Деян МИРОВИЧ (Сербия)
Девять лет спустя после первой "цветной революции" в Европе, точнее, после прихода к власти Сербии прозападных сил, сербская экономика оказалась на краю пропасти. От обещанной Западом экономической „помощи“ Сербия не получила и 10%. Заверения наподобие тех, что раздавал заместитель председателя сербского правительства Божидар Джелич в ходе предвыборной кампании 2008 г. о том, что „до конца мандата следующего правительства из европйского бюджета Сербия, вместо нынешних 200 млн евро будет получать миллиард евро ежегодно“1 в реальности свелись к цифре в 100 млн евро, которые Сербия получит из довступительных фондов Евросоюза.

Одновременно, пока для сербских товаров рынок ЕС закрыт, западные фирмы с 2000 г. завладевают сербской индустрией и банками. В этом контексте для специалистов по экономике в Сербии очевидно, что единственный шанс для спасения сербской экономики – сотрудничество с Российской Федерацией, точнее, строительство газопровода „Южный поток“ и применение договора о свободной торговле, заключенного между РФ и Сербией.

Несмотря на свое пятилетнее пребывание во главе Сербии, реальное состояние дел в экономике Борис Тадич уяснил себе только с началом в Сербии великого экономического кризиса в конце 2008 г. Т.е. Тадичу потребовалось пять лет для того, чтобы понять суть отношения Запада к Сербии, хотя эту истину его предшественник Слободан Милошевич знал еще в 2000 г. Тогда Милошевич заявил: „Я хорошо знаю структуру западной экономики. В ней не существует помощи, которую могут оказать государства, поскольку в их бюджетах подобный вид помощи не предусмотрен. Большие суммы могут предоставить только огромные иностранные фирмы и банки, но деньги они дают только в том случае, когда за один вложенный цент, доллар или марку и так далее, они смогут получить по крайней мере три, пять или десять. Но эти большие суммы являются всего лишь малой толикой от стоимости предприятий, которые становятся их собственностью со всеми трагичными социальными последствиями для экономики, массовым обнищанием населения и беспредельным обогащением весьма узкого круга...“ По поводу сотрудничества с Россией Милошевич указывал: „Прежде всего, считаю, что мы, сербы, в течение всех лет кризиса чувствовали великую солидарность русского народа, многих институтов Российской Федерации и Русской Православной Церкви, патриарха Алексея Второго; мы проявили бы не только неблагодарность, но и неуважение, если бы не констатировали эту огромную солидарность, которую проявлял и продолжает проявлять русский народ... Россия славится как держава, которая всегда защищала наши интересы''2.

Узрев в конце 2008 г. эту истину, т.е. то, что от Запада экономической помощи не получить, Тадич попытался,  попросить экономической помощи у РФ. Естественно, сделал он это не по убеждению, поскольку по своей сути он остается  приверженцем прозападной ориентации. Например, он не скрывает надежды, что „небольшие проблемы“ (изъятие Косово!) в отношениях между Западом и Сербией являются „кратковременными“. Тадич в действительности в связи с ухудшением экономической ситуации в Сербии был вынужден обратиться за помощью к России. Он знал, что не будь продажи „Нефтяной индустрии Сербии“ „Газпрому“, сербской валюте – динару – в начале 2009 г. грозит резкое обрушение. Сербскому бюджету российский кредит необходим потому, что условия, выдвинутые Белграду Международным валютным фондом, приведут к краху экономики уже в конце 2009 г. Тадич знает и то, что Российская Федерация была самым крупным торговым партнером Сербии в первые четыре месяца 2009 г. Согласно данным Торговой палаты, товарообмен между Россией и Сербией в этот период составил 822 млн долларов, из которых сербский экспорт в РФ составил всего 95 млн долларов.

В этом аспекте Тадич уполномочил своего преданного союзника и партнера по коалиции, первого заместителя председателя правительства Ивицу Дачича стать своего рода „связующим звеном“ с РФ. Дачич использовал предоставленный шанс. Будучи искусным и опытным политиком (он более 15 лет занимается политикой, говорит на русском языке) и председателем небольшой партии, которая не пользуется сколь-нибудь значительной поддержкой населения и присутствие которой во власти зависит от воли Демократической партии Тадича, он по договору с Тадичем попросил у РФ кредит на сумму в 1 млрд евро. Именно эта цифра упомянута в обращении Тадича к президенту РФ, которое Дачич лично передал российскому руководству в начале июня 2009 г. во время посещения экономического форума в Петербурге. Согласно заявлению российского посла в Белграде А.Конузина от 24 июня, Тадич попросил 200 млн евро для сербского бюджета, 400 млн евро для строительства метро в Белграде и 400 млн евро для инфраструктурных проектов3. Конузин также заявил, что Москва согласилась вести переговоры относительно предоставления российского кредита на сумму около 400 млн евро, и сейчас переговоры ведут министерства финансов обеих стран.

Дачич снова посетил Россию 25 и 26 июня. В Москве он принимал участие в российско-сербских деловых переговорах (вместе с преданным Тадичу министром иностранных дел В.Еремичем и министром энергетики Шкундричем) и конгрессе партии „Справедливая Россия“, с главой которой, председателем Совета Федерации С.Мироновым, у него прошла встреча. На конгрессе Дачич являлся одним из главных докладчиков, там он выразил позицию, очевидно согласованную с Тадичем, которая в полной мере определяет нынешнюю внешнюю политику Сербии (едва балансируя между давлением ЕС и настроениями сербского народа): ''Я уверен, что Сербия вступит в Евросоюз... Интеграция в ЕС улучшит и стабилизирует политическую и финансовую ситуацию на западе Балкан. Но заверяю вас, что ради этого Сербия никогда не откажется от Косово''. Скорее всего, и сам Дачич вряд ли верит, что одновременно возможно и членство в ЕС, и сохранение Косово в составе Сербии, однако он должен следовать линии Тадича.

На конгрессе „Справедливой России“ присутствовала еще одна делегация из Сербии – от самой крупной оппозиционной партии, Сербской радикальной партии (СРП). Ее представители были приняты вторым человеком „Справедливой России“ Н.Левичевым. В ходе встречи делегаты от СРП выразили полную поддержку политике Российской Федерации в отношении Абхазии и Южной Осетии, подчеркнув, что их партия выступает против вступления Сербии в НАТО и ЕС – последнее связано с тем, что Брюссель экономически уничтожает Сербию. Сербские радикалы выразили благодарность Российской Федерации за поддержку Сербии по проблеме Косово, а также проинформировали российскую сторону относительно нарушения прав человека Воислава Шешеля, председателя СРП, который вот уже почти 7 лет находится в предварительном заключении в Гаагском трибунале и ожидает окончания процесса против него, несмотря на то что даже Карла дель Понте в своей книге признала: обвинение против Шешеля было выдвинуто по политическим мотивам и по требованию бывшего прозападного премьера Сербии Зорана Джинджича, спустя несколько месяцев после того, как Шешель на президентских выборах получил около 40% голосов избирателей. Делегация от СРП высказалась и в поддержку прохождения „Южного потока“ через территорию Сербии.

Но и Дачич как представитель власти, и оппозиционная Сербская радикальная партия не имели ничего против обоюдного участия в конгрессе „Справедливой России“. СРП полагает, что Сербии необходимо, чтобы как можно больше партий от правящей коалиции сотрудничало с Россией. Обе партии также осознают, что в настоящее время в Сербии при помощи громадных финансовых вливаний и политической поддержки американского посла в Белграде создается еще одна прозападная структура – т.н. Сербская прогрессивная партия. Она представляет собой серьезную угрозу для И.Дачича, поскольку намерена занять его место во власти.

Исходя из сказанного можно сделать заключение, что политическая ситуация в Сербии крайне усложнена. Она непрестанно меняется, и в первую очередь трансформации на сербской политической сцене зависят от влияния посольства США. Большинство политических партий, за исключением СРП, перманентно меняют свои позиции от пророссийских до прозападных в зависимости от конкретной ситуации. Очевидно, что Сербия находится перед выбором – экономическая и политическая стабильность, которые гарантирует сотрудничество с Российской Федерацией как с приоритетным партнером и нестабильность и экономический крах в случае, если власть продолжит следование прозападным курсом. В этом аспекте Тадич должен быстро принять решение о перспективе дальнейшего развития Сербии, т.к. „сидение на двух стульях“ – российском и западном - больше нереально. Но Запад не позволит Тадичу проводить слишком самостоятельную политику, поэтому он, чем скорее, тем лучше, должен определиться в сторону углубления сербско-российских отношений или в противном случае под вопросом окажется его положение в Сербии. И не только в связи с формированием новых партий, но и в связи с фракциями в его партии, прежде всего теми, которыми руководит председатель правительства края Воеводина Боян Пайтич, - они уже вербуют сторонников не только из ДП, но и людей из партии Дачича. Пайтич заявляет, что в его амбиции входит „стать комиссаром ЕС“4.

От этого зависят как дальнейшие перспективы сербско-российских отношений на ближайшие несколько лет, так и судьба Сербии как стабильного государства, которое, помимо прочего, сможет обеспечить беспрепятственное прохождение „Южного потока“ через Балканы. Если же Сербия под воздействием Запада начнет распадаться на несколько небольших государств, то нестабильность, которую принесет с собой этот процесс, неизбежно отразиться и на реализации проекта „Южный поток“.
http://www.fondsk.ru/article.php?id=2292

старец Паисий Святогорец
Читать по ссылке-
http://www.taday.ru/text/205795.html

Известный аналитик считает, что предотвратить пандемию педерастии в обществе можно только при помощи уголовного кодекса…
«Только посредством брака между мужчиной и женщиной, посредством брачного их единения – происходит естественное бытийное соединение Церкви и государства. Только освященный религией, традицией и законом институт брака соединяет Церковь и государство. », – пишет в своей статье, которая готовится к публикации "Русской линией", директор Центра изучения общественно значимых проблем Владимир Сурин, размышляя о необходимости возврата к основополагающим понятиям общественной нравственности, о положении Церкви в государстве и противодействии пандемии педерастии, которая начинает угрожать моральным устоям и христианским ценностям российского общества.

В статье Владимир Сурин анализирует проблему распространения человеческих пороков и, главным образом, педерастии в контексте отделения Церкви от государства. Как показывает аналитик, не имеющие на первый взгляд тесной взаимосвязи, обе проблемы являются явлениями одного порядка – отхода современного общества (в том числе под воздействием специальных технологий) от традиционного понимания иерархии ценностей и четких критериев греха и добродетели.

По словам эксперта, «сам замысел об отделении Церкви от Государства столь же иррационален и противоестественен, как попытки и планы отделить мужчину от женщины, человека – от семьи, семью – от брака и т.д.». «В чисто методологическом плане последователи отца лжи поступили весьма умело и умно, – констатирует Сурин. – В мир был вброшен прежде небывалый соблазн, чертовщина в виде софизма «принцип отделения Церкви от государства, и школы – от Церкви». Софизм, сделавший европейскую цивилизацию пост-христианской».

Зло торжествует там, где присутствует молчаливое согласие. «Вы хотите, чтобы ваш сын был педерастом? Почему не требуете 20-летнего тюремного срока за педерастию? Почему молчите о сатанинской лжи принципа отделения Церкви от государства и школы? Почему мы  смирились с узаконенной ложью, что Россия – государство светское, а не многоконфессиональное? Почему согласились, что Единая Святая Соборная Апостольская Церковь – это просто религиозная организация?», – вопрошает Владимир Сурин.

Педерастия и прочие пороки, получившие бурное развитие в последние десятилетия, обусловлены во многом благодаря философии «правового» государства, узаконившего беззаконный принцип отделения Церкви от государства. «Принципа отделения Церкви прежде никогда не было и быть не может, по определению, – замечает Сурин. – И этот «принцип» есть важнейший тест на нашу цивилизационную вменяемость и бытийную дееспособность. И этот тест мы, увы, не проходим».

«Как оказывается, ни тюрьму, ни лепрозорий не нужно отделять от государства. Для того, чтобы прокажённый или убийца гарантированно не стал Президентом, у Государства достаточно штатных цивилизационных механизмов самосохранения. И только для Церкви было изобретено небывалое в истории цивилизации ноу-хау: изгнание, депортация из Государства. Куда именно? Укажите место ссылки, господа богоборцы! Даже для пакостного «игорного бизнеса» нашлись свои зоны, нашлись физические, юридические и экономические места пребывания в цивилизационном пространстве-времени государства. Но не для Церкви!» – возмущается директор Центра изучения общественно значимых проблем.

«Отлучение Церкви от Жизни, от человека – абсолютно невозможно, - считает эксперт. – «Той стороне» важно утвердить мнение вместо Истины. Согласившись с мнением, что «отделение» необходимо и возможно, нация получает полный сатанинский Пакет, включая эпидемию педерастии в том числе. Вернуть Пакет отправителю можно также только целиком. Обязательно вместе с «принципом отделения».

«Форма существования этого феномена – болезнь, бытийная шизофрения. Болезнь, как известно, не существует сама по себе. Болезнь есть расстройство здоровья. В данном случае мы видим расстройство ментального здоровья нации. Единственный сакраментальный смысл «принципа отделения» в том, чтобы развращать душу и затемнять разум человека», – подчеркнул В.Сурин. А Затемненный человеческий разум уже принимает «истину»: педерастия – это нормально. «Так стало и так будет до тех пор, пока мы, родители своих детей, не начнём добиваться отмены сатанинского принципа отделения», – подчеркнул эксперт

Владимир Сурин настаивает на том, что должны быть сформулированы конкретные положения Общенациональной Программы борьбы с педерастией. В качестве первых и базовых положений эксперт предлагает, прежде всего, ввести уголовного наказание за мужеложство и дополнительно за лесбиянство (то есть вернуться к советской практике), а также ввести для педерастов специальные паспорта.

«Одна мини-цитата: «…не содержат иных правил, чем предусмотренных законодательством Российской Федерации», – выявляет всю чудовищность нынешнего статус-кво, – говорит В.Сурин. – Люди добрые, вдумайтесь! Отныне у нас нет юридических, то есть законных оснований… – не желать нашим детям быть педерастами!»



В этих условиях, отмечает В. Сурин, «православные должны оказывать посильную помощь педерастам» – «в плане самоидентификации»: вместо парадов педерастов Сурин предлагает ввести паспорта педерастов, то есть нужно делать официальную отметку – штамп – в общегражданском паспорте. «Всякий, кто интересовался работой системы исполнения наказания, знаком с обычной практикой администрации колоний. На личном деле педераста ставится отметка АП (активный педераст) либо ПП (педераст пассивный). Ровно тот же самый штамп нужно ставить и в паспорт педераста, – убежден аналитик. – Хочешь пройти парадным маршем? Не надо этих полуправ! Сразу получай положенный срок, заслуженное звание борца за права педерастов (на Западе), а по выходе из колонии – вожделенный паспорт педераста. После чего лучше всего сразу эмигрировать в США или Европу. В качестве поставленного на тамошнее соцобеспечение политического беженца, разумеется…»

«Педераст, педерастия – это и звучит мерзко, – добавил Сурин. – Тем и хорош этот нетолерантный и неполиткорректный термин. Ибо это именно классический термин. Адекватный, правильный и честный». Эксперт предупредждает, что пандемия педерастии разрастается. И потому в России должен быть разработан, объявлен и затем осуществлён ряд конкретных мер по противодействию и искоренению этой мерзости.
http://www.rusk.ru/newsdata.php?idar=105823

Можно ли сказать, что Россия нуждается в освобождении от коммунистической идеологии, декоммунизации, похожим образом, как послевоенная Германия нуждалась в денацификации?
Требование декоммунизации нельзя ставить в параллель с денацификацией послевоенной Германии. Немцев принудили капитулировать военными средствами. В 1945 г. в Германию с разных сторон вошли армии союзников, установили режим оккупации и демонтировали нацистский режим. Поэтому возникла дополнительная необходимость в том, чтобы немецкое общество засвидетельствовало, что нацизм и гитлеризм им отвергнуты. Что оно переосмысливает прошлое и никогда больше не примет идеологию, напоминающую ту, которая привела ко Второй Мировой войне.
СССР декоммунизировался и десоветизировался добровольно. Отказ от коммунистической идеологии не был формальным. 20 лет назад мы распустили социалистический блок, резко сократили свой военный потенциал, отказались бороться за торговые и прочие преференции в мире – вообще в одностороннем порядке отошли от модели противостояния двух полюсов. Советский Союз признали недействительным, после чего союзные республики получили возможность свободно выйти из его состава. Государственность России была переучреждена. Это произошло из-за глубокого разочарования и отторжения основы основ существования мировой социалистической системы – ее коммунистистической идеологии. Народы признали неприемлемым для себя жить в рамках того, что было создано большевиками и их наследниками после 1917 г. Роль в этом играли разные факторы: внешнего давления, экономические, политические, социально-культурные и т. п. Однако главным фактором послужила декоммунизация сознания большинства.
Демонтаж социализма не встретил внутреннего сопротивления и разделения общества, наподобие того, какое существовало, к примеру, в период Гражданской войны. Единственная попытка реставрации, предпринятая партноменклатурой в Москве в августе 1991-го, не имела поддержки и продолжения. Всё, что было связано с советским строем и влиянием Коммунистической партии, в глазах миллионов лишилось оправданий и видимости законности, стремительно делегитимировалось. Пример покаяния не словом, но делом, приведшего к историческим изменениям.
Покаяние и отрезвление от коммунистической химеры тем более ценны, что глубоко выстраданы. Они совершались в непростых исторических условиях и были для населения бывшего СССР и Восточной Европы очень болезненными. Вспыхнули кровопролитные конфликты, пришла в упадок экономика, разорвались гуманитарные связи. Потери для хозяйства и инфраструктуры бывш. СССР составили, по разным оценкам, от 50 до 70 трлн. долл. Такова фактическая цена, которую мы заплатили за выход из-под коммунизма.
Декоммунизация и десоветизация, таким образом, совершились в начале 1990-х по факту прекращения существования СССР и отстранения коммунистов от управления. Поскольку коммунистическая идеология переосмысливалась нами самостоятельно, Россия не нуждается во внешнем контроле за декоммунизацией или удостоверении кем-либо своей доброй воли.
Читать далее
http://www.radonezh.ru/analytic/articles/?ID=3087