Кошки, как известно, существа самодостаточные и независимые. Тем не менее кошки тоже заводят себе друзей – в коллективе даже молча нежиться на солнышке куда приятнее, чем в одиночку. А уж если есть о чем помурлыкать – тогда вообще здорово!

            На окне подъезда с комфортом расположились две кошки – рыжая и полосатая. Они только что вышли погулять, и у каждой была куча новостей для обсуждения.

- Привет, лапуся! Рада тебя видеть! У тебя сегодня очень блестящая шерстка!

- Мррр… И ты прекрасно выглядишь, кисуля!

- А где наша красотка с соседней форточки? Где наша сиамская подруга?

- Ах, кисуля, и не спрашивай! У них там уже который день переполох, но я пока не знаю, в чем дело! Сама жду – расспросить хочется, это так загадочно!

- Кстати, лапка, ты в последнее время так поправилась! Круглая, гладкая, вальяжная! Прямо барыня! У тебя новый корм?

- Нет, дорогая. Дело вовсе не в корме. Просто я беременна.

- Ах! И ты молчала! Поздравляю тебя, лапуля! И кто он?

- Ну, ты знаешь… Пушок с 5 этажа. Он был так настойчив, так нежен, так дерзок, так красноречив! Как он орал под окном, как орал! Витас просто отдыхает! Великолепный кот! От него будут хорошее потомство, я в этом уверена.

- А тебе не тяжело ходить?

- Конечно, я теперь не такая легкая, как раньше. Но мне удобно – мы, дамы, быстро привыкаем к новому статусу. Просто немного сместился центр тяжести. Вот и все!

- Ах, зато как ты солидно выглядишь! Просто по-королевски!

- Ну, даже женщины, эти закомплексованные существа, говорят, что беременность их украшает! А уж нас, кошек!

- Привет, подруги! – мяукнула сиамка, заскакивая на форточку. – Уфффф! Когда же все это кончится???

- Здравствуйте, милая! А что, собственно, у вас происходит? – обернулись к ней обе красавицы.

- Пожар, наводнение и землетрясение одновременно. Тили-бом, тили-бом, загорелся кошкин дом. Ужас, я так больше не могу!

- Милая, да в чем же дело?

- У нас подготовка к свадьбе. Наша Машенька выходит замуж. И это ужасно!

- Что ужасно? Свадьба? Или жених?

- Да нет! Подготовка – ужасно. Свадьба – это просто странный праздник. Все сначала едят, пьют, танцуют, иногда дерутся, ну, подарки, конечно, дарят, а потом усталые жених и невеста падают без задних лап спать. И только на следующий день понимают, что попали в другую жизнь. В общем, один из непонятных ни одной нормальной кошке человеческих праздников. Суета, конечно, но перетерпеть один день – и она закончится. Жених тоже ничего так, Машеньку любит, ко мне не лезет, и вообще воспитанный. Но вот мама!!!!

- Какая мама? Чья мама?

- Да Машенькина же мама! Она приехала из другого города, помочь Машеньке со свадьбой. Ну и началось! Хоть из дома беги.

- А что, что началось?

- Понимаете, моя Машенька слегка полновата. Так, самую малость. На мой взгляд – выглядит очень аппетитно. И походка у нее плавная, кошачья. И взгляд загадочный. И мурлыкать умеет замечательно – ну, это она у меня научилась. Жених от нее без ума, просто млеет!

- Ну и в чем же ужас?

- А ужас в том, что ее мама себя не любит.

- Ой, погодите. Что-то я запуталась совсем. Кто кого не любит? Жених Машу любит?

- Очень, просто мурлычет от любви.

- Маша жениха любит?

- Аж светится вся!

- Тогда при чем тут мама вообще?

- Ах, девочки… У этих людей так странно все! Вот у нас, кошек: вырос котенок – и гуд бай! Иди, пожалуйста, и устраивай свою жизнь так, как тебе нравится. А у них все как-то по-дурацки! Дети уже своими семьями живут, своих детей вырастили, а родители все еще вмешиваются в их жизнь, уму-разуму учат. И ругаются, если что не по их указке делают!

- Ой, моя дорогая, я вас так понимаю! Сколько раз сама наблюдала: эти люди так любят усложнять себе жизнь! Но вы уточните – что же все-таки Машенькина мама делает?

- Понимаете, девушки, она сама просто-таки огромных размеров! Ну очень полная! На мой взгляд, ничего в этом страшного нет – страшных самок вообще в природе не бывает, бывают неухоженные! Но мама себя считает страшной. И очень беспокоится, что дочка станет на нее похожей.

- Ну, я вообще не понимаю. Это же так естественно, если котенок… то есть ребенок похож на своих родителей! Вот если мои котята на меня похожи, так я радуюсь! Значит, у них есть шанс быть такой же счастливой.

- То-то и оно… Машенькина мама себя счастливой вовсе не считает. Она всю жизнь мучилась комплексом неполноценности от своей полноты, а теперь панически боится, что Машенька повторит ее жизнь.

- Фрррр… Да что за глупости? Не бывает двух одинаковых жизней!

- А Машенькина мама думает по-другому… Ну и у нас дома из-за этого сплошные скандалы. Жених уже пугаться начал!

- Женихов пугать нельзя… Мужской пол такой нервный, такой тонко организованный!

- Кстати, о мужском поле. Вот мне тут с форточки отлично видно, что в кустах залег Василий и подслушивает, о чем мы тут беседуем. Василий, я вас вижу!

- Ах, этот несносный Василий! Морду ему, что ли, надрать в очередной раз?

- Ничего я и не подслушиваю, — раздалось недовольное бурчание из кустов. – Я поспать прилег, а тут вы со своим мяуканьем…

- Выходите уже, Василий! Вас разоблачили, нечего теперь прятаться!

            Из кустов независимой походкой вышел увешанный репьями Василий. Он был слегка смущен, потому что, разумеется, подслушивал.

- Василий! – царственно обратилась к нему сиамка. – Вы как раз кстати. Мы хотели бы послушать ваше мнение. Расскажите, котам какие кошки больше нравятся: худые или толстые?

- Мнннняяяуууу??? – возмущенно подскочил Василий. – Что значит «какие»? Разные! То есть любые. Как же можно красоту по толщине мерить?

- Ну вот я, например, от природы чрезвычайно худая, — сообщила сиамка, грациозно изогнув голову и оглядывая свою спину. – Это плохо?

- Ну что вы, мадемуазель! У вас такое гибкое тело! И этот пшеничный цвет шерстки… А уж черные чулочки, хвостик и полумаска!!! – зашелся в экстазе Василий.

- Хххмммррр, — угрожающе профырчала рыжая, и в глазах ее зажегся недобрый огонек. – Чулочки, значит… Черненькие….

- Ага! Ревнуешь, значит – любишь! – торжествующе вякнул Василий и на всякий случай отпрыгнул за скамейку.

- Ничего и не ревную, больно надо, — независимо сказала рыжая, сразу вспомнив, что она – Кошка, Которая Гуляет Сама по Себе.

- Да погодите вы со своими любовными играми! – с досадой вмешалась полосатая. – Дайте беременной кошке сказать.

- Мадам!!! Вы беременны??? – тут же завопил Василий. – Мои поздравления, мадам! Целую лапки! Кстати, вы невероятно похорошели, я вам еще не говорил???

- Василий, — строго прервала его вопли сиамка. – Вы так и не ответили на вопрос. Так худые или толстые?

- Всякие! – восторженно ответил Василий. – Каждый уважающий себя кот понимает толк в красоте! А главное – в ее разнообразии. Вот я, например, люблю одну, — он сделал паузу и кинул выразительный взгляд на рыжую, которая тут же демонстративно отвернулась. – Но не буду же я из-за этого кривить душой и утверждать, что все остальные кошечки – уродины? Пардон, конечно…

            Василий забыл свои опасения, вскочил на скамейку и стал по ней расхаживать, как профессор по кафедре. Глаза его горели вдохновением, а хвост нервно подрагивал. Василий был в своей стихии.

- Вы, уважаемые дамы, часто ругаете котов за непостоянство. Но вы не учитываете одну важную вещь: каждая кошка имеет право на мужское внимание! Каждая, понимаете? Потому что каждая по-своему красива. И я, как честный кот, не могу допустить, чтобы чья-то красота осталась не отмечена! Ну хотя бы восхищенным взглядом! Хотя бы мявом! Я уж не говорю о весне, когда все мы думаем о продолжении кошачьего рода…

- Как он красив! – с удивлением отметила полосатая и посмотрела на рыжую. – Такой умный, а шрамы делают его мужественным. Лапа, я бы, на твоем месте, подумала…

- Еще чего, — фыркнула рыжая, но на Василия, тем не менее, смотрела не отрываясь.

- И я хотел бы отметить, что кошачий род в вопросах любви гораздо продвинутее человеческого! У нас, в отличие от людей, не бывает несчастной любви – только счастливая! Ну, еще бывает несостоявшаяся, но ведь это всего лишь вопрос времени? – и он вновь бросил зазывный взгляд на рыжую.

- Благодарим вас, Василий, — церемонно наклонила головку сиамка. – Вы очень расширили наш кругозор. Вы можете остаться и принять участие в нашей беседе. Правда, девочки?

            Девочки не возражали.

- Ну так что вы мне посоветуете, дорогие? Как быть с Машенькиной мамой? – вновь обратилась она к присутствующим.

- Зубы и когти, — тут же предложил Василий.

- Игнорирование? – предположила рыжая.

- А я советую просто перетерпеть, — сказала полосатая и переменила позу, устроив поудобнее живот с котятками. – Она же, как я поняла, только на свадьбу приехала?

- Ну да, — кивнула сиамка. – Потом намерена отбыть восвояси.

- А вот здесь я предлагаю быть твердой, — подхватила рыжая. – Ни в коем случае не позволять вмешиваться в жизнь своей молодой семьи.

- Это очень разумно! – согласилась сиамка. – В новую жизнь со старыми чемоданами – ничего глупее придумать нельзя.

- Если вы позволите, я тоже хотел бы высказаться, — попросил Василий.

- Пожалуйста, просим, просим, — наперебой загалдели кошки.

            Василий, ободренный явно возросшим рейтингом, уселся на скамейку и начал:

- Видите ли, я уже 13 лет рядом с людьми, и мог бы защитить диссертацию на тему человеческих отношений. И не раз отмечал, что мамы боятся за своих детей и стремятся прожить за них жизнь. Ну, полагаю, чтобы уберечь от ошибок, от боли. Но мы-то, кошачье племя, хорошо знаем, что жизнь можно прожить только свою. Это потому что век наш короче людского, и некогда нам за других париться. Свое бы успеть!

- Верно, правильно, — закивали кошки.

- И я точно могу сказать: тут главное – границы отстроить. И четко дать понять: вот досюда я тебя впускаю в мою жизнь, а вот дальше – ни-ни! Иначе любящая мама становится хуже любого агрессора. Ворвется и начнет рулить. А молодой муж сначала помечется, а потом уж и сам не поймет, кто его жена – мама или дочка. Ну, соберет чемоданы, и свинтит туда, где понятно, кто есть ху, как говорится. Такое вот мое кошачье мнение.

- Ах, Василий, вы действительно необычайно мудрый кот, — признала сиамка. – Это прямо руководство к действию! Я постараюсь напеть это Машеньке, когда вечером буду сидеть у нее на коленях.

- Если мама позволит, — вставила рыжая.

- Ну, у меня еще есть зубы и когти, — широко улыбнулась сиамка. – Ладно, дорогие, я должна вас покинуть. Пойду поддержу Машеньку в отстраивании границ.

- Да и мне пора, — засобиралась полосатая. – Мне сейчас приходится гораздо чаще есть, потомство требует дополнительного питания!

            На окне осталась только рыжая, которая чего-то медлила.

- Мадам, — страстно, с придыханием обратился к ней Василий. – Как вы смотрите, чтобы провести вечер вместе? Я знаю замечательную помойку у ресторана, там по вечерам такая рыба бывает!!! Даже семга изредка попадается. Мы могли бы поужинать… А потом спеть дуэтом где-нибудь на крыше… В общем, оттянуться по полной!

- Семга… на крыше… Право, не знаю, — долгим взглядом посмотрела на него рыжая. Потом вредность взяла верх, и она мстительно мяукнула: «А мне мама не разрешает! Вот!», — и одним прыжком скрылась в подъезде.

- А счастье было так возможно! – разочарованно вздохнул Василий и почесал лапой за ухом. – Одно слово – рыжая ведьма! И о какой маме она говорила? Кого она имела в виду?

- Завтра, в шесть, на этом же месте, — раздалось из подъезда. – И не прячьтесь в кустах, приходите так.

- Мммммннннняяяяяууууу! – в восторге взвыл Василий, три раза высоко подпрыгнул, сделал сальто с переворотом и длинными скачками помчался через двор. Он чувствовал себя настоящим тигром, диким, могучим и свободным. И ничья мама не могла этому помешать!

Автор: Эльфика http://s30630429213.mirtesen.ru/blog/43434071326/K...rtesen.ru&paid=1&pad=1