Не удивишь читателя усвоенными еще в школьные годы историями о Швейцарском походе, Альпийском переходе и стремлении Суворова делить все тяготы службы со своими солдатами. Нам же удалось найти несколько малоизвестных, но оттого не менее любопытных фактов о жизни великого полководца, который к тому же любил чудачить.

Начинал службу Александр Васильевич простым рядовым, во времена правления Елизаветы Петровны, и первое повышение, как ни странно, получил не на полях сражения. Неся службу на посту у Монплезира летом 1779, когда Семеновский полк стоял в Петергофе для обеспечения караульной службы, Суворов так ловко отдавал честь императрице, что та, проходя мимо, поинтересовалась, как его зовут. Узнав, что Александр Васильевич – сын генерала Василия Ивановича, Елизавета Петровна протянула рядовому серебряный рубль. Суворов же ответил, что брать денег на посту не положено, за что получил нежданную похвалу императрицы, а рубль был оставлен у его ног, и Елизавета Петровна велела забрать монету при смене караула. Уже на следующий день рядового Суворова повысили до звания капрала, а серебряный рубль он берег как талисман до конца своих дней.

Во время Итальянской компании Александр Васильевич не скрывал своего нелицеприятного мнения о союзниках России. Политику Австрии он считал вероломной, причем утверждал, что государством управляют враги не только России, но и самой Австрии: «Мы увидим, что будет с австрийцами, когда бич их Буонапарте возвратится в Европу». Про англичан он говорил, что они завидуют успехам русских войск в Италии, их политика лукава, и государство старается поддержать вражду остальных участников против Франции. По словам Суворова, российская армия была бесперспективно послана в Швейцарию именно из-за интриг англичан, которых он попросту обвинял в измене, когда блокировавший Геную английский флот пропустил конвой с продовольствием и вооружением к французскому гарнизону.

Александр Васильевич попал в немилость в начале царствования императора Павла I, прославившегося, помимо прочего, серией нововведений в российской армии. Причиной «разлада» стало неодобрение Суворовым инициатив Павла. Говорят, что на приказ о введении новой военной формы прусского образца, Александр Васильевич бурно отреагировал словами: «Пудра не порох, букли не пушки, коса не тесак: я не немец, а природный русак!». Это лишь одно из сохранившихся резких публичных высказываний полководца, дошедших до наших дней, и именно из-за него, по рассуждениям историков, император Павел I попросил Суворова сложить с себя командование войсками.

Великий князь Константин, находящийся в отряде Розенберга, вынудил последнего совершить рискованную переправу на правый берег реки По, вопреки запретам Суворова. Неудачный маневр не остался незамеченным генералом Моро, и вскоре отряд Розенберга был атакован, разбит и обращен в бегство. Разгневанный Суворов отдал распоряжения войскам отряда, а Константина вызвал на приватную беседу. Изначально Александр Васильевич подумывал сообщить об инциденте императору, отцу Константина, но по какой-то причине передумал. В течение получала полководец и князь оставались за запертыми дверьми, а по окончании беседы Константин Павлович покинул кабинет Суворова, будучи расстроенным и в слезах. До сих пор доподлинно неизвестно, что именно сказал полководец князю, но с тех пор Константин оказывал Александру  Васильевичу особенное почтение.

Императрица Екатерина II частенько щедро одаривала своих приближенных, и Суворову однажды, вернувшись с юга, вручила золотую табакерку. Подарок был украшен бриллиантовым вензелем императрицы и драгоценными камнями. Полководец сообщил своему управляющему: «А я за гулянье получил табакерку в семь тысяч рублей». Суворов всегда старался казаться необыкновенным в своих поступках; такой образ действий произвел в нем характер чрезвычайной независимости. «Держи голову в холоде, живот в голоде, а ноги в тепле», — происхождение этой поговорки также приписывают Александру Васильевичу. Даже в сильные морозы великий полководец одевался довольно легко. Однажды императрица презентовала ему роскошную шубу, которую велела носить. Ослушаться приказа было никак нельзя, и  Суворов не расставался с шубой…которую возил с собой на коленях.

По традиции, повысить до звания фельдмаршала, минуя «ожидающих очередь», было аналогично прыжку через головы старших и не практиковалось. Тем не менее, в 1794 году за взятие Варшавы и подавление польского восстания Екатерина II приняла решение наградить Александра Васильевича, произведя его в фельдмаршалы. В ответ на послание Суворова: «Всемилостивейшая государыня! Ура! Варшава наша!» пришло лаконичное: «Ура! Фельдмаршал Суворов!». В русской армии было девять генералов, имевших более высокий ранг. Узнав о «повышении», Суворов принялся расставлять по комнате стулья и с детской непосредственностью скакать через них, загибая пальцы и называя фамилии генерал-аншефов: «Салтыков позади, Долгорукий позади, Каменский позади, а мы впереди!». Девять генералов – девять стульев.

На самом деле, Суворов всегда прекрасно управлял своим эмоциональным состоянием, и все его чудачества были контролируемы и продуманы, что не умаляло эффекта, производимого ими на окружающих. Однажды к Александру Васильевичу пришла польская делегация по вопросу данных полководцем обещаний, которые впоследствии все же были отклонены Екатериной II. Выслушав послов, Александр Васильевич присел на корточки, сказав: «Суворов вот какой маленький», — а потом вдруг прыгнул до потолка, прокомментировав поступок: «А императрица вот какая большая!». Поляки остались удовлетворены объяснением. Меньше слов, больше дела – таков был Суворов.

Ирина Рудевич

Источникhttp://russian7.ru/2013/11/7-maloizvestnyx-faktov-ob-aleksandre-suvorove/