Подшивка Содержание номера "Наше Наследие" № 59-60 2001

Татьяна Мунтян



Семья ювелиров Болин



Петербург — Москва — Стокгольм



Есть в истории русского ювелирного дела имена, навечно вписанные в историю искусства. Мы говорим «Фаберже», и воображение рисует нам блистательную череду императорских пасхальных шедевров, изысканных гильоше-эмалей, хрупких каменных композиций и других «objets de fantasie». Имена Сазикова, Овчинникова, Хлебникова воскрешают в памяти образы русских былин и исторических преданий, воплощенных в серебряных скульптурных группах, вариации старинной русской утвари — полихромные эмалевые ковши, братины и чаши. Название же еще одной, некогда столь знаменитой русской ювелирной фирмы — «Карл Эдуард Болин», сравнительно недавно было способно вызвать эмоции только у посвященных. А между тем в истории отечественной художественной промышленности фирма семьи Болин занимает значительное и совершенно особенное место. Прежде всего она является старейшим ювелирным предприятием Российской империи, ведущим, как и фирма П.Сазикова, свою историю с конца XVIII столетия.

В 1996 году отмечался 200-летний юбилей фирмы. В шведской королевской Оружейной палате Ливрусткаммарен с октября 1996 по январь 1997 года состоялась замечательная выставка «В.А.Болин. 200 лет истории. Санкт-Петербург, Москва, Стокгольм». В двух залах, все три месяца до отказа заполненных посетителями, было представлено более двухсот экспонатов из государственных и частных коллекций, таких как Эрмитаж, Государственный Исторический музей, Музей «Московский Кремль», Русский национальный музей искусств, Собрание Королевского Дома Дании, Национальный музей Стокгольма, Национальная галерея Австралии, антикварная фирма «Вартски» и другие. Это была одна из самых успешных и посещаемых экспозиций в старинном королевском музее. В октябре 2001 года выставка изделий фирмы «Болин» была открыта в Государственном историко-культурном музее-заповеднике «Московский Кремль», в помещении Успенской звонницы. Событие трудно переоценить: это первая выставка произведений фирмы на родине. Спонсором мероприятия является компания «Де Бирс», которая более ста лет находится в центре мировой алмазной промышленности. Ее руководители справедливо считают, что репутация компании зиждется не только на добыче и продаже необработанных алмазов, но и на «алмазах» культуры. Корпорация, известная своей благотворительной деятельностью, финансировала и способствовала возвращению в Россию отечественных художественных и историко-культурных ценностей. «Де Бирс» спонсирует известные музыкальные коллективы, в частности Государственный академический симфонический оркестр Российской Федерациии, и, конечно, уделяет огромное внимание ювелирному дизайну, организуя специальные конкурсы изделий с бриллиантами, в том числе и в России. Понимая, что успехи современного ювелирного искусства, его развитие невозможно без знания лучших образцов давно ушедших веков, алмазная корпорация вносит свою лепту в изучение и пропаганду богатого наследия прошлого. Важным шагом в этом направлении является поддержка выставки произведений фирмы «Болин», снискавшей международную славу своими драгоценностями.

История фирмы началась в 1796 году. Основатель дела — Андрей Григорьевич Ремплер имел почетное звание придворного ювелира императоров Павла I и Александра I. Дело продолжили зятья удачливого выходца из Саксонии — немец Эрнст Ян и швед Карл Эдуард Болин, чьи имена стали известны далеко за пределами России после успеха на Всемирной выставке 1851 года в Лондоне. Тогда многие считали «невозможным для нашего Отечества первенствовать или даже соперничать с другими государствами, особенно Францией, законодательницей моды и вкуса»1. Тем не менее произведения фирмы бриллиантовых и золотых дел мастеров из Санкт-Петербурга Болина и Яна удостоились самой высокой похвалы, так как «решительно превосходили совершенством оправы все», что было представлено в Лондоне2.

На Всероссийской мануфактурной выставке в Санкт-Петербурге в 1870 году Карл Эдуард Болин, чье имя к этому времени носила фирма, был признан лучшим ведущим российским ювелиром. В этом «мирном состязании на почве художественной промышленности» участвовали 11 ювелиров из Санкт-Петербурга, Москвы и Гельсингфорса. Среди них были придворный столичный ювелир Фридрих Кехли, знаменитый мастер Иван Чичелев, поставлявший свои изделия королю Италии Виктору Эммануилу, зачинатель машинного производства изделий из золота Отто Крумбюгель и Бенуа Фульда — лучшие московские ювелиры. И все же «первое место как по изяществу рисунка, совершенству работы, так и по высокой ценности изделий принадлежало богатой витрине петербургского ювелира господина Болина». Знатоки дела «не могли довольно налюбоваться его большой диадемой из листьев плюща, исполненных только бриллиантами, чрезвычайно искусно сплетенными, так что металл, их поддерживающий, совершенно исчезает»3. Карл Эдуард Болин, единственный из всех ювелиров и серебряников, участвовавших в выставке, получил по ее итогам высшую награду, а именно «право употребления Государственного герба». Как отмечено в официальном отчете, этой награды он был удостоен «за совершенную чистоту ювелирной работы, искусный подбор камней и изящество рисунков, при долговременном существовании фирмы»4.

Судить о характере продукции фирмы в этот период довольно сложно, так как сохранились лишь отдельные экземпляры, как, например, колье, сделанное фирмой в 1874 году к свадьбе дочери императора Александра II великой княжны Марии Александровны и Альфреда, герцога Эдинбургского. Колье состоит из 28 крупных уникальных рубинов цвета «голубиной крови» весом в 61 карат и бриллиантов весом 82 карата. Оно продавалось на аукционе «Christies» в Женеве в 1994 году с оценкой 2 миллиона долларов. Помимо колье фирма выполнила к свадьбе и роскошную диадему, которая, к сожалению, была разобрана на части ее последними владельцами, не сумевшими поделить шедевр с уникальными камнями более цивилизованным образом. Другим великолепным образцом ювелирных работ фирмы «Карл Эдуард Болин» является тиара из бриллиантов и рубинов, ныне принадлежащая маркизе Надежде Милворд Хейвенской. Именно о таких изделиях очевидцы писали, что они относятся к «тонкому, артистическому художественному роду» и отличаются необыкновенным блеском драгоценных камней, искусно вставленных и подобранных с большим вкусом. Это отзыв обозревателей Всероссийской художественно-промышленной выставки 1882 года в Москве. Тогда пресса отметила, что фирма «Болин» пользуется громадной известностью и существует без малого сто лет, а господин Болин является одним из старейших представителей ювелирного мастерства в России. В витрине предприятия среди других ювелирных изделий была выставлена бриллиантовая диадема с жемчужными подвесками, каждая размером с грушу-дичок, составлявшая собственность великого князя Владимира Александровича. Нам представляется, что именно в этой диадеме изображена на фотопортрете его супруга — великая княгиня Мария Павловна.

На выставке 1882 года у Болина появились достойные конкуренты. Карл Фаберже, первый раз представлявший свои работы на выставке, был назван ювелиром сравнительно молодым, но вполне зрелым, первоклассным мастером. Высокую оценку заслужили также фирмы И.Хлебникова и П.Овчинникова главным образом за то, что у них «находятся почти все образцы, все применения, все виды, обнимающие золотых дел мастерство»5. Но зато никто, по мнению обозревателей, не умел так, как ювелиры фирмы «Болин», укреплять веские камни в мелкие гнезда. «По-видимому камню не на чем держаться; он между тем укреплен плотно и составляет с гнездом как бы одно нераздельное целое. Солидность работы, не вредящая изяществу, блеск, не вредящий вкусу, отмечают произведения г.Болина в ряду других произведений того же рода»6.

Перечень вещей, которые фирма выставляла на российских и зарубежных художественно-промышленных выставках, а также счета в камеральный отдел Кабинета Его Императорского Величества — учреждения, ведавшего имущественными делами династии Романовых, свидетельствуют о том, что производство украшений было главной отраслью в творчестве ювелиров фирмы «Болин». Петербургский филиал специализировался на выпуске драгоценных брошей, колье, запонок, галстучных булавок и тому подобной продукции, львиная часть которой предназначалась для нужд царской семьи. Со дня своего основания и на протяжении последующих ста лет ювелиры семьи Болин постоянно поставляли императорскому и великокняжеским дворам свои произведения. Этим отчасти объясняется тот факт, что вещей этой фирмы сохранилось столь мало. Революционное время было особенно безжалостно к ювелирным изделиям с большим количеством драгоценных камней. Они прежде всего подлежали конфискации и переходили к новым владельцам. Князь Феликс Юсупов вспоминал о бандах революционных матросов, у которых «на волосатой груди висели колье из жемчугов и бриллиантов, а руки были покрыты кольцами и браслетами»7. Н.Е.Врангель в своих мемуарах описывает колоритную пару, зашедшую в магазин Фаберже «за бусами» — красноармейца и его «даму», бывшую кухарку: «Шляпа на ней сног­сшибательная, соболя тысячные, бриллиантовые серьги в орех, на руках разноцветные кольца, на груди целый ювелирный магазин»8. Но основная часть украшений была просто уничтожена новой властью: крупные драгоценные камни вынимали из оправ и продавали, оправы из золота, серебра и платины переплавляли, превращая в слитки. Наиболее пострадали украшения, находившиеся в имуществе последних русских императриц Марии Федоровны и Александры Федоровны и других высочайших особ — главных заказчиков фирмы «Болин». Так, в 1920-е годы было продано и затем бесследно исчезло роскошное тройное ожерелье из 453 жемчужин весом в 1500 карат, со скрепляющим его фермуаром в виде бриллиантовых подков работы фирмы «Болин» 1852 года9.

Особенно крупные заказы фирма получала в связи с различными важными событиями в жизни империи и царской семьи, например, бракосочетаниями высочайших особ, традиционно исполняя ювелирную часть приданого, в то время как Фаберже чаще поручали изготовление серебряных столовых изделий. Великий князь Александр Михайлович свидетельствовал, что украшения его супруги Ксении — дочери Александра III, были сделаны Болином, считавшимся «самым лучшим мастером Санкт-Петербурга». К свадьбе великой княжны Ольги Александровны (сестры императора Николая II) в 1901 году Болин изготовил несколько парюр из изумрудов, рубинов и бриллиантов и очень дорогую брошь в 19200 рублей. Роскошные императорские пасхальные яйца фирмы К.Фаберже были гораздо дешевле. Так, пасхальный подарок 1901 года — виртуозное яйцо в виде обсыпанной бриллиантами корзинки с золотыми колосьями, травами и полевыми цветами, украшенными полихромными эмалями, было приобретено царем за 6850 рублей.

Как сказано в одном старинном документе, фирма «Болин» в течение «свыше-вековой художественной полезной деятельности несла беспорочную службу Кабинету Его Императорского Величества и всегда пользовалась знаками благоволения со стороны своих Высоких заказчиков»10. Различные почетные звания, которые имели ювелиры этой семьи, подтверждают факт особого расположения к ним со стороны правителей Российской империи. Так, Карл Эдуард Болин, вступив в дело в 1835 году, был назначен оценщиком Кабинета и приобрел звание придворного ювелира. Его сыновья Эдуард и Густав, в чье владение перешла фирма в 1864 году, с этого же времени стали оценщиками Кабинета и придворными ювелирами, в то время как знаменитый Карл Фаберже был удостоен этого звания в 1911 году, в весьма почтенном возрасте, по ходатайству своих сыновей. «За все многолетнее существование фирма семьи Болин отличными образцами работы своих мастерских постепенно подымала ювелирное дело до высокой техники исполнения и способствовала тем самым искусству и художественному вкусу». Столь лестная характеристика была дана фирме в памятной записке министру Императорского Двора. В 1912 году братья Эдуард и Густав Болины были возведены, на основании действовавших законов, в Российское потомственное дворянское достоинство — случай уникальный в истории ювелирного искусства империи. На их фамильном гербе «булинь» — снасть парусного судна, соседствует с изображением драгоценного камня.

Судьба еще одного ювелира семьи Болин — Генрика Конрада (Андрея) Болина, брата Карла Эдуарда, была в большей степени связана с Москвой. Сначала на протяжении 16 лет братья сотрудничали в Санкт-Петербурге, после чего возникла необходимость распространения деятельности фирмы и на древнюю столицу. В 1852 году вместе с англичанином Джеймсом Стюартом Шанксом Андрей Болин основал фирму «Английский магазин. Шанкс и Болин». Таким образом, предприятие открылось в первопрестольной задолго до московского филиала фирмы Фаберже, за двадцать лет до открытия фирмы И.Хлебникова и приблизительно в одно время с еще одним «китом» московской ювелирной торговли — предприятием П.Овчинникова. В первопрестольной Шанкс и Болин решили развивать прежде всего серебряное производство, при этом параллельно торговали различного рода галантереей — сумками, веерами, гребнями, мехами и перчатками. После смерти Генрика Конрада Болина в 1888 году Шанкс основал собственную мастерскую, выпускавшую, помимо прочего, изящные украшения, не уступавшие по качеству произведениям ведущих московских фирм и разного рода серебряные изделия, в том числе оправы для великолепного английского фарфора и фаянса знаменитых марок. Сын Генрика Болина Вильгельм (Василий Андреевич) вынужден был обратиться за помощью к своим петербургским кузенам Эдуарду и Густаву, чтобы продолжать семейный бизнес. В период с 1888 по 1912 год московское предприятие, по образцу санкт-петербургского, называлось «Карл Эдуард Болин». После того как Василий Андреевич прочно встал на собственные ноги и расплатился с долгами, московский филиал был переименован и фирма стала носить название «В.А.Болин».

Магазин фирмы помещался на одной из самых фешенебельных улиц древней столицы, «бриллиантовой улице» Москвы — на Кузнецком мосту в доме № 12, недалеко от магазина фирмы К.Фаберже. Московское отделение ориентировалось на массового покупателя из довольно широких слоев населения, и в его ассортименте значительную часть составляла серебряная утварь: посуда, столовые приборы, разнообразная галантерейная продукция. Расцвет деятельности предприятия приходится на рубеж XIX и XX столетий, и многие из сохранившихся изделий несут на себе приметы стиля «модерн», столь популярного в древней столице в отличие от аристократического Петербурга с его традиционной ориентацией на классику. Недаром современники писали, что «все модернистское шло из Москвы и так или иначе связано с ней».

Среди немногочисленных произведений фирмы Болин, хранящихся в музейных коллекциях нашей страны, преобладают изделия, выполненные в Москве в конце XIX — начале ХХ века. Интересная группа экспонатов с клеймами некогда прославленного предприятия находится в русской национальной сокровищнице — Оружейной палате Музея «Московский Кремль». В фондах музея хранится одиннадцать произведений фирмы, часть из которых поступила в 1970-х годах из Гохрана, а другие были приобретены Закупочной комиссией у частных лиц. Одним из самых элегантных и выразительных изделий фирмы «Болин» в кремлевской коллекции является серебряная рамка для фотографии, подаренная музею Р.М.Фрусман. Предмет выполнен в стиле «модерн» и имеет все признаки «новейшего современного стиля». Рамка украшена рельефной фигуркой наяды среди высоких камышей с жемчужными головками и сверкающими каплями алмазов на листьях. Эта изысканная ювелирная миниатюра могла бы послужить иллюстрацией к «Фейным сказкам» символиста Бальмонта: в ней есть, говоря словами поэта, и «жемчуга из света лунного», и «алмазные огоньки росинок», и сама «фея вод» — наяда.

Почти в одно время с рамкой были выполнены две серебряные парные вазы для цветов с объемными фигурами резвящихся юных нимф и шаловливых амуров. Поверхность ваз покрыта стилизованным орнаментом в духе «Ар Нуво»: болотными растениями, «стекающими» по стенкам волнами. В то же время игривый сюжет с резвящимися юными обнаженными нимфами и пухлыми амурами напоминает об эпохе рококо. Художники фирмы «Болин», среди которых были выходцы из Франции, обращались к искусству прошлого, предпочитая интерпретировать высокие «классические» стили Людовика XV, Людовика XVI, ренессанс, ампир, а также использовали характерный пластический язык общеевропейского «Ар Нуво». Но в основе этого сложного сплава разнохарактерных приемов и элементов лежало подлинно русское чувство, характерный московский «шарм», специфический национальный оттенок с его праздничностью, живописностью и поэзией.

В начале ХХ века московская фирма «В.А.Болин» была на подъеме. Ее владелец Василий Андреевич отправился в Германию, чтобы открыть в Бад-Хохенбурге — курортном месте, где отдыхала европейская знать, еще один магазин. Там его застала Первая мировая война. Василий Андреевич решил вернуться в Россию через Швецию, но в Стокгольме банкир К.А.Валленберг уговорил его открыть магазин. Это произошло в 1916 году, в торжественной обстановке, в присутствии шведского короля Густава V. С тех пор и до сегодняшнего дня владельцы фирмы «Болин» являются поставщиками драгоценностей Его Королевского Величества. Художникам и мастерам стокгольмской фирмы удалось создать новый стиль ювелирных украшений и серебряных изделий, который, по мнению их соотечественников, является хоть «и шведским, а красивым». В 1966 году фирма под руководством Ханса Болина провела первый аукцион старинных драгоценностей, который стал традиционным. Ныне исполнительным директором фирмы является сын Ханса Кристиан Болин — представитель шестого поколения придворных ювелиров. Вместе со своими российскими коллегами — музейщиками и исследователями, при поддержке компании «Де Бирс», он хочет вернуть знаменитое имя «Болин», которое стало символом непревзойденного мастерства и вкуса, на родину, в Россию.



1 Обозрение Лондонской Всемирной выставки по главнейшим отраслям мануфактурной промышленности. СПб., 1852. С.191.

2 Там же.

3 Отчет о Всероссийской мануфактурной выставке 1870 г. в Санкт-Петербурге. СПб., 1871. С.117.

4 Там же. С.52.

5 Отчет о Всероссийской художественно-промышленной выставке 1882 г. в Москве. СПб., 1883. Т.III. С.6.

6 Там же. С.13.

7 Князь Феликс Юсупов. Перед изгнанием 1887–1919. М., 1993. С.196.

8 Врангель Н.Е. Воспоминания. Берлин, 1924. С.89.

9 Сведения предоставлены Л.Кузнецовой — старшим научным сотрудником Государственного Эрмитажа.

10 РГИА. Ф.468. Оп.8. Д.1135.