Украина, Азербайджан, Армения, Грузия, Казахстан, Киргизия, Молдавия, Узбекистан…

Статья первая

Две сотни американских биологических военных лабораторий – прямая угроза странам, на территории которых они расположены.


США создали биолаборатории в 25 странах по всему миру – на Ближнем Востоке, в Африке, Юго-Восточной Азии, на территории бывшего Советского Союза. Только на Украине их полтора десятка: В Одессе, Виннице, Ужгороде, Львове (три), Харькове, Киеве (тоже три), Херсоне, Тернополе. Несколько лабораторий открылись рядом с Крымом и вблизи Луганска.

В конце 1991 года Конгресс США утвердил Программу совместного уменьшения угрозы (Cooperative Threat Reduction – CTR), известную по фамилиям её инициаторов, американских сенаторов Нанна и Лугара. Сегодня эта программа реализуется Агентством по уменьшению угрозы (Defense Threat Reduction Agency, DTRA) при Минобороны США.

Россию окружили десятками так называемых референс-лабораторий (CDL), подконтрольных Пентагону. Помимо Украины, такие лаборатории имеются в Азербайджане, Армении, Грузии, Казахстане, Киргизии, Молдавии и Узбекистане.

Передовым эшелоном DTRA на территории бывшего СССР считается Исследовательский центр общественного здравоохранения имени Лугара в Тбилиси, в 17 км от базы ВВС США в Вазиани (до 2001 года – 137-я военная база Министерства обороны России). Все исследования осуществляются биологами Военно-медицинской группы США в Грузии (USAMRU-G) и частными подрядчиками по федеральному контракту с DTRA. Тбилисский Центр Лугара имеет третью степень биозащиты, здесь работают только граждане США, имеющие доступ к секретной информации и обладающие дипломатическим иммунитетом.

В Центре Лугара изучаются биологические агенты (сибирская язва, туляремия), вирусные заболевания (например, геморрагическая Конго-крымская лихорадка), занимаются «получением биологического материала для будущих экспериментов». Фактически тбилисский Центр Лугара представляет собой научно-исследовательский центр по созданию новых видов биологического оружия. В Центре работают три частных американских компании: CH2M Hill, Battelle и Metabiota. Об этом сообщается в расследовании болгарской журналистки Диляны Гайтанджиевой.

CH2M Hill имеет контракт с DTRA на $341,5 млн. в рамках программы Пентагона для биологических лабораторий в Грузии, Уганде, Танзании, Ираке, Афганистане, Юго-Восточной Азии. Половина этой суммы ($161,1 млн.) выделена грузинскому Центру Лугара, где работают специалисты, ранее занимавшиеся разработкой биологического оружия.

Battelle руководит сверхсекретным National Biodefense Analysis and Countermeasures Center (NBACC) в Форт-Детрике по контракту с Министерством внутренней безопасности (DHS).

В 2014 году в Центре Лугара был построен специальный завод по разведению насекомых и начат проект Sandfly (песчаная муха). Это кровососущее насекомое из рода Phlebotomus в подсемействе москитов, встречается на Филиппинах. В 2015 году песчаные мухи атаковали Тбилиси и соседний Дагестан.

В том же 2014 году DTRA начала проект «Вирусы и другие арбовирусы в Грузии» (вирусы, распространяемые комарами и клещами). Вскоре после этого в Грузии были впервые обнаружены тропические комары видов Aedes Albopictus и Aedes Aegypti. Оба типа комаров являются переносчиками желтой лихорадки, острой тропической лихорадки, лихорадки чикунгуньи и вируса Зика. Помимо западной Грузии, те же комары Aedes albopictus, по данным Европейского центра по контролю и профилактике заболеваний, появились в российском Краснодаре и на севере Турции.

В 2013 году в Центре Лугара были начаты испытания вакцины против сибирской язвы. И в том же году в Грузии произошла эпидемическая вспышка этой инфекции. С тех пор в республике случаи заболевания сибирской язвой не прекращаются.

В 2014 году в Центре Лугара был начат проект DTRA «Эпидемиология лихорадочных заболеваний, вызываемых вирусами денге и другими арбовирусами в Грузии». Проект включал тестирование пациентов с симптомами лихорадки и сбор клещей для лабораторного анализа как возможных носителей Конго-крымской геморрагической лихорадки (CCHF). Вскоре в Грузии у 34 человек было диагностировано заболевание CCHF, трое человек умерли.

…В Харькове, где находится одна из референс-лабораторий Пентагона, в январе 2016 года от свиного гриппа умерли 20 украинских солдат, ещё 200 были госпитализированы. К марту того же года на Украине от свиного гриппа умерли 364 человека… Открываем воспоминания Барака Обамы, который в 2005 году, будучи сенатором, посетил одну из биолабораторий на Украине вместе с сенатором Лугаром. Вот как Обама описывает это в своей книге «Дерзновение надежды: размышления о воссоздании американской мечты» (Audacity Of Hope: Thoughts On Reclaiming The American Dream): «...в тихом спальном районе Киева нам организовали экскурсию по украинскому учреждению - аналогу американского центра по контролю и профилактике заболеваемости - скромному трехэтажному зданию, отчасти напоминавшему вузовскую научную лабораторию… Женщина средних лет в лабораторном халате и хирургической маске достала из чрева холодильника несколько пробирок, взмахнула ими в 30 см от моего носа и что-то произнесла по-украински.

“Это – сибирская язва, – пояснил переводчик, указывая на пробирку в правой руке дамы. – А вот это, – сказал он, показав на пробирку в левой руке женщины, – чума”.

Я обернулся назад и заметил, что Лугар уже стоит у дальней стены комнаты. “Не хотите ли рассмотреть это поближе, Дик?” – спросил я, и сам делая несколько шагов назад.

“Видали мы всякое”, – отвечал он с улыбкой».

После этого визита американцы предоставили киевской лаборатории оборудование на 800 тысяч долларов.

А потом, в 2017 году, на Украине разразилась эпидемия кори. В 2019 году была зафиксирована вспышка болезни, «похожей по симптомам на чуму». Настолько похожей, что Россия резко усилила пограничный контроль.

…Первая американская референс-лаборатория на территории Узбекистана появилась в 2007 г. в Ташкенте. В настоящее время DTRA имеет в Узбекистане уже более десятка таких лабораторий. Открывая одну из них посол США Памела Спратлен сказала, что эта лаборатория позволит «впервые получить опытные данные о распространенности антимикробной устойчивости». Однако «улучшения качества жизни и здоровья» не произошло. Наоборот, в Узбекистане были зафиксированы необъяснимые вспышки кори (полтысячи человек в Самаркандской области) и ветряной оспы (эту болезнь прикрывали диагнозом «аллергический дерматит»). В Ташкенте ходили слухи, что жёсткое давление на Гульнару Каримову, дочь бывшего президента Узбекистана, было связано в том числе с тем, что она уделяла слишком большое внимание происхождению непонятных болезней.

Главный санитарный врач России А. Попова, выступая перед участниками заседания глав Советов безопасности стран СНГ, обратила внимание на вспышки неизвестных ранее инфекций в местах, где открылись военные лаборатории США. Демонстрируя карты, она подчеркнула: «Первая карта – расположение по миру лабораторий DTRA. Вторая карта – зоны возникновения новых эпидемиологических угроз». Нужно ли говорить, что карты совпали?

С какой целью США размещают свои военные лаборатории по всему миру? Ответ может показаться невероятным, немыслимым: Пентагону нужен генетический материал населения стран-мишеней для создания штаммов биологического (этнического и расового) оружия.

Создание такого оружия стало возможным с открытием механизма так называемой РНК-интерференции. Эта технология была открыта в 1998 году американскими учеными Эндрю Файером и Крейгом Мелло, в 2006 году они получили за неё Нобелевскую премию. При помощи РНК-интерференции можно влиять на работу генов определённых этнических групп таким образом, что у людей из этой этнической группы или прекращаются тяжёлые болезни (например, артрит), или, наоборот, перестаёт вырабатываться иммунитет против того или иного заболевания.

В докладе Defense Threat Reduction Agency при Пентагоне говорится: «Существует возможность использования РНК-интерференции для создания биологического оружия». Там есть оговорка – «теоретическая возможность». Однако то, что вчера было теорией, сегодня может стать, если не стало, практикой. Не исключено, что вспышки COVID-19 по всему миру вызвал не один и тот же коронавирус COVID-19, а разные штаммы, подвергшиеся РНК-интерференции и проявляющие себя по-разному.

ВЛАДИМИР ПРОХВАТИЛОВ