И если поначалу желание императрицы и великих княжон стать хирургическими сёстрами у Гедройц не вызвало энтузиазма: врач предполагала, что это просто некий патриотический порыв, а ужасные увечья солдат быстро охладят все стремления, то потом её мнение совершенно изменилось. Судя по записям в дневнике хирурга, к своей работе в качестве сестёр милосердия представительницы царской семьи относились очень ответственно.

"Мне часто приходилось ездить вместе и при всех осмотрах отмечать серьёзное, вдумчивое отношение всех трёх к делу милосердия. Оно было именно глубокое, они не играли в сестёр, как это мне приходилось потом неоднократно видеть у многих светских дам, а именно были ими в лучшем значении этого слова", – писала Вера Гедройц.

После окончания курсов и императрица, и великие княжны стали работать обычными хирургическими сёстрами в лазарете при Дворцовом госпитале, делая перевязки больным, среди которых было немало и тяжелораненых. Самой Александре Фёдоровне нередко доводилось не только убирать грязные бинты после перевязок, но и уносить ампутированные во время операций руки или ноги. Не отказывалась она и от обработки гнойных ран, игнорируя запахи, витавшие в хирургическом отделении.

Августейшие сёстры милосердия оказались настолько отличными профессионалами, что почти сразу после выпуска смогли выполнять обязанности ассистенток самой Веры Гедройц. Позднее дочь лейб-медика Евгения Боткина, расстрелянного в 1918 году вместе с царской семьей в подвале дома Ипатьева в Екатеринбурге, напишет в своих в воспоминаниях:

Сколько радости и утешения приносили Её Величество и великие княжны своим присутствием в лазаретах! В первые же дни войны после своего приезда в Царское Село они стали усердно готовиться к экзаменам на сестёр милосердия и слушать лекции, для того чтобы иметь право работать наравне с остальными сёстрами. И впоследствии они работали так, что доктор Деревенко, человек весьма требовательный по отношению к сёстрам, говорил мне уже после революции, что ему редко приходилось встречать такую спокойную, ловкую и дельную хирургическую сестру, как Татьяна Николаевна.

Не остались в стороне и младшие великие княжны Мария и Анастасия. Обе помогали императрице и старшим сёстрам в госпиталях, исполняя обязанности сиделок. Кроме того, юные опекунши почти каждый день бывали в госпитале, где проходили лечение офицеры и нижние чины, разговаривали с ранеными, чтобы отвлечь их от тяжёлых мыслей и переживаний.

Сёстры милосердия: императрица Александра Фёдоровна с дочерями Ольгой и Татьяной. Фото: Mary Evans Picture Library / Globallookpress  

История сохранила свидетельство трогательной заботы юных княжон: одним их тех, кого опекали Мария и Анастасия, оказался поэт - в то время ещё просто прапорщик - Николай Гумилёв.

"Момент истины": своё богатство ближе к телу

А что же наши элиты? Пошёл ли кто-нибудь из них в какую-нибудь клинику, предложил ли помощь – пусть и непрофессиональную, но даже это могло бы стать поддержкой. Но нет, вместо этого практически с самого начала пандемии мы слышали совершенно о другом: о том, как они, чтобы спасти собственные жизни, готовились к самоизоляции – кто в собственных особняках на Рублёвке, а кто и спешно эвакуируясь в другие страны. И скупали на всякий случай аппараты ИВЛ – вдруг понадобятся? Тех же, кто захотел помочь согражданам хотя бы финансово – что, конечно, тоже имеет огромное значение, – в буквальном смысле можно пересчитать по пальцам одной руки.

И тут возникает вопрос: а элиты-то ли это? Или просто временщики, успевшие сколотить капиталы или вовремя протиснуться к "властной кормушке"? Какие национальные традиции сохраняет эта так называемая элита, к которой – по недоразумению, видимо, – часто причисляют и некоторых представителей шоу-бизнеса, сумевших монетизировать свои таланты, нередко довольно сомнительные.

Можно ли сегодня нам ожидать от современной "элиты" такого же самопожертвования, как от членов императорской семьи в годы Первой мировой войны? Едва ли. Ведь настоящая русская элита связана с народом, со страной пониманием национальных интересов страны, нужд России – и воплощает её традиции, обладая незыблемыми принципами.

Те, кого принято сегодня называть элитой, – люди, которые больше всего ориентированы на получение богатств и власти, своих детей они предпочитают обучать где-нибудь на Западе, да и сами не прочь перебраться туда же, подальше от "проблемной" России.

Грянувшая пандемия стала для многих из них своего рода "моментом истины" и временем, когда можно проявить свой патриотизм. Однако что мы видим? Увы, раскошелиться для общественных нужд даже по такому экстраординарному случаю нувориши не торопятся. Хотя основу их богатства составляет прикарманенная в 1990-е годы через криминальные схемы общенародная собственность.

Вместо этого олигархи либо многозначительно молчат, либо "помогают" правительству и обществу "идеями", советами, а то и критикой. Вот такая цена у нашей так называемой "элиты. И выводы из этого мы должны сделать сами.

via