И не смотрите так, это самое гениальное, что я когда-либо писала! XDDD В этом стихотврении заложен глобальный смысл, ответ на всё, 42, пародия на современную действительность, разгадка вселенских тайн и даже еще больше!..

Little tale about snails

-You know, I live in the shell.
- Oh, so you as well?

- Что - в твоем? -
Зло, жестоко смеешься, играя.
Я молчу,
Равнодушно насмешке внимая.
- Что - моем?
Ничего. -
Тихо я отвечаю. -
Только я.
Только жизнь.
Только память живая.

с Любовью, большой и светлой,
С цветами весны проклятой
Она здесь будет отпета.
В высоком и строгом храме,
хрустальными голосами.
И свадьбу сыграют летом.
Иными лишь будут сваты,
Иное будет и место,
Куда приведут невесту -
Лишь белым останется платье.

Другого в мужья отныне
Пророчит ей светлый вестник,
Во имя отца, и сына...
А небо тихо и бездонно...
Скворцы свиристят упоенно,
И по какой-то причине
В крылатой прощальной песне
Звучит ликование гимна
и обещанье живым:не
плачьте, ведь я - воскресну!

Гореть свечой, себя сжигая?
Ну нет, увольте, господа!
Уж слишком страшная и злая
Ведет звезда!

Гореть свечой, себя сжигая?
То путь - не мой.
Сиять, ликуя, не сгорая,
Во тьме - звездой!

Когда-то мы поссорились, и ссора началась с фразы "Как жаль, что эти стихи посвящены не мне... и никогда не будут."

Теперь я пишу тебе, пишу, пишу, пишу, но, наверное, тебе уже всё равно, да? Прошло почти пять лет. И мне больше не хватает духу сказать: Держи! Наконец-то это - тебе. Только - тебе. Всегда - тебе.

Мне иногда
Просто необходимо
Кого-то любить.
Я нахожу себе жертву,
Влюбляюсь,
Тоскую,
Страдаю,
Ревную,
Сияю,
Люблю
Люблю
Люблю
Люблю
А потом забываю -
И всегда
К тебе возвращаюсь.
Тебя почему-то любить
Совсем не тяжело,
Как быть бы могло
Со всеми
Теми,
Другими,
Странно чужими,
Но всею душою любимыми.
Впрочем,
Речь совсем не о них.
Вечер затих,
Прикинулся ночью,
И я снова думаю о тебе.
Наверное, это неправильно
И некрасиво,
Но каждый раз тебя вспоминаю,
И думаю о судьбе,
С жаром
Шепчу:
Спасибо,
Спасибо
Спасибо
Спасибо
За то, что ты рядом,
За то, что любить тебя совсем не сложно,
И даже более того - невозможно
Тебя не любить.
Да и правда, чего еще надо?
Просто быть.
Просто рядом.

Милая, милая Дороти, тебе не вернуться в Канзас.
Ты еще не жалеешь, что попала в сказку?
Запомни, девочка, желания сбываются только раз,
И не стоит молить о возврате напрасно.

Милая, милая девочка, здесь нет волшебства.
Любая магия - это всего лишь наука.
Признайся, ты всё же шептала слова
Древней клятвы в отчаяньи... или со скуки?

Милая глупая Дороти, я не волшебник Оз.
Я простой смертный, как ты, но немного мудрее...
Ты ведь не думала, правда, что это всерьез?
Бедная Дороти, нынче ты стала взрослее.

Всё, моя милая Дороти, как я говорил -
В жизни нет места для сказок, таков уж закон...

Ну же, малышка, не плачь...
Просто я пошутил...
Тише, Дороти, это лишь сон, лишь болезненный сон...

Наверное, мы просто любим страдать,
Иначе зачем, когда всё хорошо,
Мы пишем о несчастной любви, такой искренней и большой,
Что не хватает слов, чтоб ее описать.

Наверное, мы просто любим грустить,
Иначе зачем, когда всё идет своим чередом,
Мы пишем про всеми давно позабытый, заброшенный дом,
В котором никто никогда не останется жить.

Наверное, мы просто любим печаль сентября,
Иначе зачем, когда солнце сияет с небес,
Тихо шепчем в подушку - Скажи мне, пожалуйста, неужели я всё еще есть?
Тишина... только ветры рыдают, о чем-то скорбя.

Я обитаю на последнем этаже
Типичного панельного дурдома
Который от Гоморры и Содома
Ничем не отличается уже.
Подслеповатый терапевт, не чуя ложь,
Твердит мне о всё о пользе панацеи,
Но опыт мне твердит, что чем больнее,
тем легче верить в то, что ты живёшь.

Один укол - я забываю сны,
под действием лечебного дурмана,
Но разве вы не чуете обмана?
вокруг - четыре белые стены
И реальность снов отчетливей едва ли,
Не греют их холодные огни...
Так кто из нас разумнее - они?
И кто из нас теперь безумец -
я ли?

Я хочу заблудиться в городе,
Заплутать в его лабиринтах,
В старом баре, гордом
Своими традициями, выпить пинту

Пива и пойти гулять по газонам,
Невероятно зеленым,
По клумбам с цветущими гиацинтами.

Я хочу взобраться на крыши,
Ржавые и нагретые
Солнцем, чтобы быть к нему ближе,
Чтоб проникнуться летом

Пропитаться насквозь -
Через край чтоб лилось! -
Солнечным светом.

А потом я спускаюсь вниз,
В ледяное нутро тротуаров
Там где слышен пронзительный свист
Где мерцают загадочно фары

Электричек, похожих на банку сгущенки,
Утекающих мерно в воронки
Туннелей, холодных и старых.

Я попала под твои чары,
Город. И теперь тебе отвечать.

Моя жизнь похожа на цветные картинки,
Кое-как склеенные в мультфильм.
Я заслушиваю до дыр пластинки
С Бергерсеном. Смахиваю пыль

С давно забытых фантазий,
Аккуратно рассматриваю и ставлю на полку
Обратно к феям, волшебникам и пиратам
В больших треуголках,
Бороздящим воды Малайзии.

А потом я смотрю в окно
На цветное кино,
Которое врядли ярче, чем эти фигурки -
Ветер гладит траву, солнце - крышу, дети играют в жмурки,
Но я люблю его всё равно.

Солнце садится за крыши,
А в них обитают мыши
Летучие -
Они ныряют за тучи
И может быть, даже выше.

А я сижу на перилах,
И измученное светило -
Сквозь веки
Измученного человека,
Что рядом со мною застыл.

Здравствуйте, товарищ Бродский,
Давайте вместе понищебродствуем?
Вы курите?
Да, знаю, знаю, не хмурьтесь
На глупый вопрос.

Хотите, мы постоим над рекой -
Вечером тут тишина и покой,
И темная зыбкая глубь -
Внизу... а я не боюсь тонуть.
Скажите мне, как вы боролись с тоской?

Может, смотрели в зарю,
Как я порою смотрю
В осень?
Вот бы сейчас мне бросить...
Но я, увы, не курю.

Ваши глаза повидали
Самые дальние дали,
Но сном
Самым желанным был дом,
В котором вас больше не ждали.

Я наивна, раз жду ответа...
Тишина, только дым сигаретный
Куда-то
Уносит ветер к закату.
Пониманье приходит с рассветом.

Ночами мир привычно замирает,
Как будто в ожиданьи провиденья,
И темный ветер по ветвям гуляет,
Сдувая с крыш обрывки сновидений.

Глухое одиночество мгновений
В озябшей тишине беззвездной ночи.
И горько-сладкий шепот сожалений
В пыли давно пустеющих обочин.

А в воздухе висит благоуханье -
Пьянящий аромат разгара лета,
И отзвук позабытого привета
И не произнесенного прощанья...

Я читаю
Книгу бесконечного холода
И постигаю
Поэтику железобетонного города,
Медленно, строчка за строчкой -
По проводам,
Чуть неуверенно - точка за точкой -
По поездам
И машинам,
Чьи шины
Стелют тенями
По кинолентам дорог,
Ведущими
То ли в рай, то ль в острог,
Заброшенными
ХодАми,
Древними катакомбами,
с ржавыми бомбами
И гильзами, которыми играют мальчишки...
Ты никогда не молчишь,
Кипишь
Суетой привычной,
Бурлишь суетой столичной,
Мерцая миллионами маяков
Для тех, кто даже не смотрит ввысь.
"В чем - жизнь?!!" -
Выдыхаешь
Каменной грудью,
Но ребра мостов опадают зря -
Люди
Не слышат тебя,
Песню тысячи тысяч слов...

А я приникаю
К тебе губами,
Ласкаю
Холодный шершавый камень,
Касаясь
трепещущими руками ,
Шепчу тебе нежности
о Любви.
Плутая
в твоих лабиринтах ночами,
Вздыхаю,
Тревожась опять мечтами,
Но знаю
Что это - всегда будет с нами.
У нас с тобой песня
- Одна на двоих.

Не бойся, лови
Последнюю волну кайфа, смертная!
еще никто не умирал от любви? -
Ты будешь первой!
Я только кричу:
Бейся, безумное сердце, бейся,
Продолжая дрожать,
и стучать зубами,
И яд сочится словами,
Что произношу тысячу раз, пока сплю:
Я люблю, я люблю, я люблю, да люблю...
Страшно ложиться спать...
Ведь сны остаются снами,
Всегда остаются с нами,
И даже не думают исчезать!
Желанье бежать
Равносильно желанью остаться!
Я хочу жить, ты слышишь?! Я устала сражаться
За источник, из которого не могу напиться!
Я чувствую себя мазохистом-самоубийцей,
И сердце - птицей,
Готовое остановиться
Вот-вот, снова, опять!..
Хватит!!!

...Здравствуй...

...Тише, сердце... вспомнить бы, как дышать...

Здравствуй, налить тебе чаю?
Ты приходишь всегда невзначай,
Слишком просто, и мне отвечаешь:
Да,
Пожалуйста, как всегда.
Я скучаю, безумно скучаю.
Я скучаю, даже когда
Тебя в парке случайно встречаю...
Ты смеешься: Давай выпьем чаю?
И мой шепот едва различаешь:
Да, пожалуй...
Ну что, как всегда?...

Отряд королевичей в шелке, каменьях и злате
Несется к когда-то заброшенной царской палате,
По слухам охраняемой страшным драконом!
А в башне высокой - принцесса, чей лик - как икона...
И внесся отряд, потрясая мечачи, и нате:

А принцессочка в замке красит стены в голубой цвет,
Приговаривая: Только не розовый, нет-нет!
Хватит, не путайте меня с Барби, я не кукла!
Я довольно неплохо стеляю из лука,
Шью, пою, готовлю обед,
И даже немного танцую...
Знаю языки - коман але-ву, ви гейтс, и хау ду ю...
Читаю гомера одиссею, илиаду,
классическая и философская литература, или что еще надо?
Читаю Гёте в оригинале...
Да нет, нет, вы туда попали.
Да, заколдованная башня, а... дракон?
О, он занят - читает Пигмалион,
Знаете, авторства Бернарда Шоу,
И говорит, что пошло хорошо.
Он еще пока не слишком учён,
И начитан, но думаю, мы это исправим...
Постойте, куда вы?
Господа принцы!
Неужели никто не хочет жениться?..

Маленькая Красная Шапочка,
Полюбившая Волка.
Она жила тихо и счастливо...
Но недолго.

Для себя - чтоб не забыть. 

Hold árnyéka, és a Lélegzete a vihar. 

hercegnő а viharos magasságok

herceg a sötét víz

This is Sparta, детка, this is Spartaaaa! -

привыкай ездить в старом плацкарте,

Привыкай наблюдать блики лунного танца

В ритме храпа какого-то голодранца,

Спящего там, на соседней койке.

Он из пьяных солдатиков был самый стойкий.

Привыкай к долгим дням в неуютной каморке,

К толстым стеклам окна в леденеющей корке,

Привыкай к бестолковым дорожным снам,

К безликим, незначащим именам, 

К местной странной, измученной аудитории...

Дорога, детка - это всегда истории.

Привыкай, детка, к сердцебиению

Старого зверя, в чреве которого

Дни превращаются в доли мгновения.

И это так здорово, детка, так здорово! 

Нет волшебнее чувства печальной свободы,

Что рождается здесь, в поездах бесприютных.

И щемяще-прекрасные долгие годы,

 пересчитаны здесь на часы и минуты.

Это больше, чем жизнь, слышишь, детка? Дорога...

Чей-то шепот, и стук, тихий скрип старой койки...

Это - все!..

Не смотри так отчаянно-строго...

Знаешь, я из солдатиков был самый стойкий...

Не смотри ты так, детка, не будь так жестока,

Ты не плачь, ты полюбишь его, вот увидишь...

Старт давно уже взят и кто знает, где финиш?

От Москвы сто столетий  до Владивостока...