Одно из моих самых любимых стихотворений. Очнь мурлыкающее, печальное и задиристое, мудрое и легкомысленное. И перевод очень идёт ему - автор постарался создать ещё один замечательный шедевр.
Я вообще-то короткие вещи Лорки больше люблю, но это - очень уж оно замечательное :)...
Домашний Мефистофель
на солнце спозаранку
шлифует элегантность и львиную осанку.
Мой кот весьма воспитан -
проказлив, но приветлив.
К тому же музыкален и крайне привередлив:
Бетховен не по вкусу,
а Дебюсси - шарман.
И по ночам, бевает, мой пылкий меломан
Возьмёт да и пройдётся по всей клавиатуре.
И рад! Парижский гений сродни его натуре.
Наверно, в прежней жизни
конкистадор гармоний
ловил мышей в подвалах одной из филармоний.
Он понял и упрочил, отстаивая твёрдо,
новаторскую прелесть кошачьего аккорда -
из нот дождя и ветра ночная мешанина
меня с котом чарует и бесит мещанина.
Спасибо и на том.
Кота французы любят. Верлен сам был котом.
Как дивно он мурлыкал капризнице-луне,
терпел от насекомых, топил себя в вине,
угрюмый кот бездомный, задира и притвора,
среди котов церковных как белая ворона...
Кота французы любят, как м ы - тореадора,
как любит ночь Россия или Китай - дракона.
Коты потустронни. Былые божества,
они не растеряли секреты волшебства.
Не учит ли нас жизни котовий взгляд сонливый?
"Любовные отливы, любовные приливы.
Ритм жизни. И не только бесплотные глаголы,
но всё - и свет, и розы, и звёзды не бесполы".
Он щурится - и светом
души его зелёной пропитанныя мгла
маячит силуэтом бесовского козла.
Котовьи души древни, их души - андрогины,
в них женская истома и мужеская ярость.
И странны эти души, беспутны и невинны,
любовно сочетают и молодость, и старость.
Мой кот, Филипп Испанский, с презреньем сюзерена
собак корит за верность, а крыс - за лизоблюдство,
приемлет подношеньяспокойно и надменно
и свысока взирает на наши безрассудства.
В котах я чту великих наставников печали,
ведь кот любой эпохи - знаток её болезней.
Игрушками прогресса разнеженный вначале,
наш век траншей и танков чем дальше, тем железней.
Мы горести леем, растим и умножаем,
без истины дичаем и стелемся бурьяном.
Посеянные зёрна вернутся урожаем -
котам это известно не хуже, чем крестьянам.
Коты на сов похожи. Согласно планам Бога
была первоначально порода их крылата
и с полчищем исчадий, которых о порга
гонял святой Антоний, была за панибрата.
Во гневе кот ужасен и сущий Шопенгауэр,
раздувший баки демон с чертами шарлатана.
Обычно жен коты степенны, даже чванны
и все в одном согласны - что человек ничтожен,
что смерти не минуешь, а раньше или позже -
не важно. Так возляжем на солнечное ложе!
Улёгся под часами красавец мой глазастый
и спит под колыбельный, заупокойный звон.
И что ему стенанья сыча Экклизиаста
и вся твоя премудрость, о дряхлый Соломон!
Спи, воплощенье лени, блаженно и невинно,
пока свожу я счёты с ушедшим навсегда
и над моей печалью смеётся пианино,
показывая зубы, оскал угля и льда.
И помни, сытый соня, что век кошачий краток,
что бродит твой сородич голодный и ничей,
что корчатся бродяги от меткости рогаток
и гибнут, как Сократы,
прощая палачей...
Ничем не дорожите, чурайтейсь суеты
и грейтесь на припёке, блаженные коты!
Федерико Гарсия Лорка, перевод А. Гелескула
