На экраны выходит «Ромовый дневник» с Джонни Деппом – кино о выборе между порцией крепкого алкоголя и общественным долгом

Фильм, снятый по мотивам романа Хантера Стоктона Томпсона, знаменитого алкоголика и бунтаря-репортёра начала 70-х, – новое слово в ряду экранизаций писателя. Это не фарс на грани фола, как лента «Там, где бродит бизон» с Биллом Мюрреем, и не цепь наркотических трипов, как «Страсть и ненависть в Лас-Вегасе» с тем же Деппом. Это ни много ни мало история о борьбе отдельно взятого человека за светлое будущее человечества в целом.

Нью-йоркский журналист Пол Кэмп (Депп) в 1960 году приезжает в Пуэрто-Рико – работать в местной англоязычной газете «Сан-Хуан Стар». Очень скоро он оказывается между трёх огней: Кэмпа пытаются взять в оборот главный редактор (Ричард Дженкинс), хищный капиталист (Аарон Экхарт) и его смазливая подружка (Амбер Херд) – каждый имеет на журналиста свои виды. Пол пытается развеяться, заливаясь ромом и пивом, но это оборачивается проблемами с местной полицией. Кэмп неуютно чувствует себя в игре, в которую его втягивают: всё сильнее вскипает его разум возмущённый, всё реже он прикладывается к бутылке. Если бы его фамилия была Ульянов-Ленин, ещё неизвестно, чем бы всё закончилось.
Английский режиссёр Брюс Робинсон («Дженнифер 8») сам писал сценарий и не пощадил первоисточник: вырезав ключевых героев, перенёс действие на два года позже, изменил название газеты, прописал свои монологи. «Ромовый дневник» в экранной версии крушит стереотип о Томпсоне, которого принято представлять исключительно как хулигана и алконаркоромантика. Робинсон весь фильм мечет остросоциальные копья: фокусируется на уличных беспорядках, устраивает показательную порку американскому империализму, единственный намёк на эротическую сцену демонстративно обрывает аудиозаписью речи Гитлера. Не экономил он и на сочинении афоризмов: «Либерал – это человек с высшим образованием и нигерским мышлением» и «С коммунистами можно договориться, только уничтожив их» запоминаются сами собой. Робинсон не оставляет сомнений в том, с кем он: ближе к финалу на лице Деппа всё чётче проступают черты Мальчиша-Кибальчиша, а массивные силуэты толстосумов складываются в коллективный портрет дяди Сэма. В какой-то момент думаешь, уж не левые ли партии финансировали съёмки: сцена, где об устройстве мира вещает лангуст, тянет на шедевр сюрреализма с коммунистическим лицом.

Поклонники «Страха и ненависти в Лас-Вегасе» наверняка будут возмущены, а зря. Прежде чем к концу 70-х между активной гражданской позицией и алкоголем выбрать второе, Томпсон тоже был писателем со взором горящим. Верил в то, что человечество можно спасти от эпидемии жадности и что во власть идут, чтобы сделать мир краше, а не для того, чтобы отбить и преумножить вложенные средства. «Ромовый дневник» Робинсона – о том, кем мог стать, но так и не стал Хантер Томпсон, а вместе с ним и целое поколение поклонников гонзо-журналиста.
Игорь Панасов, Фокус

http://focus.ua/