
     Памятником этого увлечения стали его едва ли не самые популярные и сейчас романсы: «Ваши пальцы пахнут ладаном…», «Маленький креольчик», «За кулисами».

Персонажи ариеток и песен Вертинского тех лет – чуть преображенные фантазией реальные люди, реальные судьбы. И образ распятой кокаином проститутки на бульварах Москвы – образ вполне реальный.
     Вертинский и сам увлекался богемным образом жизни, пряными цветами декаданса. Кокаин был сильнейшим допингом в его творчестве. Однажды он проснулся, выглянул в окно: весь подоконник, как от снега, блестел от пузырьков из-под кокаина.
     Вертинский понял, что нужно спасаться, нужно срочно уехать из этого гиблого места. Время указало направление бегства: фронт. Уже вовсю шла первая мировая война.

Вертинский медбрат

     Александр Вертинский становится медбратом в санитарном эшелоне. После перевязок он развлекает раненых выступлениями, пришив к белому халату помпоны. Раненые называют его «брат Пьеро».
     Это была большая и печальная жизненная школа. Вернувшись с фронта, он для своего выступления заказывает новый наряд Пьеро, – черного цвета.
     В нем он дебютирует в Москве 25 октября 1917 года…

В костюме "черного Пьеро"

 Революцию Вертинский сначала принял как великое обновление. Но вскоре начались расстрелы, обыски и аресты, был подавлен мятеж юнкеров в Москве.
     Павшим в нем «мальчикам» посвятил «сказитель Земли Русской» свой лучший (далеко не утративший актуальность!) романс:
      Я не знаю, зачем и кому это нужно,
     Кто послал их на смерть недрожащей рукой,
     Только так беспощадно, так зло и ненужно
     Опустили их в вечный покой…
 
     И никто не додумался просто стать на колени
     И сказать этим мальчикам, что в бездарной стране
     Даже светлые подвиги – это только ступени
     В бесконечные пропасти к недоступной Весне!..

     14 ноября 1920 года Александр Вертинский покинул Россию. На одном с ним корабле страну покидал и разобиженный Деникиным барон Врангель…

  «Чужие города»

     Начались 23 года его эмиграции. Вертинский имел уже имя в артистическом мире, имел и успех за границей.
     В Польше он женился на Рахиль Потоцкой, которой посвятил свой иронически-восхищенный романс «Пани Ирена».
     Нужно сказать, брак как-то не состоялся. Вертинский продолжил скитания один. Он «завоевал» Балканы, Берлин, Париж. Здесь его слушали Густав Шведский, Альфонс Испанский, принц Уэльский, Ротшильды и Вандербильдты.
     Здесь, в Париже, с ним произошел трагикомический случай. Один француз пригласил Вертинского в гости. Артиста прекрасно приняли на роскошной вилле: французские буржуа умеют ценить искусство.
     Через некоторое время Вертинский оказался на казни, он был ошеломлен, спустился в кабачок «залить» увиденное. Следом спустился и давешний поклонник его таланта, точно с бала, во фраке, – он тоже хотел расслабиться. Этот человек оказался официальным палачом города Парижа.
     В начале 30-х Вертинский уезжает в Америку. Здесь он общается с Ч. Чаплиным и М. Дитрих. Однако и «роман» с Голливудом не состоялся.
     (В частности, Вертинский так и не освоил английского языка: он казался ему отвратительным).
     В середине 30-х он оказывается в Шанхае. Здесь была большая русская колония. Но конечно, по сравнению с Европой и Америкой это были задворки.
     Нужда впервые за много лет постучалась в двери артиста.

В начале 1937 года группа комсомольцев обратилась в высшие партийные инстанции СССР с призывом… разрешить артисту Вертинскому вернуться на Родину.
     Нужно сказать, Александр Николаевич сам уже не раз обращался с этой просьбой к Советским властям. Но каждый раз получал отказ. И в роковом для многих 1937 году он также не смог вернуться на Родину.
     Существует немало легенд вокруг истории возвращения Вертинского в СССР. Иные утверждали, что артист работал на нашу разведку и в качестве награды получил возможность уехать на Родину. Другие отмечают факт особого отношения Сталина к творчеству певца: он имел все пластинки Вертинского и любил их слушать. В любом случае, трудно поверить в совершенную наивность Александра Николаевича, который прекрасно был осведомлен о том, что творилось в СССР.
     В Шанхае пятидесятилетний артист вдруг влюбился в 20-летнюю красавицу Лидию Циргвава. Роман завершился счастливым браком. Вскоре родилась дочь Марианна.

В 1943 году артисту и его семье было разрешено вернуться в СССР.

Существует легенда, что с собой Вертинский привез целый вагон медикаментов для фронта. На самом деле, у него даже не было денег на коляску для маленькой дочки.
     При заполнении анкеты в Министерстве культуры на вопрос о званиях – народный он артист или заслуженный – Вертинский ответил наивной секретарше: «Деточка, у меня нет ничего, кроме мирового имени!»
     Нужно сказать, вопрос с бытом разрешился благополучно и быстро: артист получил превосходную квартиру на улице Горького.
     А вот с концертами ему не везло. Вернее, концертов было даже больше, чем позволяло его здоровье. Но сценические площадки для него при этом находились как-то уж слишком далеко от центров культуры. Шестидесятилетний артист вынужден был колесить по Средней Азии в самое пекло или в разгар зимы отправляться на Камчатку.
     В одном из домов культуры в бывшей усадьбе где-то на Украине он обнаружил, что рояль совершенно раздолбан, и играть на нем невозможно. «Это исторический рояль! – с гордостью заявил директор клуба на его возмущение. – На нем в свое время сам Шопен играть отказался!»
     Вероятно, в Министерстве культуры все же считали, что искусство Вертинского «чуждо» нашему народу. Кроме того, это были годы борьбы с упадочническими настроениями, с пресловутой «цыганщиной».

А Вертинскому нужно было кормить семью: родилась вторая дочь, Анастасия. Конечно, артист не нуждался и по-своему был востребован, даже снялся несколько раз в кино. За одну из своих ролей получил Сталинскую премию. Но общение с Родиной оказалось совсем не таким идиллическим, как порой, наверно, ему представлялось тогда, в эмиграции.
     Однажды он отправил дочек на лето в пионерлагерь, а то уж больно дворянское воспитание получали они в доме с гувернанткой. Как только девочки вернулись с каникул, они с воплем и матом понеслись на кухню и, оголодавшие, стали прямо со сковороды хватать котлеты. Нечего говорить, что кроме слов-паразитов они привезли в своих волосах и паразитов обыкновенных…

     После этого Александр Николаевич ушел к себе в кабинет и два часа не выходил оттуда. О чем думал он в эти минуты? Вряд ли чувство юмора в это время было самым сильным чувством, которое он испытал…
     21 мая 1957 года артист умер от сердечного приступа в гостинице «Астория» в Ленинграде, куда приехал на гастроли. "

Валерий Бондаренко

http://www.library.ru/2/liki/sections.php?a_uid=78

Могила Александра Вертинского на Новодевичьем кладбище