История кудрявых кошек началась прозаично. В восьмидесятых годах XX века американцы Линда и Ричард Кель решили заняться фермерским хозяйством и купили вишневый сад в Даллесе (штат Орегон). Чтобы справиться с нашествием крыс, они взяли несколько кошек. Одна из охотниц по кличке Спиди, совершенно обыкновенная с виду, принесла котят, среди которых хозяева обнаружили гадкого утенка… То есть котенка. Малышка родилась голой и при этом полосатой и выглядела так странно, что хозяева были бы просто рады, обрасти она какой угодно шерстью. В 4 месяца котенок подкинул людям очередной сюрприз и покрылся роскошными и потрясающе приятными на ощупь кудрявыми завитками.
— в переводе с английского «вьющийся», «кудрявый»). Однако хозяева, обычные фермеры, не уделяли своей кошке особого внимания. По крайней мере, поначалу. Керли принимала ухаживания дворовых кавалеров и произвела на свет немало удивительных котят: все они также рождались без шерсти, а усы у них завивались. С возрастом малыши становились кудрявыми, как их мать. Постоянный прилив новых кровей дворовых котов в «кудрявую популяцию» создал обширный генофонд породы, а неизбежный инбридинг в итоге закрепил стабильный тип и темперамент.
Поразительную внешность фермерских кошек вскоре стало невозможно игнорировать. И тогда Линда Кель занялась изучением фелинологии и генетики. Она обнаружила, что на ее ферме самостоятельно зародилась оригинальная
рекс-мутация. Итак, обычная дворовая кошка вдруг оказалась особой благородных кровей — ведь «rex» в переводе с латыни означает «король».
Когда пришло время дать название новой породе, Линда Кель решила составить его из двух частей, которые свидетельствовали бы о внешности животного и его происхождении. Шерсть кошек напоминала Линде модную в семидесятые годы «вечную химию», поэтому она взяла слово «реrm» (
по-английски «завивка»), а к нему прибавила название своего родного города, Даллеса. Вот у Линды и получилось, отчасти
«по-французски»: «The Dalles La Perm», что, в итоге, сократилось до La Perm.
ла перма
Так что в названии породы нет ничего удивительного, а вот процесс формирования у ла пермов кудрявой шерсти до конца исследователям не ясен, хотя прослеживаются отдельные закономерности. Потомки Кёрли первые лет десять практически всегда рождались полностью голыми, и у заводчиков вначале сложился стереотип: чем «голее» котенок при рождении, тем лучше будет потом сформирована шерсть.
Когда партнеров для вязки стали отбирать лишь среди представителей породы, в их пометах начали появляться котята, имеющие завитки с рождения, а вот голых становилось все меньше и меньше. Сегодня считается нормой, что почти все котята появляются на свет с негустой волнистой шерстью и к двухнедельному возрасту «раздеваются», и только в двухмесячном возрасте у них начинает формироваться настоящая «завивка».
ла перма
Линька ла пермов — явление в буквальном смысле неповторимое. Заводчики рассказывают, что каждый раз после нее шерсть отрастает
по-иному: то завьется «мелким бесом», то пойдет крупной волной или пышными кудрями. Усы порой то скручиваются в тугие пружинки, то
по-гусарски торчат вверх, а бывает и так, что каждый длинный ус завит на собственный манер. Степень скрученности шерсти и форма завитков меняются в зависимости от пола и возраста кошки.
В период тотальных линек животное может практически полностью лишиться шерсти, сохраняя лишь торчащие «кустики» на лапах и морде: вид, может, и трогательный, но ужасно неряшливый. Заводчики шутят, что ла перм «9 месяцев в году является самой красивой кошкой в мире, а остальное время — самой безобразной».
ла перма
Помимо экстравагантной внешности — достоинства, способного само по себе привлечь внимание к этой породе, — ла перм обладает и другими ценными качествами.
Во-первых, «дворовое» происхождение обеспечило ее неплохим здоровьем,
во-вторых, природа наделила ее жизнерадостным и дружелюбным характером. Ла перм любит людей, легко адаптируется как в небольших городских квартирах, так и на дачах, где с удовольствием охотится.
Кошка этой породы — из тех хвостатых, что постоянно ходят за человеком, чуть ли не наступая на пятки, любят путешествовать у хозяина на плечах, спать у него на груди или сидеть на коленях, когда он работает. Она очень общительна и, по словам заводчиков, начинает мурлыкать от одного взгляда. Ла перм любопытна, человеколюбива, ее лаской обычно бывают одарены все члены семьи, а не только
человек-кормилец. Вот почему эта кошка считается идеальным компаньоном для большой семьи, где уже есть другие животные, даже собаки: ла перм сможет наслаждаться игрой и разнообразным общением, а хозяевам проявления ее любви не покажутся навязчивыми.
koshkimira.ru
Подробнее: http://rumbur.ru/rubrics/nature/1175/
И все эти превосходные эпитеты далеко не преувеличение - в холодные зимние дни даже одно воспоминание об этой сказочной стране согревает кровь. А ведь весной, остров Майнау превращается в цветущий рай.Лежит «остров цветов» у берега Бодензее - самого большого немецкого озера, совсем недалеко от города Констанц. Буквально в нескольких километрах уже начинается Швейцария. На крошечной площади острова в 45 гектаров и расположен этот поистине уникальный парк.
Первые поселения в этих местах появились пять тысяч лет назад, в эпоху каменного века. Потом здесь хозяйничали кельты, а в 15 году до нашей эры сюда пришли римляне, сделавшие Майнау портом. Они построили верфь, здесь базировался озерный флот римского генерала Тиоериуса. Потом, в XII веке, остров на 500 лет переходит в собственность тевтонского «Ордена крестоносцев» - тех самых, с которыми сражался Александр Невский на Чудском озере. После Тридцатилетней войны остров остается во власти местных князей. А рыцарей-крестоносцев изгоняет только Наполеон в ходе его кампаний.
А в 1827 году Майнау покупает принц Николаус фон Эстерхази, баснословно богатый чудак, который и занялся разведением цветов на острове. И уже во второй половине XIX века Майнау переходит к его нынешним владельцам - представителям шведского королевского дома. Они продолжили эксперименты с растениями и цветами и превратили свой остров в цветущий волшебный сад. Великий герцог Фридрих I «от души» занимался благоустройством Майнау. При нем были возведены древесный питомник, итальянские розарии и оранжереи. Много путешествуя, он никогда не возвращался без ценных деревьев и экзотических растений - таким образом создавался новый пейзаж парка. Но все же расцвет острова связан с именем его последнего владельца, Густава Леннарта Николауса Пауля Бер-надотта. Принц Леннарт отказался от права на шведский престол из-за брака с простолюдинкой и целиком сосредоточился на своем острове. В 2004 году он скончался в возрасте 95-ти лет, и осуровом управляет его жена, графиня Соня. Вместе с заботой и настойчивостью семейства Бернадотт огромную роль в существовании этого природного феномена играют поразительные климатические условия.
Тут никогда не бывает холодно - вероятно, сказывается непосредственная близость огромного водоема. Микроклимат острова позволяет выращивать здесь тропические и субтропические растения. Типичный туристский маршрут начинается от замка Бернадоттов и проходит через сад роз, пальмовый парк под стеклянной крышей, сад георгинов, сад экзотических деревьев, крупнейший в Германии Дом бабочек. Буйство растительности тут прямо небывалое: перед вашими глазами предстанут почти 400 сортов роз, 200 сортов георгинов, 500 видов редких деревьев - от реликтовых секвой, непальских кедров до японских кацура и прочей экзотики. Есть тут и архитектурные памятники. Например, чудесный замок в стиле барокко построен Иоханном Каспаром Багнато в XVIII веке. К тому же времени относится очаровательная замковая церковь. В замке есть знаменитый подвал, в котором отжимали вино, и там же стоит Zehntfass – винная бочка, вмещающая 25.000 литров вина
