7 ноября 1920-го

Иван Иванович Оленчук, чьё имя носит улица в симферопольском микрорайоне Марьино, родился в 1877 году, всю жизнь прожил в селе Строгановка Херсонской области. Его дом там не сохранился, но на местном кладбище есть могила героя, а в чистом поле — памятный знак на месте, где в 1920-м Иван Оленчук рассказывал командующему Южным фронтом Михаилу Фрунзе, как преодолеть Сиваш.
Из трёх направлений на Крым (Перекоп, Чонгар, Арабатская стрелка), где укрылся с войсками белогвардейский генерал-лейтенант Пётр Врангель, Михаил Фрунзе выбрал для главного удара Перекоп. Предстояло восточнее него форсировать Сиваш, выйти в тыл врага и прорвать фронт. Солдаты 15-й, 52-й дивизий и 153-й бригады 51-й дивизии (она наступала на Перекоп) осуществили переход через ледяные воды Сиваша. На первый взгляд, Сиваш казался легкопроходимым — как раз подул западный ветер и вода, обнажив глинистое дно, отступила к Азовскому морю. Но местные жители из близлежащих деревень предостерегли, что и без воды залив опасен: много там топких ям — «чаклаков», затягивающих людей. Кто-то сказал, что есть в селе Строгановка соляр Иван Оленчук, знающий, как пройти по Сивашу, мол, ходил часто и пешком, и с лошадью. Разыскали 43-летнего Оленчука. Он рассказал, что пройти через Сиваш можно, особенно до Литовского полуострова, откуда собирались ударить по белогвардейцам, что знает, как пробраться меж «чаклаков», так как с малых лет добывал в заливе соль, научился по малейшему дуновению ветерка предугадывать подъём и спад воды. А вот на просьбу быть проводником вначале ответил отказом. Вспоминал потом, рассказывая в 1944-м корреспондентам газеты «Сын Отечества»: «Фрунзе сказал: «Предстоит задание — будете нашим проводником, когда мы поведём наступление в Крым». Меня так и кольнуло. «А почему, — говорю, — Оленчук, а не кто другой?» — «А потому, что на вас указали, что вы хорошо знаете место. Вы больше других занимались соляными промыслами». Тогда я говорю: «Семь душ у меня. Надо их упредить. Убьют меня, что тогда получится?». А Фрунзе усмехнулся и говорит: «Вас не убьют, Оленчук. Вы только проводите войска до того берега и будете свободны».

Вначале у берега дно было твёрдым, потом оно начало расползаться под ногами. Бойцы чувствовали, как с каждым шагом в ботинках становилось всё больше и больше леденящей жижи, как по спине, несмотря на мороз, стекали капли пота. Идти становилось всё труднее. Нередко попадались ямы, которые в темноте было трудно миновать даже при наличии вешек. Слышались всплески и лошадиный храп. Люди же не издавали при этом ни единого звука: ни стона, ни зова о помощи.
А природа словно решила испытать бойцов. Ранняя зима, пронизывающий до костей ветер, мороз. Сменился ветер, вода в Сиваше стала прибывать. Полки 15-й и 52-й дивизий могли оказаться в окружении. Части 51-й дивизии начали атаку Перекопского вала, 7-я кавалерийская дивизия срочно стала переправляться в поддержку стрелковым дивизиям, а жители Строгановки и Владимировки начали насыпать дамбы, копать рвы, чтобы хоть чуть-чуть замедлить приток воды. Пройдя за ночь одиннадцать километров в ледяной воде Сиваша, разрушив проволочные заграждения противника, штурмовые отряды, не спавшие, замёрзшие, голодные, первыми ринулись в бой. Их встретил убийственный заградительный огонь. Двое суток шли непрерывные ожесточённые бои — тысячи красноармейцев остались на поле боя. Но в три часа тридцать минут 9 ноября над Перекопской крепостью взвилось Красное знамя. А ведь у врангелевцев на один километр фронта было две тысячи штыков, сорок пять орудий, сто пулемётов.

5 ноября 1943-го
Дивизия, форсировавшая залив в 1920-м, получила почётное наименование «Сивашская». 15-я Сивашская Штеттинская дважды Краснознамённая, орденов Трудового Красного Знамени, Ленина и Суворова дивизия. Такое же почётное наименование получили в 1943-м и 216-я, 257-я, 263-я, 267-я стрелковые дивизии и другие подразделения 51-й армии 4-го Украинского фронта, чьи бойцы форсировали Сиваш в Великую Отечественную. Путь, уже пройденный Красной Армией однажды, решили повторить командующий фронтом Фёдор Толбухин и командарм 51-й армии Яков Крейзер. «На картах Сиваш обозначен приятным голубым цветом, — вспоминал командарм. — В действительности же это коварный залив с вязким илистым дном, исключающим возможность движения машин и лошадей вброд.

Как и в 1920-м, в 1943-м довелось идти в тумане, порой шли по горло в ледяной воде, вновь был вражеский обстрел, но плацдарм был занят. Его удерживали до апреля 1944-го, наводя оборону, ходы сообщений, строя переправу для тяжёлой техники — её разрушало штормом, но бойцы вновь возводили. У всех была одна цель — освободить Крым.

Ну а герой двух освобождений, проводник красноармейцев через Сиваш Иван Оленчук награждённый орденом Отечественной войны I степени до самой смерти в 1952-м трудился в родном селе садоводом в совхозе, который по его просьбе был назван в честь Михаила Фрунзе.

Между тем

Войска Красной Армии были не первыми из русских, форсировавших Сиваш. Впервые это сделали в июле 1737 года войска фельдмаршала Петра Ласси, во время русско-турецкой войны. Пятидесятипятитысячная армия частично по наведённому наплавному мосту в узком месте залива, частично вброд ворвалась в Крым, разгромив войска крымского хана — тогдашнего вассала Османской империи (Турции).

В 2012 году силами военно-патриотического клуба «Патриот» и предприятия «Юко» из Нижнегорска при поддержке крымского предпринимателя Виктора Павлива и председателя Нижнегорской районной организации Русской общины Крыма Александра Петрова, близ места трёх переходов наших армий через Сиваш, открыли памятный знак генералу-фельдмаршалу Петру Ласси — обелиск с уступами, увенчанный двуглавым орлом.