Мара Мартин готовилась к очередному выходу на подиум, когда её маленькая дочь проголодалась. Прерывать кормление ради дефиле модель не стала и нашла гораздо более простое решение — взяла малышку с собой.

Мара прошла по подиуму с ребёнком на руках, продолжая кормить её грудью прямо во время показа. Необычный момент сразу привлёк внимание зрителей и фотографов.

Публика встретила модель тепло, а снимки с показа быстро разошлись по соцсетям. Для многих этот эпизод стал напоминанием о том, что материнство не обязательно ставить на паузу ради работы — иногда две роли вполне могут существовать одновременно.

В итоге один обычный материнский момент неожиданно стал самой обсуждаемой частью модного показа

Вы только посмотрите, какая красота получается из самых простых продуктов!

Нежный сметанный крем, сочные ягоды и хрустящая тарталетка — получается маленький десерт, который хочется съесть ещё до того, как он успеет остыть! 🫐

А самое приятное — готовится буквально за считанные минуты. Никаких сложных коржей и долгой возни с тестом.

Сметанник в тарталетках с ягодами
Понадобится:
Тарталетки — 6 шт.
Сметана — 6 ст. л.
Яйцо — 1 шт.
Сахар — 3 ст. л.
Кукурузный крахмал — 1 ст. л.
Ванилин — по вкусу
Свежие или замороженные ягоды — любые

Как приготовить:
Смешать сметану, яйцо, сахар, ванилин и кукурузный крахмал до однородности.

Разложить ягоды по тарталеткам.

Залить сверху сметанной начинкой.
Отправить в разогретую до 180°C духовку примерно на 15 минут.

Дать немного остыть — и можно наслаждаться!

Получается нежно, ароматно и безумно вкусно!

Работы, снятые с помощью проводки, передают движение нашего героя. Эту технику можно использовать при съёмке насекомых и даже растений, колеблющихся под порывами ветра. Но использовать его можно не только с крупными животными, но и с такими малышами как пищухи. Зато удается сразу подчеркнуть проворность и быстроту грызунов. Вспоминается уже легендарный ежик Алексея Волкова, снятый в движении. Так чем же хорош такой метод съёмки? Животное практически резкое в кадре — в этом мгновении видно его мордочку и взгляд, а размытый фон создаёт эффект стремительного движения.

Фото Kristi Odom

Я куплю себе туфли к фраку,
Буду петь по ночам псалом.
Заведу большую собаку.
Ничего, как-нибудь проживем.

А когда износятся туфли
И издохнет от старости пес,
Пеплом станут в камине угли,
Звезды с небом скует мороз.

Будет ночь, словно льдинка, хрупкой,
Будет музыкой мрак дышать.
На подстилке из старого фрака
Будет милый щенок лежать.

Новый фрак повиснет на стуле.
Пара туфель стоит у дверей.
Жить по-новому очень трудно.
Жить прошедшим еще трудней.

#Михаил_Булгаков

Играл скрипач в осеннем сквере, я тихо слушал и стоял.
Я был один — по крайней мере, я никого не замечал.
Я плакал, и дрожали руки, с пространством переплетены.
И пусть я знал, что лгали звуки, но я боялся тишины.
И пусть я был в том состояньи, в котором смерти ждёт больной,
но в страшном этом ожиданьи я разговаривал с собой.
Я был вполне подобен богу, я всё на свете понимал.
Скрипач закончил понемногу, я тихо слушал и стоял.
Стоял и видел чьи-то лица и слышал говорок чужой.
Так жизни свежая страница открылась вся передо мной.

…Мир станет чистым, будет новым, подобным сердцу твоему,
лишь подчеркни молчанье словом и музыкою — тишину…

________
Борис Рыжий
Играл скрипач в осеннем сквере…
Ноябрь 1995 года

Всех денег - на две папироски
и на дорогу в никуда.
Херово в городе Свердловске
не только осенью, всегда.
Мою подругу звали Юля
- от предрассудков далеки -
мы пили с ней "Киндзмараули"
в облезлом парке у реки.
Жужжали жирные стрекозы,
летали птахи по прямой.
А мы мешали смех и слёзы -
нас ждали дома, боже мой.
Провинциального пейзажа
размах тревожил и саднил,
но я любил её и даже
стихи об этом сочинил.

Борис Рыжий, 1996

Куриная печень в сливочном соусе
Ингредиенты:
Печень — 600 г
🧅 Лук — 180 г
Сливки 20% — 200 мл
Горчица — 15 г
Приготовление:
Нарежьте печень и лук, обжарьте, добавьте сливки с горчицей, готовьте 5–7 мин.

Читать далее

Лают бешено собаки
в затухающую даль,
я пришёл к Вам в чёрном фраке
элегантный, как рояль.
Было холодно и мокро,
жались тени по углам,
проливали слёзы стёкла,
как герои мелодрам.

Вы сидели на диване,
походили на портрет.
Молча я сжимал в кармане
леденящий пистолет.
Расположен книзу дулом,
сквозь карман он мог стрелять,
я всё думал, думал, думал -
убивать, не убивать?

И от сырости осенней
дрожи я сдержать не мог,
Вы упали на колени
у моих красивых ног.
Выстрел, дым, сверкнуло пламя,
ничего уже не жаль.
Я лежал к дверям ногами -
элегантный, как рояль.

Геннадий Шпаликов, 1959