Сегодня, не без подачи американских и европейских средств массовой информации, а также отечественных либералов, широко распространена точка зрения чуть ли не о тотальном сопротивлении населения Западной Украины советской власти. Современным глашатаям Майдана выгодно создать миф о вековом противостоянии украинцев российской государственности. Ведь это легитимизирует их деятельность в настоящее время, конструирует собственную политическую традицию со своим пантеоном героев-мучеников, летописью «освободительной борьбы».

Не является секретом, что в подконтрольных националистам средствах массовой информации, в «научных работах» взращивавшихся на западные гранты самостийных историков переписывается история как Украины в целом, так и Великой Отечественной войны. Бандеровцы изображаются национальными героями, красные партизаны – пособниками «оккупационной советской власти».
Но действительно ли вся Западная Украина одобряла действия Организации украинских националистов – Украинской повстанческой армии и других националистических формирований? Даже беглый взгляд на историю Великой Отечественной войны и утверждения советской власти в западных областях Украины говорит обратное. Редко какому современному читателю знакомо имя Ярослава Галана. Этот советский писатель, между тем, в 1949 году, спустя четыре года после Великой Победы, был зверски убит студентом Михаилом Стахуром, который частенько приходил к нему в гости под видом начинающего поэта. Студент был украинским националистом, боевиком ОУН. Одиннадцать ударов топором он счел достойной платой за то внимание, которое проявил к нему Галан. Писатель поплатился за большую литературную работу по разоблачению как украинского национализма, так и деятельности Ватикана и контролируемой им униатской церкви на Западной Украине. Известно, что варварское убийство Галана привело в большую ярость самого Иосифа Сталина и стало катализатором усиления борьбы советских спецслужб и правоохранительных органов с остатками бандеровских группировок.

Ярослав Галан, чьим именем названы улицы во многих городах России, стал далеко не первой и не единственной жертвой преступлений украинских националистов против гражданского населения. Еще в годы Великой Отечественной войны боевиками ОУН и УПА уничтожались мирные жители, поддерживавшие советскую власть, принадлежавшие к другим национальностям (евреи, поляки, русские – само собой) и даже просто не спешившие с демонстрацией своей лояльности «борцам за самостийность».

Здесь следует отметить, что в рядах украинских националистов не наблюдалось единства. Их крупнейшую структуру – ОУН (Организация украинских националистов) еще в 1940 году постиг раскол. Часть организации подчинилась избранному в 1939 году руководителем «полковнику» Андрею Мельнику, другая, более радикальная и большая по численности часть ОУН, признала своим лидером Степана Бандеру и получила наименование ОУН (революционная).

Для удобства восприятия активистов ОУН (р) прозвали бандеровцами. Именно они составили костяк Украинской повстанческой армии (УПА). Естественно, что мельниковские и бандеровские командиры, что характерно для местечковых «наполеончиков» с невероятными амбициями, не могли поделить руководство украинским националистическим движением и оказались не в состоянии объединиться даже перед лицом грозного противника – красных партизан, а затем и регулярной советской армии.

Естественно, что одними из первоочередных врагов для украинских националистов, помимо евреев и поляков, были коммунисты. Их, вполне небезосновательно, рассматривали как агентов советского влияния на Западной Украине. Напомним, что с 1919 по 1938 гг. на территории Западной Украины, входившей в этот исторический период в состав Польши, действовала Коммунистическая партия Западной Украины.

Свое существование она прекратила … по инициативе советских коммунистов. Коминтерн обвинил западноукраинскую и западнобелорусскую компартии в профашистских настроениях и заявил об их роспуске. Значительная часть западноукраинских коммунистов, оказавшихся на территории Союза, была репрессирована. Но многие активисты, подтвердившие свою лояльность советскому курсу, плавно перешли в ряды ВКП (б) и в годы Великой Отечественной войны составили ударную часть антифашистского и партизанского движения в регионе.

В 1943-1944 гг. на территории западноукраинских областей шла настоящая «лесная война» между формированиями Украинской повстанческой армии и советскими партизанами. Для ОУН-УПА на первом этапе войны именно советские партизаны были основным противником – и в идеологическом отношении, поскольку олицетворяли прямое покушение на идеал самостийности – существование Украины в составе СССР, и в практическом отношении, поскольку с самого начала своего существования взяли курс не только на вооруженное сопротивление немецким оккупационным войскам, но и на уничтожение украинского националистического движения.


Еще в 1942 г. на территории Волынской области действовали отдельные разведывательные и диверсионные группы НКВД и Разведуправления Генштаба. Более масштабное развертывание партизанской деятельности относится к началу 1943 г. и связывается с передислокацией на Западную Украину Украинского штаба партизанского движения. Им руководил Тимофей Амвросиевич Строкач (1903-1963), до войны бывший заместителем народного комиссара внутренних дел Украины, а после войны повышенный в должности до министра внутренних дел УССР. То есть, несмотря на значительную стихийную компоненту, создание партизанского движения все же находилось под неусыпным контролем советской государственной безопасности и военной разведки. Из числа работников спецслужб, партийных руководителей, красных командиров и выходили многие ключевые фигуры украинского партизанского движения.

Легендарен путь Сумского партизанского соединения, которым командовал прославленный еще в Гражданскую Сидор Артемьевич Ковпак (1887-1967). К началу Великой Отечественной Ковпаку, председателю горисполкома Путивля, было уже 54 года. Возраст немалый, тем более для солдата. Но ветеран Первой мировой и Гражданской счел своим долгом «вспомнить молодость». Да вспомнил так, что гитлеровцы и их приспешники на территории оккупированной Украины произносили его имя с содроганием. Прежде всего, потому, что в отличие от многих других партизанских отрядов наиболее крупное на Украине соединение – ковпаковцы – активно использовали тактику рейдов. Молниеносные удары партизан, появлявшихся словно из-под земли, оставляли за собой трупы немецких солдат и полицаев, сожженные полицейские участки, взорванную инфраструктуру.
Из брянских лесов Ковпак предпринял свой знаменитый рейд до Карпатских гор, пройдясь по всей Правобережной Украине. За него он получил звезду Героя Советского Союза, а после того, как в 1944 г. территория Украины фактически была освобождена, перешел на руководящую работу в Киев, был членом Верховного суда УССР. Те бандеровцы, кто смог уйти от пуль Ковпака-партизана, имели все шансы узнать его получше и в качестве судьи. Память о легендарном Ковпаке и сегодня жива среди адекватной части украинского народа. И те, для кого Сидор Ковпак – герой и образец смелости и беззаветного патриотизма, никогда не смогут понять необандеровцев, дошедших в оправдании русофобии и преступлений своих идеологических предшественников до воспроизводства этих преступлений в некогда мирных городах современной Украины.

Помимо боевых операций против немецких оккупационных войск, партизаны осуществляли и важнейшую пропагандистскую функцию. Ведь население Западной Украины, до войны относившейся к Польше, а еще ранее – к Австро-Венгрии, не имело представления о советской власти и в основной массе было настроено по отношению к ней враждебно (если говорить о жителях сельской местности).

Соответственно, партизаны стремились развеять сложившиеся относительно советской власти мифы и заручиться поддержкой украинских селян. С этой целью развертывалась культурно-просветительская и образовательная деятельность среди украинского населения. Даже польские партизаны, конфликтовавшие как с советскими войсками, так и с УПА, были вынуждены признать значительный конструктивный потенциал, несомый советскими партизанскими формированиями в раздираемую «лесной войной» Западную Украину.

Использование партизанских отрядов в борьбе не только против гитлеровцев и их союзников, но и против украинских националистов было санкционировано советским руководством. Уже в 1943 г. руководители СССР, на основании донесений советской разведки, составили объективное и адекватное мнение о том, что представляют собой Украинская повстанческая армия, Организация украинских националистов и другие подобные организации. Было ясно, что по мере того, как советская армия разгромит гитлеровцев и вытеснит их за пределы Советского Союза, украинские, прибалтийские и прочие антисоветски настроенные «лесные братья» превратятся в основного вооруженного противника, остающегося на территории страны и ведущего подрывную деятельность.

Так, народный комиссар госбезопасности Украинской ССР С.Савченко в секретном донесении секретарям ЦК Компартии (большевиков) Украины Н. Хрущеву и Д. Коротченко сообщал, что бандеровцы находятся в постоянном тесном контакте с английскими и американскими властями. Последние, в свою очередь, обещают помощь Украинской повстанческой армии в случае продолжения ее вооруженной борьбы против Советского Союза. Донесение датировано 9 октября 1943 года, то есть в самый разгар войны «союзники» не то, что планировали в дальнейшем, а уже осуществляли плохо скрываемые контакты с явными врагами советского государства и настраивали последних на продолжение и активизацию антисоветского сопротивления.


Естественно, что действовавшие с самого начала в контакте с иностранными разведслужбами украинские националисты были готовы не только к вооруженному сопротивлению партизанам и регулярной советской армии, но и к любым провокациям. Цель последних заключалась в очернении советской власти и отпугивании от нее местного населения. Так, бандеровцы под видом красных партизан нападали на деревни и убивали мирных жителей. Партизанский командир М.Наумов в своем дневнике не чужд чувству юмора. Он рассказывает, что бандеровцы, приходя днем в украинские села, собирают лук, чеснок и хлеб, подчеркивая свою бескорыстность и аскетизм. Однако ночью те же бандеровцы обязательно наведываются в село повторно, чтобы украсть корову и обеспечить себя уже полноценным провиантом.

Тщетные усилия современных необандеровских пропагандистов из числа русофобствующего актива украинских националистических партий, а также их верных адвокатов – российских либералов, так и не смогли стереть из народной памяти образ бандеровца как бандита и мародера, терроризирующего мирное население, убивающего учителей или фельдшеров и отбирающего у крестьян последние продукты.


После освобождения территории Украины от гитлеровцев партизанские соединения были перенаправлены на борьбу с продолжающими вооруженное сопротивление бандеровскими формированиями. После войны часть партизан вернулась к мирной жизни, часть – продолжила службу в армии или милиции, все также находясь на передовой борьбы с врагами советского государства.

Таким образом, мы видим, что в годы Великой Отечественной войны не могло быть и речи о солидарности всего украинского населения с националистами, в корне антисоветской идеологии которых явно просматривалась взращиваемая Западом русофобия. Большинство украинцев, честные и порядочные люди, воевали в составе Красной армии против гитлеровских оккупантов, партизанили в отрядах Ковпака и других соединениях. Более того, не только и не столько бандеровцы были «хозяевами» лесного пространства Западной Украины. Подвиг советских партизан бессмертен и знать о нем следует каждому, особенно в контексте современной военно-политической ситуации на Украине.