В ту ночь мы сошли друг от друга с ума,
Светила нам только зловещая тьма,
Свое бормотали арыки,
И Азией пахли гвоздики.

И мы проходили сквозь город чужой,
Сквозь дымную песнь и полуночный зной,—
Одни под созвездием Змея,
Взглянуть друг на друга не смея.

То мог быть Стамбул или даже Багдад,
Но, увы! не Варшава, не Ленинград,
И горькое это несходство
Душило, как воздух сиротства.

И чудилось: рядом шагают века,
И в бубен незримая била рука,
И звуки, как тайные знаки,
Пред нами кружились во мраке.

Мы были с тобою в таинственной мгле,
Как будто бы шли по ничейной земле,
Но месяц алмазной фелукой
Вдруг выплыл над встречей-разлукой…

И если вернется та ночь и к тебе
В твоей для меня непонятной судьбе,
Ты знай, что приснилась кому-то
Священная эта минута.
(Анна Ахматова)

...«Родная душа – это тот, у кого есть ключи от наших замков, и к чьим замкам подходят наши ключи. Когда мы чувствуем себя настолько в безопасности, что можем открыть наши замки, тогда наши самые подлинные «я» выходят навстречу друг другу, и мы можем быть полностью и искренне теми, кто мы есть. Тогда нас любят такими, какими мы есть, а не такими, какими мы стараемся быть. Каждый открывает лучшие стороны другого. И невзирая на все то, что заставляет нас страдать, с этим человеком мы чувствуем благополучие как в раю. Родная душа – это тот, кто разделяет наши глубочайшие устремления, избранное нами направление движения. Если мы вдвоем подобно воздушным шарикам движемся вверх, очень велика вероятность того, что мы нашли друг в друге нужного человека. Родная душа – это тот, благодаря кому вы начинаете жить подлинной жизнью. »
(Ричард Бах)
……………………………………..

Я верю, что мы никогда не умрём,
А просто однажды окажемся где-то
В краях, где за рыжим шальным сентябрём
Придёт не октябрь, а нежное лето.

И будет так странно – так странно легко,
И нас не коснутся ни боль, ни тревога.
Мы вместе уйдём далеко-далеко,
Под шёпот листвы, золотою дорогой

Куда-то, где дней и недель нам не счесть,
Куда-то в манящий простор небосвода.
И там мы поймём, что любовь – она есть,
И там ощутим, что такое свобода.
(Юлия Вихарева)

Да, черт возьми, вот так и никак иначе.
По-другому не получается, не поется.
Или я притворялась немой, или ты – незрячим,
но теперь нам обоим за все это воздается.
Вот сидим с тобой на разных концах потока,
наблюдаем за изменчивостью мейнстрима,
не касаемся друг друга, не бьемся током,
объясняем только то, что необъяснимо.
Если речь заходит о прошлом – меняем тему,
если речь заходит о будущем – замолкаем.
Речь вообще ходила раньше, куда хотела,
потому сидит сейчас под семью замками.
Мы хандрим от слов и сердимся на погоду,
раздражительны, опасливы, нелюдимы.
Мы друг друга принимаем – в угоду году,
так упрямо нас скреплявшему воедино.
Мы встречаемся за чаем, с привычной ленью
рассуждаем, как однажды вернется сила.
Два ворчливых старика на краю Вселенной,
не заметившие смерти, что приходила.
(Кот Басе)

Ну полюби меня такую, полюби! Пускай прохожие советами замучали, Такую вздорную, капризную, нелучшую… Но ты попробуй, ты возьми и полюби! Ты пригуби из этой чаши, пригуби - Пометок с ядом не ищи, вода живящая. Но посмотри, ведь я такая настоящая, Ну полюби меня за это, полюби! Я сумасшедшая, но ты привыкнешь к этому, В моих глазах не то восторг, не то тоска… Уж коли ты меня на свете отыскал, То полюби меня хотя бы уж поэтому… Ах, не люби меня, ты знаешь, не люби. Я лишь одна из многих и ничем не лучше, И то, что я тут наврала, совсем не слушай, Я наврала, я не такая, и к чему меня любить… Елена Касьян

Ты знаешь, мой хороший, я скучаю…
С утра в окне деревьев трафареты.
Завариваю в чашку вместо чая
на гранулы распавшееся лето…
Вожу впустую ложкой хороводы.
Забыт лимон и сахар – не дождутся…
Рассматриваю трещинку в разводах
на старом, с голубой каёмкой, блюдце…
На ходиках, как-будто на изгоях,
проклятие – «бежать!»…
………………. Да бог с ним, с чаем…
Карандашом в прихожей на обоях
царапаю задумчиво: «СКУ-ЧА-YOU»…
Кот с мудростью еврейского раввина
на кресле спит, ведь март не актуален.
Шепчу коту, поглаживая спину:
«А, знаешь, ОН умен и так печален…»
Осенний день зажженной сигаретой
стремительно меняет очертанья.
Деревьев обнаженных трафареты
сливаются с вечерними шелками.
На подоконник бронзовую лампу
поставлю, осветив окно по краю:
багетом к черно-белому эстампу
ночного Города…
……………..Бессонница…
………………………… Скучаю
(Вет Лавиртум)

Чем старше Женщина –
тем больше преимуществ.
Она мудрей, хитрее и нежней.
И четче знает, кто ей в жизни нужен,
И юной деве не сравниться с ней!
Ходы вперед десятками считает,
Читает взгляд. И даже слабый жест.
Запретный плод её уж не прельщает:
Она все то, что ей по вкусу, ест.
Мужчин с успехом делает рабами,
По-царски правит в собственной семье.
Все реже плачет «бабьими» слезами,
И жалость вряд ли вызовет к себе.
Кокетства глупость заменяет шармом,
Перешагнув в утехах тела стыд.
И дарит то, что ей приятно, даром,
А память ставит промахи на вид.
Умеет скрыть природные изъяны,
Достоинства изящно подчеркнуть.
И взглядом, полным магии и тайны,
Привычно, без усилия, сверкнуть.
Вместить в себя все вековые гены.
Изюминкою стать в руках Творца,
Быть Афродитой, вышедшей из пены,
На жертвенность венчального кольца.
И в 30 «с хвостиком», вступая в совершенство,
Стряхнув усталость напряженных лет,
Почувствовать душевное блаженство Гармонии,
Цены которой нет.
(Р@ис@)

Думают люди: дом — это где кровать,
Кухня, гостиная, мягкий ковёр и кресло.
Люди считают, что дом нужен, чтобы спать,
Люди считают, что дом — это просто место.

Думают люди: если покинуть дом,
Будешь скучать по кровати и занавескам.
Люди тоскуют по осени за окном.
Люди считают, что дом — это просто место.

Мне говорили, что дом — это там, где я.
Там, где живут родные, где кот с собакой.
Мне говорили: дом — это где друзья,
Дом – это место, где можно ходить лохматой.

Чувствую я отчего-то: мой дом — не дом!
В доме моём никогда не бывает тесно:

Кажется мне, что мой дом — это там, где Он.
Значит, мой дом — человек, и совсем не место.
(Татьяна Красильникова)

... Если с утра ты обнимаешь не подушку. И снов приятных на ночь есть кому желать. И кофе... две с утра завариваешь кружки - ты в жизни все нашел, осталось лишь не потерять! ...

Я люблю летний дождь. И, наверно, люблю тебя.
Ты сегодня придешь? – приходи, Человек дождя…
Посидим, погрустим… у огня просушив пальто,
Ты дождями томим. Нас не видит сейчас никто.
Некрасив, нелюдим… Весь как-будто из хрусталя:
Как герой пантомим, как дыхание февраля…
Ты приляг на кровать, я оставлю на ночь тебя.
Не пытайся понять. Отдохни, Человек дождя.
…
Закрываю глаза. Ожидаемый час заката….
И неслышно скользя, он в квартире идет куда-то:
а вокруг – тишина, половиц скрип, да мебель пыльная.
Стройных ливней стена. Притяженье… Такое сильное!..
не могу.
но хочу…
Закрываю себя, дождливую.
Зажигает свечу ночь-обманщица неторопливая…
Я же знаю – одни. Через двери. И дрожь странная…
От стены до стены – Человеком дождя пьяная.
…А на улице град.
Молчаливое ожидание…
Я уснула опять в тишине под твое дыхание.
…
Я люблю этот дождь, и, наверно, люблю тебя.
Ты ведь завтра придешь?
приходи,
Человек дождя…
(из дневника "Она!"

Однажды за ней захлопнется дверь
И ты обретешь былую свободу.
Ты счастлив? Скажи, ты счастлив теперь?
Никто не требует ласку, заботу.

Никто не пристанет с вопросом о том,
Как день ты провел и кто в твоих мыслях.
Никто не заглянет в твой телефон,
Но только лишится жизнь твоя смысла.

Никто не потребует больше тепла,
Не скажет о том, что так нужно вниманье.
Но ты вдруг не сможешь заснуть до утра
И душу заполнит твою ожиданье.

Не нужно букеты дарить никому,
Не нужно придумывать ей комплименты.
Но только захочется вдруг самому
Опять пережить с ней былые моменты.

И, кажется, столько проблем с ней ушло.
И можно по барам - гулять, веселиться.
Но только в душе стало вдруг тяжело
И продолжает она тебе снится.

Никто не поддержит в трудные дни
И всем всё равно надел ли ты шапку.
Никто не прошепчет тебе о любви,
Нежно рукой поправив рубашку.

Она была рядом, но ты не ценил.
Казалось, что в жизнь приносила проблемы.
Она всё терпела, но выход один –
Уйти, перестав ждать твоей перемены.

Однажды за ней захлопнется дверь.
Ты станешь свободным, как многие люди.
Но почему ты не счастлив теперь?
Просто никто тебя больше не любит.
(Мария Куткар)

Только нежность. Вдоволь настрадались.
Досыта намучили других.
Все, что сны и карты нагадали,
Зыбко, как от камешка круги
На воде. Песочные постройки
Рушатся, и это хорошо.
Все тебе завещанные строки
Соберу в один альбом большой.

Будет память долгой и красивой,
В переплете темно-золотом.
Чтобы дочь подросшая спросила:
"Все проходит?", глядя в пухлый том.
Я отвечу: "Это - не проходит,
Но привыкла, потому терплю -
Кажется что позабыла вроде,
А сильнее прежнего люблю.

Все случится так, как будет лучше,
Не решай за Господа проблем!
К дверце счастья золотистый ключик
Можно ль изготовить на земле?
Боль пройдет, и станут очевидны
Слез цена и справедливость кар.
Время лечит только от обиды,
От любви не создано лекарств."

Поминай добром мою улыбку,
Не целуй, не надо, удержись!
Только нежность. Остальное зыбко,
Разошлись круги и снова жизнь
(Наталья Дудкина)

Давай не будем замечать года, недели, дни...
Что время? Золотая пыль. Стряхни ее с ладони.
Сквозь суету обычных дел лишь руку протяни -
услышишь тихий шепот мой: надеюсь, верю, помню...

Я сберегу Твоё тепло, а Ты храни моё...
Напрасно ветер перемен старается и злится.
Он не отнимет общих снов, где мы с Тобой вдвоём
сидим у неба на краю... у солнца на ресницах...

На перекрёстке двух дорог, двух судеб, двух миров
легко поверить в чудеса, легко забыть о боли...
не жаль поставить всё на кон - пусть выпадет zero...
не сложно душу открывать без кодов и паролей...

Пусть наши встречи так редки... Но как светлы они!
Пускай разлука, как смычок, сердца за струны тронет...
Давай не будем замечать года, недели, дни...
Что время? Золотая пыль. Стряхни ее с ладони.
(Елена Ломакина)

Я видел сегодня седую старушку,
в автобус войдя, она села со мной.
Косынку заправив рукою за ушко,
она телефон свой достала чудной.
Обычный мобильный, серого цвета,
и пара царапин мелких видна.
Но необычным в нем было не это,
Меня удивила надпись одна.
На экране его загорелось: «любимый»
и фото седого, в очках, старика.
Она, подняв трубку, ответила: «Милый!
Доктор сказал, поживу я пока...
Я села в автобус, уже близко к дому,
не нужно, не вздумай, обед не готовь!»..
И пусть кто-то мыслит сейчас по-другому,
но я был уверен, что видел любовь.
(Андрей Лис)

Отвернуться и слёзы долой…
Хорошая тушь – не течёт.
Очень нужно казаться живой.
Очень хочется – наоборот.

Новый шрам по живому прижечь.
Остатки воли – в кулак.
Это было со мной уже.
Это было… совсем не так.

Отпускала. Желала добра.
На прощанье крестила лоб.
Это было в другом «вчера».
Это «было» давно прошло.

Отойдите в сторонку, мадам.
Застегнитесь. Прикройте бельё.
Я на этот раз – не отдам,
Потому что знаю – моё.
(Кормилицына Татьяна)

Не поется и не плачется
Словно я в нигде ничто
Не таится и не значится
Как вода сквозь решето
Не смеется и не верится
Неяснее не бывать
Не вернется и не склеится
Значит, надо забывать.
И терять теперь мне нечего
И сквозь пелену дождя
На тебя взгляну доверчиво,
Не прощаясь, уходя.
(из дневника Viki)

Неправда! Отрекаются любя!
Пройдя сомнений круг безумный,
В вулкане чувств и страсти бурной,
Уходят прочь, тайно скорбя…
«Ты вечно мой! Я не твоя….»

Да, отрекаются любя!
Дабы бездумно не нарушить
Огонь любви, согревший душу,
Выносят приговор не зря…
«Ты вечно мой! Я не твоя….»

Поверьте, отрекаются любя!
Вонзая коготки в ладошки,
Уходят гордо по дорожке,
В душе тоской щенка скуля…
«Ты вечно мой! Я не твоя….»

Да, отрекаются любя…
Кинжалом в сердце, чтоб не пело,
Не подчиняло разум, тело…
И гневным взором в небеса:
«Доволен, Господи!? Ничья!»

Безбожно отрекаются любя…
С душою ангела и взглядом ада,
Глотая слёзы вперемешку с ядом,
Уходят прочь, благодаря,
Скорбя душой, любовь храня…
Да, отрекаются любя!
(Shimmer)

Не оборачивайся. Я не выпущу твоей руки.
Любовь - путь в безумие по краю пропасти.
Выбрось письма. Нет. Лучше сожги.
Я напишу тебе новые повести.

Я напишу миллионы слов
В бредовых смешениях ассоциаций.
Мы проживем с тобой сто веков:
Для этого просто не надо бояться.

Твои губы трескаются на ветру,
Когда улыбкой прячешь ты ожидание.
Волосы замерзают над лицом на лету,
На колени брошенным в немом отчаянии:

Нам не хватает жизни одной,
Чья-то шутка это или проклятие,
Ощутить забывающей ласку спиной,
Как ладони на ней замыкают объятия,

Проникая под кожу, соленую от
Выплаканной памяти встреч отсроченных.
Делай шаг. Впереди горизонт,
Где в точку сольются все многоточия.
(Семен Венцимеров)

Я не зачитана до дыр,
Но интригую Вас сюжетом!
Вы окунаетесь в мой мир,
Заметьте - счастливы при этом...
Во мне нет вырванных страниц,
Закладка где-то на трехсотой,
Увы и ах - не помню лиц
Читавших бегло полиглотов...
Всегда ажур мой корешок -
Меня ведь бережно читали,
А приходил возврата срок -
То со слезами возвращали...
Я не из серии таблиц,
Быть эксклюзив - моя работа...

Я не для всех, для единиц...
А мне в тираж и неохота!
(Лия Кубишек)

... Бойся женщину, которой причиняли боль.
Её сердце теперь всегда бьется ровно , а взгляд не выражает эмоций.
Она выделяется из толпы , и всегда высоко держит подбородок.
Она теперь ни в ком не нуждается и лучше всего ей одной .
Она никогда не будет кому то принадлежать ;
Бойся такую женщину , она сводят с ума своими духами и уверенностью, доводит до истерики своим характером и загадочностью.
Ты не сможешь ей доверять , она не верит сама себе . Она играет мужчинами , называет лишь по имени , забыв слова нежности и всегда уходит сама .
Такая женщина не подпустит к себе , никогда не покажет свои слабости и страхи, а на вопрос "ты о чем то думаешь ?" всегда ответит лишь "нет" .
Эта женщина - загадка для всех окружающих , слишком умело она контролирует свои эмоции.
До неё трудно дозвониться , часто телефон выключен , а еще чаще она не перезванивает и не отвечает на sms .
Она никого не выделяет из толпы , всегда предельно вежлива .
Бойся эту женщину , даже если она простит - она никогда не забудет...
(из дневника Alemith-a)