Фурсенко заявляет, что у него нет моральных прав уйти в отставку>>
Блин,каламбур какой-то:... о каких "моральных правах" в данном случае может идти речь, если понятия "мораль" и фурся - вещи абсолютно несовместимые! :[
Всякий раз обозревая ТО глянцево-твёрдообложечно-многотиражное говно,что выстроилось в книжных бутиках на полках в разделе "История",всё чаще посещают мысли о целесообразности "бумажного" аутодафе - по образцу и подобию нацистского (10.05.1933)...причём,кое-что из этого вороха макулатуры - вместе с их авторами ;[
Из вчерашней лекции по Управлению персоналом извлёк&сцитировал кой-какие прописные истины.
1. Возрастные кризисы - самые серьёзные. Они проявляются каждые 3 года,особенно у женщин,ибо у них - более сложная психология.)
2. Начальник,позиционирующий себя на работе властным и жёстким руководителем, дома,как правило - в подчинённом положении,т.е.,либо "мамин сын",либо подкаблучник... Сублимация,чтоб её!)))
Жители Москвы стремятся устроить своих детей в те школы, где у них не будет одноклассников из семей мигрантов. Уже дошло до разделения на «белые» и «черные» классы, пишет «Комсомольская правда», ссылаясь на родителей. «У нас в микрорайоне «белые» только классы «А». В них не пробиться!», – рассказали родители. Как выяснило издание, в спальных районах столицы в Южном и Юго-Восточном округах до половины учеников – дети мигрантов. В младших классах – еще больше. Родители констатируют, что почти 60% детей в младших классах столицы плохо владеют русским языком. «Чему может научить учитель, если половина учеников по-русски не говорит!», – негодуют они.
Как отмечает газета, тогда как многие дети из московских семей приходят в младшие классы уже подготовленными, у их сверстников из других регионов и вообще и стран СНГ дела обстоят гораздо хуже, в том числе и с русским языком.
Многие дети мигрантов выросли либо в аулах, откуда их привезли родители, либо на рынках или в подвалах многоэтажек, куда заселяют дворников и слесарей ЖЭКов. Развитием юных жителей столицы родители стараются заниматься с раннего возраста – водят на занятия музыкой и иностранным, записывают в детсад. В результате получается, что в первый класс дети приходят совсем с разной подготовкой и разным жизненным опытом.
Надо же как неожиданно прозвенел вроде бы и долгожданный звоночек в минувшую пятницу... С одной стороны,и ждал его,и надеялся,но с другой... Шутка ли - сразу в двух ВУЗах придётся брать академы....
Мы настолько далеки от войны, что уже даже и не знаем, не распознаем тех печатей, которые она накладывает на воюющие страны. Возможно, чтобы увидеть слабые отголоски войны, ее призрачные печати – вам стоит съездить в Грузию или в Афганистан. И там, наблюдая людей, вы вдруг заметите не только большое количество беременных женщин, но и непривычное множество людей, у которых чего-то не хватает: руки, ноги или рук и ног.
С наших улиц уже давно исчезли инвалиды Великой Отечественной, уже почти везде сняты таблички «Инвалидам ВОВ – вне очереди». А если где-то еще и висят – то лишь как нечто уже непонятное и неактуальное. Инвалидов той войны уже давно нет. Они вымерли. И трудно сейчас представить, что в 1945-46 годах вокруг Бессарабского рынка собиралось человек 400 «человеческих обрубков» на самодельных тележках. Тех инвалидов уже давно нет. Мы их убили.
..Полдня вчера поездил по городу...что увидел?... в сравнении с предшествующими годами - меньше пьяного быдла (даже в нашем "Чикаго"), от силы человек 20-25 (не больше!) узрел с "георгиевкой",ну и т.д. Хотелось бы верить,что и впрямь ЧТО-ТО меняется в лучшую сторону... но,тем не менее,врождённый скептицизм расслабляться не позволяет....
Антагонизм между левыми и националистами, традиционно присущий западной и отечественной политике, одним из своих главных интеллектуальных следствий имеет не менее традиционное противопоставление категорий «нация» и «класс» в политическом и научном дискурсах. Специально обращаем внимание на характер этой каузальной связи. Не те или иные трактовки национального/этнического и классового или различное понимание их баланса в человеческой истории служат истоком национализма и левой идеи. Дело обстоит ровно наоборот: объяснение движущих сил истории (то есть интеллектуальные схемы) вытекает из дотеоретической, культурной аксиоматики. Мы становимся националистами или коммунистами вовсе не потому, что убеждены в интеллектуальной правоте классового или национального подхода; выбор интеллектуальной парадигмы, способа осмысления человеческой истории в решающей степени обусловлен нашей идеологической позицией, социокультурным багажом и, вполне вероятно, психологическим профилем.
Понимание глубинной, в прямом смысле слова экзистенциальной укорененности левизны и национализма объясняет затруднительность лево-правого (национал-большевистского, социал-национального) синтеза. Не то что он вообще неосуществим — в европейском контексте подобный синтез более или менее удачно реализовался в рамках фашистских движений (не режимов) 20-30-х годов прошлого века, в национальных фронтах оккупированных немцами стран времен Второй мировой войны, в Румынии и Албании социалистической эпохи, — однако нигде так и не стал исторически долговременным и устойчивым.