У греков было поверье, что после смерти человека его душа превращается в бабочку. Воображение создало такое впечатление, будто душа Экзюпери навестила меня в образе маленького черного адмирала, удивительной бабочки. В тот миг, когда легкость, хрупкость, красота – все это оказалось у меня на ладони, зазвучала далёкая мелодия из песни об Антуане де Сент-Экзюпери. Как существо, меньшее чем кулачок новорождённого ребёнка, могло внять моей просьбе присесть на протянутую руку? Я понимаю, совпадение..., наверное… Но она сидела на крыше очень долго. И подлетала всякий раз, как я наведывалась к ней. И лишь, когда я простилась с ней, она исчезла насовсем.
Поздно ночью, когда мы потушили свет и легли спать, за окном вдруг, совсем рядом, пролетел самолёт. Дом родительский – самый последний на улице, на окраине села, рядом пшеничное поле. Казалось, что самолёт и приземлился в этом поле, такой был сильный грохот. И снова всколыхнулись мысли о военном летчике-сказочнике. Я потом стала выспрашивать маму, что это за самолеты летают. Она сказала, что это не кукурузники, которые используют для опыления полей с кукурузой, и что днем так же низко пролетал самолет, даже страшно было, так близко. И самолет этот был похож на военный…. Ночной разговор стих. За окном установилось первозданное безмолвие, изредка нарушаемое собачьим лаем…
Эти все три момента вечера, бабочка, обрывок мелодии песни «Нежность», гул пролетающего военного самолета, красивым калейдоскопом вдруг соединились в моём сердце, давая почувствовать воображению и всем моим тонким эмоциям представившуюся мне встречу с душой Экзюпери, вызвали во мне неслышный тихий град слёз. Душа была спокойна и в ней притаилось благодарное, удивленное ощущение чуда.