Моя Тушинская – необыкновенное место .

Выдаю (бесплатно) образы ,которые незабываемы, но которые -увы- никогда не будут использованы для производства моих литературных героев -жанр не тот, кишка тонка, и фонтастику мне не осилить .

Вообще- всех фонтастов приглашаю посетить территорию возле станции метро Тушинская.

Приезжайте к нам за вдохновеньем, господа Лукьяненко и Ник Перумов, если персонально вы существуете .

Нет! Нет! Хуй вам за просто так!

Это бизнес-план !

Я арендую будку возле метро –нет, квартиру я снимать не буду, мещанское бытие оставим мещанам, а фонтастам нужно нечто фонтастическое .

Я арендую будку и назову ее «Отель «У погибшего альпиниста» - ничего умнее и фонтастичнее на ум не приходит, и сойдет и так.

Я организую водку и блядей ,благо , на Тушино ни с тем ,ни с другим проблем нет , я создам футуристический интерьер из обломков погибших павильонов ,благо, их всегда на Тушинской есть , я посажу на входе узбека с кассовым аппаратом , и будет это литературный кемпинг.

Пятьдесят долларов в сутки, питание двухразовое чеченскими чебуреками (тушинская национальная кухня) , водка и бляди оплачиваются отдельно.

Экскурсии по улице Стратонавтов , вдоль Волоколамского шоссе ( до палатки «КУВЕТЫ», которая на самом деле «Цветы», просто вывеску делал хуевый художник) и за МакДоналдс поссать включены в стоимость проживания .

Экскурсии на Тушинский рынок оплачиваются отдельно, ибо опасны.

Экскурсия в вестибюль метро , где в ссаном закутке между палаткой с трусами и палаткой с книгами валялась героиня моего бессмертного произведения «Аниме» Толстая Лиза, оплачивается отдельно-отдельно и по двойному тарифу , ибо место мне дорого.

А образы ,которые незабываемы, но которые -увы- никогда не будут использованы для производства моих литературных героев , я вам обрисую теперь уже не просто так ,а в качестве рекламного проспекта.

Итак, возле метро Тушинская запросто можно увидеть следующих фонтастических персонажей :

А) Худой мужичок в камзоле (бархатном, бля буду),женских туфлях с пряжками и в треуголке ;

Б) Девушка с Вороном ( Ворон сидит в желтой переноске для кошек . Ворон толстый, девка худая и невзрачная);

В) Мужчина Как Мужчина, по виду –менеджер по продажам, взгляд –осмысленный, ботинки приличные ,поверх пиджака – шелковый женский халат с изображением цветущей сакуры;

Г) мужик , который уже лет десять работает зазывалой в маршрутки ;

Д) Таксисты, которые не едут ближе ,чем в Волоколамск, а в Волоколамск не едут пассажиры.
Таксистов много, и они все время нервно курят.

И это только малая часть .

Уверяю вас, уважаемые писатели-фонтасты, нигде вы не увидите сказочных идиотов в такой концентрации и в такой невозможной близости, как в районе метро Тушинская.

Ни один дурдом не сравнится с этой замечательной местностью в яркости красок и насыщенности образов.

Потому что в дурдоме с Мужчины Как Мужчины ,как минимум , сняли бы халат в сакурах .

Приезжайте к нам за вдохновеньем !

К коленке прилипло белесое арбузное семечко –невызревшее , мягкое ,семечко – младенчик .

Поэт сказал бы на это что-то вроде:

«Щедрой Деметры дитя неразумное
неплодородный избрало приют»

Хороший поэт придумал бы поживее :

«К бабьей коленке прилипло зерно.
Жаль, что не к жопе прилипло оно »

Мои же ассоциативные цепочки все до одной протянуты вокруг прилавка, и нет в них ничего от поэзии.

Всего-то- это первый настоящий арбуз –из февральских фаллических никарагуанцев и июльских богатырей ,вскормленных нитратами .

Это –август.

Это, мля ,осень.

Арбузы , чахоточные зеленые перцы –совсем неболгарские , пудовые дыни без запаха и вкуса - печальные и невостребованные, как сиськи начинающей пенсионерки , да крестьянские букеты – три зонтика укропа и смородиновый лист .

И еще погоды.

Еще вчера было полноценное потное лето ,и было все лень, а сегодня уже серо ,и хляби небесные напоминают о недолготе своего терпения и готовности, так сказать, отверзошася, и пора задуматься – о погребах, зимней резине ,школьной форме , а еще надо проверить ,не съела ли моль шубу под аромат лаванды.

Погоды даны для того , чтобы человек двигался .Чтобы шевелил ,болван, поршнями. Погоды –двигатели прогресса. Монотонность погоды вредна.

Есть такие аномальные места, где погоды стоят круглую вечность в одном цвете.

Есть , к примеру, город – он рядом ,он чуть –чуть, самую малость севернее меня, и разницы, казалось бы, не должно быть никакой, а оно вон как состоялось – а-но-ма-лия. Ли-я. То ли я, то ли не я.

Тот город сер хоть в ноябре, хоть в мае, промозгл , недружелюбно влажен , и ,как мне кажется , населен -в немалой части- духами умерших и химерами несбывшихся надежд.

От этой монохромности , от сырости и нервных тиков ветра ,от соседства с духами люди ,живущие в нем , скукоживаются ,как моченые яблоки , и так же теряют цвет .

И начинают думать аномальные думы. Не о хлебе насущном, не о том , как вырастить –если не город-сад, то , хотя бы, капиталец какой , а почему –то о смысле жизни.

Еще куда ни шло там родиться – кто там родился, тот и не знает другого солнца ,кроме серого , и другого воздуха, кроме воды.
За семь по семь колен кровь самоопределила оптимальный состав , разбодяжилась до относительного комфорта и закрылась крышечкой штампованной «интеллигентности»,которой ,вроде как , и нет , если поискать. То есть, она есть , но не питерская, а вообще.

А пришлым там туго. Дрожащая злая сырость высасывает из них теплую кровь и заменяет ее мыслями.Осмос.

Чего-то ищут , дрожат , отмахиваются во сне от химер, трясутся то ли в малярии , то ли в абстиненции , раскисают вонючими зелеными пузырями.

Один мужик приехал в тот город уже взрослым ,половозрелым , выкормленным среднечерноземными сливками румяным губошлепом.

Женился .

И жить бы ему да жить, да добра наживать , да растрачивать провинциальную силушку на благие дела и трудовые подвиги , но отчего-то он скис , сморщился и стал думать .

Хоть и повода к тому никакого , вроде, не было .

Думал-думал , запивал думы грязной водкой из дребезжащего на ветру ларька возле метро Обухово , рыл грядки в своей целинной розовой голове , жевал до крови толстые губы , терял румянец и потихоньку подыхал .

Только и оставалось в нем живого , что зудящие яйца и мятая фотография дочки в кармане затрапезной куртейки.

Хорошо, мать вовремя спохватилась – забрала, отогрела на косой доброй печке , отпоила желтым жирным молоком ,отдышала ,отмолила.

Пить, конечно, не забыл, а думать –бросил.

Работал , колотил из шелковых желтых досок добротные большие гробы .

И губы постепенно залоснились заново, и румянец заиграл на мясистых щеках , и яйца пристроил , и печень отошла на молочных пенках и огурцах .

Только во сне вздрагивал иногда , и кричал что-то невнятное .
А однажды ушел в лес, да и повесился. Красиво вышло – посреди поляны – дуб , а на дубе –мужик. Лицом - от деревни , на север .

В своем гробу и похоронен .

И всё.
Нехуй было ездить.

*

А наши московские погоды любому в самый раз.

В Москве через месяц каждый чукча –коренной .

В меру холода- пять месяцев ,
в меру весны – две недели в мае ,
в меру черемуховых заморозков – чтобы помнилось о зиме и ждалось лета ,
в меру жары – пятнадцать суток, как административная мера , - чтобы надоела, и чтобы ценили холод, и еще чтобы Айс-Фили годовую кассу сделать успели,
в меру летних плюс пятнадцать ,переменная облачность, возможны дожди, чтобы Аэрофлот не бездействовал на турецком направлении ,
в меру бабьего лета, чтобы засолить и сварить компоты ,
в меру слякоти , чтобы ждать зимы , которая вот-вот уже придет.
На пять месяцев.

Калейдоскоп, многоцветье , витражные окна . Вся жизнь – то борьба ,то ожидание праздников .

Что тут думать? Копать надо. А думать практически и некогда- скоро Новый год .

*

А при чем же здесь арбузное семечко ?

Ружье ,которое не стреляет ( машу пухлой ручкою Зубову Ивану и Веллеру) ?

А при том.

В моем детстве арбузы стоили 2(две) копейки килограмм.
Их рубили топором на две части и ставили во дворе –курам .

Мы, дети , ели арбузы совершенно по-свински –вгрызаясь в мокрые полумесяцы , и щеки потом оттирали ладошками, а они ,щеки , потом все равно чесались .

И так же ,как сегодня , прилипали к коленкам семечки.

Погоды в моем детстве тоже были монотонны .

И монохромны – мое детство было желтым.

Шесть месяцев лета.
Желтые груши «дюшес»,
желтый прозрачный виноград,
желтый камень –ракушечник – с панцирями морских гадов и пузырьками – не стройматериал ,а игрушка! ,
желтые кленовые листья под ногами ,
потом немного желтой слякоти и
пожелтевшая от дождя кроличья шубка – с муфтой .
Именно с муфтой .
Ахх.

В тех погодах не думается –там только дышится.

Что тоже не есть хорошо.

Особенно ,если доживать приходится в Москве.



© Copyright

Это не мое. Это талантливая и яркая девочка, и , к сожалению, я никак не могу найти в интернете ее тексты,нашла только два.
Вот пока один.
Ева, извини, что без спроса.



Парк ледяных скульптур
Ева Ванильная
Каждый день начинается как распечатывание коробки конфет, когда засунутый в рот – оказавшийся невкусным – шоколад выплёвывается, пуповиной слюны цепляясь за теплоту рта. По утрам наше гетто плавает в испражнениях сосредоточенных здесь – всех сразу – градообразующих предприятий. Кажется, если открыть окно и подставить воздуху лицо, плечи, ладони – что угодно – чистыми они быть сразу перестанут. В промышленном тумане помогают ориентироваться лампасы спортивных костюмов местных жителей – указатели, направляющие всех здравомыслящих в обход.

Фейковый адидас всегда считался неофициальной формой нашей школы. Начальный её период представляется мне чьим-то чужим воспоминанием, настолько оно смутное. Все три года класс должен был заполнять бессмысленные ряды прописей. Я шалела от этих повторений и прогуливала уроки – не расчётливо, просто меня утягивало куда-то в сторону от человеческого месива. Из школьного курса тех лет запомнилось только, как на природоведении рассказывали, что земля – живой организм, и мы все ходим по телу планеты. Я ещё долго таскала с собой повсюду палку, раскапывая землю в поисках её костей и крови. Если бы обнаружила сердце, постаралась бы стать его хранителем и беречь.
В результате от окончания начальной школы мне остались кислотно зелёный рюкзак, набитый тетрадками, и характеристика на сером листке с печатью и невнятной формулировкой про недостаточно усвоенные социальные нормы. Примерно тогда же я и стала видеть сон про бесконечную зиму в парке ледяных скульптур.


До сих пор помню, с каким мерзко-безнадёжным звуком в первый раз захлопнулись ворота, его продолжил мой собственный визг – вопль понимания, что мне не выбраться.
Ночью я проживала несколько месяцев – бродила по парку, вглядываясь в ледяные лица с надеждой, что очередной зимний день приближает время, когда они растают.
Мерцание неоновой рекламы бликовало на скульптурах, и я принимала эти отсветы за таяние. Дышала на такие лица, посасывала им носы, грела телом изваяния, царапала неподдающийся лёд, мечтая обнаружить под ним живую, горячо льнущую к пальцам плоть.
Но вокруг было слишком много всего – поддерживающего вечную мерзлоту.
В этом парке были запрещены книги, как и всё, чем можно было разжечь огонь и растопить градус всеобщего холода.
Под утро – во сне это была уже середина весны – я больше не могла наблюдать гримасы льда. Поблизости сразу же находился инструмент, чаще всего молоток или топор.
В первые удары я вкладывала всё своё отчаяние и злость. Била неуклюже, молоток соскакивал, разбрызгивая осколки. Ледяные щепки царапали мне лицо. Удары становились все чаще и чётче, пока я не оказывалась внутри ледяного крошева.


Просыпалась я заледеневшей, долго держала руки над плитой и чашкой кипятка, смотрела мутно – как через ледяную корку. К окончанию последнего урока пелена обычно таяла.

В пятом классе у меня появился Сашка – женской замены ему за все годы в школе так и не нашлось. У Сашки была армянская фамилия, характерная внешность и чудесная семья. Его родители сначала беспокоились, но когда познакомились со мной – с бледным лицом, такими же волосами и глухим голосом – волноваться перестали – не верили, что Сашка может влюбиться в такой несочный экземпляр. Между нами и правда никогда не было и намёка на флирт. Только однажды – в восьмом классе – когда Сашку познакомили с девочкой из местной диаспоры, и он дико волновался, что ему дальше с ней делать – я предложила потренироваться, и весь вечер мы процеловались. Я бы разрешила ему всё остальное, если бы он захотел, было не жалко такой ерунды.

С детсадовского возраста мою любовь к людям оберегало убежище на чердаке, куда я могла от них прятаться. Я поделилась им с Сашкой сразу же, как поняла, какой он прекрасный. Сашка перетащил к нам из дома кучу журналов, книг и старый кассетный магнитофон – под него мы орали, подпевая Летову и Кертису. Там же делали уроки. То есть Сашка делал, а я списывала – так с его помощью тянулась из класса в класс. Он разрисовал стены чердака фресками, за что я объявила его богом кисти и уговаривала послать к чёрту физмат. Сейчас кажется, там происходило всё лучшее, что у меня было, и я больше никогда не буду такой счастливой.

После девятого нас распределили в разные классы. Сашка попал в физико-математический, а я осталась в классе для никаких детей. У меня всё осталось по-старому, а у Сашки начались проблемы. Он ничего про них не рассказывал, пока я сама не столкнулась с этим дерьмом.
Как обычно, ждала Сашку на крыльце после уроков, а он почему-то выбежал из-за угла школы – курилки. Увидев меня, замедлил шаг и подтянул уголки рта вверх. За ним шли несколько его одноклассников, пара человек из параллельного и зиговали вслед.

- Сашк, что такое? – я спустилась навстречу.

- Да, ерунда, – он виновато улыбнулся, как умеют это хорошие мальчики, когда им неловко за чужое поведение.

- За спиной подружки прячешься, хачик? – заорал один из подошедших.

- Заткнись, Цепень, – ради Сашки я иногда разговаривала с другими людьми.

- Россия – для русских! Проваливая в свой аул, черномазый!

- Ты что-то путаешь, Цепень, – я зачерпнула грязь с клумбы и швырнула ему в лицо, испачкав подбородок и ворот куртки. – Посмотри, это же ты черномазый.

Цепень двинулся было ко мне, Сашка дёрнулся заслонить, но тут появилась завуч – такое же быдло, как и большинство учеников, только закамуфлированное приобретенными с филфаком и возрастом навыками маскировки.

Через неделю Цепень и его компания поймали меня в квартале и зажали между подъездами. Двое заломили мне руки, пока Цепень задирал сарафан и лапал. Ещё один снимал всё на телефон. Сашке я ничего не рассказала, но он сам узнал – в школе я сразу стала популярна. Продолжалось это недолго, полно было добровольных желающих снять свои задницы и похвастаться ими через блютус перед окружающими.

Сашка не обсуждал со мной эту тему. После школы мы сразу шли на чердак или к нему домой. Уроков в выпускном классе стало больше, но я не могла самостоятельно заставить себя ими заниматься. Когда Сашка ходил к репетитору, ждала его, валяясь с книжкой на чердаке. Я жила так же бледно, как и выглядела. Ночи проводила в парке ледяных скульптур, дневная действительность ничем, кроме Сашкиного в ней присутствия, не отличалась.

Всё было спокойно, пока перед экзаменами Сашка не пришёл избитый. Пока я обнимала его, дуя на рассечённую губу, он хвастался, что тем уродам досталось ещё больше. Никакой гордости я за него не испытывала, только страх. И злость. Хотелось, как в моём сне – взять молоток и раздробить лица тех, кто его тронул.
Если бы я не была девочкой – так бы и сделала.
Если бы я не была девочкой – Цепень разобрался бы с нами как-нибудь иначе.

Он и ещё двое бритых поднялись на чердак, когда я была там одна, без Сашки.

Глаза я закрыла. Подумала, если буду смотреть, до конца жизни не забуду происходящее. Зажмурилась и превратилась в Элли, подхваченную ураганом – только мне повезло меньше, я была не в домике-фургоне, а в эпицентре стихии. Ураган разрывал меня снаружи – мой рот, ноздри, горло – и изнутри. Он был такой силы, что выжимал из моих сухих глаз слёзы, а из сухой меня внизу – какую-то слизь и немного крови. Невозможно было идти против ветра такой силы, он вертел мной и подчинял своему движению, задувая везде, куда мог попасть. Сложно было дышать – я сама себе мешала, спаяв наглухо зубами губы, чтобы не кричать. Потом ураган немного ослабел, потом превратился в смерч, засасывая меня в свою воронку. Затем меня трепал просто сильный ветер, напоследок опять подхватил ураган.

Я так ждала штиля, что когда он наступил, не сразу поняла, что всё закончилось. Пришла в себя не в волшебной стране, а всё на том же чердаке – влажном от всех послеураганных жидкостей – с плачущим Сашкой рядом.

Наверное, они о чём-то таком его предупреждали, потому что он не спросил, кто это сделал. Я, удостоверившись, что не так растерзана, как ощущалось, что у меня ещё остались лицо, тело и волосы, разлепила губы – трещинки на них сразу защипало – и прохрипела:

– Не расстраивайся, Сашк, ничего страшного.

Это прозвучало жалко и неубедительно. Сашка поднял на меня сумасшедшие больные глаза и завыл. Я потянулась погладить его по волосам, но, увидев синеву моего запястья, он вскочил на ноги и слетел с чердака. Я слышала, как грохочет по лестнице отчаяние. Кеды не могли так топать.

Идиотские параллели с детскими сказками меня не оставляли. После «Волшебника Изумрудного города» появилась «Снежная королева» – за происходящим дальше я наблюдала, щурясь и часто промаргиваясь от ощущения льдинок в глазах.

Сашка разделался с Цепнем обычным кухонным ножом, ещё одного из троицы слегка поцарапал – и вместо экзаменов оказался в СИЗО. Местные газеты тошнило заголовками вроде «Горячий южный школьник из ревности зарезал одного любовника своей подружки и покалечил другого». Ни в какую милицию с заявлением я не обращалась – не знала, как разговаривать с оборотнями без Сашки-переводчика, как демонстрировать разрывы и синяки для освидетельствования.

Как и Сашка, я не сдала ни один выпускной экзамен. Просто прошла мимо школы, как когда-то в детстве. Теперь мне не хотелось царапать землю палками, хотелось гладить её и признаваться, что понимаю – как ей тяжело носить на себе всю эту грязь. И не виню её в том, что, скорее всего, ее сердце давно остановилось, умерло, поэтому я не нашла его тогда и поэтому всё вокруг такое неживое.

Сашку осудили, его родители меня теперь ненавидят. Убежища у меня больше нет. Я брожу по улицам, раздвигая лбом и руками концентрированное марево города, перекрашиваю попадающиеся свастики в четырёхлистники, замазываю надписи «дималохатанясука» – вдруг они неплохие ребята, прикармливаю бродяг и всё больше бледнею.

Мне никуда не деться. Я помню, что ворота в парке ледяных скульптур всегда надёжно заперты.

Не знаю, может , я опять отстала от жизни,может ,все уже в курсе, а я нет, может ,весь Рунет уже аплодирует им стоя,лежа и сидя на горшке, и одна я как дура без подарков,
но вот для меня Пирожки -это открытие .
Сезона.
Ничего лучше этот сезон мне не предложил пока.


http://community.livejournal.com/pirozhki_ru/


Без позволения хозяев интеллектуального багажа представлю несколько экземпляров собственно Пирожков:
*
несут художники искусство
народу и таким как я
а я его несу обратно
не пригодилось говорю
*
ты ждешь какого то подвоха
от окружающих людей
проходят годы ты стареешь
уже не помнишь чего ждешь
*
поймали бабку пионеры
и заставляют наплевать
на крестик маленький латунный
на образ светлый дорогой
*
оксана пишет для олега
огромнейшее эсэмэс
в нём то люблю то ненавижу
то будь со мной то уходи
*
и вот это,любимое:

оксана говорит егору
хочу пожить без секса день
не вообще совсем без секса
а чтоб хотя бы не с тобой

Да, а еще там медвежата в гамаке спят и в ванне купаются по двое

Очень хочется уехать к медвежатам.

Где-то в Иркутской, кажется, глуши, живут старик со старухой, которые подобрали сначала двоих медвежат –сироток , а теперь у них медведей – медвежат – медвежаток - разных размеров и возрастов – уже шестнадцать . И все добрые , и все послушные , и все хозяев почитают за мать-отца .

Едят , правда, много . Пенсии старикам не хватает . Иногда бизмесмены иркутские присылают просроченную сгущенку .

Это по телевизору показывали – сама не видела , муж рассказал.

Я тоже хочу – медвежат , щенят или детей каких-нибудь , только чтоб дети были глухонемыми , что ли. И чтоб не росли.

И тайгу. Или захлебнувшуюся солнцем Беляевку .

Что ,в принципе ,одно и то же- тишина.

К чертовой матери .

Ибо смысла в этом -бездна .

Гораздо больше ,чем в схиме, медитации или аюрведе какой-нибудь.

Наверное , когда-нибудь так и сделаю.

Наверное , кто-нибудь скажет , что я сошла с ума.

Или даже ебнулась .

С моей стороны- никаких возражений

Или еще можно любовника завести.

Негра.

В этом тоже что-то есть .

Сегодня впервые в жизни ходила на трезвые шашлыки.
Пикником это назвать нельзя.
Не советую.

Я никак не претендую на обобщение , просто мне так кажется.
Просто мне кажется , что о великих временах имеют право писать только тех времен свидетели и участники .
О войне.
Войны древней России превратились в «Волкодава». В дурковатую сказку.
Страшные ,кровавые , подлые , предательские ,героические ,с голыми руками , с дымящимся порубленным человечьим мясом, с отравленными царевичами, с поруганными женками , с разорванными надвое младенцами , с вилами наперевес времена стали очаровательным квестом с дракончиками .
Про войну нельзя писать неветеранам.
Нужно пройти западный фронт , чтобы написать , что На западном фронте без перемен.
Нужно вдохнуть .
Иначе получаются квесты с Безруковым , сжигающим пачками фашыстов праведным драконьим огнем.
Или получаются морализмы для школьной программы – Тарас Бульба, единственное у Гоголя неживое.
Я не претендую на обобщение ,- Алан Пакула , нью-Йоркский поляк , никогда не был в концлагерях, но снял «Выбор Софи», и черт возьми, он имел на это право , и это был его долг.
И ветераны порою врут .
Я не знаю, совсем ничего не знаю, и как определить ,- черт или ангел положил ладонь на твое плечо в темноте , тоже не знаю.
Но смотреть сериалы про войнушку не могу.
И книжки-книжонки про нее читать- не могу.
А великое время демонтажа Совецкой Империи мы прозевали.
Когда нам было его разглядывать – охуевшим от беготни в поисках ,чего бы спиздить на развалинах.
не будет про это время честных книг

Пассажирский состав маршрутки настолько интернационален , что гхэкающие братья-славяне снова не кажутся иностранцами, как при Брежневе.
На заднем сидении нашего веселого желтого «Богданчика» -фиолетовый человек в чалме.
Что ищет он в подмосковных лесах?
Зачем он туда едет ?
Что бросил он в родных лиановых джунглях?
Впрочем, это так ,для красного словца,- на самом деле ,всем похуй, нас тюрбаном не напугаешь, вон в Малиновке негры отрядами детей местным девкам мастерят.
Опыляют наши аленьки цвяточки в джинсах Дольче енд Габбана.
Да лишь бы на здоровье – и временным афромалиновцам, и местным толстожопым девкам.

/////

Красивая ,как луна , девочка-трехлетка лопочет что-то сладенькое такое на родном басурманском наречии , и это всех умиляет .
Потом ее красивая , как луна , мама долго –долго и громко –громко говорит по телефону : Бер-быр-бер-Самарканд-быр-быр.
Это уже многих напрягает . Самаркандская мать выходит на Цеммаше .
Уф-фф.
Потом за этнические переговоры взялась молодая армянка, моя тесная соседка.
Однако,блять.
Не армянка, а в принципе .
Не , я не ксенофобка, я и сама не то чтоб очень славянка, и прогрессивно мыслящая , и даже гомосексуалистов уважаю , пока они не виляют жопой и не красят губы в общественных местах, и демократка до мозга костей , и вообще.
Блять.
Не я, а в принципе.
Подумалось вот что (впрочем, это мне думается по любому поводу, а иногда и без оного) : человек всегда скотина .
Ибо ,если бы в маршрутке по телефону разговаривала не миловидная молодуха-армянка , а белесая рыбоподобная немка , ей бы умилялись куда живей , чем той девочке-луне –трехлетке. А может, не живей,а подобострастней.
И я тоже.
А если бы вместо армянки сидела рядом со мной француженка , и вместо Самарканда журчала бы про Париж, то мужеская часть пассажиров вообще бы кончила .
А если бы я приехала в Ереван, я бы сошла там за свою . Я такая уродилась, что я везде схожу за свою.
А если бы я заговорила на русском вот так – долго ,громко и в маршрутке, армяне бы не сказали, что я блядь.
Армяне , мне кажется, добрые люди.
И мы для них , вроде , пока –Большой Брат.
Как для нас – Европа.

Наверное, тот хуй морковкин , что написал эссе под названием «Худший город на Земле» про Москву, вдохновлялся в районе Тушинской.
Тушино отвратительно , особенно возле метро .
Грязь, клеенчатые босоножки с бутылочными стеклами брошек , Балтика -9, ссанье по асфальту , бомжи и магазин «Все по 40» .
Сейчас на Тушинской режут автогенами торговые павильоны. Там все время что-то режут. А потом что-то строят на месте разрезанного . Так было , и так , наверное , будет. Всегда. Тушинская динамична , как процесс брожения в выгребной яме.
Полагаю, г-н Хуй Морковкин прибыл из своих любимых Ебуньков-на-Амуре на Казанский вокзал в 9 утра, потом попал в метро ( в час пик,когда сотни тысяч других хуев морковкиных из сотен тысяч других ебуньков -на- других -речках прут на роботу) , а вышел наш Морковкин именно на Тушинской .
Вот и фся Масква. Масква г-ну Морковкину не понравилась .
Он сделал вывод , что в этом отвратительном городе никто не работает ,а все только лущат семечки ,по-восточно-колымскому обычаю сидя на корточках, плюются , писяют на асфальт и собирают жестяную тару.
А деньги падают в Москве с небес, только вот самому г-ну Морковкину так и не удалось попасть под этот сладостный дождь – все опять досталось москвичам-этим отвратительным праздным людишкам в блестящих босоножках .
Ну , переубеждать Морковкиных –дело неблагодарное . Пусть уж думает , что ему заблагорассудится.
А Тушинская ,хоть и отвратительная, а другой у меня нету. Буду любить то , что есть,- вместе с босоножками .

Если вдруг ко мне приедет дальняя родственница из Нарьян –Мара, у которой муж алкоголик в седьмом колене, которая работает с девяти до пяти с перерывом на обед, и которая считает, что Москва –средоточие зла , и здесь произрастает корень всех ее бед , и что москвичи все до одного –моральные уроды, лентяи и воры, мне придется показывать ей достопримечательности.

Кроме Красной площади , ГУМа, ЦУМа, карусельки в Детском Мире и Черкизовского рынка ничего на мещанский ум не приходит.

На Красную площадь она и без меня может съездить, ГУМ-ЦУМ отпадают по причине неприятности для меня шоппинга вообще (профессиональное) , и шоппинга в компании провинциальной родственницы – в частности, Детский Мир закрыт , Черкизовский рынок сейчас не в лучшей форме, и в гробу я его видела.

А покажу я ей Рублевку.

Не лесную , не ту , где Сифон с Бородой питаются не хуже мэра Нарьян-Мара ,- это же не Москва , да и не люблю я ту Рублевку .

Во-первых ,завидую , сцуко , а , во-вторых , неприятные воспоминания связаны с этим сакраментальным местом– здесь я училась водить автомобиль. Училась –училась, да так и не научилась , а вспоминать поражения я не люблю . Да и незачем родственнице нервы мотать .

Я повезу родственницу на ту Рублевку ,которая в черте города.

На этой Рублевке очень много штучек , способных приласкать провинциальный взор .

Вот , к примеру, заброшенные дворцы с башенками , обмотанные изъеденными кислотным московским дождём транспарантами «Продается»

Высокоморальное ,надо сказать, зрелище.

Буржуи, обокрав в очередной раз провинцию, выстроили в блатном месте совершенно неприличные для нормального российского человека виллы , а справедливые градоправители взяли , да и протянули рядышком железную колбасу «Ашана»- мекки нищих.

Уравняли буржуев в правах, дали им шанс увидеть ,наконец, простой народ - много простого народа- с Балтикой –девяткой и яйцами в картонной таре.

И стоят теперь неликвидами башенки с медными флюгерами и прочими архитектурностями , и никто в них не живет, и никто никогда их не купит.

Бе-бе-бе, дорогие не сумевшие адаптировать градостроителей буржуи, так вам и надо. Даже если вы вывезли капитал с месторождений Нарьян-Мара.

А чуть дальше , на Кутузовском , близ Триумфальной Арки , еще одно святое для русского сердца место – здесь Карина Гличьян проехала Лексусом по милиционеру.

Два раза – туда и обратно.

С одной стороны ,конечно, Карина Гличьян –личность неоднозначная – и папа у нее миллионер, и фамилия у нее не очень , и Лексус ,опять же .

С той же стороны , милиционера по -человечески жалко, и дай Бог ему здоровья и долгих лет на пенсии , но – как символ это сила !

Ну какой же русский не возрадуется перееханному туда и обратно менту ?

А самое замечательное место я оставлю на сладкое .

После посещения этого места моя несуществующая провинциальная родственница почувствует себя королевой жизни , великим мыслителем и вершителем судеб.

Ибо то, что она увидит на Стене , абсолютно соответствует ее мнению , абсолютно точно отражает ее несформулированные мысли и подсознательные чаяния .

На стене написано следующее:

STERLIGOV

АНТИКРИЗИС


РАССЕЛЕНИЕ МЕГАПОЛИСОВ

ТРУДОВОЕ ВОСПИТАНИЕ ДЕТЕЙ

ВОЗВРАЩЕНИЕ ЗОЛОТОГО СТАНДАРТА.

И нарисован неизвестный джигит , возможно, это собственно Стерлигов.

Православный , так сказать, бизнесмен.

Спаситель (спасатель?) России , новый Мессия , миллионер , бросивший столицу и уехавший в лес разводить лошадей , медведей, пчел или что –то в этом роде.

Я думаю, что моя обозленная нищетой и бледной сексуальной жизнью с мужем-алкоголиком родственница от совершенства этой антикризисной программы простого российского умалишенного даже кончит.

Испытает оргазм, то есть,- мы же в Москве, и мы интеллигентные люди , а кончать она будет дома.

И я не стану мешать ей.

Я не расскажу , в какой первобытный ужас я впала после ознакомления с этой программой , какие мне снятся кошмары, и какая футуристическая картинка нарисовалась у меня в голове .

Про то, как это может выглядеть.

Как будет сформирована Комиссия по
расселению.

Как будут означены ею основные категории граждан, подлежащие переселению.

Как назовут эти категории.

Например, так: «Лица , задействованные в непродуктивном секторе экономики»

Кто будет входить в эту категорию.

Конечно ,я.

Как и большинство мелких предпринимателей, потому что крупные сумеют адаптировать Комиссию под себя- во всех Комиссиях мира заседают живые люди.

А еще работники культуры, науки и искусства.

Библиотекари и художники –оформители.

Рок-музыканты.

Поп-музыканты.

Рэперы –обязательно.

Нелегальные мигранты.

Легальные мигранты.

Нацболы.

Валерия Новодворская .

Лера Кудрявцева- старая потому что.

Гомосексуалисты.

Тунеядцы и алкоголики.

Ранее и впоследствии судимые.

Лесбиянки.

Лица, состоящие на учете в ПНД.

Цыгане.

Про евреев- не уверена,но боюсь.

И как нас вывезут немного насильственным способом в отдаленные районы Крайнего Севера и прочего Нечерноземья.

Как нас поселят в специально перестроенные для этого случая заброшенные коровники , и каждому выделят изолированные ясли , защищающие каждого из нас от внешнего мира колючей проволокой под током в 220 Вольт.

Как нас поведут строить антикризисное народное хозяйство : например , рыть ров вокруг нашего же поселения.

Естественно, лопатами , вручную, - в целях воспитания патриотического антикризисного духа.

Как бодро и дружно мы будем петь Антикризисный Гимн , сочиненный, естественно, Михалковым и ,естественно, Газмановым.

Дважды в сутки- в 6.00 и перед отбоем.

Как рады мы будем макаронам по праздникам и ежеквартальным Мероприятиям, Посвященным Российскому спорту, похожим на сдачу норм ГТО.

Как мою толстую , ленивую, с золотистыми кудряшками дочь Любку, девяти с половиною лет отроду, немного насильственным способом отберут у меня и увезут в Лесную Школу-Интернат при Департаменте Трудового Воспитания Детей , и станут там ее учить труду, воспитывать и заставлять меня ненавидеть.

Как лучшие ученики будут удостаиваться чести быть направленными по окончании пятого класса в Школу Народной Антикризисной Милиции при Департаменте Охраны Благоденствия и Процветания.

А ученики-хорошисты пойдут служить той же великой цели , но в пехоте.

А моя бестолковая Любка подрастет и тоже будет рыть ров . Лопатой,вручную.

Как девочки будут учиться и жить отдельно от мальчиков , а по достижении ими половой зрелости и после прохождения полного медицинского обследования самые здоровые ,достойные ,генетически чистые и половозрелые будут направляться в Спецучереждения При Департаменте Репродукции для скрещивания с достойными юными гражданами противоположного пола для воспроизводства и пополнения популяции Граждан , Переселенных Из Мегаполисов .

Как мой святой муж отречется от меня , потому , что я его очень об этом попрошу.

Чтобы сохранить квартиру .

Как я даже хотела написать об этом рассказ, но ,подумав хорошенько , поняла ,что писать антиутопии после Оруэлла и Татьяны Толстой уже неприлично и моветон, и что инстинкт самосохранения хоть иногда ,да нужно включать, да и отказалась от этой опасной и глупой затеи .

Вот только тщеславие писаки не дает мне покоя , поэтому запишу хотя бы эпиграф, который кажется мне так удачно подобранным к этому ненаписанному рассказу:

1) . «Бардюрный камень»

(рекламный щит на Ильинском шоссе)

2)Социальная реклама:
а. Представляет общественные и государственные интересы;
б. Направлена на достижение благотворительных целей и результатов (под социально-полезным результатом понимается: улучшение криминогенной обстановки в стране; предупреждение распространения наркомании и заболеваний, связанных с ней; побуждение населения к выполнению обязанностей перед государством (воинская обязанность, уплата налогов, соблюдение нормативно-правовых актов, охрана окружающей среды) и иные результаты, связанные с положительным эффектом в общественной жизни.
(определение социальной рекламы в Федеральном Законе от 18 июля 1995 г. №108-Ф «О рекламе»)

Запишу в блокнотик –на память , чтобы читать иногда ,перечитывать и бояться .
А родственнице не покажу - пусть кончает безмятежно.
Кстати, у кого-нибудь есть опыт согласований и получения разрешения на размещение наружной рекламы?

Нет ?

И не надо .

Это трудный опыт .

В Москве , по крайней мере.

Эта история видится мне знаковой .

Вроде, Кто-то Главный показывает мне Что-то Главное.

Что именно ,я пока не поняла .

Предварительное мое видение таково : вокруг меня - святые.

Мне от такого окружения как –то неловко , ведь некоторым из святых достается от меня на орехи вот уже десять лет кряду, некоторые святые кажутся мне совершенно нелепыми , а некоторых я даже грозилась выкинуть из окна к чертовой бабушке, если они не прекратят скулить .

Трудно жить среди святых .

Нужно бы как-то подтянуть моральный уровень до их высот, да поди-ка, подтяни, когда грехи мегатонны, и цинизм заскорузлым ногтем вцепился в душу.

Страдаю от собственного несовершенства и несовершенства мироустройства , да еще от лени что-то в себе менять .

Поэтому мероприятия по очистке души от скверны и равнению на святых сведу к минимуму.

Просто выгоню поганой метлой мелкого бесенка, искушающего выжать из этой истории душещипательные соки и заварить на них очередной трогательный рассказик , и расскажу все как есть . Вдруг это кому-нибудь поможет- например, святой старухе -учительнице вернуть свою любовь , или старухе- собаке - вернуть свою учительницу, или человеку в Инфинити , который собаку украл , вернуть свою честь .

Или святому моему мужу спать спокойно, зная, что нелепая бабка тоже спит спокойно, обнимая вернувшуюся собачонку.

Хотя, шансы невелики, конечно.

Но вдруг.

В умненьких Мотиных глазах плещется страх .

Мотя панически боится потеряться снова.

Я не знаю, что пережила эта маленькая убогая собачка , но знаю, что ей было плохо.


Она сама пришла к моему мужу . Пришла на дачный участок, облизала мужу кроссовки и заявила: здравствуйте, я ваша Мотя, я буду у вас жить. И осталась.

И две недели я слушала рассказы святого Ондрея о смелом кокер-спаниеле , изгоняющем с участка огромных дворняг, пьяных таджиков и участкового милиционера Славика.

Потом Ондрей привез кокера домой.

Кокер оказался облезлой и страшной, как смертный грех ,пожилой метиской незнамо чего .

Лысая до талии , а от талии - украшенная напичканными блохами дредами . Кривые ноги, кривые зубы , отвисшие старушечьи соски и ужас в глазах.

Святой Ондрей сказал, что зимы на улице лысая собака не переживет .

Мотя оказалась умницей, но истеричкой . Она не гадит дома , и не грызет мебель, но совершенно не может жить без Ондрюши. Отгоняет от него аборигенов – французского бульдога , который раньше считался наглецом , а теперь тихо ушел под диван , и кота Блина , который без Ондрюши тоже не очень может.

И меня . Мотя выделила мне место для сна на коврике ,а себе –там, где раньше спала я.

Когда Мотин кумир уходит из дому, Мотя начинает рыдать . Человеческим голосом . И рыть подкоп под входную дверь. Она уже достигла некоторых успехов ,несмотря на короткие лапы и общую немощь . Дверь скоро падет.

Когда Мотя рыдает Ярославною, видно ,как заходится страхом ее старое сердце - пульсирует часто-часто жидкое межреберное мясо .

Муж ,по возможности ,таскает эту страшную клячу с собой . Как мудак. Машина у нас теперь шерстяная.

Жрет Мотя хорошо, очень хорошо, очень-очень хорошо, и уже почти обросла. Мы уже исключили из списка ее предполагаемых предков китайскую хохлатую собачку .
Как и кокера.

Если у кого-то нашлась собачка, то у кого-то собачка потерялась .

Не факт, что это одна и та же собачка .

Но со святой старухой мы пересеклись.

Объявление было размещено аж в двух бесплатных газетах , которые никто не читает , а используют исключительно ,как подкладку под жопу ,чтобы не садиться на бетон, и как подкладку под воблу, чтоб было ,куда сложить несъедобные части .

Мои соратницы по борьбе за деньги эти газеты прочитали . И подсунули мне.

«09.05.2009 возле ст. метро Парк Культуры украли собаку ,девочку, метиса болонки и терьера ,8-ми лет. Ее увезли в машине марки Инфинити. Будьте милосердны , сообщите ,если что-то известно о ее судьбе.» И телефон.

И фотография нашей Матильды.

Я позвонила.

Старуха приехала ночью . Примчалась . Сама за рулем, пучок энергии .

Мотя ее испугалась и в руки ей не далась . Прижалась к Ондрюшиным штанам.

Тетка Мотю тоже не признала .

Ищет она свою любимую Мулю, похожую на нашу любимую Мотю , по городам и весям уже два с половиной месяца , и за сто километров ездила, и на Николину Гору, и куда только не ездила.

И с тех пор ,как Мулечку украли, тетка стала плохо спать . И готова свернуть горы, и жизнь без Мули тетке не мила .
И она сходит без Мули с ума, и никаких других собак . Категорически.

Тетка говорила долго, много, быстро и со слезами на глазах. Нелепая святая старая тетка в юбке до пят . Она обещала о нашей семье помолиться ,охх.

Работает тетка учительницей в интернате , и начальство ее боится.

«Десять сирот называют меня мамой»

А я курила в сторонке, пока один святой человек рассказывал другому о своей последней в жизни любви .

Люди в Инфинити, ну на кой хрен вам нужна эта чертова псина? Отдайте ,а ?

Если она , конечно, еще жива.






©
Свидетельство о публикации №1907120463

То и дело натыкаясь на рассуждения умных о том, что Бога нету, подкрепленные железной логикой математики и цитатами из Людвига Фейербаха , и на ответные рассуждения других умных о том, что Бог-таки есть , подкрепленные зыбкой логикой Фомы Аквинского , я ничего не понимаю в этих спорах.
Я просто смотрю на этих бойцов , как на идиотов, и только пожимаю плечами : как же нету, когда есть ? Просто как же нету, когда просто ЕСТЬ.

Я схемы -картинки -розочки-цвета меняю не от того , что выделываюсь, и не от того, что дура, а только , чтобы глазки не натирало. Эта, вроде, не натирает .
Как вариант рассматривалась схема в леопардовую пятнышку О_О

Вокзалы, поезда, стук колес, уходящие вдаль рельсы и чай в странной конструкции из стекла и подстаканника – самые затрепанные тэги в мировых романтических соплях. Наряду с белыми голубками , воздушными змеями и одинокими уличными фонарями .

Впрочем, образ подстаканника мне и самой нравится.
Как великолепный маркетинговый ход древних железнодорожников.

Как артефакт.

Мне жутко хотелось украсть подстаканник с надписью «Укрзалізниця» из одесского поезда, но очень уж симпатична была мне проводница Олена, красивая кобылица с чертенятами в черешневых очах, стреноженная на сутки узкой форменной юбкой.

Кто их знает, украинских железнодорожных завхозов, – может, они заставляют проводниц оплачивать украденные подстаканники в пятикратном размере?

А вокзалы –вокзалы мне не образы, и не романтика , а отстоявшийся мутный чифир в том самом стакане.

Хотя, какой там стакан – чифир бывает только в серых алюминиевых кружках. Вот так, да, и цвет у всех вокзалов - серый. Даже если вокзал розовый или желтый.

Концентрат горечи, взвесь мути, осадок на сером дне.

И отработанные чаинки, которым дальше уже -каюк.

Я не знаю в вокзалах мечтаний о дальних странах, не вижу на перроне девушку в белых носочках, что машет тонкой рукой вслед уходящему поезду, не слышу радостных колокольчиков-поцелуев встречающих, и не чувствую запаха настоянного на машинном масле ветра.

Так, мелькающие в самодельном мультике из накрученных на карандаш листов блокнота картинки – пролистнули-прокрутили –уехали-приехали. И ушли. Забыли вокзал, захлопнули блокнот.

Я знаю в вокзалах вываренные чаинки. Я их вижу, их даже видят не все.

Выпаренные до прозрачной безликости ненужным долголетьем старухи-героини самого малого бизнеса- с колбасами наперевес и паленой водкой, выжженные той же паленой водкой снулые вокзальные бляди, выброшенные за борт сутенеры с черными героиновыми руками и недобрым в глазах .

Лысые дети, которые не растут, ограниченные в росте пакетом с клеем Момент .Одичавшие менты . Облезлые зомби –собаки . Разлагающиеся зомби-бомжи.

Наши люди.

И нашатырная вонь. Ветер, настоянный на моче и чебуреках.

Ленинградский вокзал переименовали в Николаевский. Это хорошо ,ей-богу. Коммунистам снова есть с чем бороться, старикам есть о чем рассуждать, хозяйственникам есть что украсть в жизнерадостной смене вывесок. Газетам есть свежий информационный повод.

А вокзалу, наверное, все равно.

И мне все равно- я не бываю на Ленинградском. А мой Казанский –вечен. Азия,ё.

вышиваю рушник маками ,
укрываю маки туманами ,
серым по алому ,
серым по алому,
обволакиваю , обволакиваюсь .
Щедрой дурью дурмана рождаюсь заново .
Прячусь.
Нахожу себя , пропадая ,
ухожу в морок , зашивая.
Раны.
И коплю- коплю
Двойной запас маны.
Коно
Плю.


Публичность отвратительна.

Каждый первый мудак считает своим долгом сунуть свой мокрый бесформенный член в нежную мякоть моего мозга.
Я делаю доброе дело - я даю возможность импотентам получить последний оргазм.
Я не хочу делать добрых дел.

http://www.liveinternet.ru/community/2281209/post106154475/


Милые мои добрые благотворительные люди,поймите меня правильно. Впрочем,воля ваша- можете не понимать.

Я люблю кошек.

И собак люблю, и бабочек. И дельфина , издохшего в дельфинарии от пневмонии и от голода. И бельков , и китов, и уссурийских тигров.

А еще я люблю европейскую сытую отзывчивость и расследования случаев нехорошего обращения с животными в программах Энимал-Плэнет на НТВ -плюс.

И держу дома кота и двух собак, одну из которых,древнюю страшную старуху-дворнягу,я подобрала на улице.

Иногда мне приходится убирать за ними , пардон, гавно.

И я совсем не понимаю, почему же , при всем при этом любовном трепете по отношению к братьям нашим меньшим, и при безмерном уважении к европейско- американским традициям благотворительности, и при нежадности , в общем, у меня вызывают нехорошие ,похожие на рвотные, рефлексы такие вот душераздирающие мольбы добрых девочек и мальчиков в Рунете :

памагите прокормить зверушку, мне одной не справиться, и так много для нее сделала!

Ребята, может , стоит разместить призывы от имени не таких добрых,как сестра Евгения, и не таких обаятельных, как ущербная кошечка, но тоже очень нуждающихся товарищей?

Например , от имени девушки Светланы из Подмосковья :

Помогите! Очень нужна помощь!
Просто крайне необходима помощь!

Потому , что мать у меня пьет по-черному, и пенсию свою пропивает в два дня, а у меня зарплата девять тысяч,а В Подмосковье цены- почти ,как в Москве,и за квартиру платить нечем, а еще мать выгоняет меня из дому, и я бы ушла , да мать ,хоть и пьянь, а родная, и мне ее жалко, она одна совсем пропадет.

Как вам, трогательно?

Или вот, от имени молодой женщины Лены :

Помогите!Помогите! Очень нужна помощь!
Просто крайне необходима помощь!

Потому , что я родила сдуру без мужа, начитавшись агиток о грешности абортов в женской консультации, а теперь мы с малышом фактически нищенствуем, и нам не на что купить молоко, не то , чтобы памперсы.

А пособия на ребенка хватает только на хлеб, и то, на самый дешевый.

И поэтому я стараюсь лишний раз не выходить из дома, чтобы случайно не зайти в магазин.
Вы знаете , что такое бояться выйти из дома, чтобы не потратить случайно двести рублей?

Или от имени пенсионерки Алевтины Васильевны из деревни Ивановка:

Помогите!Помогите! Помогите!!Очень нужна помощь!
Просто крайне необходима помощь!

Полтому , что у пенсия у меня малепусенькая, и здоровья нет совсем, и сын в тюрьме третий год, и в УДО ему отказали, и ,значит, сидеть ему еще два,а я не доживу,и не увижу кровиночку.

И был у меня участок земли в семь соточек несчастных,а земля в Ивановке(пять км от МКАД на Запад) дорогая , и надеялась я эту землю продать , чтобы .. да что там рассуждать - просто , чтоб деньги были.

Но пришли богатые люди , и решили выстроить в Ивановке элитную конюшню.
И не выкупили у меня мои соточки печальные, потом политые, с огурчиками и клубничкой, а тупо отняли.

Хоть плачь , а хоть вешайся.

Или от имени медсестры Анны:

Помогите!Помогите! Очень нужна помощь!
Просто крайне необходима помощь!

Потому, что я работаю двадцать лет в гавне и в рентген - излучении ,а зарплата у меня чуть -чуть побольше, чем у молодой женщины Лены-детское пособие.

Продолжать?

О солдатских матерях, об Орловской губернии, где жрать нечего, о бедолажных торговцах с Черкизовского рынка, которые расплачиваются своими жалкими ( поверьте мне- жалкими ) тряпками за турецко-подданный хрустальный дворец Тельмана Исмаилова ?

Наверное , не стоит.

Потому что вы один черт ничего не поймете , и завтра появится новый пост о несчастном животном и доброй сестре Евгении.

Я попросила Катю вырезать (по трафарету!) маечку - такую схематичную , пиктограммную, как рисуют на упаковках маечек : квадратик и два рукава.
Катя не справилась . Маечка у Кати получилась кривая и с ассиметричными отростками , на рукава совсем не похожими. Абсурдисткая такая маечка получилась у Кати.
-Ай,у меня ,- говорит Катя,- с вырезанием и в школе были проМблемы.
Так и говорит : "проМблемы"

Кате -двадцать три, и она мечтает выйти замуж за олигарха.
И выйдет .

Ах,да , - У Кати еще и незаконченное высшее . Юридическое .

Новая веха на дороге в гроб: я ношу очки . Ну, не то, чтоб ношу, но пытаюсь . Это нелегко, оказывается. Мне и без них плохо, и в них еще хуже.
Читаю в Мейле рекламу :
"Туры в Тушино"
Вы бывали в Тушино?
То еще туристическое местечко, поверьте мне.
Сняла очки . Туры , оказывается , всего-то в Турцию.
Банальность ,фи