Наверное, это место СИЛЫ. Не случайно же древние выбирали место для строительства своих храмов, капищ и пирамид.

Эта удивительная поляна расположена в абхазском селе Мыку или по старому "стилю" - Моква. Там стоит единственный в своём роде древний христианский пятинефный храм, с захоронением древних князей, правивших когда-то этими землями. Стоит он, вот  уже  как тыщу лет.  Храм не плохо сохранился до наших дней. Иногда в нем проходят даже службы. Но приход не велик. Среди абхазов истовых христиан раз-два и обчёлся, а приезжие тут бывают редко.

И вот.., по соседству с христианским храмом, т.е. буквально через забор, абхазы устраивают своё капище. У них с религией ведь всё проще. По существу, они являются язычниками и поклоняются... дереву. Как правило это дуб. Вот такой дуб они посадили лет пятьсот-семьсот назад в аккурат на этой поляне и собираются вокруг него кде-то раз в году (обычно осенью), на некий праздник или пиршество, типа праздник урожая.  А если приспичит горе или какая проблема, то община старцев собирается у дуба в срочном, так сказать не плановом порядке. Последний раз так было на прошлых выборах президента Абхазии.

Москва (в смысле Россия) ставила, как всегда, на одного, а выиграл те выборы (мать твою так) - другой. Что делать? Раньше бы перестрелялись бы на хрен, а щас - другое дело! Собрались старцы у дуба и мудро решили: пусть тот за которого Москва (на деньги которой и существует республика уже семнадцать лет) будет вице-президентом, а тот что на выборах победил (распишется в полной лояльности Москве) - станет президентом. Так и решили. А то голоса какие-то пересчитывать... правды искать, демократию разводить. Цацки всё это глупые. Есть старцы, есть дуб... вот пусть они и решают. Согласитесь, мудро?

Сознательный риск. Зачем он нужен? Почему (в основном мужики) раз за разом, ввергают себя в различного рода испытания, связанные с риском для ЖИЗНИ. В основном, это относится к альпинистам, спелеологам, экстремально заряженным спортсменам и путешественникам. Сюда же можно отнести и опасные зрелища. К примеру коррида или есть обычай -  выпускают быков на мощеные улочки какого-то испанского городка и они несутся по ним, периодически сметая новых клиентов для местной травматологической клиники. Есть любители скакать во весь опор без сёдел на лошадях по кругу какого-то средневекового городка. Зачем?

Одной из обязательных для посещения туристами достопримечательностей Сухума, раньше являлся знаменитый обезьяний питомник. Он и сейчас работает и мы в этот раз даже в него ходили. Но, если прямо сказать, сейчас это уже - "не то". Почему? Ну потому, что бывшая территория после войны стала вообще не пригодна для работы и огромные вольеры пустуют.  Сейчас открыта та часть питомника, которая, кстати, раньше была не доступна обывателю. Тут работал знаменитый исследовательский институт. И вообще, экскурсоводы (когда они ещё были) любили повторять, что для обзора публике выделена только 1/7 часть фонда, всё остальное - наука.

Забавно, но в тридцатые годы эта самая наука билась над попыткой скрестить человека и.. обезьяну.  В местной газете "Советская Абхазия", вовсю публиковались объявления о наборе добровольцев на такие эксперименты. Ну не умора! Чем всё кончилось, объяснять не надо? Хотя по-прежнему в наших горах есть ещё любители поохотится (ну хотя бы визуально) на каптара или, так называемого, "снежного человека". Не знаю, но я его свежие следы видел сам лично и, кстати, фото снимки приводил у себя в дневе.

Самые же главные достижения института, это победы над такими болезнями как: оспа, гепатиты, ящур, проказа и т.д. Воспитание космических питомцев. По этому поводу у входа в институт стоит памятник импозантной гамадриле, где на постаменте выбиты все эти достижения.

Есть и ещё одна любопытная дань животным и ученому, применявшему в своих экспериментах животных. Это академик Павлов. На территории Сухумского питомника есть поразительный по красоте памятник. Самому Павлову и его собачке, с высеченными знаменитыми  высказываниями на этот счёт великого учёного, по его периметру.

У каждого в жизни случаются встречи с интересными людьми. Я - не исключение. Так вот, решил я завести на ли-рушечке новую рубрику: "Встречи с интересными людьми". По мере сил и возможностей буду её пополнять. Слухайте историю первую.

Кто не знает, сообщу, что живу я в подмосковном городе Жуковский. Квартира в центре, мало того, окнами на чудесный городской бульвар, апофигеем которого является что? Праильна,  памятник Жуковскому. Его правая рука видна в аккурат из моего окна. Это такой профессор аэродинамик-математик, которому принадлежат слова:  "Человек полетит опираясь не на силу своих мускулов, а на силу своего разума." Что мы (жители этого славного города) с успехом уже доказываем, лет эдак... восемьдесят. Каждое утро, проходя мимо этого памятника я, не читая, точно знаю, что на цоколе его постамента выбито: скульптор Тоидзе и с улыбкой вспоминаю историю, о которой хотел бы Вам поведать. 

Уже когда мы не на шутку разволновались за выход. Наконец,  методом проб и ошибок, удалось его нащупать. Он хитро "замаскировался" в совсем не приметном ответвлении, в которое уже не раз совались, но в попыхах не увидели хода чуть выше. От сердца отлегло, но урок нам этот случай преподнёс хорооший. Уже совсем рядом от выхода, слышу как Валерка кричит снаружи: "А на улице уже темно!" И в правду , темень на улице ни чуть не отличалась от пещерной, только воздух свежий... и ветерок. Дела...

Кое как скинули с себя сильно погрязневшую робу, вынули из кустов свои пожитки и, перешнуровав кроссовки, двинулись в ночи по руслу горной реки. Фонариков так и не выключали. Благо светодиодные. Очень нужная хрень и работает главное долго. Слава, как грится, науке и... китайской индустрии. Усталость постепенно подкатывалась. Стали всё чаще и чаще припадать (ну это мягко сказано, в натуре падать на четвереньки) на камни и воду во время переправ. Валерка даже притопил телефон, хотя он и был в целофановом пакете. На счастье вышла луна, вернее её четверть. Стало значительно легче. Вокруг из темноты стали проступать очертания берега горной реки. Превозмогая усталость и шиплящую боль от множества ссадин и царапин мы, наконец вышли к автодороге.  Ещё с пол километра и во дворе заброшенного мегрельского дома - заботливо припаркованная под развесистой хурмой спасительная машина. Всё! Но расслабляться рано, ещё надо серпантинчиком и раздолбанной горной дорогой, спустится к Сухуму. Где-то час. Вылезая из машины, понял как перетрудились буквально все мышцы. Трудно даже было сказать, что конкретно ломит. Спасительное купание в ночном море. Чёрное в этом смысле уникально. При движении под водой есть такие микроорганизмы, которые светятся. От рук, ног и даже открытых под водой ресниц, отлетают такие характерные искры. Не замечали? Неописуемая красота. Аватар отдыхает. Все ранки и царапины засвербили ещё больше. Но это хорошо, в морской воде йод - дезенфицирует. Крепкий чай перед сном и... в постель. Но уснуть ещё долго не удаётся. В голове, как кинолента, всё прокручивается сегодняшний день. Всё-таки жизнь чудесная штука, подумал я, отчаливая в царство Морфея.

Всё.

Наконец, мы добрались до водопада, спуск по которому был ещё возможен, а подъём - на вряд-ли.  Постояли, подумали... и не стали рисковать, хотя впереди были очень впечатляющие виды. Нужна та самая верёвочная лестница. А как иначе подниматься против течения водопада? Плюс фонарики могло залить. Короче повернули обратно. Обратный путь в пещерах всегда труднее спусков, по тому как наверх... ёлы-палы, да и силы уже не те.  Ну да мы не торопились, хотя понимали, что на улице уже критически темнеет, а нам ещё по руслу реки километров пять среди скользких подводных камней до своей машинки пёхать.

Как грится: глаза боятся, а руки делают. Двинули. По сравнению с былыми временами, на дне некоторых поворотов скопился гнилой валежник. Когда-то, видать, была большая вода. Аномально большая. Потому как некоторые чёрные брёвна аж под потолком. Но гнилые, это говорит, что лет прошло тоже много. Одну из перегораживающих махин попытались на раз-два сдвинуть. Фигушки. 

Что такое пещера? Это вымытые водой за сотни тысяч и миллионов лет в горных известняковых породах ходы, по которым теперь можно путешествовать, подвергая тем самым, себя и свою жизнь, опасностям. Так я теперь это понимаю. А в юности это была сплошная романтика и потрясающие приключения. Признаюсь, с годами на "это" смотришь иначе.

В этот раз мы влезли лихо. На лбу по фонарю, в руках ещё по-началу была запаска из китайских светодиодов (потом, в каком-то зале оставили, так как доп фонарь мешал действовать обеими руками), за плечами добротный джутовый канат. Первые метры даются с трудом. Запах отходов летучих мышей не так уж и мешает, потому как, морально были готовы. Уже в первом  зале эти перепончатокрылые кружили вокруг нас как заведённые. По грунту видно, что десятка полтора лет ноги человеческой тут не ступало. Все настенные записи: "Ося и Киса были тут", датированы максимум девяностым годом. Что умилило, на местах вбивания крепежа, все проушины -  титановые. Это значит влезали в годы уже восьмидесятые, как минимум.

Входя в зал с первыми ответвлениями, мой спутник сказал: "А обратно дорогу найдём?". Находясь в эйфории, я сказал: "Как два пальца!", знал бы я, как буду выглядеть на обратном пути.

И так, двинули мы в эту Александровку. Прекрасная когда-то в прошлом дорога, превратилась, местами, в раздолбанную грунтовку. На жигулях в этот раз, мы вихляли часа полтора. Наконец упёрлись в шлагбаум. Кругом полно покинутых мегрельских двухэтажных дворцов. Следствие войны 92-93 годов. Кадры из фильма "Сталкер", в самый раз. Но щас уже осень и нас порадовали во дворах созревшие виноград, груши и хурма. Перекусили. Ощущения от всего этого разгрома, сказать по-правде  - гнетущие. Объезда нет. Берём с собой амуницию и... вперёд. Идти, по-прикидкам, километра три. Но это по-прямой. В горах счёт иной. Пёхом получается все пять. Вскоре нам надоело пробираться по огородным колючкам и мы, по совету неожиданно выползших с цалдами (это разновидность формы абхазского топора) из кустов, местных аборигенов, пошли вдоль русла реки. Дождей давно не было и частые переправы через, обычно бурную Келасурку, не утомляли. Стало вечереть. Мы прибавили, потому как хотелось вернуться за-светло. Получившаяся пешая добавка к нашему маршруту, здорово усекала планируемый осмотр развалин храма и посещение скальной кельи монахов-отшельников.

Речь пойдёт о моей давней страсти - лазанье по пещерам. Спелеологии, выражаясь языком научным. Перерыв в этом деле вышел, прямо скажем, не хилый.  Лет, эдак сорок. Потому и результат новой попытки получился какой-то скомканный, если не сказать - зловещий. И это ещё мягко сказано. Короче, слухайте сюда.

Преисполненная огромной благодарностью нынешнему моему попутчику и помощнику по ремонту крыши на родительском доме в Абхазии, моя душа, ничего не нашла лучшего как "угостить" его экстремальным путешествием по пещерам. Валерка (так зовут моего дружка) человек спортивный. Он имеет стайерскую комплекцию. Прекрасный бегун, велосипедист и волейболист. К тому же ещё мастер спорта по авиамоделизму, по классу воздушного боя, короче свой парень в доску. Но и я, не лыком шит. Сначала я решил проверить реакцию российского парня на пещеры вообще. Не страдает ли он клаустрофобией. Сходили в общедоступную пещеру Абрскила в селе Отап. Фотка из неё, как раз и приложена. Реакция - нормальная.  Едем на рынок покупать верёвку. Беру двадцать пять метров. Смотрю на него. Вроде - ничего. Короче, едем! Куда? А про это отдельный сказ.

Еду в Абхазии (как и хавчик  в Одессе) готовят не из магазинных инградиентов, а... из рыночных. Только в Одессе это Привоз, а в Сухуми это... просто рынок. Каких там только типажей нет! Но снимать там толком фотоаппаратом не получается. Место не "то". Рынок это священнодействие. Человек с фотокамерой, там явно лишний.  Рынок это театр, но интимный. Один, как правило - продает, дурит, а другой хочет купить, но хочет что б его не сильно обдурили. Забавное зрелище. Я на Сухумский рынок в этот раз ходил за двумя вещами. За шифером и... аджикой. Ну иногда купишь по-дороге инжиру или местный гранат, а так... всё мимо рядов, потому как торопишся. Цейтнот понимаешь... Но атмосфера вокруг - непередаваемая. Я с детства её помню, ходил с мамой. Похоже с годами она не меняется. Народ вовлечен в эту возню-суету и, похоже не замечает  никого вокруг. Но это только кажется.

Всё же разок я прихватил фотик и так, мимолётом... Смотрите что получилось.