Несмотря на то, что я вырос в эпоху соцреализма в искусстве, мир взрослых мне представлялся схожим по цветовой гамме с фильмом «Город грехов». Сумеречный, черно-белый мир с редкими, но яркими цветовыми пятнами и освещаемый неоновыми огнями.

Движущаяся лента машин на автотрассе с включенными фарами, высотные здания из стекла и бетона. Как во французском кино. Люди в этом взрослом мире жили в суете, постоянно решали какие-то мелкие, но очень досаждающие им бытовые неурядицы и обсуждали неприятности на работе. В этом мире были перманентные вечерние сумерки, переходящие в ночь. Его жители курили и понемножку выпивали, угощали друг друга и своих любимых женщин, любовь к которым тоже приносила проблемы. Проблемы уже зримые или только предполагаемые.

Своим детским умом я понимал, что курение и алкоголь должны быть или вкусными или приносить какое-то удовольствие. Ведь и без того задерганные и усталые взрослые вряд ли станут делать то, что ухудшит их настроение и доставит дополнительные отрицательные эмоции.

Когда я вырос, то единственное, что не подтвердилось, это цветовая гамма. Представляемая мной картинка была скажем так… отретушированной. А жить приходится в оригинале, где нет чистых красок и взаимоотношений. Где все потерто и поношено: вещи, понятия, люди и их взаимоотношения.

С курением у меня не сложилось. В этом я не нашел удовольствия. Но алкоголь… Алкоголь дал мне анестезии за себя «и за того парня». Алкоголь имеет тонизирующее, транквилизирующее, витаминизирующее, дезинфицирующее, антидепрессивное, энергостимулирующее, противошоковое и пеногасящее при приступе бронхиальной астмы действие. А еще он порой бывает очень вкусным. И тогда процесс вечерней алкоголизации приобретает дополнительную радость. А как без нее?

Когда ты едешь с работы в общественном транспорте среди толпы, точно описанной Арменом Григоряном в песне «Таня», то исключительно содержимое металлической фляжки объёмом в девять унций может как-то сгладить впечатление от лицезрения социума, в котором ты живешь.

Кормильцев (упокой, Господь, его мятежную душу в раю!) когда-то написал прекрасные строки:
Я боюсь младенцев, я боюсь мертвецов,
Я ощупываю пальцами свое лицо.
И внутри у меня холодеет от жути,
Неужели я такой же, как все эти люди?

Они ведут себя неразумно не по какой-либо логической (и от этого хотя бы понятной мне) причине. Они просто не задумываются о последствиях, как чукча, пилящий перед собой ветку, сидя на ней лицом к стволу. А потом сильно удивляются, потирая ушибленное жизнью место.

Они гадят зимой на улицах для того, чтобы весной, когда все банки-окурки-трупы-дерьмо вылезут из-под стаявших сугробов, ощутить прилив трудового энтузиазма и устроить субботник с последующими шашлыками, после которых пейзаж вновь имеет прежний вид. Они голосуют за тех, кто их потом обворовывает и винят они в этом кого угодно, но только не себя. Люди садятся пить с незнакомыми людьми. Потом их трупы отчего-то имеют удивленно-обиженное выражение лица: «Это за что ж меня так?» Впрочем, со знакомыми у них получается не лучше.

Как правило, я пью один. Мне не нужны собеседники. Я сам себе выскажу то, что наболело, то, о чем нельзя говорить собеседнику, но нельзя держать в себе, потому как неотреагированные эмоции и невысказанные мысли выжигают организм. А собеседник может запомнить и обратить сказанное против тебя же. Подставить и заложить.
Я не буду гнать тосты и подливать себе рюмку полнее, чем собутыльнику, чтобы напиться за его счет. Мне с самим собой и интереснее и спокойнее. Себе, я доверяю. В основных вопросах.

Игнорировать безумие окружающего мира проще, выпивая стопку и закусывая только после второй. Теперь я понимаю, почему в моем мире взрослых люди употребляют алкоголь. Он помогает пережить несовершенство этого мира и забыть о проблемах и неприятностях. Я тоже так поступаю.

Что такое радость, праздник, маленькое счастье? А это - сварить вечером 250 грамм длинных макарон или спагетти, посыпать их таким же количеством сыра, полить острым кетчупом, поджарить огромную куриную ногу до хрустящей корочки, открыть банку соленых огурцов и съесть все это под 0,5 джина и фильм Такеши Китано. Или Боба Фосса. Или ещё что-то ложащееся в этот момент на душу. Потому что другого счастья, радости и праздника в мире нет.

Есть лишь букет из эстетического визуального наслаждения, вкусового наслаждения и алкогольной бездны, позволяющей забыть о том, что позади была неделя и что впереди еще как минимум ещё одна, такая же.
Amen!
торрио