Вы знаете, что в причерноморских полях до сих пор скачет на своем полужеребце (точнее, на половине жеребца) барон Мюнхгаузен? Если вы думаете, что такой вопрос поставит одессита в тупик, то сильно ошибаетесь. Во-первых, у нас есть уже Остап Бендер, который за пять минут «создал» в мозгах слушателей такие Нью-Васюки, что и сегодня кое-кто в них верит (они по большей части в креслах чиновников восседают). А во-вторых, этот барон Мюнхгаузен таки стоит на половине своей лошади на самой что ни на есть одесской земле. И что самое главное — имеет на это право.

Фонтан скорее сух, чем мокр

Памятник барону фон Мюнхгаузену в ЧерноморскомПод боком у Одессы расположился по­селок городского типа Черноморское. Место это историческое — в поселке был застрелен провокатором легендарный Гри­горий Котовский. В последние годы посе­лок прославился аквапарком. Но мало кто знает, что там, в живописнейшем уголке, есть целый островок немецкого барона, прославившего и наши места. Сказочный домик, который является рестораном. Хотя больше похож на музей. Но, попадая туда, понимаешь: никакой это не музей, здесь продолжает жить «великий враль всех времен и народов». И даже не надо назы­вать кто. Это понятно по родовому гербу, оленьей голове с вишневым деревом на лбу. Вы ведь уже вспомнили, кто стрелял по оленям вишневыми косточками? Конеч­но, барон Мюнхгаузен. И каждый расска­жет обязательно хоть одну историю из его жизни. На первый взгляд, фантастическую. Но, черт побери, мы ведь во все это ве­рим! Потому что, наверное, правда, в жиз­ни все может быть.


У «домика Мюнхгаузена» находим и пушку с ядром, на котором летал барон. И скульптуру, практически повторяющую ту, что стоит на родине героя, в немецком городке Боденвердере. Отчаянный рубака и остроумный рассказчик так увлекся боем, что не заметил «потери». Увы, его лошадь стала вдвое короче. И только когда всадник попытался понять, почему же его загнанный зверь никак не напьется, оглянулся — а лошади-то сзади нет. Весь развлекательный комплекс под Одессой, названный в честь Мюнхгаузена, строил архитектор Александ Леонов. Изготавливали черноморский вариант «полулошади со всадником» на… Одесской киностудии. На вид простая медная фигура туловища животного скрывает в себе довольно сложную гидротехническую конструкцию, регулирующую работу фонтана. Одесситы, правда, говорят, что они перещеголяли даже его — самого большого выдумщика. Дело в том, что в городе часто не бывает воды, и этот фонтан «скорее сух, чем мокр». Потому, шутят одесситы, у барона глаза еще более удивленные, чем должны быть — никак он не может понять: что же пьет лошадь? А если что-то пьет, куда же это девается? Нет, до такого не додуматься было даже «великому фантазеру». Те же одесситы для доверчивых туристов напридумывали всяких примет. Типа: дотронься до носа Мюнхгаузена — и тебя никто не будет водить за нос. А подержишься за шпагу барона — и будешь такой же храбрый.

Но вот вопрос: в честь чего этот вояка вообще тут пытается «пить нашу водичку»? А на самых законных основаниях. Историки уже доказали, что прототип литературного героя, Иероним Карл Фридрих барон фон Мюнхгаузен сражался в окрестностях Одессы во время русско-турецкой войны. Он тогда числился в Нижегородском драгунском полку, который воевал с турками в районе Очакова и крепости Ени-Дунья (на ее месте возникла в 1794 году Одесса). Уж не этих ли своих предков имел в виду Ося Бендер, называя себя сыном турецкоподданного? Во как! А впрочем, все может быть…

И памятник этот больше имеет права стоять именно здесь, на одесской земле, чем в Германии. Ну посудите сами. На страницах вечной книги о нашем герое авторы Рудольф Распе и Готфрид Бюргер четко дают «рекогносцировку» этого события. Именно когда барон скакал за турками и ворвался в крепость, неприятель в последнюю секунду захлопнул ворота, отрезав таким образом заднюю часть лошади.

Местные вояки (а в этом районе долго был военный полигон) с пеной у рта доказывали, что это запросто могло быть. Да и на ядре полетать — «тьфу и растереть», главное, чтобы «штаны не прожгло, и спрыгнуть с него вовремя». Поэтому в самом поселке Черноморское барона никто не называет авантюристом, а говорят: «Наш человек». То есть с чудинкой и даже чуть-чуть с сумасшедшинкой, умеющий красиво жить и еще красивее об этом рассказывать.

Еще один памятник Мюнхгаузену в Украине находится в КременчугеС турками, скажут скептики, еще можно согласиться, хотя фантазер Мюнхгаузен мог насочинять, что в России творил свои чудеса… Да, мог бы. Но, во-первых, с историей не поспоришь. А во-вторых, не так уж много насочинял барон о своих похождениях. Многое было правдой. Ну, ментальность в Европе другая! Не могли поверить они в то, о чем рассказывал отставник! А он так смачно все описывал, как будто зано­во переживал «денечки службы золотые». Вспоминал сани с покоями и залом для балов. Все смеялись. А тем не менее, Екатерина II в самом деле путешествовала в огромных санях с кабинетом, спальней и библиотекой. Байка о куропатках, простреленных шомполом, еще правдивей. На смотре у одного солдата выстрелило ружье, забитый в дуло шомпол вылетел с такой силой, что раздробил ногу лошади принца Антона Ульриха (барон при нем пажом был, помните?) — лошадь и всадник упали на землю. Все это нашло отражение в официальном служебном донесении британского посла. И таких примеров, как говорят в Одессе, есть. Просто «смачно» рассказывал все это Мюнхгаузен, писатели еще выразительнее изложили его подвиги, а наш одессит, Корней Чуковский, так виртуозно перевел приключения барона, что, кажется, будто этого действительно в жизни не могло быть…


Паж-фантазер

Барон Мюнхгаузен, имя которого стало нарицательным как хвастуна и враля, родился 289 лет назад. Этот дворянский род известен был с XII века. Его представители занимали важные посты при дворе немецких князей, а Герлах фон Мюнхгаузен был основателем знаменитого Геттингенского университета. Идти бы Карлу Фридриху по стопам родичей, да в далекой России немецкому принцу Антону Ульриху понадобились пажи. Вот 17-летний Карл и загремел в холодную Русь вместе со своим другом фон Хоймом. Впрочем, пишут, что юные романтики сами жаждали приключений. Они их получили. Пополнив ряды Бевернского кирасирского полка (где наш герой писался как Минихгоузин или Минигаузин), дорвались до блестящей петербургской жизни. Но полностью впасть в разврат юношеских пирушек по-русски им не удалось. Россия воевала с Турцией, и верный паж вынужден был сопровождать Антона Ульриха в действующую армию именно к нам, в нынешнюю Украину. Первое сражение с турками было, мягко скажем, неудачное. Деранули русские вояки аж до Киева, где и перезимовали. Кстати, тогда, в 1739 году, на Крещенской ярмарке, рядом с Киево-Могилянской академией, Мюнхгаузен запросто мог «по-тусоваться» с нашим философом, тогда 16-лет-ним студентом этой самой академии Григорием Сковородой.

То ли крепкая киевская зима закалила войска, то ли были другие причины, а только следующий поход на османцев завершился громкой победой. Турок разбили, через Днепр переправились, армия осадила Хотин. В эти славные дни, кстати, и совершил один из самых своих знаменитых подвигов Мюнхгаузен — летал на пушечном ядре. Можно в это не верить, но, возможно, именно эта идея легла в основу подготовки разведчиков в будущем. Ну не ядром, а парашютом забрасывали в чужие «крепости». Но принцип-то Мюнхгаузен подарил…Настоящий барон фон Мюнхгаузен


Видимо, этот барон-выдумщик нравился его ангелу-хранителю. Он сделал так, чтобы перешел корнет Мюнхгаузен от Антона Ульриха в кирасирский Брауншвейгский полк, в Ригу. Ибо с приходом на трон Елизавета благополучно посадила в тюрьму Антона Ульриха и всю его свиту. А бывший паж был назначен командиром роты в Риге, в чине ротмистра женился на Якобине фон Дунтен, уехал с ней на родину и спасался от «гражданской скуки» тем, что рассказывал о своих подвигах, совершенных за 12 российских лет. Даже умирая, 77-летий фантазер не изменил себе. На вопрос ухаживающей за ним служанки, куда это подевались его пальцы на ноге, Мюнхгаузен на полном серьезе сообщил: «Их откусил на охоте белый медведь». На самом деле — Россия причастна к этой потере, но пальцы были просто отморожены и ампутированы. Похоронили барона в фамильном склепе под полом деревенской церкви в повседневном мундире его кирасирского полка, службой в котором он очень гордился. Но барон будто чувствовал, что это еще не занавес его спектакля. Когда много лет спустя, убирая из церкви все захоронения, вскрыли и его могилу, тело его оказалось совершенно не тронутым тлением. По воспоминаниям очевидца, лежал «широкоплечий мужчина с грубым, но добрым лицом, гладко выбритый, со сложенными на груди руками». Но порыв ветра в открытом окне — и покойник тут же рассыпался в прах. С перепугу уж и не могли вспомнить, куда закопали останки героя.

Все мы немножко мюнхгаузены

От законного брака детей у Иеронима фон Мюнхгаузена не было. Но гуляет версия, что от пребывания барона в России остался сын, внебрачный и единственный…

P.S. Да! И не забудьте в завтрашний распорядок своего дня на какой-нибудь не самый поздний час запланировать, как Мюнхгаузен, свой подвиг. Удачи, господа! И — улыбайтесь!

Автор: Вячеслав Воронков.

http://odessa-life.od.ua