В очередные выходные, прежде чем отправиться в путь, мы, будучи совершенно не извращенцами, все же поднялись посмотреть на... кладбище! В данном случае это было древнее кладбище неустановленного времени, состоящее из нескольких небольших дольменов, расположенных не совсем ровными рядами на возвышенности с северо-западной стороны пансионата «Львовский железнодорожник».



Поскольку предварительно никакой информации по этому захоронению нам обнаружить не удалось, взяв себе на заметку необходимость изучения возможных опубликованных материалов по этому древнему памятнику, с радостным осознанием того, что мы то пока живы, направляемся дальше.



В тот раз за нами увязалась наша четвероногая подруга - терьер два в одном (помесь фокса с яхом) по кличке Морда. Характерец своенравный - запросто может цапнуть за чью-нибудь неосторожно подставленную ей под пасть голую ляжку, а уж под настроение подергать мужика за штанину – это верх блаженства! Что ж, как вы лодку назовете… Но, собственно, так невежливо она себя ведет лишь когда добросовестно сторожит свой двор. В походах - сама невинность и добропорядочность. А за предложенную ей конфету способна выпрыгнуть из своих штанов, вернее из своей шкуры, и предательски отправиться с кем угодно хоть на край света! Такое ее чисто женское начало. Себя, как водится, воспринимает, по меньшей мере, фотомоделью, поэтому по поводу и без - попадает в кадр. И, между прочим, должны признать - зачастую очень точно так попадает, можно даже сказать, в яблочко!
Первым, на выходе из Уютного, встречаются нам на пути, чуть левее дороги на Новый Свет, Демир-Хапу - в переводе с тюркского "железные ворота", возле которых и позирует наша Морда, теснина в верховьях оврага, спадающего к югу между горами Полвани-Оба (Болван) и Малый Сокол. Предположительно, в прежние времена именно через них осуществлялась связь между Судаком и Новым Светом. Возможно, раньше этот узкий проход действительно был прегражден железными воротами. Небольшая горстка воинов без труда могла отражать здесь значительные силы неприятеля.



Далее по курсу одна из главных целей нашего похода – остатки монастыря Св. Димитрия. Представляют собой развалины крупного византийского строения. Второе название “Храм Дианы”.
Расположен монастырь рядом с недостроем советского времени – так и не запущенной в эксплуатацию спортивно-тренировочной базы «Дельфин», ставшей переходящим знаменем от одного к другому хозяину. В наше время в нем проводятся ремонтные работы.
Довольно сложно было найти ракурс (учитывая расположение солнца на тот период), чтоб сделать кадр, не смешивая разные эпохи - то есть, чтоб и «Дельфин» не рисовался на горизонте, и стены храма было прилично видно.



Повторюсь, что храм византийской эпохи. А вот выше на пригорке видны остатки стены, относящейся к более раннему периоду.

Далее мы направились к основному пункту, ради которого была создана наша «экспедиция» – разрушенному средневековому пещерному монастырю, расположенному вблизи Нового Света. Путь выбрали по нижней тропе, вдоль моря. Тропинка там временами теряется, идти приходится по каменистой набережной, местами даже перебираться через нагромождения обрушившихся камней, разделяющих прибрежную зону на множество маленьких уютных бухточек. По дороге, кроме того, что мы любуемся морским пейзажем, каждый может найти артефакт по своему интересу. Мы представляем те, что заинтересовали нас.



Нам встретились кальцитовые щетки внушительных размеров,



отпечатки на булыжниках от окаменелых ракушек, оставивших свой след еще с прошлых геологических эпох;





срезы коралловых рифов, образовавшихся несколько миллионов лет назад





и менора (ханукальный семисвечник) – символ иудаизма и один из религиозных еврейских атрибутов, выдолбленный в камне совсем недавно.



И вот перед нами открывается очередная небольшая бухточка, окруженная массивами песчаника. На фото: вид из бухты на мыс Коба-Кая.
Над южной стороной бухты нависают остатки средневекового пещерного монастыря. Как и большинство храмов в окрестности Судакского региона, основан он был во времена иконоборчества в Византийской империи. Со временем пещеры обвалились, осталась только часть кельи.



Вход к монастырю затруднен и даже опасен. Попасть в него можно только сверху, пристраховавшись надежным канатом. В этом случае нелишни навыки скалолазания и присутствие опытного инструктора.



Собственно, большой нужды забираться туда и нет, поэтому советуем никому не рисковать - келью можно рассмотреть и с набережной, даже хорошо виден выдолбленный в стене крест. Впрочем, там даже три креста: первый, про который уже говорилось, расположен по центру; второй – выше, он мельче, поэтому со стороны его плохо видно; третий крест высечен в нижней части боковой стены. Немного видны остатки лестницы, ведущей наверх, но разрушена она уже настолько, что воспользоваться ей не представляется возможным.

Автору Герба нашего города, художнику-графику Виктору Ивановичу Шевчено, вчера, 12 марта, исполнилось 76 лет. С днем рождения Вас, Виктор Иванович! Счастья, здоровья Вам, и многие лета!

Родился Виктор Иванович Шевченко 12 марта 1934 года в городе Новокузнецке Кемеровской области. Художник-график. Окончил Московский полиграфический институт в 1967 году. Организатор и первый руководитель изостудии «Солнышко», воспитавший многих юных судакских художников. Награжден грамотой Министерства культуры и образования АРК. (Информация из книги «Судак. Популярная энциклопедия»)

ГЕРБ СУДАКА: Утвержден 8 декабря 1987 г. Автор – В. Шевченко. Герб представляет собой щит с золотой каймой, которая в верхней и нижней частях имеет расширения. Верхняя часть щита увенчана стилизованным фризом – элементом крепости. В нижней части – стилизованное изображение белой чайки. Основное поле щита рассечено и пересечено снизу. Первая и четвертая части красного цвета, вторая и третья – голубого. В центре щита золотое восходящее над горами солнце с расходящимися лучами, делящееся линией рассечения щита на две половины. В первой половине солнечного диска изображение половины виноградного листа с гроздью винограда. В левой – половина медицинской эмблемы. Фриз – элемент крепости – символизирует главный памятник архитектуры и истории – Генуэзскую (Судакскую) крепость. Стилизованное изображение чайки белого цвета – символ фауны приморского города. Изображение солнца символизирует самое большое количество солнечных часов в городе Судаке. Изображение винограда и медицинской эмблемы – символ здравоохранения – олицетворяют основные направления социально-экономического развития города – виноградарство и курорт.
Материал взят из книги «Мосты дружбы», автор-составитель В.В. Болгов.
Изображение Герба с сайта http://sandro.in.ua/

Эта миниатюрная мылорама была написана мной как бы не с десяток лет назад. Сегодня у нас в Судаке не такой снежный день, как был на момент прихода моего юного вдохновения, но настроение созвучное, поэтому повторяю сюжетик без всяких изменений.

***

Зима! Нечастое явление в нашем маленьком южном городке. Речь, как Вы понимаете, совсем не о календарном времени. Давно не помнят коренные жители Судака такого обильного снегопада. А наше совсем юное подрастающее поколение так его вовсе не видывало. Исчезли с улиц различные средства передвижений и, отдельно, роскошные автомобили. Заботливые водители поубирали свои предметы роскоши подальше в укромные места – скользко!
На смену им на улицах появилась беззаботная детвора с санками и умиротворенные улыбающиеся взрослые, которые вышли подышать зимней свежестью и полюбоваться так редко балующей нас снежной чистотой и белизной, природой.
О проблемах, связанных с данным явлением, в силу его такой нерегулярности в Крыму, а поэтому приводящих к разного рода неудобствам, говорить сейчас совсем не хочется.
Наиболее всего умиляют, пересевшие из своих автомобилей на санки, взрослые. Те, которые без особых комплексов. Либо еще те, кто, не позаботившись своевременно о зимнем средстве передвижения и веселом развлечении (каких большинство), порываются кататься по скользким тротуарам на своих ботинках, не жалея рвать подошвы.
Визг, смех. Весь город играет в снежки.
Еще раз скользко.
Хорошенькая девушка в натуральной шубке, не справившись с капризами природы (опыт отсутствует), поскользнувшись, падает на припорошенный снегом тротуар. Женщина же, что шла навстречу, спешит на помощь.
Подняла…, стряхнула снег с испуганной и сконфуженной девушки.
- Ну все. Все в порядке! – И, заметив, что у той по щекам текут слезы, - Что? Что с тобой? Ушиблась? Где болит? Тут? Нет? – начинает ощупывать.
Девушка отрицательно качает головой.
- Так что ж ты плачешь? – Удивляется женщина.
- Обидно…, - еле слышно выдавливает та из себя.
Обидно, что упала? Глупенькая! – Смеется женщина, и в порыве нахлынувшей нежности прижимает девушку к себе, - жизнь в том и состоит, милая, что все мы куда-то спешим, торопимся, суетимся…, что-то преодолеваем..., где-то и когда-то падаем, встаем, отряхиваемся… и снова бежим. И снова испытываем взлеты и падения. Да иначе и быть не должно. Представь: вот были бы мы одинаково правильные, одинаково умные, всегда точно знали, куда и зачем мы идем. Никогда не ошибались и никогда не падали. Ты можешь представить себе такой мир? Я – нет. И не знаю, кто как, но я бы не хотела жить в таком мире… – В нем было бы пусто, - уже в задумчивости произнесла женщина…
А снег все идет. Зима продолжается…

И вот перед нами открывается очередная небольшая бухточка, окруженная массивами песчаника. Над южной ее стороной нависают остатки средневекового пещерного монастыря, по всей видимости, как и все храмы в окрестности Судакского региона, основанного во времена иконоборчества в Византийской империи (VIII в.). Со временем пещеры обвалились, осталась только часть кельи, выдолбленной в камне. О существовании монастыря у подножия г. Сокол в XIX в. сообщал архиепископ Гавриил. Повторно пещерный монастырь был открыт Н. Лезиным, судакским краеведом, в 1920-х годах. Тогда он обнаружил остатки трех пещер, на стене одной из них был высечен крест. В скале вырублена маленькая скамеечка или полочка. Эти атрибуты средневекового храма сохранились до сих пор. В другой пещере, (в наше время уже не сохранившейся), в начале XX в. Н. Лезин осматривал потолок и часть передней стены со слоем штукатурки или краски. Описывая свою находку, он указал и на причину разрушения монастыря: «Пласт песчаника, в котором были высечены эти пещеры, лежит около моря на слое глины, размывание которой влекло за собой обрушивание лежащего на ней песчаника, почему сохранились только эти три пещеры, да и то в плохом состоянии».
Вход к монастырю затруднен и даже опасен. Попасть можно только сверху, пристраховавшись надежным канатом. В этом случае не лишни навыки скалолазания и опытный инструктор. Собственно, большой нужды забираться туда и нет, поэтому советую никому не рисковать. Тем более что рассмотреть его можно и с набережной, даже хорошо виден выдолбленный в стене крест. Собственно, там даже три креста: первый, про который уже говорилось, расположен по центру; второй – выше, он мельче, поэтому со стороны его плохо видно; третий - в нижней части боковой стены. Немного видны остатки лестницы, ведущей наверх, но разрушена она уже настолько, что воспользоваться ей не представляется возможным.

Затем мы направились к основному пункту, ради которого была создана наша «экспедиция» – разрушенному средневековому пещерному монастырю, расположенному вблизи Нового Света. Путь выбрали по нижней тропе, вдоль моря. Тропинка там временами теряется, идти приходится по каменистой набережной, местами даже перебираться через нагромождения обрушившихся камней, разделяющих прибрежную зону на множество маленьких уютных бухточек. По дороге, кроме того, что мы любуемся морским пейзажем, каждый может найти артефакт по своему интересу. Я представляю те, что заинтересовали меня - это кальцитовые щетки внушительных размеров; следы на булыжниках от окаменелых ракушек, оставивших свой след еще с прошлых геологических эпох; срезы коралловых рифов, образовавшихся несколько млн. лет назад и менора (ханукальный семисвечник) – символ иудаизма и один из религиозных еврейских атрибутов, выдолбленный в камне совсем недавно

Далее по курсу одна из главных целей нашего похода – остатки монастыря Св. Димитрия, в начале XX века получившие название «Храм Дианы». Расположен монастырь рядом, теперь уже можно сказать, с развалинами советского времени – так и не запущенной в эксплуатацию спортивно-тренировочной базой «Дельфин». Для того чтоб не смешивать разные эпохи, нужно было еще постараться (учитывая расположение солнца), сделать кадр так, чтоб и «Дельфин» не рисовался на горизонте, и стены храма было хорошо видно. В 1909- 1910 гг. они были расчищены студентом Московского университета Эдингом. Многочисленные фрагменты фресковой росписи попали в Московский исторический музей. Храм византийской эпохи. Выше на пригорке (в кадр не попали, при случае загружу другой) видны остатки стены, относящейся к более раннему периоду. Раскопками 1975-1976 гг, под руководством М.А. Фронджуло, были выявлены остатки ремесленной мастерской и найдена матрица с изображением Иоанна Предтечи, предназначенная, по всей видимости, для изготовления окладов икон.

На следующее утро мы пешком отправились в ущелье Димитраки. За нами увязалась наша собачукча (помесь фокстерьера с яхом) по кличке Морда. Характерец своенравный - запросто может цапнуть за голую ляжку, а уж под настроение подергать мужика за штанину – это сам Бог велел! Но, собственно, так невежливо она себя ведет лишь, когда добросовестно сторожит свой двор. В походах - сама невинность! А за конфету может выпрыгнуть из своей шкуры, и предательски отправиться с кем угодно хоть на край света! Такое ее чисто женское начало. Себя, как водится, воспринимает, по меньшей мере, фотомоделью, поэтому по поводу и без попадает в кадр. И, между прочим, должна признать - зачастую очень точно попадает, можно даже сказать, в яблочко!
Первым, на выходе из Уютного, встречаются нам на пути, чуть левее дороги на Новый Свет, Демир-Хапу (тюркск. железные ворота), теснина в верховьях оврага, спадающего к югу между горами Полвани-Оба (Болван) и Малый Сокол. В прежние времена именно через них осуществлялась связь между Судаком и Новым Светом. Возможно, раньше этот узкий проход действительно был прегражден железными воротами. Небольшая горстка воинов без труда могла отражать здесь значительные силы неприятеля. Через расщелину Демир-Хапу проглядывает несданное в эксплуатацию здание спортивно-тренировочной базы подводников «Дельфин».

Эти выходные провели более чем продуктивно (во всяком случае, на мой неискушенный взгляд). В субботу ездили на Капсель – смотрели, не пошла ли в рост спаржа. Места там удивительные! С одной стороны, вроде совершенно дикие и заброшенные - на солончаках; с другой - благодаря именно этой своей дикости, во все времена они и вызывали огромный интерес, как местных жителей, так и приезжих путешественников. В наше время даже разгораются нешуточные страсти в связи с крупномасштабными там захватами земель. Не знаю, как по всему Капселю, но о чем думают люди, которые собрались было строиться в одной из балок, в которой мы побывали – ума не приложу. Подземные воды там так промыли почву, что создали глубокие глинистые лабиринты. Очень все это выглядит забавно, любопытно, загадочно и интересно (я и сама из любителей в такую дырку нос засунуть), но еще более… опасно для жизни. Очень высока вероятность, при излишней любознательности, быть погребенным заживо.



А когда-то здесь действительно кипела жизнь! Еще сохранились остатки кладки (даже боюсь сказать какого: средневекового, а может даже и античного времени), либо дороги, либо оборонительной стены, либо как раз противооползневого укрепления. Ни с предназначением, ни с датировкой определиться пока, к сожалению, не могу. Нет у меня и сведений по поводу того, чтоб там вообще проводились какие либо исследования. Пока еще на месте (обнаруженные в прошлом году) в почве остатки глиняного кувшина, открытого, а по все видимости и разрушенного, при срытии грунта на месте строительства неопознанного объекта. Странно, почему археологов не заинтересовало это место.

А вообще Судак является страной Солнца даже зимой.

Этот снимок тоже был сделан вчера с подножия Перчема.

Снимок сделан вчера, на Сретенье Господне. Ходила на Перчем к святому источнику.

Если б не обшарпанные высотки, то и зимние виды города тоже смотрелись бы неплохо...

Зимой в курортном городе вялотекущая размеренная жизнь...

К сожалению, в цвете я этих картин не нашла. Загружаю, что есть.

К теме спелеологии и походов я еще вернусь, но чтоб не задирать своих случайных читателей однонаправленностью (тем более, что своим друзьм я обещала сообщения в дневнике разнообразить), сегодня я зугружаю вот какую информацию: второй год подряд на побережье Черного моря массово обитают-зимуют грациозные и легендарные птицы - Лебеди! Если быть до конца откровенным, то грацмозными они выглядят лишь на плаву. Наши же лебеди практически ручные, поэтому достаточно часто их можно увидеть и на пляже, где случайным зрителям они предстанут переваливающимися как утки, неуклюжими, и я бы даже сказала... нелепыми!:pooh: (но тема нелепости тоже для последующеих сообщений), сегодня же, помятуя старую добрую (и, кстати, тоже по большому счету, нелепую, сказку "гуси-лебеди", и делая вывод, что между этими гусинно-лебединными особами нет по-сути большой разницы (за исключением длинной лебединной шеи), я загружу статью про своего гуся Гегу, которая несколько лет назад уже была опубликована в одном из номеров судакской газеты.

Сегодня 27 января 2009 года, но статью я решила поставить старую, аж десятилетней давности (!), (а чтоб не затерялась в толстом слое многолетней мировой информации), В.Садового о нас любимых , за 17 июля 1999 года, размещенную в местной газете "Судакский вестник" в №57-58 (5712-5713). Называется статья "Дети подземелья"

Итак

Рубрика: Мир твоих увлечений

- Может во дворе поговорим? – предложил Павел. – А то в доме зоопарк. Нет, удавов и жирафов пока не завели. Всего лишь лисенок. Не агрессивный, просто отвлекать будет. Давайте в беседке.
В беседке – так в беседке. На дворе лето. Да и названа она так, поскольку предназначена именно для бесед.
- Говорят что у вас очень экзотический семейный бизнес.
-Нет, бизнесом в расхожем понимании это назвать сложно, расставляя чашки с чаем, отвечает за мужа Галя, - скорее, это семейное увлечение. Вообще у нас образ жизни такой – увлекаться всерьез. Тон задает Павел. Прямо какой-то экстрем-романтик: и дельтапланерист, и водолаз, и дрессировщик дельфинов, и ювелир-кустарь, и фотограф, и оператор. Теперь еще и спелеолог.
- Забыла про лыжи и рыбалку. А в пещеру, кстати, попали с твоей подачи.
- Нет, с твоей. Моя идея была заняться съемкой. То есть просто снять хоть разок всю эту подземную красоту. А у Павла «разок» не получается. Он все ставит на «промышленную» основу.
- И как давно вы занимаетесь спелеологией?
- Уже третий год. Для нас – действительно давно, ведь мы живем быстро. Это особенно по Антону заметно. – Павел кивнул на сына, степенно, по-взрослому прихлебывающего чай. – Когда его 26 октября (мой день рождения) 97-го впервые в пещеру спускали, на его «бараний» вес даже лебедка не реагировала, а сейчас он уже признанный в «семье» спелеолог, полноправный и полномочный член команды. Вообще пещера Дублянского – серьезное крещение для всего нашего экипажа. Чтобы лучше понять, посмотрите на фото.
Антон на снимке выглядит настоящим каскадером, а вход в пещеру напоминает черную пасть зверушки из ночного кошмара. Представил себя висящим над этой бездной и поежился.
- Да, Дублянского – не «Сказка». В «Сказку» вход полтора на полтора. А тут воронкообразная пасть дьявола. Рядом с пещерой нет ни одной безопасной точки, откуда можно было просто заглянуть вниз. Глубина – 40 м. Спускаться – это как с 16 этажа без лифта и ступенек. Было 7 градусов мороза. Оборудования боле-менее надежного хватило на Антона, а мне и Гале пришлось пережить неприятные моменты при подъеме, когда отказали «самохваты». Это Б.С. предупредил: «Ребята, не шалите, подготовтесь серьезнее!» Предупредил и… отпустил.
Б.С. – это инструктор?
- Нет, это пещерный дух, Белый Спелеолог. Когда он шутит, например, тушит лампы «коногонок» только в каком-то определенном месте, - это полбеды. Беда, когда увидишь его самого воочию. Но о том, как он выглядит, знают лишь те, кто навсегда остался в пещерах. Жалею, что не брала с собой диктофона на спуски. Когда на глубине 70 м ночью мужчины после пережитого риска и глотка рома…
- Ой-ой, как РОМАнтично! Рома! Говори, как есть, не выдумывай.
- Ну, кружки водки. Так вот, тогда они начинают сказывать «бывальщины», такие пласты спелеофольклора открываются!
- У Белого Спелеолога – прямая аналогия с Черным Альпинистом, Бегущей по Волнам, Хозяйкой Медной Горы и прочими духами, стерегущими Мир не сей.
- Это что за мир такой?
- Есть на планете множество мест, где нормальному человеку делать нечего. Лезут туда только те, кто не от мира сего, как мы, например…Если без мистики, то на первой же пещере я понял: оборудование у нас, мягко говоря, скромное. В общем, через пару месяцев спуска я поехал в Москву и там на 700 долларов накупил французского снаряжения фирмы «Пецель». Сделали сами грузовую лебедку, смонтировали съемочную и осветительную аппаратуру. Автономная электростанция «Хонда» у нас уже была. Загрузили свой микроавтобус «под завязку», договорились со съемочной группой и в середине мая – опять на Караби. Съемочная группа здорово подвела, опоздала.
- Оно, может, и к лучшему: познакомились с Вадиком, Володей, Андреем…
- Да. Просто телепатия какая-то. Как можно было узнать в Генеральском, Рыбачьем, Симферополе, Евпатории, что мы едем в пещеры снимать? Не успели мы приехать и распаковать 40-литровую кастрюлю, как появились гости… С объемом кастрюли мы четко угадали. Володя с того и начал: «Ого, судя по казану, здесь свои!» Все они – пещерные «волки». Но как ни странно, пещер как таковых они не видели: в свете «коногонки» много не разглядишь. Поэтому приезд в пещеры кого-нибудь с нормальным осветительным оборудованием – целое событие. А вообще – ребята простые, душевные и надежные. Мы так сдружились, расстаемся со слезами на глазах. И совсем не важно то, что друг друга знаем только по именам. Изредка наезжают на Караби москвичи. «Навороченные» - я те дам… Вот некоторые из них действительно снобы, смотрят на местных сверху вниз и «контача» неохотно.
- А как Антон вписался в компанию «чокнутых» взрослых?
- Отлично. Хотя он был там не самый молодой. Андрей, например, в рюкзаке спускал в пещеру двухлетнюю дочку. Жена Саши, Тоня на шестом месяце беременности отказалась от подъема грузовой лебедкой, выбиралась, как все.
- Был момент, когда я страшно испугался за сына. В одну из пещер его спустили первым. Где-то посередине спуска скальная «полка». Опустил Антона на нее и кричу: «Отцепляйся и подожди меня».А он мне: «Здесь снег!» «Ничего, - кричу, - не успеешь замерзнуть». Опустился – и сердце екнуло. Полка крошечная, на ней двухметровый слой смерзшегося снега под уклоном градусов 45 к 8-метровой глубине. Стоять, не «зарубившись», на этом уступе я и сам бы не рискнул.
- А правда, что человека по-настоящему можно узнать только в экстремальных ситуациях?
- На 100 процентов. К примеру, Саша. Когда его Тоня в роддоме лежала, ему, естественно, было не до пещер. Но он все равно примчался за 20 км на мотоцикле только для того, чтобы с нами поздороваться. Другой пример – Михаил. Случайный, в общем-то, в «семье» человек. Кстати, его знаем и по фамилии, но называть не будем. Привез нас с группой на Караби, сказал: отлучусь, мол, ждите. Уехал в Судак, оставил машину возле нашего дома и со спокойной совестью укатил в Москву. Выручил опять же Саша. Как мы умудрились дать ему знать о том, что «заторчали» на яйле, - это целая история. Но как только он узнал, сразу приехал на машине друга. У него, оказывается, за это время сын родился, и новость нашла его во время застолья по этому случаю. Не в его правилах было садиться выпившим за руль, но тут он «наступил» на себя и вывез нас.
- Насколько я понял, ваше увлечение довольно дорогостоящее: оборудование, топливо, транспорт… Расходы окупаются?
- Финансово – не очень. Больше вкладываем. Хотя результат все-таки есть. На нашем счету шесть спусков, из них три серьезных. Отснято шесть часов «подземного» материала. Для меня, как заместителя директора алуштинской студии «Н-видео», это не просто любительские съемки. На нашем материале смонтировано два фильма: «Пещерные города» и «Подземный Крым». О Карадаге - почти готов. Помню, целая группа «ловила» первые лучи солнца в арке Золотых Ворот и уехала ни с чем. А нам это удалось.
- Судак – небольшой город. Как получилось, Павел, что на улице 14 Апреля живет делтапланерист-водолаз-видеооператор-спелеолог, а об этом никто не знает?
- Мы в Судаке недавно. Я уроженец небольшого поселка Курортное, у подножия Карадага. Покинуть малую родину вынудили обстоятельства. Почему выбрал для переезда Судак? Во-первых, понравилось, во-вторых, познакомились с вашим.., то есть теперь уже с нашим мэром А.А. Клавкиным. Побеседовали. Он пригласил нас поработать на рекламу Судака.
- Ну и как он вам?
- На спуске в одной связке мы с ним не были, зато видели, как он с парашютом прыгал. Недавно Анатолий Александрович выступил инициатором съемок рекламного видеофильма и очень добросовестно снимался сам, несмотря на занятость. Готовый фильм запустил по своим каналам в Киеве и Москве. Вообще-то опыт «дворцовых киномехаников» у нас нулевой, всегда старались быть, как говорится, подальше от начальства, поближе к кухне. Надеемся, чем-то поможем городу, а он нам.
- А чем он вам?
- Надоело поставлять «видеосырье». Хотим делать полноценную продукцию, авторскую. Но для монтажа требуется оборудование ни на одну тысячу «зеленых».
- В вашей группе, или как вы называете «семье», есть профессионалы-спелеологи, члены КСС, квалифицированные спортсмены?
- Не буду ручаться, но думаю, что нет. О приметах. Когда мы едем на яйлу, всегда заезжаем по дороге к коменданту поста КСС. Это пожилой человек, замкнутый, нелюдимый. Чем-то похож на экс-таможенника Верещагина из «Белого солнца пустыни». – Казалось бы, совсем необязательная процедура. Да и он привык к собственной невостребованности. Но видно, что наши появления ему приятны.
Как-то мужчины возились на съемках, а он прошагал 5 км и пришел в лагерь. Поздоровался, передал для Антона гостинец и пошел назад. Нас это чрезвычайно тронуло. А кА-то по его просьбе нам в судак привезли мешок лекарственных трав.
- В пещеры ныне лезут все, кому не лень…
- Доступность, конечно, наносит вред подземным храмам. «Легкие» пещеры загажены. В той же «Сказке» все сбито-сколото. Даже на 40-метровой глубине какой-то спец умудрился испоганить свод наскальным знаком.
- Какую пещеру собираетесь открывать для себя осенью?
- Предварительные планы – «Молодежная» или, как ее еще называют, «Студенческая». Говорят, там даже наскальные рисунки древних людей сохранились…
Пожелав удачи и поблагодарив за чай, я покинул радушных хозяев, унося с собой «тонну» белой зависти к образу жизни обитателей «не мира сего». И лишь через день вспомнил, что ничего не спросил о четвертом члене семьи Литвиновых – лисенке. Ну да ничего, дело поправимое: наведаюсь еще раз…
Беседовал В.Садовый.
«Судакский вестник» №57-58 (5712-57-13) 17 июля 1999 года.