Появление антибиотиков стало настоящей революцией, они сделали обыденными медицинские операции, которые до этого считались чудом. 

Но скоро медицине, какой мы ее знаем сегодня, может придет конец. Бактерии все быстрее и все успешней адаптируются к новым антибиотикам, в результате разработка новых препаратов становится невыгодной. В скором будущем в мире может не оказаться лекарств, способных их победить. Самые рутинные операции - удаление аппендицита или обработка порезов - станут недоступны.

Эволюция бактерий

Опасения по поводу конца эры сильнодействующих лекарств высказываются с момента их создания. Создатель пенициллина, спасшего жизни сотен тысяч солдат во время Второй мировой войны, сэр Александр Флеминг почти сразу предупредил, что эффект от его открытия не будет длиться вечно. 

Принимая в 1945 году Нобелевскую премию по медицине, он сказал, что микробы рано или поздно адаптируются к лекарствам.

Предсказание Флеминга сбылось очень быстро. Устойчивость стафилококка к пенициллину появилась уже в 1940 году, хотя к тому моменту препарат приняли лишь несколько пациентов. Тетрациклин появился в 1950 году. Бактериям понадобилось всего девять лет, чтобы адаптироваться к нему. Суперсильный антибиотик эритромицин,способный вылечить коклюш и пневмонию, появился на рынке в 1953 году, а первые устойчивые к его действию бактерии - в 1968 году.

Чем доступней становились лекарства, тем быстрее микробы вырабатывали способы защиты от них. Линезолид был представлен в 2000 году, микробы научились сопротивляться ему уже в 2001 году. Даптомицин начал массово применяться в 2003 году, первые признаки сопротивления появились в 2004 году. 

Антибиотики теряют свои свойства так быстро, что компаниям становится невыгодно их разрабатывать. Создание одного лекарства стоит около миллиарда долларов, и эти затраты попросту не успевают окупиться за те несколько лет, пока микробы адаптируются к ним. Это уже сказалось на количестве новых разработок. В 2004 году фармкомпании работали всего лишь над пятью новыми антибиотиками. Для сравнения число новых препаратов от хронических заболеваний превышало 500 наименований.

Бактерии опасней терроризма

Медицинский чиновники уже бьют тревогу. Директор Центра по контролю и профилактике заболеваний США Томас Фриден заявил: если человечество не будет осторожно, то в скором времени в мире не останется действующих антибиотиков. Главный врач Соединенного Королевства Дам Салли Дэвисутверждает, что повышенная жизнеспособность бактерий не менее серьезная угроза, чем международный терроризм - из-за них самые незначительные инфекции станут смертельно опасными.

Назад в каменный век

В 2009 году в Нью-Йорке 67-летний мужчина успешно перенес полосную операцию. Уже после нее он подхватил инфекцию в больнице. Все лекарства, используемые врачами, оказались не способны справится с ней, и мужчина умер. Без антибиотиков такие истории станут правилом, а не исключением. Хирургические операции будут проводиться только в экстренных случаях, особенно если пациентами являются дети или пожилые люди. Риски плановых операций станут слишком высокими.

Но этим все не ограничится. Журналист Wired Марин Маккена проанализировала, каких чудес медицина лишится без антибиотиков. 

Люди потеряют возможность лечить рак и пересаживать органы, потому что эти процедуры невозможны без подавления иммунной системы.

Любое лечение, которое требует введения препаратов внутрь человека, например, почечный диализ, станет невозможным. Об имплантах придется забыть. Это касается и косметической хирургии, липосакции, татуировок, и вставки новых сердечных клапанов. Роды станут таким же опасным занятием, как и сто лет назад, когда из 1000 рожениц пятеро умирали.

Коренным образом изменится рацион человечества: большая часть мяса в промышленно развитых странах, производится с использованием антибиотиков. Если они перестанут работать, то фермерам придется тратить больше денег. По расчетам Совета производителей свинины США, себестоимость производства свиньи вырастет на $4,50. И эти расходы будут перекладываться на потребителей. Впрочем, в некоторых случаях не поможет даже увеличение затрат. В 2012 году Министерство сельского хозяйства США выяснило, что 65% куриных грудок и 44% говяжьего фарша устойчивы к тетрациклину, 11% свиных отбивных устойчивы к пяти классам лекарственных средств.

Антибиотики скоро перестанут лечить

Существование бактерий, устойчивых к лекарствам, означает, что мы вступаем в постантибиотиковый мир, и он малопривлекателен. 

Однако мы можем кое-что предпринять… но действовать нужно прямо сейчас.

Люди снова умирают от инфекций в результате явления, называющегося устойчивостью к антибиотикам. Вкратце это работает так. Бактерии конкурируют друг с другом за ресурсы, за пищу, производя смертельные вещества, направляемые против друг друга. Другие бактерии, защищая себя, развивают защитные механизмы против таких химических атак. Когда мы создали первые антибиотики, мы взяли эти вещества в лаборатории и создали их собственную версию. Бактерии ответили на нашу атаку так, как они делали всегда.

Пенициллин был распространён в 1943 г., широко распространённая устойчивость к пенициллину началась к 1945 г. Ванкомицин появился в 1972 г., устойчивость к ванкомицину — в 1988 г. Имипенем — в 1985 г., устойчивость — в 1998 г. Даптомицин, одно из последних лекарств, в 2003 г., а устойчивость к нему всего через год, в 2004 г.

В течение 70 лет мы играли в чехарду — наше лекарство и их устойчивость, и затем другое лекарство, и затем снова устойчивость, а теперь игра подходит к концу. Бактерии развивают устойчивость так быстро, что фармацевтические компании решили, что разработка антибиотиков не в их интересах. По миру распространяются инфекции, против которых из более чем ста антибиотиков, доступных на рынке, могут помочь два лекарства, ведя к побочным эффектам, или только одно, или ни одно.

Естественно надеяться, что эти инфекции — особые случаи, но, на самом деле, в США и Европе 50 тысяч человек в год умирают от инфекций, от которых не помогают никакие лекарства. Программа, учреждённая британским правительством, известная как Обзор устойчивости к антибиотикам, оценивает число смертельных исходов от таких инфекций в мире в 700 000 в год.

Это было ожидаемо. 

На самом деле, это было спрогнозировано Александром Флемингом, человеком, открывшим пенициллин. В признание он был удостоен Нобелевской премии в 1945 г. Вот что он вскоре сказал в интервью:

«Неосмотрительный человек, играющий с лечением пенициллином, морально ответственен за смерть человека, погибшего от инфекции, устойчивой к пенициллину». Он добавил: «Надеюсь, этой беды можно избежать».

Можем ли мы этого избежать? Есть компании, разрабатывающие инновационные антибиотики, с которыми супербактерии никогда не сталкивались ранее. Нам сильно необходимы эти новые лекарства, и нам нужны средства поощрения: гранты на исследования, продолжительные патенты, премии для привлечения других компаний к разработке антибиотиков.

Но, пожалуй, этого будет недостаточно. Потому что эволюция всегда побеждает. Бактерии порождают новое поколение каждые 20 минут. Фармацевтике нужно 10 лет для получения нового лекарства. Каждый раз, используя антибиотик, мы даём бактериям миллиарды возможностей для взлома кодов созданной нами защиты. Ещё ни разу не было лекарства, которое они не могли бы победить.

Но мы должны начать действовать в ближайшее время. Пенициллин начал эру антибиотиков в 1943 г. Всего за 70 лет мы привели себя на грань катастрофы. У нас не будет других 70 лет на поиск выхода из этой ситуации.  

Бактерии - Они просто хотят выжить, как и все мы..

Как и все живые организмы, бактерии просто стремятся выжить, поэтому со временем приспосабливаются к окружающей среде. Среди всех бактерий, вызывающих одну и ту же болезнь, могут существовать незначительные генетические различия, которые могут сделать одних более чувствительными к лекарственным препаратам, а других — менее. Более восприимчивые бактерии погибают первыми, а менее восприимчивые остаются, размножаются, и в результате на свет появляется новое поколение бактерий, способных лучше сопротивляться антибиотикам. Проще говоря, идёт процесс эволюции, на руку это человечеству или нет.

Самая живучая и распространённая «супер-бактерия» — это метициллино-устойчивый золотистый стафилококк (МУЗС). Многие десятилетия бороться с постоянно мутирующим штаммом было практически невозможно, пока не были разработаны новые методы лечения.

Столь же быстро приобретают устойчивость к лекарствам живущие в кишечнике бактерии (например, кишечная палочка и клебсиелла) и возбудители гонореи. Один из самых страшных примеров устойчивых к лекарствам бактерий — это туберкулёз, универсальных методов лечения просто нет. Такие супер-бактерии всё чаще заставляют нас пересмотреть наш подход к лечению в целом.

**** **** ****

Но не всё так плохо - спасение есть.

Бактериофаги: вирусы сожрут бактерии

Итак, предположим, супер-бактерии выиграли: антибиотики не помогают. Дальше что? Как вариант, бросить все силы и лучшие умы человечества на разработку новых, более сильных антибиотиков. Но в конечном счёте такие лекарства принесут организму больше вреда, чем пользы — атакуют не только бактериальные клетки, но и нормальные, здоровые клетки тела.

Существуют вирусы, заражающие бактерии. Они называются бактериофаги. Однажды пробравшись в клетки бактерий, фаги используют их же механизм деления и делятся, пока не заполнят всю бактериальную клетку и та не лопнет, как воздушный шар. Преимущество такой терапии в том, что фаги эволюционируют вместе с бактериями, а значит, иммунитет к ним бактерии не приобретут. Кроме того, бактериофаги весьма избирательны: их можно направить именно в те вредоносные бактерии, которые необходимо убить, всё остальное они не тронут.

Чтобы снизить риск для пациента до минимума, можно использовать не весь бактериофаг целиком, а только его ферменты. Бактериофаги производят ферменты под названием лизины, разъедающие стенки клеток бактерий, пока те не вскроются и не развалятся, убив инфекцию.

Кстати, мы могли бы бороться с бактериями именно так, с помощью вирусов. НоАлександр Флеминг открыл пенициллин и тем самым направил нас в «эпоху антибиотиков». Теперь, видимо, эпоха подходит к концу, так что мы будем инвестировать в вирусы, чтобы те помогли нам в борьбе с бактериями.

Бактериоцины и особые пептиды — ещё одно оружие в этой войне

Некоторые бактерии производят антимикробные токсины под названием бактериоцины, которые можно использовать для убийства себе подобных, особенно когда они оказываются в замкнутом пространстве и пищи на всех не хватает. Каждый за себя, так что запущенные в организм намеренно бактерии начнут «стрелять» бактериоцинами в близких родственников, ставших причиной инфекции. Результат: плохие бактерии мертвы, инфекция побеждена, человек счастлив.

Другая перспективная альтернатива антибиотикам — это катионные или антимикробные пептиды. Эти мини-белки способны разбить бактериальные кластеры, разрушив связь между телами, и убить бактерии. Дополнительный плюс пептидов ещё и в том, что они могут простимулировать иммунную систему человека, чтобы впоследствии организм сам эффективнее боролся с трудно уничтожимой инфекцией.

Укрепление иммунной системы может в будущем стать ключевым компонентом в борьбе с инфекциями. Для этого исследователи изучают не только катионные пептиды. Эффективными могут быть также человеческие антитела, способные обнаруживать чужеродные вредоносные клетки и послать иммунной системе сигнал: уничтожить. Клинические исследования этого метода показывают впечатляющие результаты.

А слово "Бактериофаги" - запомните. (копеечное по цене, созданное лекарство) а лечит на 101%  Правда, производить Бактериофаги не выгодно, заработка нет. Если выбирать между жаждой наживы, и жизнью всего человечества, то получается интересная картина..