Опустошение возникает у меня каждый раз при размышлениях о свободе воли с позиций детерминизма. Замечу, что сам детерминизм в основах своих представляется мне неукоснительно верным, и даже новомодные теории квантовой механики не в состоянии как-либо упразднить его.
     В квантовой механике есть две основные трактовки: многомировая - и копенгагенская. Согласно многомировой трактовке, случайности не существует, когда элементарная частица "колеблется" при выборе из двух траекторий, на самом деле она летит по обеим траекториям одновременно, просто волна производимых ею последствий тоже как бы "раздваивается" - в результате чего постепенно получается как бы две Вселенных: в одной Вселенной я вижу, как частица полетела налево, а в другой Вселенной я вижу, как частица полетела направо. Где же тут свобода воли? Есть множество будущих, а точнее - одно будущее с множеством невзаимодействующих миров, но выбирать между ними я не могу.
     В копенгагенской трактовке нет никакого раздвоения миров, никакой множественности будущего. И существует случайность. Но что с того? Во-первых, случайность - ещё не есть свобода выбора. Во-вторых, и это сложнее всего объяснить, мои интуитивные представления о времени близки к представлениям героя Уэллса из романа "Машина времени". Они мне кажутся логически неопровержимыми. Если мы говорим о прошлом с уверенностью: "Наполеон проиграл Ватерлоо", при этом споря с каждым, кто вздумает утверждать противоположное, значит, прошлое - не фикция. Оно - часть реальности. Лишь реальность может обладать определённостью. Но отсюда по аналогии следует, что реально и будущее. Я сейчас пишу эти строки, но будущее, в котором вы их прочтёте, существует как определённая реальность. Независимо от того, в силах ли его предсказать "демон Лапласа".
     Что же меня смущает в детерминизме?
     (Читать_далее?)

       Так я писал много лет тому назад, задолго до вливания в Сеть.
       Этот рассказ нигде не публиковался - кроме как на одном форуме, да и то под левым ником. Такой уж он получился. Передирки и недостатки указывать не буду, их заметят и без меня, а если кто-то не заметит - то тем лучше.
       Сейчас бы я сопроводил его следующим эпиграфом, повторяя на свой лад Джорджа Лукаса: "Я знаю, что сотрудники специальных служб так себя не ведут. А теперь задавайте вопросы".

     Я взял в руку пистолет. Несколько секунд подержал на весу, наслаждаясь ощущением его тяжести, любуясь бликами люстры на его маслянисто-чёрной поверхности.
     Пора.
     Привет, новая жизнь. Прощай, старая.
     Возможно, через несколько секунд я узнаю ответ на Величайшую Загадку. Заодно я узнаю, что за Стена лежит между миром живых и миром мёртвых, запрещая вторым передавать весточки первым - а если и разрешая, то только через посредство идиотского фильтра, придающего шизофренический характер каждому сообщению.
     Возможно, через несколько секунд я не узнаю ничего. Интересно, что это такое - "ничто"? Можно ли представить небытие? Можно ли спеть тишину? Можно ли напечатать пробел?
     Соблазн сразу решить все загадки, нажав на курок - или как правильно называется эта штуковина внизу? - столь велик, что я с трудом удерживаюсь от него.
     Ещё не всё сделано.
     (Читать_далее?)

     Сегодня мне приснилось, будто я находился в гостях на даче у одной из своих постоянных читательниц.
     Не буду называть её имени - ведь эти строки можешь читать и ты.
     Согласно предыстории, я был приглашён на дачу для соучастия в некоем научном исследовании - или научной экспедиции? Точно вспомнить трудно, поскольку на момент моего активного "включения в действие" все эти события были уже позади. Вот вы можете по порядку вспомнить события, отделяющие ваше сегодняшнее пробуждение от прочтения вами этого текста? Думаю, вам для этого потребуется секунд десять. В моём распоряжении их не было.
     Я лежал в кровати на даче героини, погружаясь в сон. Её кровать стояла у другой стены. Пикантная ситуация, не так ли? Хотя по обрывкам памяти никаких амуров вроде бы не планировалось, невзирая на очевидную привлекательность героини.
     Вдруг мне вспомнилось, что, когда засыпаешь в незнакомом месте, часто забываешь о том, где находишься на самом деле. Иногда подсознание пытается обмануть тебя, внушая, что ты на самом деле спишь у себя дома - а остальное тебе приснилось. Бывает и наоборот - что ты спишь у себя дома, а снится тебе, будто бы ты спишь совершенно в другом месте.
     Интересно, где я тогда на самом деле?
     Мне вспомнилось, что моя домашняя кровать стоит у левой стены. Между тем как нынешняя моя кровать стояла у правой стены.
     Я лежал на левом боку и, открыв глаза, смотрел на ночник. В комнате моей подруги стоял красивый ночник, который со странным звуком раз в несколько секунд менял оттенок свечения. Может ли столь чёткая картина быть сном?
     Ещё я слышал неустанное тиканье часов. К сожалению, я никак не мог вспомнить, тикают ли часы в моей комнате, хотя смутно припоминалось, будто бы я вытащил из них батарейки ради тишины.
     Я вытянул руку вперёд.
     (Читать_далее?)

     Сижу.
     Слушаю музыку.
     Пытался некоторое время назад изложить содержание своих снов. Ничего не получилось. Скорее всего - нахлынувшие эмоции перебили настрой.
     Эта музыка была составной частью тех видеоклипов, которые я некогда записывал с телевидения. Несколько лет тому назад.
     Целую вечность.
     Думаю, нет необходимости описывать возникающие в связи с этим мысли и эмоции. Почему "деды" ненавидят то, что полагают попсой, а "юнцы" тащатся от неё? И наоборот - почему "деды" ностальгируют по песням, которые кажутся "юнцам" заунывной тоской?
     Вкладывать смысл - функция сознания.
     В том числе - вкладывать смысл в песню.
     Гормоны - или что-то другое, трудно изъяснимое словами и неразрывно связанное с юностью, - побуждают насытить смыслом даже то, что изначально лишено его.
     При этом они не ослепляют.
     Свободно сравнивая между собой песни, я отчётливо видел, что вот эта песня - примитивная любовная лирика, а вот эта - трени-брени на заезженную тему. Но при этом за каждой из них я видел и нечто иное.
     Песня - дверь.
     Теперь эти песни - сами по себе - уже не производят на меня былого впечатления. Осторожно, двери закрываются.
     Но, разглядывая их облицовку, я вспоминаю, что видел за ними.
     (Читать_далее?)

     Если соединить теорию энергоэволюционизма с концепцией многомирового бессмертия, прибавив к этому распространённые опасения по поводу Коллайдера, то можно прийти к довольно ироничному выводу. Окрашенному ноткой меланхолии.
     К выводу о том, что своё главное предназначение мы уже выполнили. И будем выполнять его вновь при каждом новом запуске LHC.
     Пояснить?
     По теории энергоэволюционизма, бессознательный долг человека - вызывать Большой Взрыв как неконтролируемый итог своих действий, этим самым избавляя Вселенную от накопившейся в ней энтропии. По параноидальным опасениям некоторых технофобов, запуск Коллайдера мог бы привести к Большому Взрыву, но можем ли мы это заметить? Ведь в соответствии с многомировой интерпретацией квантовой механики, каждое событие, допускающее несколько разных исходов, порождает несколько альтернативных вариантов будущего.
     Если запуск LHC и должен привести к Большому Взрыву, едва ли мы в силах будем это обнаружить.
     Поскольку наше существование продолжится на той линии грядущего, где прежний мир останется нерушим.

     Видите, как всё органично сплетается в единое целое?
     Если допустить, что все три слагаемых этого уравнения соответствуют реальности - энергоэволюционизм, многомировая интерпретация квантовой механики и коллайдеробигбангофобия - то нам остаётся лишь с неизбежностью прийти к выводу, что наша мировая миссия уже исполнена.
     Вселенная уже взорвана нами.
     Мы этого не замечаем лишь потому, что в одном из крайне маловероятных вариантов альтернативного будущего продолжаем существовать.
     В том варианте будущего, где сломался шланг для подачи гелия. И, возможно, ещё в нескольких подобных вариантах.
     Кто мы теперь?
     Кость, выпавшая из зубов собаки. Отрезанный ломоть хлеба. Шестерёнка, выкатившаяся из разбитого будильника. Подобно тому вьетнамскому солдату, которого правительство использовало и выбросило на помойку. Что ж, это лучше, чем умереть, не правда ли?
     С холодно-космической отстранённой точки зрения теперь абсолютно безразлично, что с нами произойдёт.
     Все события нашей мировой истории с момента первого запуска или запусков LHC теперь не имеют совершенно никакого значения.

     Быть может, это хорошо?
     Если это правда, чему пока нет оснований верить, то мы теперь свободны от всех космических планов. Разве это не есть подспудная причина моих давешних симпатий к атеизму как типу мировоззрения?
     Правда, у нас остаётся одна проблема - как минимум одна. Энтропия.

     Сегодня в полусне мне явилась на ум довольно странная мысль, которую я старался не забыть весь остаток ночи. Условной ночи.
     Собственно, я даже не помню, мысль это была или сон. Кажется, это было всё-таки сновидение, поскольку я помню, как спорил кое с кем на эту тему. Или мысль породила сновидение?

     В чём заключалась мысль?
     В том, что язык - дар речи - является одновременно ключом к получению разума. Причём связь не столь проста, как кажется на первый взгляд. Овладение языком, его характерными образами и структурными связями, является своего рода паролем на получение доступа к некоей телепатически-коммуникационной среде. Едина ли эта среда? Или делится на секторы в соответствии с количеством языков либо языковых групп? Во сне я явно склонялся ко второй версии.
     То есть идея, пришедшая мне на ум в полусне, состояла в том, что индивидуум не разумен сам по себе.
     Разумно общество.
     Помню, в сновидении мой собеседник ещё спросил меня: "Как же тогда самые первые праобезьяны смогли стать разумными? Ведь за ними не стояло общество?"
     В ответ я предположил: "Может быть, эволюционировал социум в целом?"
     Собеседник восторженно одобрил мою версию, после чего я понял, что всё происходящее - сон. В реальности мой собеседник никогда не отреагировал бы подобным образом.

     Здрава ли эта мысль?
     Довольно сомнительно. Поскольку та обезьяна, которую научили малораспространённому языку жестов, тем не менее проявила отчётливое наличие абстрактного мышления.
     Более того, миру известны слепоглухонемые люди, для которых разрабатывались специальные тактильные средства общения. Но тем не менее эти люди становились разумными.
     Так что дело не в языке. Вернее - поправка - в языке, но не в том, какое количество индивидуумов, кроме тебя, им владеет.
     Можно, конечно, предположить, что язык - это не столько колебания воздуха или чёрточки на бумаге, сколько определённая структурная взаимосвязь образов. Но всё равно версия остаётся довольно шаткой. Если существует некая телепатически-коммуникационная среда, то почему она не проявляет себя в остальном и обслуживает каждого индивидуума по отдельности?
     Мысль оказалась пустой.
     Что ж, никто ведь не обещал, что в полусне мне будут приходить на ум исключительно гениальные мысли?

     Я вот думаю: плохо или хорошо то, что в Советском Союзе не было фэнтези?
     Благодаря этому смог развиться дивный, зыбкий жанр фантастической сказки, привлекающей внимание самых разных возрастных слоёв. "Много хороших людей и один завистник" Каверина, "Солнечный мальчик" Поливина, "Королевство Восемью Восемь" и "Космическая горошина" Аматуни. Не так давно я окончил перечитывание последних двух повестей, и невольно задался вопросом: могло бы что-нибудь подобное появиться и в наши дни?
     Едва ли.
     Дело тут даже не в отсутствии общепринятой идеологии, от которой принято отталкиваться в сказках. В конце концов, за неимением советской идеологии, можно было бы использовать и околорелигиозную - как в произведениях Емца.
     Но проблема в том, что фэнтези склонно вытеснять собою сказку, препятствуя её развитию.
     В качестве контрпримера мне могут привести романы того же Емца или размещённые на "Самиздате" тексты Dark Window. Но много ли таких подвижников? Не говоря уже о том, что далеко не все адресованные детям тексты, рождённые в смутное время, содержат в себе пригодную для детей начинку.
     Говорят, что развитие сказочного жанра в Советском Союзе было сублимацией стремления к фэнтези.
     Возможно.
     В принципе, можно сказать, что и употребление алкоголя является сублимацией стремления к тяжёлым наркотикам.
     В чём отличие сказки - пусть даже сложной, деталистичной и психологически достоверной, как у Аматуни или даже у Шварца - от фэнтези? В том, что сказка не конфликтует с реальностью. Сказка с самого начала открыто признаёт себя сказкой.
     Фэнтези же неизменно претендует на описание реальности - пусть даже альтернативной. Для фэнтези мало приемлем договор: "Читатель, я тебе, конечно, вру, и мы оба это понимаем". Фэнтези стремится убедить читателя, хотя бы на время чтения, в реальности описываемых событий.
     Для утверждения придуманной реальности часто приходится сеять сомнение в реальности общепринятой, конвенционной.
     Чтобы утвердить своё - надо пошатнуть чужое.
     Вот почему герои фэнтези часто отпускают ехидную реплику в адрес технического прогресса - или в адрес теории эволюции Дарвина - или в адрес теории относительности Эйнштейна.
     Наука является наиболее популярным способом описания известного нам мира - мира без чудес. Чудеса, если они и происходят, пока не описываются ей. Поэтому жанр фэнтези, стремящийся хотя бы на эмоциональном уровне заставить читателя поверить в возможность колдовства или чуда, вынужден наносить удары по науке - прямо или косвенно.
     Нуждается ли в этом сказка?
     Разумеется, нет.
     Сказка может быть детской или почти взрослой, сказка может использовать в себе элементы научности или вообще обходиться без них - но при всём при этом она остаётся сказкой.
     Сказка не убеждает читателя в реальности Параллельного Мира за углом, где его непризнанный гений ждёт немедленное признание. Поэтому сказка не способствует зарождению в читательских умах эскапизма - исключая, возможно, умы самых младших читателей.
     Так что же лучше?

     В наш век не принято ставить вопросы подобным образом.
     В наш век принято считать, что никакого "лучше" не существует, а записанное в законах и древних мудрых книгах - лишь чей-то бред, навеянный курением неправильных мухоморов.
     Более того, сейчас не пользуются особой популярностью рассуждения о сравнительной "полезности" литературы. "Как? Литература должна ещё и быть полезной? Литература никому ничего не должна!" - оскорблённо заявит книжный фанат.
     Вообще понятие "должен" сейчас не пользуется особой популярностью. Некоторые современные психологи и философы начинают поговаривать о том, что чувство долга является следствием невроза и должно быть упразднено. Не правда ли, "я хочу" звучит гораздо приятней, чем "я должен"?
     И развлекательные функции Искусства сейчас ценятся гораздо выше дидактических или образовательных.
     "Если я захочу узнать период жизни протона, я открою учебник по физике". "Если я захочу повысить свою мораль, я схожу к священнику". Естественно, ни того, ни другого я делать не буду, но дело даже не в этом. Куда меня приведёт этот путь?
     Фэнтези, с его неизбежными чертами упомянутой оппозиционности науке и насаждения зёрен эскапизма, сейчас востребовано нами.
     Очень.
     В мире, где все мучаются тяжёлыми хроническими болями, был бы очень востребован героин - изначально создаваемый как обезболивающее. Но от этого он не стал бы более полезным.

     В "Осенних визитах" у Лукьяненко есть эпизод, где один персонаж пытается донести до другого мысль о ничтожности Законов Вероятности, перечисляя примеры их явного нарушения. "Ты знаешь, что в самый первый день, когда ты лишь чувствовал приближение Визитёра, ты стоял под окнами Аркадия Львовича? И он смотрел на тебя, так же ощущая, как приходит его Посланник? А какова была вероятность, что ты читал нашу книжку?"
     Аналогично этому иногда у меня возникает ряд вопросов к нашей с вами действительности.
     Какова была вероятность, что в нашей звёздной системе будет планета с красивыми большими кольцами?
     Какова была вероятность, что видимые размеры нашей звезды и единственного спутника нашей планеты будут практически совпадать? Луна идеально закрывает Солнце, причём даже внешне они похожи.
     Какова была вероятность, что визуально воспринимаемая частота электромагнитного излучения, выделяющегося при стремительном окислении углеродного материала в нашей атмосфере, будет практически совпадать с визуально воспринимаемой частотой электромагнитного излучения нашей звезды? Огонь - жёлтый, так же как и Солнце с Луной. Будь иначе, возможно, мы бы не так быстро научились применять "солнцезарные" свойства пламени? Возможно, у нас никогда не возник бы зороастризм - первое из учений этического дуализма, обожествляющее Солнце, свет и огонь, противопоставляя им зло и тьму?
     Мозг - уникальный генератор совпадений, не правда ли?
       _____________________
       * "Проверьте жёсткий диск Матрицы на предмет ошибок".

     Приятно иногда представлять себя во Власти.
     Даже на миг.
     Снисходительно роняя: "Мы ведь не собираемся в ближайшее время устраивать мировую революцию, не правда ли?" - так, как если бы это и вправду от нас зависело.
     На этом основано существование компьютерных стратегий реального и пошагового времени, симуляторов божественной мощи и тренажёров для начинающего мэра.
     Это предвидел ещё Лем.
     Механическая имитация королевства, игрушка для изгнанного монарха. Ну чем не Warcraft?
     На этом же основано и действие множества фантастических романов, где герой попадает в Прошлое или в Иной Мир, где стремительно начинает расти в уровнях и подчинять себе общество.
     Здесь я не имею в виду те романы, где Прошлое или Иной Мир используются для иллюстрации некоей философской фабулы - нет - я имею в виду именно те романы, выкроенные по образцу робинзонад, где окружающий героя мир насквозь предсказуем, а характер самого героя достаточно универсален, чтобы его действия с той или иной натяжкой мог примерить на себя почти каждый.
     Власть.
     Возможность что-то изменить.
     В древние времена её было у людей не больше, чем сегодня. Так в чём же дело? В уменьшении количества стрессов?
     Учёные выяснили, что из трёх подопытных крысиных групп - одну группу пугали, другую били током, а третью вообще не мучали - наиболее жестокой и непредсказуемой оказалась третья группа.
     Вопреки новомодным теориям о воспитании.
     Так что же получается, мы - заложники улучшенных условий существования? Меньше стрессов в начале жизни - больше претензий к Мирозданию впоследствии? Нетрудно догадаться, каким образом это усиливает позиции религии и иррационализма в целом.
     Претензии возросли, а как насчёт способностей?
     Если события будут продолжаться подобным образом, то вскоре мы столкнёмся с Сингулярностью особого рода: когда, ожидая от науки немедленного удовлетворения всех наших желаний, мы разучимся читать.

     - Долго ли нам ещё идти? - наконец не выдержал оруженосец.
     Они вместе с его спутником, прославленным рыцарем и паладином Света, брели по усыпанному корягами полю уже третий час подряд.
     За эти три часа оруженосец успел разодрать до крови старую мозоль, заработать пару новых и проклясть саму идею Поиска. Впрочем, он должен был признать - эти три часа были далеко не худшими за последние дни. Ведь ещё перед этим, прорываясь через перевал, им пришлось отражать атаку горных гарпий, а чуть раньше - медленно и осторожно пересекать долину людоедов-гигантов, а до того - спешно разыскивать ближайшую церквушку, спасаясь от армии бродячих мертвецов, напущенных местным некромантом.
     Нет, он должен был признать - эти три часа были обетованным раем. На них никто даже не пытался напасть. Но почему?
     - Достань из сумки песочные часы и поверни их полной колбой вверх, - наконец соизволил ответить рыцарь. - Не успеет песок пересыпаться в нижнюю колбу, как мы дойдём... Гм, вот и оно.
     Перед ними находилось нечто похожее на корни развороченного дуба, позеленевшего от времени. Подобных коряг уже немало попадалось путникам на пути, и эта коряга не выделялась среди них ничем особенным. Даже наоборот: оруженосцу показалось, что эта коряга... более обыкновенная, что ли, чем все остальные?
     Паладин протянул руку вперёд, требуя одну из лопат на плече оруженосца. Тот не сразу сообразил, чего от него хотят, подавленный обыденностью места.
     - Сэр... вы уверены?
     Рыцарь хмуро смерил его взглядом.
     - Все приметы совпадают. Долина, которую обходят стороной сражения высших сил. Самая обыкновенная коряга, про которую даже невозможно сложить стихи. Именно здесь, по преданию, покоится Серый Меч, созданный Сумерками по окончании великой битвы между Светом и Тьмой - и пред началом следующей битвы, длящейся по сей день.
     (Читать_далее?)

     Яйцо.
     По-гречески "orchis". По-латыни "ovum".
     Значит, мою старую наивно-глупую теорию, придуманную года четыре тому назад и тогда же опубликованную на Самиздате, с точки зрения классических научных традиций правильней называть "косморхизм". Или "овумундус"?
     И то в радость.
     А то я уже, на почве своего незнания древних языков, думал называть её просто: "яйцекосмизм".
     Мелькнула даже мысль назвать её "креосмизм". Двойная нелепость: иррациональное смешение двух разных корней - и неполная передача сокровенного смысла теории.
     (Догматы_священнейшего_учения)
     (Замечания_между_строк)
     (В_контексте_предыдущего_поста)

     Ярлычок-ссылка на тот или иной размещённый в Сети файл ни в коем смысле не делает тебя собственником этого файла. Не делает ни в юридическом смысле, что само собою, ни даже в фактическом смысле - не даёт никаких возможностей осуществить что бы то ни было с размещённым в Сети файлом. Тем не менее эти ярлычки-ссылки дают нечто существенное, а именно - чувство обладания.
     Конечно, это не собственность.
     Это нельзя назвать собственностью в том же смысле слова, в котором можно было назвать собственностью приобретённое в мебельном магазине кресло или даже купленную у издательства книгу.
     Но с каждым месяцем, столетием или днём люди всё сильнее отказываются от собственности в прежнем смысле слова.
     В принципе всё можно скачать из Сети.
     Стругацкие писали про Всепланетный Информаторий? Лем рассуждал о том, что, дескать, выгодней хранить все книги в одном доме, чем дублировать их по частным библиотекам жильцов? Я смеялся над ними, мне казалась очевидной выгода автономного хранения и многократного дублирования информации.
     Извините, возможно, я был не прав.
     Возможно.
     Когда-нибудь мы будем брать из Сети всё больше и больше, полагаясь на централизованные хранилища сведений вместо своих домов и своих мозгов, окончательно уподобимся муравьям, питающимся из единого желудка. И будем довольны, но что произойдёт потом?
     И, кстати, откуда возникли муравьи?
     (Читать_далее?)

     Наконец шланг для подачи гелия удалось починить, хотя и нелёгкой ценой - по причине всемирного финансового кризиса.
     Одной из известных корпораций по изготовлению презервативов даже пришлось сократить своё основное производство едва ли не на десять процентов, чтобы спасти Большой Адронный Коллайдер. Впрочем, у неё не было особого выбора - откажись она от этого заказа, к ней тут же проявили бы бдительный интерес налогообложительные учреждения.
     Главный руководитель проекта чуть улыбнулся, окинув взглядом старшего менеджера, младшего менеджера, специалиста по связям с общественностью, имиджмейкера и рекламного агента.
     Все они были тщательно выбриты, до тошноты надушены одеколоном и упакованы в безликие чёрные пиджаки с галстуками-"бабочками".
     Прекрасно.
     Бегло скользнув взглядом по горстке учёных в белых халатах, которым, собственно, и предстояло обеспечивать бесперебойное функционирование расположенной тут машинерии, он ненадолго задержал прицел своих глаз на младшем лаборанте. По традиции, именно самому младшему научному сотруднику предстояло нажать Самую Главную Кнопку или опустить Главный Рычаг.
     И повернулся лицом к журналистам.
     - В этот исторический для науки час первого по-настоящему полномасштабного испытания нашей работы, - начал главный руководитель, - я не собираюсь произносить длинных речей или иным способом расходовать ваше внимание. Мне хотелось бы просто поблагодарить кондитерскую фабрику в Висконсине за то, что она производит невероятно вкусные пирожные с заварным кремом, а также упомянуть здесь добрым словом ту балерину из Тайландии - или из Исландии? - которая сразила своим выступлением всех зрителей Disco-news вчера в девять часов вечера по времени Гринвича. Ещё я хотел бы передать привет своей тёще из Бёрна, которая, надеюсь, видит меня сейчас на экране своего телевизора. Привет, мама, значит, вам удалось его починить после последней выходки кота? Чтобы подобное не повторилось, лучше всего покупать эксклюзивный грунт для отправления кошачьих потребностей в магазинах "Unterubercat". Кроме того, я бы хотел...
     Он закашлялся. К нему подскочил специалист по связям с общественностью и шепнул, что пора начинать.
     Напряжение достигло наивысшего уровня.
     - Итак, - произнёс главный руководитель, кое-как изобразив смущение и рассеянность, - приступим.
     (Читать_далее?)

     "Правильность" происходит от корня "прав", то есть хранит в основе своей намёк на некую глобальную вселенскую Правду или Право.
     Что есть Право? Кто такой "правитель"?
     Древние вожди и цари пытались по-разному обосновывать своё "право" на власть, ссылаясь на связи с небом. Получается, "право" - то же самое, что и беатификация или канонизация? Покровительство высших сил?
     С "правдой" и того сложнее.
     Начать с того, что слово это имеет два значения. И если одно из них, связанное со справедливостью, нам знакомо и уже нами рассматривается, то второе - отражение объективной реальности - кажется лишённым связи с первым. Но так ли это было для древнего человека?
     Здесь трудно удержаться от приплетения старых суесловий насчёт Хаоса и Космоса, бессмысленного добожественного сумбура и осмысленного богоустроенного миропорядка. С этой точки зрения, "правда" - и есть пресловутый богоустроенный миропорядок в этическом и физическом смыслах.
     Имеет ли это для нас значение? Или, выражаясь иначе, должно ли это иметь для нас значение?
     Оба вопроса не тождественны.
     За первым вопросом стоит философский скептицизм, за вторым - требования повседневной практики. Чтобы убедиться в разности этих подходов, достаточно сказать, что философский скептицизм требует подвергать сомнению буквально всё существующее, включая связь прошлого и будущего, однако на практике любой скептик вынужден планировать наперёд свои действия - и изрядно удивился бы превращению унитаза в Ктулху. Вероятностный подход? Возможно, но на чём он базируется? Так или иначе любая вероятность субъективна.
     Что есть "правда" в наиболее общем значении?
     В наиболее общем - то есть в очищенном от конкретных религиозно-мировоззренческих атрибутов?
     Правда - это мир, каким он должен быть. Правда-как-истина - мир, каким он должен быть в настоящем. Правда-как-справедливость - мир, каким он должен быть в будущем по приложению наших усилий.
     Правда - то, что должно быть.
     Имеет ли смысл концепция "того, что должно быть"? С позиции философского скептицизма - нет. Но в социально-практическом плане она неоценима.
     Тут имеет смысл привести пару отрывков из описания игры Warhammer.

     Доктрина Высшего Блага заключается в признании существования некоторого единственно верного положения вещей, наиболее благоприятного для всей Вселенной, и в том числе всех населяющих её живых существ, а также в постулировании того, что любое существо (по крайней мере — любой тау) обязано стремиться к этому положению всеми возможными способами.
     Твёрдое следование доктрине Высшего Блага позволило синекожим не только избежать взаимного уничтожения, но и построить одно из наиболее устойчивых и эффективных обществ в Галактике.

     Это произошло, когда я ехал в автобусе.
     Периодически я закрывал глаза на некоторое время, ощущая себя не то чтобы сонным, но скорее несколько уставшим. И я думал: стоит ли по прибытии домой засиживаться у компьютера? Или стоит сразу лечь спать - конечно же, после прогулки с собакой? Подобные размышления едва ли не постоянно вертятся у меня в голове при возвращении с работы, ибо рабочие дни неизбежно сопряжены с недосыпом.
     Открыв глаза в очередной раз, я заметил, что мы уже подъехали к Району.
     Строго говоря, то был не Район, а всего лишь Предместье, - подлинный Район нашего проживания лежал ещё впереди.
     Тем не менее до въезда в Район оставалось лишь несколько кварталов. Я вновь закрыл глаза, погрузившись в плеяду размышлений.
     О чём я думал?
     Теперь, спустя пару дней, вспомнить это мне едва ли удастся. Помню, что у меня мелькнула мысль о названии нашего Района - столь по-разному звучащем на разных диалектах. Но трагический и безысходный факт заключается в том, что когда я через некоторое время резко очнулся - будто ошпаренный кислотой - и уставился в окно, то обнаружил, что автобус проезжает через совершенно незнакомые мне места.
     Где мы находимся?
     Возможно ли, что я проспал свою остановку, а автобус тем временем проехал Предместье и Район, погружаясь с каждой минутой в глубь чуждых окрестностей?
     Вообще-то этого не должно было произойти, маршрут этого автобуса должен был оканчиваться в Районе, но кто знает наверняка?
     Разгадка оказалась ужасней.
     Изо всех сил вглядываясь в стёкла автобуса и в простиравшиеся за ними виды, через некоторое время я обнаружил в них детали, характерные для въезда в Предместье. И, хотя я знал, что в Предместье мы давно уже въехали, но через некоторое время автобус начал въезжать в него снова.
     Тут я огляделся по сторонам.
     Никто из пассажиров в автобусе не проявлял удивления или негодования. Хотя мне показалось, что их количество почему-то стало больше, чем было несколько минут - или часов? - назад.
     Вошли в автобус, пока я дремал? В таком случае это была странная, неуловимая для сознания дрёма.
     Самому мне казалось, что я не отключался.
     Мне было неловко хлопать всех по плечу и спрашивать: "Послушайте, вам не кажется, что наш автобус проехал через одни и те же места два раза подряд?" Поэтому я стал проверять свою память.
     Итак, сейчас автобус проезжает через Предместье, но я также отчётливо помню, что некоторое время назад он уже проезжал через Предместье. Или это мне приснилось? К сожалению, я так и не смог вспомнить ни одной конкретной детали, по которой в прошлый раз у меня составилось непререкаемое убеждение, что мы проезжаем Предместье.
     Тем не менее чувство, что я бодрствовал всю дорогу, не оставляло меня. И в памяти моей был ещё жив тот ужас, с которым я первоначально уставился на проплывающие за окном окрестности. Абсолютно убеждённый, что Предместье давно позади.
     Поэтому, покончив с приземлёнными объяснениями, я перешёл к объяснениям фантастическим.
     Сбой Матрицы?
     Тогда не вполне ясно, почему этот сбой пощадил мою память.
     Более правдоподобным объяснением - в пределах фантастики, разумеется, - мне показалось применение "регра" кем-то поблизости.
     "Регр" - миниатюрная машина времени из романов Владимира Ильина. При её применении твоё сознание соскальзывает назад вдоль линии твоей жизни, и ты получаешь возможность отменить уже совершённые тобой поступки.
     Но при этом у людей, которых непосредственно касаются произведённые тобою изменения, может остаться своего рода "ложная память" о "неслучившемся".
     Впрочем, довольно смутная и быстро рассеивающаяся.
     Кто-то обратил Время вспять, пока я ехал в автобусе. При этом были произведены некие изменения в Прошлом, изменившие число пассажиров в автобусе. Но, поскольку одним из пассажиров был я, в моей памяти сохранились как "новый", так и "старый" варианты поездки. Сложившись вместе, они создали иллюзорное впечатление двоекратного проезда через Предместье и увеличенной длины маршрута.
     Чем не теория?