1. Впечатляет схема действия ракет — после залпа с одного борта все восемь ракет после раскрытия крыльев образуют единую группу, «волчью стаю» с вожаком — отдельно летящей ракетой, которая наводит всю группу на цель, корректирует курс для остальных ракет, сбрасывая им информацию. При подлете к цели ведущая ракета выбирает самый крупный объект (авианосец), направляет на него одну из ракет с т.н. «спецбоеприпасом» и делит оставшиеся объекты между остальными ракетами «стаи». Все ракеты включают головки самонаведения и наносят удар по объектам. Масса одной ракеты — почти пять тонн, скорость полета — около 2900 км/час. Шансов остаться на плаву после попадания такой ракеты у корабля противника нет никаких. Если ведущую ракету успевают сбить, на её место встает другая, точно такая же. Атака происходит без участия экипажа корабля по системе «выстрелил — забыл». Интересно, что всё это — технологии начала 70-х годов.

2. Знакомство с «Варягом» начинается с прозаических мешков с капустой и морковкой. Стоящий рядом БПК «Адмирал Пантелеев» собирается в поход к берегам Африки и загружает к себе запас продуктов.

3. В морские походы уходят надолго и запасаются всем необходимым всерьез. Это только малая часть той питьевой воды, которая загружается в трюмы военного корабля.

4. Сопровождающий меня офицер посоветовал не пользоваться мобильным телефоном: «Если смартфон, лучше выключить, а то может сгореть». Я не поверил, но на всякий случай выключил. На корабле есть полный набор радиолокационного вооружения комплекса МП-152 «Кольцо» по обнаружению работающих радио и локационных станций, головок самонаведения ракет противника, их пеленгованию и подавлению. Может быть, в словах офицера и был определенный резон.

5. На баке «Варяга» стоит АК-130 — корабельная автоматическая пушка. Стреляет осколочно-фугасным снарядом со скоростью 90 выстрелов в минуту и дальностью до 23 километров. Полностью автоматическая — действует самостоятельно до тех пор, пока не кончится боезапас. Говорят, не имеет аналогов в мире. Чего-чего, а то, что стреляет у нас умели делать. С ширпотребом были проблемы, а вот пушки всегда были отменные. АК-130 — не исключение. В первоначальных экскизах корабля пусковых установок было 12 (по шесть на борт) и вместо одной сдвоенной пушки было две одноствольных А-100. В 1972 г. адмирал Горшков приказал добавить еще четыре пусковых установки для осуществления двух полных восьмиракетных залпов, а две АК-100 заменить на одну двухствольную АК-130. Корабль стал значительно тяжелее, уменьшилась скорость и боезапас артиллерийских орудий (720 выстрелов против 2000).

7. «Что это там красненькое синеется?». На стенке — силуэты кораблей и самолетов России и стран НАТО. Подсказка для сигнальщика, который наблюдает за происходящим вокруг корабля.

8. Это ходовая рубка корабля. Отсюда им управляют в повседневных условиях. Рубка соединена с боевым информационный центром БИУС «Лесоруб-1164» командирским лифтом.

9. Место командира крейсера «Варяг», гвардии капитана 1-го ранга Эдуарда Москаленко.

10. Здесь и правда всё напоминает о 70-х годах. Такое надежно-железное. «Тёплый ламповый звук». Я изо всех сил старался не фотографировать ничего секретного, но поди разбери, где тут что.

11. «Товсь» — люблю эти флотские словечки. Гюйс, битенг, твиндек, зюйд-вест, комингс, ахтерштевень, нактоуз — все это пахнет соленым морским ветром и волнует несказанно.

12. Смены разошлись по местам работы. Кавтаранги ломали головы: «Что бы тебе такого несекретного показать?». Сошлись на каком-то экране №22. Матрос Ренат из Башкирии сел на место оператора и стал нажимать кнопки, включать мониторы — изображать деятельность на боевом посту. Выглядело это вполне достоверно.

13. Тот же Ренат, невовремя попавшийся на глаза офицерам, оживил собой помещение корабельной библиотеки, сделав вид, что разбирает пришедшую на корабль почту. Библиотека хорошая. Маленькая, но всё есть. Вообще, «Варяг» довольно комфортный корабль. Кают-компании отделаны деревом, висят картины, на полу ковры. Есть бассейн с водопадом, лечебные души, большая парилка, сауна. В жилых каютах кондиционеры, на корабле есть четыре воздушные холодильные установки.

14. Прогулка по крейсеру — это длинные переходы по бесконечным коридорам и внезапные спуски и подъемы по вертикальным трапам. В четвертом отсеке мы спускаемся все ниже, туда, где матросские кубрики. Оружие, конечно, интересно, но очень хотелось посмотреть, как живут моряки на одном из самых мощных крейсеров в мире.

15.

16. На экране состязания на лучший кубрик можно увидеть, например, что кубрик №14, забивший болт на состязание в декабре, получил, видимо, большой звезды от командиров и потом стал передовым, не опускаясь ниже оценки «четыре».

17. Так отдыхает ночная смена в образцовом теперь кубрике №14. Я на пару секунд приоткрыл дверь и сделал несколько снимков спящих матросов.

18. В соседнем кубрике матрос писал что-то важное в журнал. Рядом с ним стоит привинченная к столу клетка с попугаем. Попугай был на месте и отдыхал.

19. Святая-святых ракетного крейсера — камбуз. Потолки здесь низкие и матрос с тряпкой в руке, наводящий порядок, ходил нагнув голову, что придавало его фигуре печальный вид. Рядом два других матроса начали открывать консервные банки простым ножом, за что немедленно получили нагоняй от сопровождающих меня офицеров. Все должно быть идеально для чужого взгляда, я понимаю.

20. Корабельный котэ — непременная принадлежность любого боевого корабля для борьбы с грызунами. Или, как здесь говорят, «белками». Котики и жизненно важные кабели в металлической оплетке — таковы условия сосуществования людей и грызунов. Котов на корабле несколько, их заводят по одному на боевую часть. Кошки крейсера «Варяг» пользуются популярностью у гостей в разных странах, куда заходит корабль. Случается, их дарят — один из корабельных котов живет теперь в православной церкви в Сингапуре. Матушка, говорят, была счастлива такому подарку. Еще один был подарен местному адмиралу в Индонезии.

21. Хотелось взять один спасательный круг на память. Круг не дали, казенный, но подарили другое.

22. Мы пообедали с офицерами, поговорили, потом переместились в рабочую каюту, там еще поговорили. Уходить не хотелось, но времени было в обрез — у них, и у меня. Уходя, сделал еще несколько снимков на палубе «Варяга» и на берегу.

23.