Люблю смотреть трофейные фильмы. Собрала небольшую DVD коллекцию фильмов, которые выходили в России.

Конечно трофейный фильм № 1 -  "Девушка моей мечты" ("Женщина моих грёз")

Германия, 1944

Режиссёр Георг Якоби

В ролях: Марика Рёкк

Вольфганг Лукши

Грета Вайзер

Интересные факты

• В советском прокате конца 1940 — начала 1950-х гг. фильм шел с заставкой «Этот фильм взят в качестве трофея» и с ограничением «Дети до 16 лет не допускаются».
• Начальная песня «По ночам одиноких не бывает» в какие-то годы вообще вырезалась.
• Фильм снимался на студии в Чехии. И когда Александров снимал там «Весну», то на ещё не разобранном зеркальном полу, где когда-то лихо отплясывала Марика Рёкк, пять лет спустя кружилась Любовь Орлова! (Это упоминается в воспоминаниях Глеба Скороходова и в документально-публицистическом фильме «Кино нашего детства»).
• В Германии фильм был довольно быстро забыт, а Марика Рёкк была куда менее популярна, чем её партнёр по фильму — Вольфганг Люкши, чья кинокарьера с успехом продолжалась ещё 30 лет.
• Вторая популярность в СССР к фильму пришла благодаря тому, что он упоминается в киноэпопее «Семнадцать мгновений весны» как фильм, который терпеть не мог Штирлиц, при этом демонстрируются некоторые его фрагменты.
• Более верный перевод названия - «Женщина моих грёз».
• www.kinopoisk.ru/level/1/film/62878/

Я давно мечтала посмотреть этот фильм, который упоминается в популярных советских фильмах "Семнадцать мгновений весны" и "Военно-полевой роман" И два года назад подруга подарила мне "Девушку моей мечты" на DVD. Восторга и счастья моего не было предела. Наконец -то я воочию, а не в отрывках смогла посмотреть этот фильм, который даже нравился советским  участникам войны.

Но меня давно беспокоит вопрос, а хорошо ли это смотреть и восхищаться фильмом, который любил сам фюрер.Тем более мне , у которой  папа воевал с фашистами. И хотя в картине не просматривается пропаганда фашисткой идеологии, но ведь сам фильм создавался для поднятия духа немецких солдат.

По свидетельствам большинста зрителей, при просмотре картины они забывали о трудностях послевоенной поры, о жизни по продовольственным карточкам, лишениях и попадали в новый, невиданный ранее мир. Это был своего рода праздник души на полтора часа демонстрирования фильма.

Вот одно из таких свидетельств :

БУЛАТ ОКУДЖАВА "ДЕВУШКА МОЕЙ МЕЧТЫ" (фрагменты)

"Вспоминаю, как встречал маму в 1947 году.

Мы были в разлуке десять лет. Рассталась она с двенадцатилетним мальчиком, а тут я - двадцатидвухлетний молодой человек, студент университета, уже отвоевавший, порядком хлебнувший, раненый, хотя как теперь вспоминается, несколько поверхностный, легкомысленный, что ли. Что-то такое неосновательное просвечивало во мне, как ни странно.

Мы были в разлуке десять лет. Ну, известные тогда обстоятельства, причины тех горестных утрат, длительных разлук - теперь всё это хорошо известно, теперь мы всё это хорошо понимаем, объясняем, смотрим на это как на исторический факт, иногда даже забывая, что сами во всём этом варились, что сами участники тех событий, что нас самих это задевало, даже ударяло и ранило

Тогда десять лет были для меня громадным сроком, не то что теперь: годы мелькают, что-то пощёлкивает, словно в автомате, так что к вечеру, глядишь, и ещё нескольких как не бывало, а тогда почти вся жизнь укладывалась в этот срок и казалась бесконечной, и я думал, что если успел столько прожить и стать взрослым, то уж мама моя - вовсе седая сухонькая старушка... И становилось страшно.

Обстоятельства моей тогдашней жизни были вот какие. Я вернулся с фронта и поступил в Тбилиссий университет и жил в комнате первого этажа, которую мне оставила моя тётя, переехавшая в другой город. Учился я на филологическом факультете, писал подражательные стихи, жил, как мог жить одинокий студент в послевоенные годы: не загадывая на будущее, без денег, без отчаяния. Влюблялся, сгорал, и это помогало забывать о голоде, и думал, бодрясь: жив-здоров, чего же больше? Лишь тайну чёрного цвета, горькую тайну моей разлуки хранил в глубине души, вспоминая о маме.

Было несколько фотографий, на которых она молодая, с большими карими глазами; гладко зачёсанные волосы с пучком на затылке, тёмное платье с белым воротничком, строгое лицо, но губы вот-вот должны дрогнуть в улыбке. Ну, ещё запомнились интонации, манера смеяться, какие-то ускользающие ласковые слова, всякие мелочи. Я  любил этот потухающий образ, страдал в разлуке, но был он для меня не более чем символ, милый и призрачный, высокопарный и неконкретный.

Телеграмма была из Караганды. Она обожгла руки. "Встречай пятьсот первым целую мама".

И вот я встречу её. Мы поужинаем дома. Вдвоём. Она будет рассказывать о своей жизни, а я о своей. Мы не будем углубляться, искать причины и тех, кто виновен. Ну, случилось, ну, произошло, а теперь мы снова вместе...

...А потом я поведу её в кино, и пусть она отдохнёт там душою. И фильм я выбрал, То есть даже не выбрал, а был единственный в Тбилиси, по которому все сходили с ума, трофейный фильм "Девушка моей мечты" с потрясающей, неотразимой Марикой Рёкк в главной роли. Нормальная жизнь в городе приостановилась - все говорили о фильме, бегали на него каждую свободную минуту, по улицам насвистывали мелодии из этого фильма, и из распахнутых окон доносились звуки фортепиано всё с теми же мотивчиками, заворажившими слух тбилисцев. Фильм этот был цветной, с танцами и пением, с любовными приключениями, с комическими ситуациями. Яркое, шумное шоу, поражающее воображение зрителей в трудные послевоенные годы. Я лично умудрился побывать на нём около пятнадцати раз и был тайно влюблён в роскошную, ослепительную, улыбающуюся Марику и, хотя знал этот фильм наизусть, всякий раз будто заново видел его и переживал за главных героев. И я не случайно подумал тогда, что с помощью него моя мама могла бы вернуться к жизни. Она увидит всё это, думал я, и хоть на время отвлечётся от своих скорбных мыслей, и насладится миром, спокойствием, благополучием, музыкой, и это всё вернет её к жизни, к любви и ко мне... А героиня? Молодая женщина, источающая счастье. Щедрая природа наделила её упругим и здоровым телом, золотистой кожей, длинными безукоризненными ногами, завораживающим бюстом. Она распахивала синие смеющиеся глаза, в которых с наслаждением тонули чувственные тбилисцы, и улыбалась, демонстрируя совершенный рот, и танцевала, окруженная крепкими, горячими, беспечными красавцами. Она сопровождала меня повсюду и даже усаживалась на старенький мой топчан, положив ногу на ногу, уставившись в меня синими глазами, благоухая неведомыми ароматами и австрийским здоровьем. Я конечно, и думать не смел унизить её грубым моим бытом, или послевоенными печалями, или намеками на горькую мамину карагандинскую пустыню. Она тем и была хороша, что даже и не подозревала о существовании этих перенаселенных мест, столь несовместимых с её прекрасным голубым Дунаем, на берегах которого она танцевала в счастливом неведении. Несправедливость  и горечь не касались её. Пусть мы...нам...но не она, не ей. Я хранил её, как драгоценный камень, и время  от времени вытаскивал из тайника, чтобы полюбоваться, впиваясь в экраны кинотеатров, пропахших карболкой.

После подобного мнения Булата Окуджавы, человека прошедшего войну, я не испытываю чувства стыда перед своим умершим папой-фронтовиком за то что мне нравится "Девушка моей мечты".

Когда умерла Марика Рёкк (16 мая 2004 года), то в одном из некрологов я прочитала "ДЕВУШКА УШЛА, МЕЧТА ОСТАЛАСЬ"