Джордж Ромни ( George Romney; 26 декабря 1734 — 15 ноября 1802) — английский художник-портретист.

В значительной мере самоучка, Ромни начал брать уроки живописи только в 1755 году — и уже в 1762г. перебрался в Лондон и быстро завоевал широкую популярность, начавшуюся с получившей премию Королевской Академии художеств картины «Смерть генерала Вулфа» (которую несколько позже затмила знаменитая картина Бенджамина Уэста на тот же сюжет).

1773—1775 гг. Ромни вместе с Озайасом Хэмфри провёл в Риме и Парме, а по возвращении открыл студию на Кавендиш-сквер и вновь пользовался большим успехом. В 1782 г. Джордж Ромни познакомился с Эммой Харт, которой предстояло стать леди Гамильтон, и она стала его музой: Ромни нарисовал более 60 портретов леди Гамильтон, частично в картинах на исторические или мифологические сюжеты.

Эмма, леди Гамильтон, приблиз. 1786,

Эмма, леди Гамильтон, приблиз. 1782-86,

 
Эмма Харт в соломенной шляпке, приблиз. 1785

Эмма Харт в пещере, приблиз. 1782-5

 

Эмма Харт роли пряхи

1-2 "Вакханка" Элизабет Виже Ле Брен
Эмма в образе Марии Магдалины. Джордж Ромни, прибл. 1790-1
«Эмма Харт в пещере». Джордж Ромни, прибл.1782-5


"Леди Гамильтон в белом тюрбане" Джордж Ромни около 1790-1
"Эмма - сибилла" Джордж Ромни
"Эмма в утреннем платье" Джордж Ромни, около 1782-5



Еще несколько "поз" Эммы работы Джорджа Ромни.
Эмма Гамильтон (c.1765-1815)

Возлюбленная и муза

Эмма Гамильтон, урожденная Эми Лайэн, родилась 26 апреля 1765 года, в семье чеширского кузнеца. Чтобы скрыть свое низкое происхождение она взяла имя Эмма Харт. Привлекательная и амбициозная девушка, она быстро научилась использовать свои женские преимущества в своих целях. Будучи подростком, она сбежала в Лондон , где, как предполагается, служила горничной у актрис театра Друри Лейн. По другой версии она трудилась живой моделью у врача-шарлатана Грекхема в его «Храме здоровья» на Пэл Мэл. Верны ли эти слухи, или нет, неизвестно, но их пикантность демонстрирует, что сомнительная репутация куртизанки навсегда стала частью образа Эммы. Более того, любое из этих предположений помогает объяснить ее мастерство актрисы и ее уверенность, что с помощью своего женского очарования она сможет добиться любых целей..
Эмма сделала невероятный скачок в социальном плане, пройдя путь от от дочери кузнеца до леди Гамильтон. В романтической литературе восемнадцатого века социально-честолюбивая женщина обычно изображалась падшей жертвой, неумолимо катящейся под уклон. Эмма является исключением, одной из немногих женщин, оказавшейся способной повернуть несчастья себе во благо. Ее личное очарование привлекло к ней триумвират обладавших властью или творческих мужчин, попавших под влияние ее любви, ее верности и ее способности подстраиваться под их фантазии. Джордж Ромни, сэр Уильям Гамильтон и лорд Горацио Нельсон ввели Эмму в свет и навсегда обеспечили ей место в истории Британии.

Первая связь Эммы с сэром Гарри Фезерстоунхаф была короткой. В 1781 году она забеременела, и он бросил ее. Вскоре, его светлость, Чарльз Гревиль взял шестнадцатилетнюю Эмму под свою «опеку». Оставив свою дочь у родственников, она стала его возлюбленной, и поселилась в загородном доме на Паддингтон Грин под именем миссис Эмма Харт. В апреле 1782 Гревиль привел свою новую любовницу к художнику Джорджу Ромни, чтобы он написал ее портрет. Хотя Гревиль рассчитывал на серию портретов Эммы для коммерческих целей, больше всего от этой встречи получил не он, а Эмма и Ромни.
Эмма захватила воображение Ромни настолько, что позже он описал ее, как « божественную женщину, превосходящую красотой всю женскую половину человечества» С их первой встречи Эмма стала музой художника. Ромни буквально утонул в идеальной красоте Эммы, чьи отточенные черты, напоминающие греческую скульптуру изящно сочетались с роскошными волосами рубенсовской чувственной женщины. Эмма обладала невероятной физической притягательностью, могла держать позу и выражение лица, как профессиональная натурщица. Более того, она была жизнерадостна, мила, и обладала врожденной способностью тешить мужчин, с которыми вступала в связь. Ромни был так увлечен Эммой, что для него становилось все сложнее совмещать творчество с повседневными трудами, в частности писанием портретов, чтобы заработать на жизнь. Последующие девять лет он жил за счет талантов Эммы и «торговал» ее красотой.
За четыре года, с апреля 1782 по май 1786, Эмма позировала Ромни более ста раз. Результатом их отношений стала серия прекрасных портретов и картин на мифологические и исторические сюжеты – около шестидесяти живописных полотен, в которых Эмма является центральной вдохновляющей и действующей фигурой, не просто пассивной моделью, но живой участницей процесса создания полотна. Картины можно поделить на четыре категории: жанровые композиции, аллегорические портреты, мифологические или религиозные сюжеты.

Восьмидесятые годы восемнадцатого столетия стали временем, когда художников вдохновляли исторические сюжеты. Даже портретисты надеялись облагородить свои произведения классическими деталями костюма, поз и композиций. Хотя Ромни редко выставлял свои работы в Королевской академии, на него определенно оказал влияние жанр исторической живописи. Возможно, сначала он писал просто портреты Эммы, но позже он сделал ее мифологической Цирцеей, затем Медеей, вакханкой, Фетидой, портретно или среди других античных героев, чтобы привлечь утонченные вкусы покровителей Эммы и их друзей. Хотя, кроме Ромни, Эмму писали Рейнольдс, Томас Лоуренс, Гейвин Гамильтон, Анджелика Кофманн и Виже ле Брен, почти всегда ее изображают играющей некую роль. Существует совсем мало портретов, где можно увидеть настоящую Эмму.. Эта тайна, несомненно, является частью ее влекущей натуры.

Эмма и сэр Уильям Гамильтон

В августе 1783 года сэр Уильям Гамильтон приехал из Неаполя, где служил послом, в Англию. Он привез останки своей первой жены, чтобы похоронить ее на родине. Он прожил в Англии год и часто общался со своим племянником, Чарльзом Гревилем. Несмотря на свою репутацию тонкого ценителя искусства и интеллектуала, он наслаждался обществом метрессы Гревиля Эммы Харт, которую называл «прекрасной хозяйкой с Эдгве Роуд». Молодая, жизнерадостная, красивая, она словно была живым воплощением античной скульптуры, которую весьма почитал коллекционер Гамильтон. Классические черты Эммы, напоминающие ему, как он утверждал «черты греческой богини», настолько покорили его, что Гамильтон заказал Рейнольдсу ее портрет в образе вакханки (сейчас он хранится в частной коллекции). Возвращаясь в Италию, он взял с собой картину Рейнольдса..

В 1785 году сэр Уильям получил от племянника письмо с жалобой на финансовые трудности. Он сделал вывод, что Гревиль нуждается в невесте с состоянием не менее 30 тысяч фунтов в год. Гревиль больше не мог содержать Эмму и медленно, но верно, привел в жизнь свой план, предложив Эмму своему дяде в качестве метрессы. Без сомнения Гревиль заботился о содержании Эммы, но главной причиной этого предложения все же была его надежда, что красивая, но неподходящая в жены Эмма отвлечет дядю от новой женитьбы. Таким образом, Гревиль, как ближайший родственник бездетного Гамильтона, надеялся получить наследство,
В 1786 году Эмма (за этот год она позировала Ромни четырнадцать раз) покинула Лондон и начала новую жизнь в Неаполе. Вероятно, Ромни начал полотно «Эмма Харт в пещере», на которой ее нелегко узнать, еще до ее отъезда. Возможно, идея изобразить свою «английскую розу» в пещере на неаполитанском берегу, вдали от родины, возникла оттого, что он был глубоко уязвлен ее отъездом, и выразил в этой картине, на которой его муза тоскует по Лондону, свою собственную тоску.

По приезду Эммы в Неаполь сэр Гамильтон сразу же заказал ее портреты местным и проезжим художникам. Эмма, всегда готовая угодить, писала Гревилю из Неаполя в 1786 году, прося его прислать картину «Эмма в утреннем платье» чтобы она составила пару с «Вакханкой» Рейнольдса. Эмма считала, что она гостит у сэра Гамильтона и ждала, что Гревиль приедет к ней. Три месяца спустя после своего приезда она пишет о своем смятении и беззащитности: «У меня есть учитель языка, учитель музыки… но ради чего все это, если это должно позабавить вас, мне следует быть счастливой, но … я бедна, беспомощна и одинока. Я прожила с вами пять лет, и вы отправили меня в это странное место, и нет надежды, что вы приедете ко мне, а вместо этого мне сказали что я должна жить с … сэром У. Нет. Я уважаю его, но нет, возможно, он никогда он не будет жить со мной так, как вы, и отправит меня в Англию, что мне делать, что будет со мной». Через шесть месяцев Эмма стала любовницей Гамильтона, но продолжала умолять Гревиля приехать к ней.

При неаполитанском дворе, находящемся в упадке, необыкновенно популярными стали «Пантомимы» Эммы. Опытная натурщица, натренированная бесконечным позированием Ромни и одаренная от природы, Эмма прекрасно изображала позы, выражающие всевозможные эмоции и ситуации. Под руководством сэра Уильма она расширила свой репертуар, в который включила пантомиму целого ряда знаменитых греческих и римских скульптур и давала представления чередам благородных гостей. Одним из них стал Иоганн Вольфганг Гете, который побывал в Неаполе в 1787 году. Он описал жизнь на вилле Сесса, принадлежавшей Гамильтону: «Будучи долгие годы преданным искусству и изучению природы, он получил высшее воплощение своих пристрастий в образе английской девушки…с прекрасным лицом и совершенной фигурой… .распустив волосы и, используя несколько шалей, она представляет такое количество различных поз, что зритель едва может поверить своим глазам.»
В то время как множество мужчин были очарованы ангельской красотой Эммы, ее физической привлекательностью и харизмой, женщины относились к ней более критично. Соглашаясь с привлекательностью ее «восхитительных» рыжих кудрей, художница Элизабет Виже Ле Брен утверждала, что «леди Гамильтон не очень умна, хотя может быть саркастичной и критичной»
Тем не менее, Виже Ле Брен написала несколько прекрасных полотен, изображающих роскошную Эмму в образах вакханки и сибиллы. Она также стала постановщицей одного, памятного представления «Пантомим» Эммы, данного в честь герцогов де Берри и де Бурбона, превратив его в демонстрацию живых картин при помощи особым образом расположенных свечей и огромной картинной рамы. Эмма, конечно же, была в центре внимания. Но сэр Уильям тоже не упустил возможности получить как можно больше от своей метрессы и жены, как во плоти, так и воплощенной на полотне. Убедив Виже Ле Брен в 1790 году написать ее первое полотно, он затем удачно продал его в три раза дороже, чем купил.
Несмотря на упорное отрицание этого факта, Гамильтон был «без памяти влюблен» в Эмму, которая сообщила Гревилю, «Я нежно люблю его». В результате, в Лондоне в 1791 был заключен невероятный брак между 26-тилетней женщиной, которую считали слишком вульгарной, чтобы принимать при британском дворе и 61-летним послом.
С возвращением Эммы в Лондон Ромни вышел из депрессии, ставшей уже обычной для него. Он с новой энергией обратился к своей излюбленной теме, Ромни взволнованно писал другу: «Большую часть лета я буду занят портретами божественной леди». В июне и в июле Эмма позировала Ромни не менее дюжины раз, к августу он набросал восемь-девять полотен, изобразив Эмму в виде вакханки, Магдалины, и даже Жанны Д’Арк. Портрет Эммы в белом тюрбане, эскизный, с недописанными деталями, выполненный широкими мазками, ярко демонстрирует лихорадочную скорость, с которой он писал в этот период. В сентябре 1791 две последовательные записи в его дневнике отразили превращение Эммы Харт в леди Гамильтон, и после 12 октября новобрачная леди Эмма Гамильтон больше никогда не позировала Ромни. Присутствие Эммы в жизни Ромни стало особой чертой его творчества, а ее отъезд в Италию усилил хроническую депрессию, от которой он страдал до последних, беспокойных, наполненных метаниями, лет своей карьеры.

Эмма и Нельсон

Первая короткая встреча Эммы Гамильтон и адмирала Нельсона произошла в августе 1793 года, когда его корабль «Агамемнон» причалил в Неаполитанском заливе. Его прибытию предшествовал англо-неаполитанский договор, который был заключен сэром Уильямом Гамильтоном, чтобы поддержать лояльность Неаполитанского королевства в период войны Британии против Франции. Есть сведения, что договор был заключен не без участия Эммы, которая имела влияние на королеву Неаполя, последняя, вероятно, помогла убедить короля, что политический нейтралитет не был лучшим решением. Было ли вмешательство Эммы достаточно действенным или нет, но и Нельсон, и сэр Уильям считали, что ее посредничество пошло на пользу.
Последующие месяцы и годы стали временем больших тревог для Гамильтонов и Неаполя. Сестра королевы, Мария Антуанетта, в октябре 1793 года взошла на гильотину, что вызвало в Неаполе бурную ненависть к Франции. Везувий явил свое самое большое извержение после 79 года нашей эры, а сэр Уильям Гамильтон занемог. Эмма продолжала представлять свои «Пантомимы» и музыкальные действа, но депрессия и невоздержанность в еде привели к тому, что она сильно располнела. Возможно, тогда она уже томилась по Нельсону, своему герою. Она не виделась с ним вплоть до 1798 года, когда он разгромил французский флот в бухте Абукир.
Гостеприимство Эммы и сэра Уильяма определенно произвело впечатление на Нельсона. Жестоко израненный, – у него была ампутирована рука, и он лишился глаза, – Нельсон писал им после битвы при Абукире.: «Вы и сэр Уильям испортили меня… Я надеюсь, что мои увечья не станут преградой для вашего гостеприимства». Для Эммы ничто не имело значения. Не было ничего более желанного для нее, чем с честью принять героя Нила. Она немедленно начала подготавливать соответствующую церемонию в честь его прибытия.
Отношения между сэром Уильямом, Эммой и Нельсоном были сложны и полны нюансов. Эмма нянчила и развлекала больного, израненного, уставшего от войны Нельсона. Вначале, как сиделка, а затем, как любовница, она заботилась о нем и боготворила его, в то время как сэр Уильям относился к нему, как к сыну и другу.
Следующие полтора года Нельсон и Гамильтоны жили втроем, пока корабли адмирала стояли в бухте Неаполя в боевой готовности. Несколько раз случались экспедиции и небольшие сражения, когда Нельсон ради безопасности переправлял короля и королеву Неаполя и Гамильтонов в еще более декадентский двор короля двух Сицилий в Палермо. Именно там, в 1798 году сэр Уильям начинает беспокоиться о том, что Эмма слишком много пьет и все более опрометчиво ведет себя с Нельсоном. Скандал вокруг любовников разрастался. За карточным столом Нельсон всегда садился позади нее, подстрекая ее к игре. Вечно стремящаяся быть в центре внимания, отныне Эмма наслаждалась только своим успехом у Нельсона.
В июне 1800 года Нельсон заявил, что слишком болен, чтобы выполнять свои обязанности и получил разрешение вернуться в Англию для поправки здоровья. Несмотря на то, что его ждала жена, Нельсон продолжал проводить львиную долю времени у Гамильтонов. Но английское общество было намного консервативнее, чем неаполитанское.
Карикатура Джилрея «Дидона в отчаянии» (1801) остро отражает скандал, произведенный в обществе этой весьма нетрадиционной семьей на троих. Леди Гамильтон изображена в классическом «позе» отчаяния, взирающая на отплывающий флот своего любовника. На полу, у ее ног разбросаны фигурки, сатирически намекающие на антикварные интересы Гамильтона в древнем поклонении фаллосу, как осколки былой красоты Эммы и ее «Пантомим». Стареющий больной сэр Гамильтон просматривается спящим на заднем плане, куда он фактически и был отправлен. Хотя полнота Эммы стала одним из объектов злой критики Джилрея, никто, казалось, не замечал, что в 1801 году она тайно носила ребенка Нельсона – Горацию.
Нельсон ценил свободу выбора Эммы и зависел от ее любви. Последние годы (после смерти сэра Гамильтона в 1803 году) Эмма и Нельсон прожили вместе, как муж и жена, в маленьком доме в Мертоне. (Адмирал Нельсон был смертельно ранен 21 октября 1805 года в морском сражении при Трафальгаре, одержав победу над франко-испанским флотом) По завещанию Нельсон доверил Эмму заботам нации, но Георг III и его правительство проигнорировали его волю. Со своими низким происхождением, сомнительным прошлым и склонностью к самолюбованию Эмма была помехой. Оставленная без поддержки, она перебралась в Кале, где и умерла от алкоголизма. В конечном итоге, лишь портреты, написанные Ромни, сохранили для потомков красоту, богатую мимику, живость, энергию и мягкость легендарной Эммы.



источник