Оно, конечно, чайник закипит быстрее... Но если воды на чашку таки не хватит... Да хотя бы и хватило... Всё равно ощущение, что сливаешь осадок. Ну да, теперь вода очищенная и всё такое. Но я-то помню, как в чайнике на дне колыхалось, сколько ни споласкивай. А на стенках бронёй слой накипи. Вот такая в ростовском кране вода.
         Короче, мой чайник всегда должен быть полон хотя бы наполовину.

        Ну про лейку душа вы уже знаете. А про лифт ещё помните. Скопилось. Обновлю-ка я список моих "не люблю".

    Приехали заплатить за гараж. Тут же и ещё одна семья подкатила. А дверь сторожки заперта. У бухгалтерши, вишь ли, Пасха. Жена говорит, может не стоит сегодня с шаровыми затеваться. Дескать, будет ещё воскресенье. Не, ну ей-то, конечно, проще. Она никогда не слышит, что в машине стучит и скрипит. Ладно. Займусь чем по-проще. Давно собирался почистить карбюратор. Следуя праздничной логике, не должен открыться капот.

          В роще подсохло, стали ходить туда с Веней. В первый раз упёрлись в забор. Сюрприз. Я ж там с прошлого года не был. Ну что, к заборам роще не привыкать. Два уже сгинули. Похоже, угроза устроить нам парк таки стронулась с места.
      Половина рощи озаборена синим металлическим профилем. Не по периметру или какой-то площадкой. Просто так, одной ниткой. В той стороне, что ближе к конечной остановке, тротуарной плиткой выложено "футбольное поле". От него языками тянутся в рощу две аллеи с редкими перемычками. Бросили, не доделав. Плитка местами начала проседать.
       Когда мы с Веником впервые попали на эту площадь, посередине на табуретке восседал дедушка. Я принял его за сторожа. Но нет, дедушка просто дышал воздухом. Никаких сторожей. Заброшенный край. Никого ни на роликах, ни на великах. Максимум, две пары с колясками.
    Вокруг этих плиточных полей-аллей прежний бурелом. Вряд ли эту растительность можно облагородить до состояния "как в парке". А если нужно корчевать, то с плиткой явно поторопились. Хотя, сейчас пойдёт зелень, замаскирует сухостой и мусор. Попрёт.
          Метрах в двадцати параллельно Златоустовской, которая тянется вдоль забора аэропорта, расчистили просеку. Под дорогу что ли? Зарастать пока не начала. Но долго ли?
      Уже ставшее обычным ощущение: работу стараются не вЫполнить, а выполнЯть. Быть в процессе. Главное, начать. Так же и с парком. Забор. Ну как же, забор всему голова. Театр - с вешалки, остальное - с забора. И плитка. Это вообще самая пенка. Сначала откатит продавец, потом ещё и строители.
       Так что, если рощу и угробят, то не парком. В смысле, не каруселями и комнатами смеха. Её или целиком закатают в асфальт, или, что скорее, застроят домами. Вон, священник отхватил кусок. Построил церквушку. Чуть глубже в рощу грозился возвести большой храм. Лампада там постоянно теплилась, камень освятили в основание. Второй год смотрю на симпатичное двухэтажное здание красного кирпича. Параллелепипед без всяких там куполов. Не, я ж не разбираюсь. Может, это храм и есть.

             Ещё про нашу рощу.
Всё правильно.
Ну как ты, роща?
Оооранжевое небо!
Оттенки зелёного.
Трава по пояс.
Покамест лето.
Сын приезжал.  

  Похоже, плейер в смартфоне, под видом выставленного "случайного режима", выбираей из плейлиста то, что больше нравится ему. Потому как про некоторых исполнителей я мог бы уже и забыть. Не перелистывай я постоянно звучащие Тич Ин, старый американский джаз, Стинга, Секрет, Андрея Мисина, венгерский Фонограф, саундтреки к "Каанча" и Бони М. А вот Принца плейер крутит ну просто принудительно. Зато любит приколоться, врубив для встречных прохожих "Боже, царя храни". Впрочем, именно для приколов и записанное.

    Министерство культуры СССР, всесоюзная фирма грамзаписи "Мелодия" и Гостелерадио представляют. Звуковой фильм "ВИА". Рассказывает поэт-песенник, радиоведущая Ольга Павлова.

Серия сообщений "ВИА":
Часть 1 - "Поющие гитары"
Часть 2 - "Орэра"
...
Часть 5 - "Ариэль"
Часть 6 - "Верасы"
Часть 7 - "Ялла"
Часть 8 - "Самоцветы"
Часть 9 - "Мзиури"

       Был бы жив Семён Михайлович, он бы кому-то покреативил. Шашкой.