Смотрела сейчас подборку фотографий, найденную у Робота Марвина, – жизнь нашей страны 50-х годов. Некоторые фотографии постановочные, но большинство обычных, естественных – люди, улицы... Сейчас смотреть их и интересно, и волнующе – даже для людей моего поколения, не живших и даже не родившихся ещё в те годы.

Появился риторический вопрос: что останется от нашего времени, какие именно фотографии? Чего-чего, а этого добра сейчас предостаточно, фотографируют все наперебой – себя, свою еду, природу, животных, растения. Я не буду сейчас распространяться о том, каким предстаёт мир на большинстве изображений – просто скажу, что он в основном праздный; на десять фото "мы с подружкой в кафе" приходится одна "я на работе", да и то мало кто запечатлевает себя реально в трудовом процессе. Но вот фотографии какого именно рода станут типичными для нашей эпохи? – это интересно.

Помню, в курсе эстетики, что нам читали, была такая мысль: как ни разнятся, скажем, искусство готики и Возрождения, всё равно в них находятся общие черты при сравнении, например, с искусством Востока. Так же были бы отысканы общие черты искусства людей вообще, как жителей Земли, если бы можно было сравнить нашу культурную общность с такой же общностью другой планеты. Именно с такого "расстояния" виднее объединяющее. Так вот сейчас фотографий самого разного рода огромное, неисчислимое множество, и "лицом к лицу лица не увидать" – эти единичности не дают разглядеть общее. Нужно, чтобы прошло лет двести, чтобы все эти шероховатости индивидуальности сгладились, слились воедино, и получился бы портрет эпохи.

P.S. Интересно, почему Ли.ру предупреждает при переходе в расширенный режим о том, что все заполненные поля будут сброшены даже тогда, когда ты не успел ввести ни единой строчки?

Настроение сейчас - спатьхотительское

В колонках играет - негромкие звуки разного характера

То, что творится на улице, другим словом кроме как "ноябрь" не назовёшь.

Настроение сейчас - грустноватовское

В колонках играет - шум дождя за окном

Два года назад снимали мы ветеранов – проект такой был, люди, прошедшие войну, говорят подрастающему поколению всякие напутственные слова: "хорошо учитесь, читайте книги, работайте на любимых работах, не курите..." и так далее. Один из ветеранов меня восхитил: дедушке было 89, а ему и 75 не дашь – стройный, подтянутый, быстрый в движениях, каждый день в бассейн ходил! Голова совершенно ясная и чистая, всё, что нужно, нам сказал, записали его – всё хорошо.

Сегодня встретила его на заседании местного отделения комитета ветеранов войны и военной службы. Мама дорогая, как сдал за два года. Даже голос изменился. Правда, когда начал говорить на серьёзные темы, вернулись и сила, и краски в голос – но всё равно очень изменился. Как это печально.

За полтора года в нашем городе ушло из жизни почти тридцать ветеранов, остался всего сто тридцать один человек. Да, это естественный процесс... речь не о том; но всё же, всё же, всё же – как сказал Твардовский.

Настроение сейчас - ужасногрустновское

В колонках играет - негромкие звуки разного характера

Это досадно – когда в хорошую тёплую погоду выезжаешь с работы пораньше, выбираешь длинный путь, которым будешь возвращаться домой, едешь по хорошей дороге – и буквально через две песни у тебя отказывают наушники.

Вообще я не отношусь к тем людям, которые минуты не могут провести в тишине, к тем, что чувствуют себя не в форме, если в ушах не звучит хоть что-нибудь. Зимой я хожу домой пешком, и вовсе не чувствую необходимости постоянно слушать музыку. Но иногда всё-таки хочется, а тут ещё и ситуация такая удобная...

В общем, мерфология в действии.

P. S. Вот так думаешь, что настроение "рукоймахательское" у тебя нету, – и ошибаешься.

Настроение сейчас - рукоймахательское

В колонках играет - шум дождя за окном

Как всякий дилетант от фотографии, я люблю запечатлевать природу. Естественно, у меня полно снимков деревьев, пейзажей, луны, облаков, снежных веток, цветущих яблонь, одуванчиков и всяческих прочих цветочков-лепесточков, насколько это позволяет объектив. Вообще же самая большая моя любовь – это макросъёмка, будь такая возможность – снимки были бы только о жизни мха и насекомых, но такого моя техника не умеет.

А в последнее время поняла, что меня до крайности интригуют деревья без веток. Есть в них что-то невероятно прекрасное, загадочное. Может быть, это обещание будущего – того, что вскорости они покроются листьями, то есть таят в себе жизнь. Может быть, это контраст тонких чёрных или тёмно-коричневых черт на ярко-голубом или жемчужно-сером фоне неба. Мне они кажется какими-то иероглифами, сложной-сложной вязью текста на тонированной бумаге; как будто какое-то – нет, не сообщение, ведь цель сообщения именно в том, чтобы его прочитали – а это именно какое-то изречение мира, природы, дерева для самого себя, и потому оно такое сложное и непонятное, что в принципе не предназначено для того, чтобы человеческий разум его расшифровал.

Ветки красивы что на фоне облаков, что на фоне чистого неба; на облаках они даже графичнее, напоминают работу тушью. А как хороши ветки на фоне веток! Моя дорога домой с работы лежит по краю леса – есть в нашем городе небольшой, но именно лес, не сквер и не парк – так вот когда идёшь мимо него, видишь, как ветки ивовых кустов зеленоваты на фоне чёрных ольховых, а им обоим коричневой подложкой, тёмным фоном становятся ветки орешника, а сквозь них краснеют тонкие линии вербы... И всё это не сливается, не сплавляется в единое многоцветное пятно, а каждая черта существует в отдельности, переплетаясь и наслаиваясь на другие, но при этом оставаясь самостоятельной единицей. Может быть, именно от этого у меня ассоциация с текстом – ведь когда мы видим страницу, напечатанную на знакомом языке, мы и видим каждую букву, и понимаем слово, которое они составляют, и воспринимаем общий смысл.

К сожалению, фотоаппарат не передаёт разнообразия цветов и оттенков. Что-то не так с настройками, а что, я не знаю – всё блёклое и единообразное. А через месяц это всё вообще исчезнет до ноября. Хотя листва, конечно же, прекрасна по-своему.

Настроение сейчас - таксебешное

В колонках играет - негромкие звуки разного характера

Приятель написал роман, и хочет опубликовать его в интернете; ну и попросил оценить, насколько интересно написана аннотация к произведению. А в качестве опорного материала прислал ссылку на ресурс, откуда брал информацию, как писать эти самые аннотации.

Вот этот ресурс меня и расстроил до невозможности. Потому что это никакого отношения к литературе – к той литературе, которой она должна быть – не имеет. Это справочник по производству дерьма в красивом фантике. Это самый худший вариант коммерциализации искусства, который я только могу представить, и который сейчас вовсю процветает. Завлекательно отрекламировать – только для того, чтобы продать; книга это только товар, что и сказано в шапке на самом верху страницы; причём несколько раз подчёркивается, что литературные достоинства произведения никого не прельстят, надо делать упор на интригу, на тайну и прочая, прочая, прочая. Особенно взбесил фрагмент "Если ваши читатели — люди с неразвитым литературным вкусом, то предложения в аннотации должны быть краткими, без украшательств. Акцент делается на нечто сенсационное, вызывающее или полезное. Читателю обещаются простые удовольствия — смех, страх, удовлетворение любопытства.". По сути, здесь открытым текстом сказано, что есть литература для быдла, которая предназначена для их уровня умственного развития. Нет даже следа стремления сделать читателя выше, лучше, чище, – можно подставить любые прочие хорошие качества.

За что боролись наши же классики, шедшие в народ, несшие культуру? – пусть так, как сами её понимали, но ведь с лучшими целями! Они верили, что литература для простого народа должна быть такой, чтобы даже малообразованный человек мог что-то почерпнуть для себя, для своего развития. И они не просто думали так – они делали то, что могли. Литература помогала решать проблемы, показывала хорошие и плохие примеры людей, жизни, ставила и своими средствами старалась решать маленькие, большие и огромные вопросы, всякие "что делать?" и "кто виноват?". А сейчас для быдла пишутся тонны чтива, которое как попкорн какой-то – проглатывается, не оставляя ни в уме, ни в душе человека ровным счётом ничего.

Что может быть яснее, проще и легче слога Чехова? Никаких украшательств, никаких завёрнутых фраз; если судить по этому "справочнику", он писал для продавцов из пивного ларька. Как противно, как мерзко это деление людей на сорта, а ещё омерзительнее – то, что литература производится именно как товар на потребителя. Хочешь жрать про тупое мочилово, про незамысловатый секс, про сладенькую и абсолютно нежизненную любовь, про ужасающие тайны политики, про оторванную от реальности историю, про чёрт знает что – всё есть, на любой вкус. Бедная, бедная литература. Растерзали её, и продают на вес, как мясо.

Настроение сейчас - расстроенновское

В колонках играет - негромкие звуки разного характера

Проверка тотального диктанта оказалась не настолько весёлым мероприятием, как мерещилось вначале. Большей частью это была работа – упорная, сосредоточенная, требующая большого внимания. Проверяющих было человек пятнадцать, и сидели мы больше семи часов, потому что работ было выше крыши.

Всё организовано у нас было очень хорошо: раздаточные материалы, правила, список исключений, ручки с красными чернилами – по-моему, все мелочи организаторы предусмотрели. Особенно хочу поблагодарить за заботу о бутербродах и кофе насущном – я-то рассчитывала не больше чем на крекеры и сушки, но были реальные бутерброды с колбасой, сыром, огурцом, не считая зефира и заварных пирожных с кремом; это со стороны может казаться чревоугодническим пассажем, но на самом деле при интенсивной работе мозга подкинуть ему сахара – незаменимо. Потому что когда сидишь и раз за разом вычитываешь одни и те же тексты – голова начинает трещать немилосердно, и раз в полтора часа ты просто обязан дать себе перерыв.

Вычитывать трудно. Потому что текст один и тот же, и ошибки примерно одни и те же; через какое-то время теряешь ощущение реальности, как будто крутишься по одному и тому же кругу. Участники в 95 % писали "богиня Луны", как будто у спутника Земли есть собственная богиня; рядами и колоннами повторяли "мороженное молоко", забывая исключение "стеклянный, оловянный, деревянный", а некоторые особо одарённые даже писали "юнный"; раз за разом повторяли "порутчик" или "порудчик". Большая часть жителей города науки считает, что слово "тоже" надо писать как "то-же", а вот словосочетанию "отец-аристократ" в дефисе отказывают. Правда, иногда и радовали неожиданными извивами мысли. Так, в словосочетании "богатырь-исполин" примерно треть считает, что это богатырь, которого зовут Исполин, и потому никакого дефиса там не надо, зато нужна прописная буква. А один знаток великого и могучего даже написал "Богатырь Из полен"; мультика нашего, что ли, насмотрелся, где богатыри действительно, как буратины какие, словно из брёвен вытесаны?

Некоторые фразы получались просто прелестными. Так, в тексте диктанта была фраза (цитирую очень близко к оригиналу) "на рынке продавали баранину приехавшие из глубинки буряты в традиционных синих халатах и ходили женщины в музейных сарафанах". В нескольких случаях "на рынке продавали баранину, приехавшую из глубинки". Воистину вспомнишь "казнить нельзя помиловать", – как много зависит от запятой!

А вот некоторые правила, спущенные сверху, так и остались неразгаданными. К примеру, в тексте поминался некий белый генерал. По особому указанию организаторов диктанта (не на нашем, городском, а на всероссийском уровне) это словосочетание почему-то допустимо писать с большой буквы. С каких пор появилось такое правило, и логично ли теперь писать "Красный командир" – мне неведомо.

В результате по окончании марафона мне вручили сертификат на покупку в книжном магазине всего, что заблагорассудится, и я пошла домой... нет, не солнцем палима, так как очень сильно удивилась, увидев, что на улице стоит ночь. Куда делось время?.. А в голове гудели и жужжали слова, и мелькали перед глазами крупные и мелкие, старательные и небрежные, корявые и красивые почерки. Наверное, они сегодня будут мне сниться.

В следующем году пойду снова.

Настроение сейчас - ужаноустатовское

В колонках играет - негромкие звуки разного характера

Завтра меня пригласили проверять результаты тотального диктанта. Денег не дадут, но обещают моральное удовлетворение от того, что буду делать общественно-полезное дело. А также (это уже моё подозрение) – гору страданий и нездорового смеха от тех перлов, что увижу.

Хотя о чём может идти речь, когда именно этот диктант, направленный на возрождение грамотности и уважительного отношения к родному языку и был оформлен теми "диктаторами", о которых говорилось в предыдущем сообщении!

Настроение сейчас - ужаноустатовское

В колонках играет - телевизор

Неграмотность в нашей стране продолжает цвести махровым и лазоревым цветом, а также бурно колоситься. Отыскать правильно составленный текст объявления или название заведения, составленное из нескольких слов, становится с каждым годом всё затруднительнее. Всё больше становится всяких "кафе ресторанов" (так ресторанов или кафе?), "кафе столовых", "ярмарок распродаж", "кухонь купе", предлагаются "тех. осмотры", дети записываются в "дет. сад", работники проходят "мед. осмотр", "Вы" при обращении к неопределённому множеству стало почти нормой... Предлагают "ботинки "из кожи"" (это такой материал – из кожа), печенье со вкусом "апельсина" (закавычивание заставляет предполагать, что под апельсином замаскировано нечто прямо противоположное). Все знают только английский, и считают, что "глоссарий" значит "много голосов", а "колумбарий" – помещение для клумб.

Сегодня сотрудник просто морально уничтожил, вогнав меня в когнитивный диссонанс. Показал мне рекламу послезавтрашнего тотального диктанта по проверке грамотности (!), где были указаны местные "VIP-персоны", которым выпала честь прочитать вслух текст диктанта. На объявлении эти личности были подписаны словом "диктатор". От слова "диктует".

Они бы ещё написали "читаторы", это б хоть по-русски было!

Настроение сейчас - ужасательское

В колонках играет - щелчки клавиатуры

Старательные люди, ничего не скажешь. Как могут, поддерживают чистоту в городе, сажают цветы на клумбах, вывозят сушняк, красят бордюры и прочая, прочая, прочая. Люди достойны уважения, потому что труд нелёгкий и неблагодарный: все гадят, они убирают.

Но!

Когда они, руководствуясь дебильной установкой, что рабочий день начинается с 8 утра, именно в это время включают свой веткодробитель, который грохочет, как десяток колесниц Джаггернаута и полк отбойных молотков вместе взятый – я их ненавижу.

А тут вспоминаются и другие их грехи, как то уродование деревьев. Не знаю, как у вас, а в нашем городе служба озеленения в основном занимается обрубанием нижних веток . И если у лиственных пород это смотрится ещё кое-как, туда-сюда, куда ни шло, издалека потерпеть можно – то когда ты видишь ель, ветки у которой начинаются на высоте трёх метров... а ты помнишь её, когда широкие пушистые лапы расстилались по земле сизым ковром, так как ёлка была из сорта кремлёвских – с сизо-голубой хвоей – становится так больно за дерево, что слов нет.

Про кустарники я молчу. У нас им просто геноцид устроили – практически везде, где тротуар отделялся от проезжей части зелёным заборчиком, сейчас голый газон. Чем это лучше – ума не приложу.

Настроение сейчас - рассерженновское

В колонках играет - шум машин за окном