Случайны выбор дневника Раскрыть/свернуть полный список возможностей


Найдено 510 сообщений
Cообщения с меткой

перевоплощение - Самое интересное в блогах

Следующие 30  »
-Максима-

теория эволюции имеет корнем оккультизм и оправдывает безнравственность как естественное свойство живых существ.

Понедельник, 06 Августа 2018 г. 12:42 (ссылка)


Архимандрит Рафаил (Карелин)



Оживший зверь





Наше время можно назвать ренессансом язычества. Выходцы из Индостана и Тибета, с многочисленными учениками и последователями (вроде Рерихов), и их европейские коллеги – преемники древних гностиков и средневековых альбигойцев, оккультисты и сатанисты, с их черными братствами, люцифериане, розенкрейцеры, иллюминаты, а также конспиративные союзы и секты, давно заняты общим делом – превращением христианских стран в языческие регионы. 



В седой Европе, вместо заброшенных монастырей и опустевших храмов, возникают ашрамы (монастыри вишнуитов, дзен-буддистов и прочих язычников) и атрошаны (молельни огнепоклонников). Языческие миссионеры – гуру и махатмы, факиры и маги – охотятся на улицах городов за христианами, забывшими о Христе, чтобы уловить их в расставленные сети, сделать духовными пленниками и своей добычей, подобно тому, как несколько столетий назад европейские головорезы отлавливали негров в джунглях и пустынях Африки, будто зверей, чтобы торговать ими, как живым товаром, на невольничьих рынках. Люди, попавшие в духовную зависимость от этих оккультных поработителей, теряют свою волю и становятся беспомощными, словно невольники в трюмах пиратских кораблей, которые везут их через океан. 



Язычество оживает как раненный зверь из Апокалипсиса, и вступает в смертельную схватку с христианством, словно хочет взять реванш за прошлое поражение. Язычество – это конгломерат различных учений, ритуалов, мифов и мистерий; но есть нечто общее, что лежит в их основе и объединяет в единое демоническое поле. 



В этой статье мы остановимся на одной из основ пантеистической антропологии и сотериологии – метампсихозе – учении о перевоплощении, духовной эволюции, которую индийский йог и теософ Вивекананда остроумно сравнивал с дарвинизмом



Эта теория характерна для языческого мира. Ее разделяют кроме вышеупомянутых религий и сект также теософы и антропософы, а из мусульманских мистиков – измаильтяне-друзы и некоторые тайные секты, возникшие на стыке брахманизма и ислама. Согласно метампсихозу душа проходит долгий путь эволюции от низших форм до человека; кроме того, за грехи она может быть возвращена снова в низшие, примитивные существа и даже растения. Каждому человеку как тень сопутствует карма (действие, воздаяние) – эта духовная карта всей человеческой жизни, которая не только проектирует и строит новый психофизический индивидуум, но и создает среду и ситуации, в которые проходит последующая жизнь человека – то есть карма обладает творческой силой. 





Согласно индуизму, в мире реально существует только один абсолютный дух – брахман, который творит миры через собственные грезы – иллюзии о жизни вне себя, о материальном космосе и множественности форм бытия. Он обитает в человеке под именем атман (равный и тождественный брахману). Человек имеет несколько оболочек, но сущность его – атман, остальное – иллюзия. Впрочем, иллюзия рассматривается не как совершенная пустота, а как воображение брахмана, то есть относительная реальность. 



Медитативное отождествление человека с абсолютным духом освобождает атмана от иллюзорной жизни. Материальность (пракрити) и иллюзия (майя) создают обманчивые формы, а деятельность существа в этих формах создает невидимое, присущее ему динамическое поле – карму. Человек переживает огромное число воплощений, пока не достигнет просветления (для индуистов это конечное отождествление с абсолютом, а для буддистов – погружение в нирвану). Хотя языческие учителя особенно подчеркивают зависимость кармы от нравственности, но, однако, как оказывается потом, нравственность носит у них релятивистский характер (например, в Монголии и Китае существует зловещий культ Чингисхана, к гробнице которого едут паломники на поклонение). Просветленный мудрец не связан нравственными предписаниями: он стоит по ту сторону добра и зла. 



Надо помнить, что для нравственности необходима свободная воля и возможность выбора; запрограммированное добро становится уже не добром, а необходимостью. Предположим, что атман существует в стебельке травы. У этого стебелька нет выбора между добром и злом; он вырос, увял и засох. Чему он научился? Какая создалась вокруг его карма? Почему он перевоплотился в червя? Ни в цветке, ни в черве нет сознания своего атмана, и различия между добром и злом. Они нравственно нейтральны, так как обусловлены только вложенной в них программой действия. 



Нравственность там, где может быть оценка своих поступков. Нравственность там, где есть норма и образец для деятельности. Нельзя же червя назвать безнравственным, если он ест рис в огороде брамина, или нравственным, если его (червяка) склевал воробей. Где же внутренний стимул их перевоплощения в более высокую форму? Если в приобретенном опыте, то в опыте чего – открывать цветку утром лепестки и сжимать их с заходом солнца? И почему карма червя должна превратить его в осу? Чем оса лучше червя? Какой опыт жизни, и какую карму приобретает оса? Жалить и воровать мед у пчелы? Но нельзя ее назвать воровкой, так как она делает это, не имея свободной воли и выбора. Что же представляет собой ее карма? Если душу вора в наказание вселили в тело мухи, то разве душа станет от этого лучше? Чему она научится, ползая в помойной яме? А что представляет метампсихоз на уровне зверей и животных? В этом мире идет беспощадная борьба: уничтожение и поедание друг друга. Индуист, не видящий принципиальной разницы между животным и человеком, назвал бы это каннибализмом. Возникает вопрос: животные нравственны или нет? Если нравственны, то поедание друг друга уже безнравственно; если же в нравственном отношении нейтральны, то, как может образоваться светлая или темная кармы? Нам могут ответить, что все существа получают определенные сведения и опыт в процессе самого бытия. Но информация о внешнем мире – мире иллюзий, должна погрузить атман в еще более плотную оболочку призрачных представлений и переживаний. Как могут быть ценными сведения о том мире, от которого надо совлечься, чтобы обрести себя? 



Если атман равен брахману и поэтому тождественен сам себе, то, что же эволюционирует? – По-видимому, сама майя. Изменяются сочетания дхарм – психоэнергетических элементов, которые по учению Махаяны (наиболее распространенная форма буддизма) и адвайты-йоги (наиболее популярная школа йоги) и особенно ламаизма (тибетско-монгольский вариант буддизма, называемый «философским буддизмом») являются, в сущности своей, пустотой. 



Нам могут возразить, что учение об абсолюте, пребывающем в душе, относится только к человеку. Но, во-первых, это не так. Все живое служит модификацией брахмана, и формы жизни часто изображаются теософами в виде лестницы. Но условно примем постулат наших оппонентов: «Метампсихоз – принцип развития человечества». Какой же опыт получает человек от реинкарнации? Какую информацию он усваивает? Если человек забыл о своих прошлых жизнях, то страдания, которые он испытал, похожи на удары, получаемые в темноте: он не знает, кто его бьет, и за что его бьет. 



Если сведения прошлых воплощений перешли не в сознание, а подсознание то, значит, человек детерминирован своим подсознанием. Нравственный выбор становится похожим на фикцию: императив подсознания принимается как свободный выбор; к тому же получаемая человеком информация содержит огромную долю лжи. Уже Платон считал изобретение письменности отрицательным фактором для человечества, так как устная передача выбирает и сохраняет самое нужное и ценное, пропуская сведения через жесткий фильтр; а книги одинаково сохраняют как истинное, так и ложное, как нужное, так и бесполезное, и в некоторых случаях сама информация становится источником дезинформации. 



С каждым столетием человек отдаляется от природы, он живет в искусственных условиях, поэтому опыт его жизни становится всё более зависящим от внешних источников. По учению метампсихоза человеческие поколения должны становиться все лучше и лучше. Теософка Анна Безант уподобляла этот процесс восхождению по ступеням храма. Но мы видим обратное: духовную энтропию (энергетический хаос). Человечество начинает переживать время своего заката. Технический прогресс особенно XIX-XX вв. превратился в эволюцию машин и инволюцию человека как духовной личности. Эти два века по необычайной силе разрушительных войн, кровавых революций, садистических жестокостей, тотального лицемерия и лжи похожи на нравственную агонию человечества. 



Не менее страшный фактор современного общества это эмоциональная холодность и безразличие людей друг к другу – процесс, происходящий на наших глазах с катастрофической быстротой. Если метампсихоз говорит о ступенях храма, по которым идет человечество в каждом своем поколении, то это – храм, со ступенями вниз в подземелье, где сатана «правит бал». 



Современный человек теряет нравственные устои. Он становится все больше и больше беспринципным прагматиком, для которого цель жизни – удовлетворение страстей. Система телевидения, охватившая весь мир щупальцами спрута, присасывается к душе современного человека и его подсознанию с детских лет, и вливает в него мутные потоки – картины секса и насилия. А в тоже время метампсихоз говорит нам об очищении и одухотворении человечества. 



Искусство – наиболее непосредственная проекция содержания человеческой души, в том числе подсознания. Что же мы видим в современном искусстве? Рок-музыка это отображение внутреннего хаоса души, который вырвался наружу через диссонирующие звуки, будто сумасшедший, скинув одежду, выскочил из психбольницы, и с дикими воплями бегает по улицам. Абстракционизм в живописи – это, феерия катастроф, предчувствие будущих глобальных разрушений, и наступающие судороги наступающей смерти. Декаданс в искусстве – живописи, музыке, поэзии, скульптуре – это ломка конструкций, погружение души во мрак или, вернее, выявление мрака, в котором находится душа. Христос Сын Божий, назван Светом и Логосом. Сатана – безумие и хаос. 



Христос указал на знамения последнего времени: «От грехов многих оскудеет любовь». Мы повсюду встречаем бесстыдство греха и нищету любви. – «Найду ли Я веру?» – сказал Христос. Мы видим распространение лжеучений и суеверий, магии и оккультизма. А чего стоит недавний атеизм – пошлый и жестокий, который объявил веру в Бога преступлением и залил землю кровавым дождем! Интересно, на какой ступени какого храма стоят атеисты? Сторонники метампсихоза, закрывая глаза, кричат: «Человечество очищается, освобождается, одухотворяется: Харе Кришна, Харе Рама!». 



Но теперь посмотрим на метампсихоз с другой стороны. Для человека после любви к Богу самая большая ценность – любовь к своим близким, любовь к конкретному человеку как личности и неповторимому индивидууму. Метампсихоз разрывает эту любовь, он разлучает людей друг от друга, он представляет их только масками, танцующими в сновидениях брахмана. Метампсихоз делает близких дальними, родных чужими. Космос с миллионами миров он превращает в иллюзию брахмана, которая возникает как тень, чтобы раствориться и исчезнуть в метафизической бездне пустоты – в «великом ничто». 



Христианство учит об уникальности человеческой личности, о загробной жизни души, о воскресении мертвых и встрече в вечности, где уже не будет разлуки, об озарении и преображении человека незаходимым светом Божества. 



На заре человечества змей прельстил Адама запретным плодом, как талисманом, в котором якобы заключались тайные знания и божественные силы; и прародители, поверив ему, лишились Эдема, и стали добычей тления и смерти. 



Многоглавый змей язычества на закате истории также прельщает наших современников тем же обещанием сокровенной древней мудрости и богоравенства ценой отвержения креста, и затем открывает перед ними широкие врата преисподней. 



http://karelin-r.ru/demobj/print/179.html



http://verapravoslavnaya.ru/?Rafail_Karelin_Ozhivshii_zvermz

Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
rss_kulturologia

Фотография: Гуру перевоплощения: Парень примеряет на себя образы известнейших персонажей

Суббота, 05 Мая 2018 г. 10:40 (ссылка)


Парень по имени Джонатан Страйкер (Jonathan Stryker) – заядлый косплейщик, которому под силу практически всё. Пожалуй, он один из немногих, кто с лёгкостью может перевоплотиться в любого персонажа, будь то герои мультфильма, фильма или же компьютерной игры. Не так давно он примерил на себя образы Диснеевских принцев. На этот же раз он зашёл гораздо дальше, будто по мановению волшебной палочки превратился сначала в Джонни Деппа и Безумного Шляпника из Алисы в Стане чудес, а после и вовсе в Гомеса из Семейки Аддамс. Но помимо них, в его арсенале ещё множество забавных и не очень косплеев.

Подробнее..

http://feedproxy.google.com/~r/kulturologia/~3/Z-lrBhAiiBw/

Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
rss_novate

Юмор: 17 умилительных животных, которых можно назвать мастерами перевоплощения

Пятница, 27 Апреля 2018 г. 22:13 (ссылка)




За повадками животных можно наблюдать вечно. Они милые, агрессивные, преданные, враждебные – совсем как люди. А еще животные умеют перевоплощаться. И эти 17 умилительных фото – лишнее тому подтверждение.

Подробнее..

https://novate.ru/blogs/270418/45964/

Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Ntenh8

Дженнер Кайли: до и после перевоплощений

Суббота, 08 Апреля 2018 г. 02:09 (ссылка)

Стоит ли менять себя? Стремиться к неизвестному совершенству? Большинство девушек уверенно ответят, что красота требует жертв, а мать-природа время от времени допускает фатальные ошибки в формировании внешности молодых и знаменитых. Видимо, так думали почти все члены семьи Дженнер. Кайли до и после изменений - это разные люди, причём каждая по-своему хороша и интересна. Зачем молодой девушке были нужны операции? Радует ли её результат? И есть ли планы по дальнейшему усовершенствованию себя?
Дженнер Кайли: до и после перевоплощений


Дженнер Кайли: до и после перевоплощений


Стоит ли менять себя? Стремиться к неизвестному совершенству? Большинство девушек уверенно ответят, что красота требует жертв, а мать-природа время от времени допускает фатальные ошибки в формировании внешности молодых и знаменитых. Видимо, так думали почти все члены семьи Дженнер. Кайли до и после изменений - это разные люди, причём каждая по-своему хороша и интересна. Зачем молодой девушке были нужны операции? Радует ли её результат? И есть ли планы по дальнейшему усовершенствованию себя?


Кайли родилась 10 августа 1997 года в городе Калабасас, штат Калифорния. Она - вторая дочка Брюса Дженнера и Крис Дженнер. Родная сестра у Кайли только одна - Кендалл. Зато есть сёстры единоутробные - Кортни, Ким, Хлои. А также имеются единоутробный брат Роб и кровные братья Бартон, Брендон и Броуди. По отцу есть сестра Кейси. Вот такая получается большая семья со своими тараканами в голове. И надо сказать, тараканы постоянно дают о себе знать. Одного того, что вся семья снимается в реалити-шоу о себе любимых, хватает с лихвой, чтобы поверить в звёздную болезнь! Они демонстрируют мир шика, роскоши и гламура, где всем заправляют разбитные сестрички, а в шкафах всегда есть скелеты. Из всех сестричек Кайли - самая молоденькая, но и ей есть чем привлечь зрителя.


Как и полагается успешному американскому подростку, Кайли была чирлидером в школе, но в 2012 перешла на домашнее обучение. Видимо, повлияла популярность семейства. Первая заметка о сёстрах Дженнер вышла в 2010 году. Водоворотом закрутили девушек съёмки для модных журналов, всё-таки внешностью природа не обидела. Кайли работала моделью компании дизайна своей кузины Наташи. Она даже заинтересовалась актёрским мастерством и стремилась стать актрисой после колледжа. В 2011 году Кайли участвовала в показе одежды Аврил Лавин, а два года спустя выпустила в паре с сестрой собственную линию одежды. В конце весны 2014 года жизненного опыта хватило на целую книгу.



Кайли Дженнер часто появляется на страницах журналов и экранах ТВ. Странно, что при этом никто не знает, чем девушка зарабатывает на жизнь! А зарабатывать она должна много, ведь количество перенесённых пластических операций зашкаливает, а это весьма дорогие процедуры. Кайли была симпатичной девочкой до пластики, но сейчас она похожа скорее на Барби, а не на живого человека. Сама девушка себя любит и регулярно балует фанатов фотографиями в соцсетях. По ним видно, что точно изменила Кайли Дженнер. Губы "до и после" отличаются кардинально. Былые аккуратные, но чуть узковатые в октябре 2014 года заменили довольно полные губы, которые подписчики совсем не одобрили. Профессионалы подтвердили, что косметологическими филлерами такого эффекта не добиться и тут явно работал хирург. Брови красотки тоже не вызывают доверия. Во-первых, они раздались в ширину, а во-вторых, стали более вздёрнутыми, что указывает на уколы красоты. Другим стал нос Дженнер. Кайли "до и после" - это небо и земля, ведь носик стал тонким и аккуратным; видны явные следы ринопластики.



Не лицом единым


Но в семье Кардашян-Дженнер главным фетишем, без сомнения, является фигура. Стоит взглянуть на Ким Кардашян, чтобы отметить идеал сестричек. Вот и Кайли не ограничилась лицом и подправила грудь. Результат налицо, она теперь не боится глубоких декольте и облегающей одежды. Напомнить стоит, что Кайли на тот момент едва исполнилось 17 лет, а за плечами уже столько операций. Останавливаться девушка не собирается и своим друзьям почти сразу поведала о планах переделать ягодицы. Хотя, если судить по фотографиям, своя попа у девушки совсем неплохая.



Не такой была перед операциями Дженнер! Кайли до и после них отличается не только внешне, но и внутренне. В частности, она поверила в себя и вдруг решила сделать собственное имя торговой маркой! Смысл мероприятия в том, чтобы больше никто не использовал имя "Кайли" в торговле и рекламе. Такой шаг не порадовал Кайли Миноуг, которая старше Дженнер на добрых три десятка лет. Всё-таки Кайли Дженнер до и после операции - все та же старлетка сомнительной медийной ценности, в то время как Кайли Миноуг свой талант развивала десятилетиями. Опыт, как говорится, не пропьёшь. Но возможно, у Дженнер всё впереди, ведь ей ещё нет и 20 лет.



Противники пластики


Многие поклонники молоденькой красотки считают, что пластика в случае с Кайли - это абсолютная ложь. Маммопластику ей стали приписывать уже в 16 лет, а ведь это время активного роста молочных желёз. Подтверждение пластического вмешательства можно заподозрить скорее на ранних фото Кайли, где она носит специальный лифчик. По сути, для Кайли Дженнер фото до и после 2013 года могут являться спорными в решении этого вопроса. Сейчас её грудь выглядит естественно и гармонично. Многие отмечают, что у девушки изменился подбородок и что имела место сложная операция по его редукции. Это опять-таки спорный момент, так как данная операция требует долгой реабилитации, а Кайли из поля зрения журналистов не исчезала, и опухлости на лице не наблюдалось. Вероятнее всего, что девушка просто села на диету. Слухи про подтяжку бровей - самые абсурдные, ведь того же эффекта можно добиться при помощи обычного хорошего мейк-апа. Пожалуй, единственное, что точно претерпело изменения, это губы Дженнер. Кайли "до и после" - кардинально разные люди, но девушка и не отрицает пластику губ. А вот её сестра Ким Кардашян долго разглагольствовала о том, как потрясающе Кайли владеет техникой макияжа губ и добивается пухлости посредством подводки. Нельзя спорить с тем, что Кайли - красивая девушка с хорошими природными данными, но повальное увлечение пластикой в их семье превратилось в своеобразный фетиш. Есть с кого брать пример у Кайли Дженнер. До и после операции по-разному выглядела её мать, Крис, которой для обращения к хирургам даже не нужен повод. Достаточно простого желания перемен. Осталось надеяться, что не посмотрит на пример отца Кайли Дженнер. До (и после) пластики отец Кайли, Брюс, активно появлялся на публике. Ранее он был любим зрителями за выигранное золото на Олимпиаде, а вот многочисленные операции настроили поклонников негативно. Особенно странным был недавний шаг Брюса - его решение стать женщиной.



Кайли дженнер


Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Adorarisq

Дженнер Кайли: до и после перевоплощений

Пятница, 06 Апреля 2018 г. 17:47 (ссылка)

Стоит ли менять себя? Стремиться к неизвестному совершенству? Большинство девушек уверенно ответят, что красота требует жертв, а мать-природа время от времени допускает фатальные ошибки в формировании внешности молодых и знаменитых. Видимо, так думали почти все члены семьи Дженнер. Кайли до и после изменений - это разные люди, причём каждая по-своему хороша и интересна. Зачем молодой девушке были нужны операции? Радует ли её результат? И есть ли планы по дальнейшему усовершенствованию себя?
Дженнер Кайли: до и после перевоплощений


Дженнер Кайли: до и после перевоплощений


Стоит ли менять себя? Стремиться к неизвестному совершенству? Большинство девушек уверенно ответят, что красота требует жертв, а мать-природа время от времени допускает фатальные ошибки в формировании внешности молодых и знаменитых. Видимо, так думали почти все члены семьи Дженнер. Кайли до и после изменений - это разные люди, причём каждая по-своему хороша и интересна. Зачем молодой девушке были нужны операции? Радует ли её результат? И есть ли планы по дальнейшему усовершенствованию себя?


Кайли родилась 10 августа 1997 года в городе Калабасас, штат Калифорния. Она - вторая дочка Брюса Дженнера и Крис Дженнер. Родная сестра у Кайли только одна - Кендалл. Зато есть сёстры единоутробные - Кортни, Ким, Хлои. А также имеются единоутробный брат Роб и кровные братья Бартон, Брендон и Броуди. По отцу есть сестра Кейси. Вот такая получается большая семья со своими тараканами в голове. И надо сказать, тараканы постоянно дают о себе знать. Одного того, что вся семья снимается в реалити-шоу о себе любимых, хватает с лихвой, чтобы поверить в звёздную болезнь! Они демонстрируют мир шика, роскоши и гламура, где всем заправляют разбитные сестрички, а в шкафах всегда есть скелеты. Из всех сестричек Кайли - самая молоденькая, но и ей есть чем привлечь зрителя.


Как и полагается успешному американскому подростку, Кайли была чирлидером в школе, но в 2012 перешла на домашнее обучение. Видимо, повлияла популярность семейства. Первая заметка о сёстрах Дженнер вышла в 2010 году. Водоворотом закрутили девушек съёмки для модных журналов, всё-таки внешностью природа не обидела. Кайли работала моделью компании дизайна своей кузины Наташи. Она даже заинтересовалась актёрским мастерством и стремилась стать актрисой после колледжа. В 2011 году Кайли участвовала в показе одежды Аврил Лавин, а два года спустя выпустила в паре с сестрой собственную линию одежды. В конце весны 2014 года жизненного опыта хватило на целую книгу.



Кайли Дженнер часто появляется на страницах журналов и экранах ТВ. Странно, что при этом никто не знает, чем девушка зарабатывает на жизнь! А зарабатывать она должна много, ведь количество перенесённых пластических операций зашкаливает, а это весьма дорогие процедуры. Кайли была симпатичной девочкой до пластики, но сейчас она похожа скорее на Барби, а не на живого человека. Сама девушка себя любит и регулярно балует фанатов фотографиями в соцсетях. По ним видно, что точно изменила Кайли Дженнер. Губы "до и после" отличаются кардинально. Былые аккуратные, но чуть узковатые в октябре 2014 года заменили довольно полные губы, которые подписчики совсем не одобрили. Профессионалы подтвердили, что косметологическими филлерами такого эффекта не добиться и тут явно работал хирург. Брови красотки тоже не вызывают доверия. Во-первых, они раздались в ширину, а во-вторых, стали более вздёрнутыми, что указывает на уколы красоты. Другим стал нос Дженнер. Кайли "до и после" - это небо и земля, ведь носик стал тонким и аккуратным; видны явные следы ринопластики.



Не лицом единым


Но в семье Кардашян-Дженнер главным фетишем, без сомнения, является фигура. Стоит взглянуть на Ким Кардашян, чтобы отметить идеал сестричек. Вот и Кайли не ограничилась лицом и подправила грудь. Результат налицо, она теперь не боится глубоких декольте и облегающей одежды. Напомнить стоит, что Кайли на тот момент едва исполнилось 17 лет, а за плечами уже столько операций. Останавливаться девушка не собирается и своим друзьям почти сразу поведала о планах переделать ягодицы. Хотя, если судить по фотографиям, своя попа у девушки совсем неплохая.



Не такой была перед операциями Дженнер! Кайли до и после них отличается не только внешне, но и внутренне. В частности, она поверила в себя и вдруг решила сделать собственное имя торговой маркой! Смысл мероприятия в том, чтобы больше никто не использовал имя "Кайли" в торговле и рекламе. Такой шаг не порадовал Кайли Миноуг, которая старше Дженнер на добрых три десятка лет. Всё-таки Кайли Дженнер до и после операции - все та же старлетка сомнительной медийной ценности, в то время как Кайли Миноуг свой талант развивала десятилетиями. Опыт, как говорится, не пропьёшь. Но возможно, у Дженнер всё впереди, ведь ей ещё нет и 20 лет.



Противники пластики


Многие поклонники молоденькой красотки считают, что пластика в случае с Кайли - это абсолютная ложь. Маммопластику ей стали приписывать уже в 16 лет, а ведь это время активного роста молочных желёз. Подтверждение пластического вмешательства можно заподозрить скорее на ранних фото Кайли, где она носит специальный лифчик. По сути, для Кайли Дженнер фото до и после 2013 года могут являться спорными в решении этого вопроса. Сейчас её грудь выглядит естественно и гармонично. Многие отмечают, что у девушки изменился подбородок и что имела место сложная операция по его редукции. Это опять-таки спорный момент, так как данная операция требует долгой реабилитации, а Кайли из поля зрения журналистов не исчезала, и опухлости на лице не наблюдалось. Вероятнее всего, что девушка просто села на диету. Слухи про подтяжку бровей - самые абсурдные, ведь того же эффекта можно добиться при помощи обычного хорошего мейк-апа. Пожалуй, единственное, что точно претерпело изменения, это губы Дженнер. Кайли "до и после" - кардинально разные люди, но девушка и не отрицает пластику губ. А вот её сестра Ким Кардашян долго разглагольствовала о том, как потрясающе Кайли владеет техникой макияжа губ и добивается пухлости посредством подводки. Нельзя спорить с тем, что Кайли - красивая девушка с хорошими природными данными, но повальное увлечение пластикой в их семье превратилось в своеобразный фетиш. Есть с кого брать пример у Кайли Дженнер. До и после операции по-разному выглядела её мать, Крис, которой для обращения к хирургам даже не нужен повод. Достаточно простого желания перемен. Осталось надеяться, что не посмотрит на пример отца Кайли Дженнер. До (и после) пластики отец Кайли, Брюс, активно появлялся на публике. Ранее он был любим зрителями за выигранное золото на Олимпиаде, а вот многочисленные операции настроили поклонников негативно. Особенно странным был недавний шаг Брюса - его решение стать женщиной.



Kylie jenner


Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Lenyr

О непрерывности жизни

Воскресенье, 25 Февраля 2018 г. 17:05 (ссылка)


3726595_newproject (502x554, 241Kb)


Согласно восточному эзотеризму человек – это вечная космическая бессмертная индивидуальность, вечный космический странник в поисках духовного опыта. Одним словом, каждый конкретный человек имеет за плечами тысячи, десятки тысяч воплощений в Физическом Мире Земли в разных народах и на разных континентах от разных родителей.

И вот, серьезные научные исследования с впечатляющими результатами были проведены даже в столь сложной области эзотерических знаний, как учение о Космическом Законе Перевоплощения. В настоящее время исследованиям в области многомерной природы Пространства, иных состояний Материи, тонких энергоинформационных процессов в Природе занимаются такие представители современной науки, как академики Казначеев, Акимов, Шипов, Охатрин, Искаков, Дмитриев, Казанцев, Проскуряков, Коротков и многие другие.

Читать далее...
Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Hope_always

Танец «перевоплощения» азиатских девушек изумил всех присутствующих

Понедельник, 29 Января 2018 г. 18:27 (ссылка)



 


















Невероятный номер, поставленный коллективом азиатских танцовщиц, вызвал настоящий восторг у всех, кто его видел. Все началось с обычного танца: по-своему милого, но вполне заурядного. Ничего не подозревающие зрители вяло хлопали в ладоши и не подозревали, какая магия их ждет в середине выступления. Уже через минуту девушки продемонстрировали настоящие чудеса перевоплощения.



Очаровательные азиатки на глазах изумленной аудитории несколько раз сменили наряды, причем ни один зритель в зале так и не понял, как им это удалось. Вот это я называю секретом на миллион. Не имея под рукой никаких иллюзионистских штучек и ни на секунду не прекращая танец, девчачий коллектив устроил настоящее модное дефиле, от которого просто голова кругом.








Источник



Hope always






 

Метки:   Комментарии (4)КомментироватьВ цитатник или сообщество
LediOven

Реинкарнация как элемент мировоззрения

Вторник, 02 Января 2018 г. 19:25 (ссылка)
russkievesti.ru/blogi/abras...eniya.html


Все мы слышали о таком явлении как Реинкарнация. Кто-то читал об этом в книгах, кто-то видел об этом фильмы, слышал от знакомых, но в большинстве своём на этом часто заканчивается знакомство и разбор данного понятия. А ведь понимание данного явления и процесса играет важную роль для каждого из нас. Кто-то может, спросит, зачем это нужно знать и какая в этом польза? Польза на самом деле огромная. У нас как будто отбили тягу и стремление к знаниям, интерес к познанию себя и окружающего мира. Ведь каждый человек должен задать себе вопрос: Кто я, для чего я живу, и что будет потом? Люди должны увидеть более глубокий смысл жизни, нежели удовлетворение своих физических потребностей на уровне существования. Жизнь человека это не просто прозябание как нам пытаются внушить. У человека есть этот естественный интерес и вопросы, на которые он в глубине души стремится найти ответы, но социальная среда делает всё возможное, чтобы не дать этому реализоваться.



Так вот на вопрос «Что будет потом?» отвечает, в том числе такое явление как реинкарнация. Точнее она отражает в себе ответ, да есть и другие источники ответа. По сути, в каждой религии есть этот ответ. Явление перевоплощение душ рассматривается в большинстве индийских религий, но хочется обратить внимание, откуда у индусов появились знания об этом, и какого они были качества. Сами индусы знают, что знания - Веды, в том числе и о перевоплощении, им передали белые люди с севера. Индусы не кричат об этом на каждом шагу, а пытаются выдать за своё. А какая страна находится севернее Индии и что это за белые люди, думаю не трудно догадаться. Оказывается, не является для нас чужим это знание о перевоплощении.



Что же говорят другие религии о том, что будет с человеком после смерти? Взять, например, христианство. Ответ на этот вопрос в данной религии таков - человек попадает после смерти либо в ад, либо в рай, т.е. на этом жизнь в физическом теле по понятиям христианства заканчивается, и душа попадает туда куда заслужила. Но мало кто знает, что идея реинкарнации ранее была и в христианстве и была исключена из своей доктрины только в 1082 году на очередном Вселенском соборе.



Вот, например, фрагмент из Евангелие от Иоанна глава 9 стих 2:




«Однажды, увидев слепца на пороге храма, ученики подошли к Иисусу и спросили: «Учитель! Кто согрешил, он или его родители, что родился слепым?»




Отсюда следует, что ученики Иисуса знали, что на будущее воплощение повлияет качество жизни человека, и о том, что перевоплощение душ является естественным процессом. Получается, что в прошлом идеи реинкарнации придерживалась большая часть мира, если не сказать вся. Так почему вдруг в том же христианстве исключили это понятие? Неужели явление перевоплощения стало таким несостоятельным, что все позабыли про него? Неужели нет фактов подтверждающих это? Есть и немало. Взять, например, книгу Яна Стивенсона "Свидетельства о выживании сознания, почерпнутые из воспоминаний о Предыдущих воплощениях". Автор, занимаясь этим вопросом почти тридцать лет, собрал огромное количество фактов. Получается, что и в прошлом у народов мира были основания верить в реинкарнацию, так же как и в настоящее время полно свидетельств этого «феномена». Так почему же нам внушают явно противоположное - что человек живёт только один раз, а потом в лучшем случае в рай или в ад?



Посмотрим, что говорят известные люди, занимавшиеся в той или иной степени познанием мира, ища ответы на столь важные вопросы. Вот что говорит писатель Вольтер на эту тему:




«Концепция реинкарнации не является ни абсурдной, ни бесполезной. В том, чтобы родиться дважды, а не единожды, нет ничего странного».




А вот слова Артура Шопенгауэра:




«Попроси меня азиат дать определение Европы, мне придется ответить так: «Это часть света, пребывающая во власти невероятного заблуждения, будто человек создан из ничего, а его нынешнее рождение — это первое вступление в жизнь».




Элизабет Клэр Профет пишет:




«Ваши таланты, достижения, добрые дела, любовь и т. д. имеют способность накапливаться, как накапливается и зло, а значит, всё, что вы представляете собой сегодня – это результат ваших наработок в течение многих тысяч лет"




Слова этих людей заставляют нас задуматься о понимании реинкарнации или отрицании её. Зная, что реинкарнация существует, человек будет сознательно приобретать и накапливать в себе лучшие качества, стремиться получить положительный опыт, новые знания и понимание, чтобы в следующей жизни продвинуться ещё дальше. И наоборот, отвергая, человек в неведении может наломать дров, за что потом придётся расплачиваться в следующем воплощении или вообще выпасть из круга воплощений, что часто происходит при самоубийстве и при других нарушениях законов природы. Как говорится, незнание законов не освобождает от ответственности.



И тут стоит задать вопрос: «Кому это выгодно?» Кому выгодно чтобы люди просуществовали пустоцветом свои жизни, не реализовав себя и своего предназначения, а часто ещё и наработали себе проблемы, которые потом надо будет расхлёбывать? Вспомним, что идеология является мощнейшим оружием в тёмных руках. При каждой смене власти в государствах менялась идеология, устанавливалась та, которая была выгодна тому или иному правителю. Народу часто приходилось только принимать, то, что за него кто-то решил, часто навязывали силой и постепенно люди забывали всё старое и верили в полную противоположность как по велению волшебной палочки. Так постепенно забылось всё важное, что человек знал и осознавал, в том числе идея реинкарнации.



Хочется ещё обратить внимание на то, для чего существует перевоплощение, на чём основаны некоторые его механизмы. Видимо душе или если сказать по-другому сущности, требуется физическое тело для накопления опыта на определённом этапе развития, иначе сущность не воплощалась бы вновь и вновь. И здесь интересен момент, почему человек, рождаясь в новом теле, не помнит о своих предыдущих воплощениях. Нам якобы кто-то закрыл память, чтобы мы не пошли уже по проторенной дорожке, а пошли новым путём, так как предыдущий путь видимо оказался не столь верным. Получается, даже сама природа располагает нас в этом моменте к развитию.



Рассмотрим фрагмент из книги Николая Левашова «Сущность и Разум» том 2:




«Следует отметить, что в большинстве случаев информация о предыдущих воплощениях не доступна человеку в течение жизни. Это связано с тем, что запись информации происходит на качественных структурах сущности. И для того, чтобы «прочитать» эту информацию, человек в новом воплощении должен достичь такого же уровня эволюционного развития, что был в предшедствующей или предшедствующих жизнях. И только, когда человек при своей жизни эволюционно продвинулся дальше, чем в какой-либо из предыдущих жизней, возможно открытие и прочтение всей информации, накопленной сущностью за всю историю её существования.»




А как же человек продвинется дальше, если он и не знает, что ему это нужно, точнее ему так внушили. Иллюзия того, что мы живём один раз - губительна для процесса развития. Таким образом, создаётся благоприятная почва для различных манипуляций и ловушек. Особенно для молодёжи, когда подсовывается подмена понятия свободы, выставляя её как распущенность и вседозволенность. Такие лозунги как: «Жизнь нужно прожить так, чтобы потом было стыдно вспомнить» – являются следствием социальной болезни, которая возникла в результате украденного мировоззрения и понимания законов природы. Следуя логике: «живём один раз – надо всё успеть», и человек без понимания и должного воспитания пускается во все тяжкие в погоне за удовольствиями, развлечениями и мнимым счастьем. А счастье всё не наступает и не наступает.



Всё это отрицательно отражается не только на отдельной личности, но и социуме в целом. Людей преднамеренно лишили стержня, который помог бы им устоять перед многими соблазнами. Людей приучили к пассивности. При идеологии единственной жизни страх смерти, страх получения проблем, потеря работы, денег, дома довлеет над человеком, но, если человек будет знать о перевоплощении и законах кармы, то ситуация в корне изменится. Страшнее не умереть, а переступить через такие понятия как совесть и честь. Человек лишний раз подумал бы, прежде чем совершать преступление, ведь потом придётся отрабатывать в следующем воплощении. Ведь покаяние не исправит ситуацию и нет того кто бы искупил за нас все грехи человечества. Представьте, каким могло быть общество, если бы в нём преобладало правильное мировоззрение.



Тогда человек становится сам ответственным за свою жизнь. Несправедливость в обществе воспринимается уже не как чье-то наказание или испытание, а как то, с чем человек сам вправе справиться. Не откладывая при этом свои пороки в дальний ящик, а начиная с ними работать, меняя при этом себя и своё будущее, будущее своего народа и общества в целом. У человека появляется ответственность за каждый свой поступок и помысел. При этом он сознательно нарабатывает положительные качества не только для себя, но и для своих будущих потомков, желая им оставить добро, а не проблемы. А ведь когда-то всё это было, нам нужно лишь вспомнить и разобраться. В заключение приведу слова Эдуарда Асадова:




«Человеком мало родиться им ещё надо стать».




Владимир Абрашкин



http://russkievesti.ru/blogi/abrashkin/reinkarnaciya-kak-element-mirovozzreniya.html

Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
LediOven

Реинкарнация или кто во что верит

Вторник, 02 Января 2018 г. 19:08 (ссылка)
shtorm777.ru/sushhestvuyut-...nacii.html


С древними кельтами было страшно встретиться в бою, потому как они не боялись смерти. Они с охотой давали взаймы, рассчитывая, что долг в любом случае вернут вернут — не в этой жизни, так в последующей. Откуда же взялась уверенность в том, что наша земная жизнь не единственная?

Идея о путешествиях души во времени с использованием тела человека как транспортное средство и отношением к жизни человека как к временному привалу на пути к совершенству чужда для нашего мировоззрения. Иудаизм, христианство и ислам существенно отличаются в представлениях о том, какая жизнь ждет нас после смерти, но суть их одна и та же.



«Назначено людям однажды умереть,— написал апостол Павел в своем послании к еврейскому народу,— а дальше грядет суд Божий». Если мы живем в добродетели, смирении и добре, нам воздастся на том свете, а если нет, нас ждет Божья кара. Главное — каждому дается всего одна жизнь, один-единственный шанс проявить себя высоконравственным и высокодуховным человеком.

Эта концепция так глубоко укоренилась в сознании западного человека, что в принимающем все больше атеистический характер XX столетии стало возможным зарабатывать деньги на высмеивании идеи переселения душ. Журналист из Нью-Йорка Дон Маркус сколотил небольшое состояние, потешая обывателя приключениями придуманных персонажей — таракана Арчи, который в прошлой жизни был поэтом, мастером верлибра, а ныне продолжает вести лирический дневник, подпрыгивая на клавишах пишущей манишки, и Мегатабель — приблудной кошки, сознавшейся в том, что в свое время она была Клеопатрой.

Однако вера в реинкарнацию (повторные рождения) получила довольно широкое распространение. Она уходит своими корнями в глубокую древность. Многие массовые религии сочетают ее с трансмиграцией — вселением человеческой души в животное. Такая вера существовала и на Западе до расцвета христианства.



Одна из причин непобедимости древних кельтов была отсутствие страха смерти — так сильно они верили в возрождение души.



Тайная память


А между тем на Западе, где не существует освященной столетиями веры в повторные рождения, также встречаются люди, к своему изумлению обнаружившие, что не в первый раз живут на земле.



Почти все подобные свидетельства получены под гипнозом, то есть от людей, погруженных в состояние гипнотического транса для того, чтобы они рассказали о скрытых в подсознании воспоминания о прошлых жизнях. К сожалению, самые убедительные из таких свидетельств — в особенности предполагаемое перерождение ирландки Бриди Мерфи (1798—1864) в домохозяйку из Висконсина Вирджинию Тите (1923 г. р.) — рассыпались в прах, не выдержав тщательного и беспристрастного анализа.



Случай с Джейн Эванс, пожалуй, наиболее показательный из всех. После того как им занялся Мэлвин Харрис, многие доказательства отпали.

Рассказанное Джейн Эванс поражало обилием подробностей о ее жизни в Англии IV столетия (когда эта страна находилась под римским владычеством) в качестве жены учителя будущего римского императора Константина. Или о ее драматичной судьбе как молодой еврейки, жертвы еврейского погрома в Йорке в 1190 году. Хотя, в этой последней истории содержится масса неточностей — как в описании Йорка, так и в приметах еврейского быта в XII столетии — и сильно смахивает на радиопостановку по Би-би-си.



Жизнь Джейн Эванс в образе «Ливонии» слово в слово повторяет роман Луи де Воля «Живой лес». Возможно, Джейн Эванс специально «забыла» прочтенные ею книги, из которых позаимствовала свои «воспоминания». Этот феномен, называемый криптомнезией (что в переводе с греческого означает «тайная память»), хорошо известен гипнотизерам, занимающимся психотерапией, и не раз приносил пользу, когда возникала необходимость извлечь из подсознания больного «забытые» (порой умышленно) факты.



Другое подробное описание действительно имевшего место исторического события было дано женщиной, о которой знали лишь, что ее имя Джен. Под гипнозом, осуществленным Джо Китоном, она «оказалась» 18-и летней Джоан Уотерхаус, в 1556 году представшей перед судом за колдовство. Все подробности отличались удивительной точностью, включая существование Джоан Уотерхаус и ее присутствие на скамье подсудимых. Главным источником дошедших до XX столетия сведений о Джоан Уотерхаус был памфлет тех времен. Единственный экземпляр его хранился в библиотеке дворца Ламбет, лондонской резиденции архиепископа Кентерберийского. Джен клялась, что никогда в жизни не переступала порога дворца и не видела никакого памфлета.



Но тут обнаружилось небольшое несоответствие. Пребывая в образе Джоан, Джен говорила, что ее судили в царствование Елизаветы I, тогда как в действительности в 1556 году Англией правила королева Мария I, а Елизавета взошла на престол только в 1558 году. С учетом напряженной религиозной ситуации того времени, когда главной задачей монарха было разрешение религиозных споров, и принимая во внимание чувствительность провинций в этом вопросе и их фанатическую готовность защищать свои интересы, это представлялось не рядовой ошибкой.



И действительно, в головах у Джо Китона и его подопечной «Джен» царила путаница. Как оказалось, памфлет, который хранился во дворце Ламбет, в XIX столетии был переиздан. При этом слишком плотный набор был заменен более удобочитаемым, воспроизводящим графику шекспировского времени. Однако в текст вкралась опечатка. С легкой руки наборщика XIX века процесс над челтенхемскими ведьмами был отнесен к 1556 году, тогда как в оригинале стоял 1566 год.



К этому году Елизавета I была на троне уже 8 лет, отмеченных бурными событиями.

Напрашивалось одно-единственное разумное объяснение: «Джен» никогда не была Джоан Уотерхаус, осужденной за колдовство: она просто прочла и — будем снисходительны — запамятовала переизданный памфлет. К сожалению, сам Китон не провел никакой проверки. Это сделал какой-то скептик — и от сенсации камня на камне не осталось.



Пожалуй, о гипнозе и длинной цепи реинкарнаций лучше всего сказала женщина-экскурсовод, в конце 80-х годов сопровождавшая группу пожилых англичанок, путешествовавших на пароходе по Нилу от Порт-Саида до Луксора. В разгар нашего спора о политике Ближнего Востока экскурсовод воскликнула:

— Мне бы ваши проблемы! Вон у меня в группе девять Клеопатр — попробуйте удержать их от боевых действий!



Смерть и рождение


В Древней Греции приверженность идее реинкарнации хорошо сочеталась с традиционной верой в пантеон богов. Орфическая секта, пользовавшаяся большим влиянием за 100 лет до золотого века Эллады, исповедовала взгляды, которые суровостью и пуританством могли бы поспорить с мрачным аскетизмом христиан эпохи средневековья. Орфисты называли жизнь человека «юдолью скорби», единственный способ уйти от нее — самоотречение. Лишь претерпев множество физических смертей и перерождений — в образе человека или животного,— душа обретет свободу.



В Древней Греции в месте с тем вера в реинкарнацию не ограничивалась столь мрачными культами. Гениальный математик Пифагор, живший приблизительно за полтысячи лет до н.э., уверял, будто в своих прошлых жизнях он перебывал рыбаком, крестьянином, женой торговца и гетерой. Правда, Пифагор отдавал дань и другим довольно экстравагантным суевериям (к примеру, предсказывал страшные последствия для тех, кто употребляет в пищу бобы).

Оригинальный мыслитель древности Платон верил в реальность реинкарнации. Как он считал, душа выбирает свою будущую жизнь в момент смерти прежней телесной оболочки. При этом она сможет подняться или опуститься на новый уровень бытия. Платон не считал такой цикличный процесс бесконечным. Душа не вечна и не обязана прогрессировать или учитывать старый опыт. Действительно, рассуждал Платон, сознательный выбор позволяет говорить о прогрессе, но дело в том, что, вселяясь в новый организм, душа расходует значительную энергию; рано или поздно энергия должна иссякнуть.



Взгляд древних римлян на реинкарнацию был несколько иным. К примеру, в I в. до н.э. выдающийся историк Саллюстий полагал, будто дети, появившиеся на свет в результате трудных родов, несут наказание за зло, совершенное ими в прошлой жизни.

Другой великой древней цивилизацией, которая твердо верила в реинкарнацию, был Египет. Вначале египтяне считали, будто лишь великие люди, способные вести за собой остальных, получают право на второе рождение, но со временем границы сильно расширились, и в конце концов было сказано, что воскреснут все: от аристократа до простолюдина. Ко времени написания «Книги мертвых» взгляды на эту проблему уже устоялись. Книга содержит заклинания, способные вызволить душу из могильного плена и подготовить к возрождению. Причем душа может возродиться даже в цветке (скажем, лотосе), дереве (чаще всего платане) или животном. Через три тысячелетия непрерывных nqie-воплощений душа вновь удостоится права воплотиться в человеке.



Возвращение богов


По мере распространения с Ближнего Востока на запад христианство постепенно вытесняло подобные идеи, а семью столетиями позднее их начал искоренять ислам, верша свое победное шествие на юг и восток. Но в тех регионах, где эти массовые религии распространились сравнительно недавно (в последние несколько столетий), местное население как и прежде придерживается веры в реинкарнацию. Так, для народов, населяющих острова Океании, идея переселения душ остается краеугольным камнем большинства туземных верований. То же можно говорить и о многих индейских племенах — аборигенах Америки. Было высказано предположение, будто одной из причт, почему испанским конкистадорам в XVI столетии удалось так легко —несмотря на высокоразвитую цивилизацию — захватить обширные территории Южной и Центральной Америки, явилась как раз вера в переселение души. Туземцы приняли предводителей испанцев за своих воскресших богов: мексиканского Кетцалькоатля или перуанского Вирохаса.



Конечно, испанцы воспользовались заблуждениями «варваров», чтобы разорить их земли.

На Аляске, где золотая, а потом и нефтяная лихорадка оказала более сильное, чем любые миссионеры, влияние на местную культуру, туземцы из племени тлин-китов до сих пор преклоняются перед явлением реинкарнации, понимая его как прямой и мгновенный переход от одной жизни к другой. Беременные тлинкитские женщины придают особенное значение своим снам, гак как именно во сне лишенная тела душа возвещает о своем намерении вселиться в тело новорожденного. Во время родов шаманы усердно пытаются установить, чья именно душа возродилась в новорожденном, и дают ему имя прежнего владельца. Так ребенок получает право на уважение, которое оказывалось тому человеку при жизни.



Поиски Далай-ламы


Столь явное извращение высокого идеала послужило причиной озарения Сидхарты Гаутамы из самой уважаемой индийской касты брахманов. Сидхарта Гаутама родился около 566 года до н.э. и происходил из племени шакьев, живших на берегах Ганга. Ныне он известен во всем мире под именем Будды.

Согласно легенде, едва появившись на свет, Будда поклялся положить конец рождению, старости, страданиям и смерти — короче, вырвать душу из плена земной жизни. К 29-и годам он убедился, что всего этого не избежать, и провозгласил четыре истины: 1) жизнь есть страдание; 2) страдание проистекает из желания; 3) избавление от желаний ведет к избавлению от страданий и 4) путь к блаженству — Восьмеричный Путь избавления от желаний.

Главное здесь — понятие о душе не как о чем-то индивидуальном, личном (как учил индуизм) — движущей силе реинкарнации. Скорее, человеческое «я» сгорает в топке реинкарнации, как топливо; оно меняется от одной жизни к другой и вообще носит иллюзорный характер. Стало быть, все дело в том, чтобы освободиться от своего «я» и достичь нирваны — состояния абсолютной отрешенности от внешнего мира, полного отсутствия желаний. Так буддизм отрицает всякую связь между социальной принадлежностью и состоянием души. Впрочем, последующие рождения неизбежны, если нужно «отработать карму» — снять бремя предшествующих воплощений. Но это уже вопрос очищения жизненной силы.



Одна из любопытнейших особенностей буддистских взглядов на перерождение души и их воплощение на практике — поиски преемника скончавшегося Далай-ламы, духовного лидера буддистов.

Далай-лама (что в переводе означает «величайший мудрец») считается воплощением буддистского бога милосердия Ченрези, который уже 14 раз, начиная с 1391 года, принимал земной облик. Всякий раз, когда очередной Далай-лама умирал, перед тибетскими монахами вставала задача найти младенца мужского пола, в которого вселилась его душа и которому предстоит стать новым вождем тибетских буддистов. После смерти 13-го Далай-ламы монахам потребовалось целых 6 лет, чтобы найти преемника.



Поиск включает в себя перебор великого множества простых и магических примет: монахи советуются со звездами, толкуют сны, видения и всевозможные знамения. После кончины 13-го Далай-ламы само тело покойного, развернувшееся головой на северо-восток, подсказало направление поиска. Потом в мавзолее, где оно лежало, на северо-восточной стене появилось пятно плесени в виде звезды. А на главном дворе монастыря, опять-таки возле северо-восточной стены, неожиданно выросло и зацвело драконово дерево.



Стало ясно: нужно двигаться на северо-восток. Вдобавок ко всему, одному из монахов приснились озеро близ Хос Коргья-ла в Китае (священное место буддистов) и дом с остроконечной крышей и голубыми карнизами. Там-то, заключили монахи, они и найдут младенца, которого ищут.



1937 год — группа из нескольких монахов отправилась в Китай. Спустя несколько лет они нашли нужный дом в деревне Тэкстэ. Один монах, переодевшись слугой, зашел внутрь дома и увидел мальчика двух лет от роду по имени Тензин Гьятсо. Малютка немедля потребовал четки, которые были на монахе под маскарадной одеждой слуги и принадлежали не ему, а усопшему Далай-ламе. Потом Тензин Гьятсо опознал еще одни четки, бубен и посох — бывшую собственность покойного.

Окрыленные первыми успехами, монахи предприняли осмотр тела ребенка на предмет обнаружения особых примет, имевшихся у каждого Далай-ламы. И в точности: все родинки и прочие приметы совпали. Сомнений больше не было; монахи немедленно приступили к подготовке отъезда мальчика и его родных в Тибет. Им пришлось уплатить губернатору провинции выкуп в сумме 300 000 долларов за разрешение семье уехать из Китая. Вскоре маленький Далай-лама был помещен во дворец в столице Тибета Лхасе, где и началось его трудное, упорное восхождение к высотам религиозного и мирского вождя тибетского народа.



Предполагаемая реинкарнация тибетского Далай-ламы сама по себе еще не является доказательством реальности этого феномена. Не подвергая сомнению искренность дел и помыслов людей, вовлеченных в поиски очередного первосвященника, в только что описанной процедуре есть к чему придраться. Главное здесь — глубокое религиозное чувство, при наличии которого, скажет скептик, и по теории вероятности рано или поздно монахи просто обязаны были отыскать ребенка с заданным набором признаков…



Так что на данном этапе отношение к реинкарнации остается, главным образом, вопросом веры. Это не означает, что переселение душ в принципе невозможно или что оно возможно для одних и невозможно для других. Просто на данный момент нет бесспорных свидетельств в его пользу. Тем не менее реинкарнация остается весьма заманчивой идеей. А также краеугольным камнем многих древних и почитаемых религий.



 







 



http://shtorm777.ru/sushhestvuyut-ili-net-dokazatelstva-reinkarnacii.html

Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
LediOven

Перерождения - как можно это проверить?

Вторник, 02 Января 2018 г. 18:53 (ссылка)
buddhayana.ru/перерождения-...ерить.html



На этом этапе рассмотрения кармы иногда возникает мысль: “Всё это очень хорошо, вполне логично и правдоподобно. Но так ли это на самом деле? Как можно проверить? Где найти доказательства?” Обычный западный ум желает неопровержимых доказательств, и они накапливаются — медленно, но верно. Группы исследователей систематически изучают рассказы людей, которые утверждают, что помнят свои предыдущие жизни. Собирают и публикуют сведения об обычных людях – не святых, не мудрецах и не мастеров медитации, которые без всяких видимых причин утверждают, будто помнят свою предыдущую жизнь. При этом они, как правило, описывают ее очень подробно, вплоть до своего имени, места, где жили, рода занятий, болезни, от которой умерли и т. д. Судя по всему, эти подробности совпадают с тем, что известно об их жизнях – большей частью самых заурядных жизнях, которые, по их утверждениям, они помнят. Особенно интересуют исследователей многочисленные примеры любопытных воспоминаний такого рода, исходящих от детей. Во многих случаях вероятность совпадения, обмана или выдумки полностью исключается, и ученые склонны признать, что самое простое объяснение подобных фактов — это гипотеза о перерождении, или реинкарнации. Поскольку число таких доказательств неуклонно растет, я совершенно не сомневаюсь, что в конце концов они убедят всех непредвзятых людей в истинности учения о карме и перерождении.






В качестве еще одного доказательства существования кармы и перерождения некоторые приводят феномен вундеркиндов. Если взять такого ребенка, как Моцарт, который с малых лет умел петь, исполнять и сочинять музыку, то очень трудно поверить, что такого уровня знаний и мастерства он смог достичь за столь короткий срок, — говорят, что они перешли к нему из предыдущей жизни. Но тут встает вопрос о наследственности: нет общего мнения по поводу того, что можно и что нельзя унаследовать на генетическом уровне. К тому же этот вопрос осложняют разные другие факторы, как личного, так и культурного свойства, поэтому такого рода доводы не столь убедительны, как воспоминания о предыдущей жизни.





Разумеется, учение о карме и перерождении решает гораздо больше вопросов и проблем, чем ставит, но это не значит, будто в нем нет никаких неувязок. С моей точки зрения, это традиционное учение нуждается в полном пересмотре с учетом различных вопросов, которые на Востоке, судя по всему, пока не рассматривались. Существуют, например, такие вопросы, как связь между кармой и перерождением и временем, или связь кармы и перерождения с индивидуальным сознанием. Ведь карма и перерождение действуют во времени, а что такое время? Карма и перерождение связаны с индивидуальным сознанием, а что это такое? Есть еще такой каверзный вопрос, как демографический взрыв. Откуда взялись все эти люди? Происходит деление душ, или же они пришли из других миров? На Востоке некоторые буддисты высокомерно бросят: “Конечно, они пришли из других миров. Это каждому понятно”. Но является ли такое объяснение единственно возможным? Эти и другие похожие вопросы необходимо подробно рассмотреть в новой редакции традиционного буддийского учения о карме и перерождении. Возможно, такая редакция станет одной из задач западного буддизма.





И наконец, необходимо допустить, что на Западе учение о карме и перерождении может какое-то время вызывать активное неприятие. Как мы убедились, оно противоречит многим устоявшимся представлениям о самых насущных вещах. Поэтому для многих важен такой вопрос: обязательно ли верить в карму и перерождение, чтобы быть буддистом? Самый простой ответ: “Да”. Но более разумный ответ таков: “Нет, но при одном условии. Не обязательно верить в карму и перерождение, если вы готовы направить все свои силы на достижение полного просветления в этой жизни. Это совершенно верно и может удовлетворить некоторых людей. Но к тому же это сразу показывает, как трудно всерьез практиковать буддизм, если постоянно не помнить о карме и перерождении.





Учение о карме и перерождении действительно дает ответ – может быть, единственно верный ответ – на некоторые вопросы. Оно помогает раскрыть тайну смерти, которая одновременно является и тайной жизни, а ведь только очень немногие могут идти по пути к просветлению, не задумываясь о таких вопросах хотя бы иногда. Возможно, кто-то и способен безмятежно предаваться практике медитации, не заботясь о философии, но большинству нужны какие-то ответы. Они действительно хотят знать и могут практиковать только при наличии такого знания. Чтобы следовать по пути, им необходима какая-то общефилософская основа, пусть даже элементарная и схематичная. Учение о карме и перерождении хотя бы отчасти обеспечивает такую основу.





Если мы не принимаем карму и перерождение в качестве ответа, придется искать какой-то другой, и найти его, думаю, будет не просто. Лично я считаю, что учение о карме и перерождении дает самый удовлетворительный ответ на многие вопросы, вытекающие из факта смерти и природы человеческой жизни и человеческого существа. Оно не только дает верный ответ, но и сообщает жизни смысл и цель. Оно объясняет, что каждый человек проходит череду жизней и что, изменив свое сознание, — а согласно буддизму, это нам вполне по силам, — можно определять свою судьбу, причем не только в этой жизни, но и в следующих. Это значит, что никакое подлинное усилие не пропадает даром. Добро сохраняется из жизни в жизнь. Нет такой проблемы, как награда или кара. Совершая умышленное действие, мы изменяем свое сознание, как здесь и сейчас, так и на будущее, и это вполне достаточная награда или кара. Лично я сказал бы, что учение о карме и перерождении есть неотъемлемая часть буддизма и большинству людей трудно стать буддистами, не приняв его хотя бы в принципе.





Традиция утверждает, что истина учения о карме и перерождении становится ясной в свете более высоких состояний сознания и особенно в наивысшем из них — просветлении Будды, которое настолько высоко, что его даже нельзя называть состоянием сознания как таковым. На Востоке считается, что есть истины – при желании их можно называть духовными истинами, — которые обычный рациональный ум познать не может.



На Западе такая точка зрения, конечно же, оказывается совершенно неприемлемой. Мы склонны считать бесспорным, что всё, доступное пониманию и восприятию, можно понять и воспринять обычным сознательным “повседневным” умом. Мы предполагаем, что этот ум способен понять всё, что вообще можно понять. Но восточная традиция, особенно индийская, утверждает, что есть некоторые истины – если хотите, некоторые законы или принципы, – которые невозможно понять обычным человеческим умом. Если вы хотите их понять, придется повысить свой уровень сознания — так, чтобы дальше видеть, нужно подняться на гору. Буддисты считают, что если подняться на гору собственного сознания, то оттуда как на ладони увидишь все те духовные истины, которые непостижимы для нас в нашем обычном состоянии сознания.





Согласно индийской традиции, одна из таких истин – учение о карме и перерождении. Наше обычное рациональное сознание не может его постичь. Мы способны его понять, если нам объяснят, но непосредственно узреть его истинность не можем. Карму и перерождение во всех подробностях и хитросплетениях может узреть только будда. А это значит, что неопровержимые доказательства нам, по сути, недоступны.





Однако на протяжении многовековой истории развития буддизма все буддийские мудрецы и йогины подтверждали истинность кармы и перерождения. Что примечательно, не было ни одной буддийской школы, ни одного видного буддийского учителя, которые бы ставили ее под сомнение. Будь учение о карме и перерождении всего лишь догмой, философской идеей, теорией, кто-то в буддийском мире наверняка опроверг бы ее, рано или поздно, или, по крайней мере, поставил под сомнение. Буддистам свойственна полная свобода мысли: нет никакой церковной власти, которая принуждала бы их к ортодоксальной точке зрения, поэтому история буддизма знает много случаев, когда учения подвергались сомнению. Почему же тогда, насколько известно, учение о карме и перерождении никогда не подвергалось сомнению? Думаю, потому, что карма и перерождение относятся не к сфере теории и философии, а к сфере переживания и восприятия. По мере того как великие йогины и мастера медитации наращивали духовное понимание и умение проникать в суть вещей, они всё яснее видели истинность этого учения. Возможно, они не постигли его так же полно, как сам Будда, но увидели достаточно, чтобы удостовериться в его истинности. Поэтому на Востоке опыт Будды и других просветленных учителей, которые сумели выйти за пределы возможностей обычного сознания, считается убедительным доказательством истинности кармы и перерождения. По крайней мере, практикующим буддистам это должно служить достаточным основанием для веры, пока они не смогут постичь истину кармы и перерождения напрямую.





Карма и перерождение – серьезная тема, но некоторое понимание этого учения необходимо для того, чтобы понять, кто такой Будда. Первый опыт видения природы реальности, который сделал Будду тем, кем он стал, вырос из непосредственного постижения действия кармы и перерождения. В ночь своего просветления, сидя под деревом бодхи, Будда испытал озарение и увидел всю цепь своих предыдущих рождений — десятки тысяч предыдущих жизней. И не только это: он увидел уходящие в прошлое предыдущие жизни других живых существ. В эту ночь и последующие видел он и будущие их жизни, если возникало такое желание. 



Будда проповедовал принцип кармы и перерождения не как философское учение, не как итог логических умопостроений, а как нечто пережитое, увиденное воочию. Эта способность видеть предыдущие жизни, свои собственные и других существ, называется пурваниваса-смрити, буквально, “память о предыдущих обителях”. Ее считают одной из пяти или шести абхиджней, сверхъестественных знаний, причем говорят, что, взяв за основу практику медитации, ее может развить любой, кто захочет приложить усилия.






Карма и новое рождение



              Карма и новое рождение

              Смерть - что можно поделать?

              Пять ниям

              Как работает карма?

              Классификация кармы

              Перерождения - как можно это проверить?



Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
LediOven

Учил ли Ориген о реинкарнации?

Вторник, 02 Января 2018 г. 16:18 (ссылка)
https://www.agni-yoga.net/v...node/37394


Поскольку тема эта периодически всплывает, хотелось бы оставить некоторые соображения на этот счет.



Пришлось поднять текст Оригена с моими пометками на полях  

Приведу цитаты о реинкарнации.

Если не привести сопутствующие размышления, то контекст будет не полным, поэтому сначала приведу рассуждения Оригена о справедливости Божьей, в которых без труда читается описание действия закона Кармы, о свободе воли как причине "падения" и разнообразия:

 






 

5. Когда мы говорим, что в мире существует разнообразие и что «мир сотворен Богом, Бога же называем и благим, и праведным, и нелицеприятным, то очень многие, особенно вышедшие из школы Маркиона, Валентина и Василида и слышавшие, что природа душ различна, обыкновенно возражают нам: каким образом можно согласить с правдою Бога, сотворившего мир, то, что некоторым Он дает обитель на небесах, и не только дает им лучшую обитель, но в то же время предоставляет и какую-нибудь высшую и почетнейшую степень: одним дает начальство, другим – власть, иным уделяет господство, иным предоставляет славнейшие престолы небесных судилищ, а иные блистательно светят и сияют звездным блеском; и одним из них дана слава солнца, другим слава луны, иным – слава звезд, и звезда от звезды разнится во славе? В общих чертах и кратко можно выразить это (возражение) так: если Бог – Творец – не лишен ни желания высшего и благого дела, ни способности к совершению его, то, спрашивается, по какой причине, творя разумные существа, – т. е. такие, для которых Он Сам становится причиной их бытия, одни (существа) Он сотворил высшими, другие – второстепенными или третьестепенными, а (иные) сотворил низшими и худшими на много степеней? Затем, они возражают и относительно земных (существ); (они указывают), что на долю одних выпадает более счастливый жребий рождения (чем на долю других); так, например, один происходит от Авраама и рождается по обетованию, другой также – от Исаака и Ревекки, и, еще находясь во чреве матери, запинает своего брата, и Бог любит его еще прежде рождения. Или – совершенно то же самое (замечается в том обстоятельстве), что один рождается между евреями, у которых находит наставление в божественном законе, другой же рождается между греками, людьми мудрыми и не малой учености, а иной рождается среди эфиопов, у которых есть обычай питаться человеческим мясом, или среди скифов, у которых отцеубийство совершается как бы по закону, или у тавров, которые приносят в жертву иностранцев. Итак, нам говорят: если таково различие вещей, если столь различны и разнообразны условия рождения, свободная же воля в этом случае не имеет места (потому что никто ведь не выбирает себе сам, где или у кого, или в каких условиях ему родиться), то это, говорят они, происходит от различия душ, так что душа злой природы назначается к дурному народу, добрая же душа посылается к добрым (людям), или же все это, думают они, совершается случайно. Конечно, если принять это последнее предположение, то уже нельзя веровать, что мир сотворен Богом и управляется Его промыслом, и, следовательно, уже не должно будет ожидать суда Божия над делами каждого. Впрочем, в чем именно состоит истина в этом вопросе, – это знает только Тот, Кто испытывает все, даже глубины Божии (1 Кор. 2, 10).

6. Что же касается нас, людей, то мы (с тою целью, чтобы молчанием не дать пищи высокомерию еретиков) на возражения их ответим то, что может представиться нам по мере наших сил, – (ответим) следующим образом. Мы часто доказывали теми доводами, какими могли (воспользоваться) из божественных Писаний, что Бог, Творец вселенной, благ, и справедлив, и всемогущ. Когда Он в начале творил то, что хотел сотворить, т. е. разумные существа, то Он не имел никакой другой причины для творения, кроме Самого же Себя, т. е. кроме Своей благости. Таким образом Он был причиною бытия тварей. Но в Нем не было никакого разнообразия, никакой изменчивости, никакого бессилия, поэтому всех, кого Он сотворил, Он сотворил равными и подобными, потому что для Него не существовало никакой причины разнообразия и различия. Но так как разумные твари, – как часто мы показывали и в своем месте еще покажем, – одарены способностью свободы, то свобода воли каждого или привела к совершенству через подражание Богу, или повлекла к падению через небрежение. И в этом, как мы уже говорили выше, состоит причина различия между разумными тварями: это различие получило свое начало не от воли или решения Создателя, но от определения собственной свободы (тварей). Бог же, признающий справедливым управлять Своим творением сообразно с его заслугами, направил это различие умов к гармонии единого Мира; из различных сосудов или душ, или умов Он создал как бы один дом, в котором должны находиться сосуды не только золотые и серебряные, но и деревянные, и глиняные, и одни сосуды – для почетного употребления, другие же для низкого. Таковы-то, я думаю, причины разнообразия в мире; божественный же Промысел управляет каждым существом соответственно его движениям или расположению души. При таком понимании, Творец не оказывается несправедливым, так как Он поступает с каждым по заслугам, сообразно с предшествующими причинами: счастье или несчастье рождения каждого и все прочие условия не признаются случайными, и, наконец, не утверждается существование различных творцов или различие душ по природе.

7. Но, мне кажется, и Священное Писание также не умолчало совершенно о смысле этой тайны. Так, апостол Павел, рассуждая об Иакове и Исаве, говорит: «Когда они еще не родились и не сделали ничего доброго или худого, – дабы изволение Божие в избрании происходило не от дел, но от Призывающего, – сказано было ей: больший будет в порабощении у меньшего, как и написано: Иакова Я возлюбил, а Исава возненавидел» (Рим. 9, 11-13). И после этого сам себе отвечает и говорит: «Что же скажем? Неужели неправда у Бога?» (Рим. 9, 14). И, чтобы дать нам случай к исследованию этого (вопроса) и к рассуждению о том, каким образом это бывает не без основания, он отвечает самому себе и говорит: «Никак». Тот же самый вопрос, какой предлагается об Иакове и Исаве, мне кажется, можно поставить и относительно всех тварей небесных, земных и преисподних. И как апостол говорит в том изречении: «Когда они еще не родились и не сделали ничего доброго или худого», – так, мне кажется, и о всех прочих (существах) можно сказать подобным же образом: «Когда они еще не были сотворены и не сделали ничего доброго или худого, – дабы изволение Божие было по избранию (как думают некоторые), – одни существа сотворены были небесными, другие – земными, а иные – преисподними, не от дел (как думают те), но от Призывающего. Итак, что же скажем, если это так? Неужели неправда у Бога? Никак». Таким образом, при тщательном исследовании слов Писания относительно Иакова и Исава, оказывается, что нет неправды у Бога, если прежде, чем они (Иаков и Исав) родились или совершили что-нибудь в этой жизни, было сказано, что «больший будет в порабощении у меньшего», – оказывается, что нет неправды в том, что Иаков даже во чреве запинал своего брата: мы понимаем, что он достойно возлюблен был Богом, по заслугам предшествующей жизни, и потому заслужил быть предпочтенным брату. Точно также должно думать и о небесных тварях. Разнообразие не есть первоначальное состояние твари. Но Создатель определяет каждому существу различную должность служения на основании предшествующих причин, по достоинству заслуг, – на основании того, конечно, что каждый ум, или разумный дух, сотворенный Богом, сообразно с движениями ума и душевными чувствами, приобрел себе большую или меньшую заслугу и сделался или любезным, или ненавистным Богу. Впрочем, некоторые из существ, обладающих наилучшими заслугами, страдают вместе с остальными, ради украшения состояния мира и назначаются служить низшим (тварям), вследствие чего и сами они становятся причастными долготерпению Божию, как и апостол говорит: «Тварь покорилась суете не добровольно, но по воле покорившего ее» (Рим. 8, 20). Итак, рассматривая то изречение, которое высказал апостол, рассуждая о рождении Исава и Иакова, именно: «Неужели неправда у Бога? Никак», – я нахожу справедливым, что то же самое изречение должно быть приложимо и ко всем тварям, потому что правда Творца, как сказали мы выше, должна проявляться во всем. А эта правда, мне кажется, обнаруживается яснее всего в том случае, если признать, что каждое из существ небесных, земных и преисподних в себе самом имеет причины разнообразия, предшествующие телесному рождению. Все сотворено Словом Бога и Премудростью Его, и все распределено правдою Его. Благодатью же Своего милосердия Он о всех промышляет и всех убеждает врачеваться теми средствами, какими они могут, и призывает к спасению.(Ориген "О Началах" т.2)




Я думаю, что описываемый Оригеном закон справедливости (Кармы) с необходимостью требует периодичности существования (реинкарнации). И к такой необходимости Ориген и приходит в своих рассуждениях.

 






 

Нужно рассмотреть также слова апостола: «Итак, кого хочет, милует; а кого хочет, ожесточает. Ты скажешь мне: “за что же еще обвиняет? Ибо кто противостанет воле Его?” А ты кто, человек, что споришь с Богом? Изделие скажет ли сделавшему (его): “зачем ты меня так сделал?” Не властен ли горшечник над глиною, чтобы из той же смеси сделать один сосуд для почетного употребления, а другой для низкого?» (Рим. 9, 18-21). Кто-нибудь, может быть, скажет: как горшечник из одной и той же смеси делает одни сосуды для почетного, другие же – для низкого употребления, так и Бог творит одних для погибели, других для спасения; значит, спасение или погибель – не в нашей власти, а это, очевидно, показывает, что мы не обладаем свободною волею. Тем, кто так понимает эти слова апостола, нужно ответить следующее. Может ли быть, чтобы апостол противоречил самому себе? Если же нельзя думать этого об апостоле, то каким образом, по их мнению, он может справедливо порицать коринфских блудников или людей, согрешивших, но не покаявшихся в бесстыдстве, блуде и нечистоте, совершенных ими? Каким образом также он хвалит тех, которые жили праведно, как, (например, хвалит) дом Онисифора, говоря: «Да даст Господь милость дому Онисифора за то, что он многократно покоил меня и не стыдился уз моих, но, быв в Риме, с великим тщанием искал меня и нашел. Да даст ему Господь обрести милость у Господа в оный день» (2 Тим. 1, 16-18). Итак, не сообразно с апостольским достоинством порицать достойного наказания, т. е. грешника, и хвалить достойного похвалы за доброе дело, и, в то же время говорить, что добрая или злая жизнь каждого есть дело Бога, так как Он делает одного сосудом для почетного, а другого – сосудом для низкого употребления, как будто никто не властен делать доброе или злое. Каким образом он еще прибавляет, что «всем нам должно явиться пред судилище Христово, чтобы каждому получить соответственно тому, что он делал, живя в теле, доброе или худое» (2 Кор. 5, 10). Ибо какое воздаяние за добро (может быть) тому, кто не мог делать зла, будучи образован Творцом только для добра? Или какое наказание по справедливости можно наложить на того, кто по самому своему созданию от Творца не мог делать добра? Затем, разве этому мнению не противоречит то, что говорит он в другом месте: «А в большом доме есть сосуды не только золотые и серебряные, но и деревянные и глиняные; и одни в почетном, а другие в низком употреблении. Итак, кто будет чист от сего, тот будет сосудом в чести, освященным и благопотребным Владыке, годным на всякое доброе дело» (2 Тим. 2, 20-21). Таким образом, кто очистил себя, тот делается сосудом почетным, а кто пренебрег очищением своих нечистот, тот делается сосудом низким. На основании этих изречений, как я думаю, вину за дела (людей) никак нельзя относить к Творцу. Правда, Бог-Творец иной сосуд делает для почетного употребления, а другие сосуды делает для низкого употребления. Но почетным сосудом Он делает тот сосуд, который очистил себя от всякой нечистоты, сосудом же низким (делает) сосуд, запятнавший себя нечистотою пороков. Отсюда вытекает то заключение, что (это назначение) определяется делами каждого, как своей предшествующей причиной: Бог делает каждого или почетным, или низким сосудом, сообразно с его заслугами, и каждый сосуд сам дает Творцу основания и поводы к тому, чтобы Творец устроил его или для почетного, или для низкого употребления. Но если это положение кажется справедливым и вполне согласным с благочестием, – а оно, конечно, справедливо, – т. е. если каждый сосуд назначается Богом или для почетного, или для низкого употребления на основании предшествующих причин, то кажется, не будет нелепостью, если мы, рассуждая таким же порядком и в такой же последовательности о древнейших событиях, то же самое будем думать и о душах, и именно такою причиною объясним то обстоятельство, что Иаков был возлюблен, еще не родившись в этом мире, а Исав – возненавиден, находясь еще во чреве матери.(Ориген "О Началах" , т.3)




Слова Оригена, дошедшие благодаря сохранившемуся письму Иеронима к Авиту:






 

«Если же мы однажды допускаем, что один сосуд сотворен для почетного употребления, а другой – для низкого – на основании предшествующих причин, то мы, конечно, можем возвратиться к тайне относительно души и допустить, что душа когда-то еще в древности совершила то, за что (впоследствии) в одном (человеке) была возлюблена, а в другом –- возненавидена, прежде чем в теле Иакова она стала запинать (Исава), а в пяте Исава была подчинена братом», и еще : «что одни души назначаются для почетного, а другие для низкого употребления, это есть следствие предшествующих заслуг или преступлений их»).




и в другом месте о том же:






 

Кто утверждает, что все, совершающееся в мире, управляется промыслом Божиим, как учит и наша вера, тот может ответить относительно всех этих явлений так, чтобы устранить всякое обвинение промысла в несправедливости, но только, мне кажется, может ответить не иначе, как признавши для этих явлений некоторые предшествующие причины, именно, какие-нибудь преступления, которые совершили души мыслями или делами своими еще до рождения в теле, за что и были по справедливости осуждены Божественным промыслом на это страдание.(Ориген "О Началах" т.3)







 

Отходящие из этого мира через обыкновенную смерть распределяются соответственно своим делам и заслугам и по достоинству назначаются – одни в место, называемое преисподней, другие на лоно авраамово, и (вообще) все – по разным местам или обителям. Так, может быть, и те, которые, если можно так выразиться, как бы умирают там, нисходят из тех высших мест в эту преисподнюю.(Ориген "О Началах" т.4)




Для человека, знакомого с восточной философией, сразу понятно, что под "этой преисподней" понимается наш физический мир, сошествие в воплощение.






 

Из письма Иеронима к Авиту: «И как умирающие в этом мире, вследствие разделения тела и души, получают различные места в преисподней, сообразно с различием (своих) дел: так, может быть, и те, которые, так сказать, умирают в области небесного Иерусалима, нисходят оттуда в преисподнюю нашего мира, чтобы получить на земле разные места, сообразно с качеством (своих) заслуг».




и далее по тексту об обителях в тонких мирах и сошествии от туда (инкарнации):






 


Ради этого именно различения, как я верую, тот ад, куда отводятся души людей, умирающих здесь, называется в Писании адом преисподнейшим, как говорится в Псалмах: «Ты избавил душу мою от ада преисподнего» (Псал. 85, 13). Итак, каждому из тех, которые нисходят на землю, сообразно с его заслугами или с тем местом, которое он занимал там, в этом мире определяется родиться в разных странах, среди разных народов, в разных отношениях, с такими или иными слабостями, и произойти или от богобоязненных, или от менее благочестивых родителей; при этом иногда случается, что израильтянин попадает в число скифов, а бедный египтянин изводится (из Египта) в Иудею. Однако Спаситель наш пришел собрать погибших овец дома израилева; но так как большинство израильтян не приняли Его учения, то были призваны язычники. Отсюда, очевидно, следует, что пророчества, обращенные к разным народам, должно относить больше к душам и к различным небесным обитателям их. Нужно также исследовать и рассмотреть повествование о событиях, какие случались с народом израильским или с Иерусалимом, или с Иудеей, при нападении на них тех или других народов: так как весьма многие из этих событий не совершились телесно, то указанные повествования гораздо более приложимы к тем духовным народам, которые обитали на этом, как говорится, преходящем небе, а может быть, и теперь еще живут там.



--

Из письма Иеронима к Авиту: «И так как души, преходящие из этого мира в преисподнюю, мы сравнили с теми душами, которые как бы умирают, переходя из высшего неба в наши обиталища, то нужно осторожно исследовать, не можем ли мы сказать то же самое и о рождении каждой отдельной души, а именно: как души, рождающиеся на этой нашей земле, или, благодаря исправлению, выходят из преисподней в высшие (места) и принимают человеческое тело, или же нисходят к нам из лучших мест; точно так же, может быть, и высшие места на тверди занимают разные души, причем одни души поднялись в эти лучшие места из наших жилищ, а другие ниспали на твердь из жилищ небесных, хотя и не согрешили настолько, чтобы быть низверженными в те места, где живем мы»).

--



Если же кто потребует от нас очевидных и достаточно ясных доказательств на это из Священного Писания, то должно ответить, что у Святого Духа было намерение скрыть это (учение о небесных народах) в повествованиях как бы о различных (земных) событиях, и притом скрыть поглубже; в этих повествованиях говорится, что одни люди сходят в Египет или уводятся в плен в Вавилон и в этих самых странах подвергаются чрезвычайному уничижению, и делаются рабами господ, другие же в самых местах пленения жили в славе и великолепии, так что имели власть и начальство и управляли народами, которые нуждались в управлении. Все это, как мы сказали, содержится скрытым и затаенным в повествованиях Св. Писания, потому что «подобно Царство Небесное сокровищу, скрытому на поле, которое нашед человек утаил, и от радости о нем идет и продает все, что имеет и покупает поле то». Рассмотри поприлежней, не указывается ли в этих словах то, что самая, так сказать, почва и поверхность Писания, т. е. что читается по букве, есть поле, наполненное и цветущее растениями всех родов, а высший и глубочайший духовный смысл – это те скрытые сокровища мудрости и знания, которые Св. Дух, через Исайю, называет сокровищами тайными, невидимыми и скрытыми. Чтобы найти эти сокровища, необходима помощь Божия, так как один только Бог может сокрушить медные ворота, которыми они заперты и скрыты, и разломать железные замки и засовы, заграждающие доступ ко всему тому, что прикровенно написано в Бытии о разных родах душ и о тех поколениях и племенах, которые принадлежат к родству Израиля, или же далеко отстоят от его племени. Только при помощи Божией можно открыть и то, что означает нисшествие в Египет семидесяти душ. Эти семьдесят душ в Египте размножаются, как звезды небесные. Но так как не все, принадлежавшие к ним, служат светом мира, – «ибо не все те израильтяне, которые от Израиля», – то некоторые из этих семидесяти душ делаются, как бесчисленный песок на берегу моря.(Ориген "О Началах" т.4)



https://www.agni-yoga.net/vbulletin/node/37394




Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
LediOven

Ориген: анафематствованный мученик. Часть 4

Вторник, 02 Января 2018 г. 15:46 (ссылка)
pravoslavieto.com/history/0...kuraev.htm


В другом месте, увещевая ариан отказаться от полемики с православными, св. Григорий предлагает им иные предметы для полемики: "У тебя нет другого занятия? Языку твоему необходимо господствовать? Ты не можешь не разродиться словом? Но много есть для тебя других обильных предметов. На них обрати с пользою недуг сей. Рази пифагорово молчание, орфеевы бобы, и эту надутую поговорку новых времен: "сам сказал!". Рази платоновы идеи, преселения (metensomatoseis) и круговращения наших душ, теорию припоминания (anamneseis)..."1310.



Св. Василий Великий († 370 г.) также предостерегает от следования реинкарнационному мифу: "Убегай бредней угрюмых философов, которые не стыдятся почитать свою душу и душу пса однородными между собою, и говорят о себе, что они были некогда и женами, и деревьями, и морскими рыбами. А я, хотя не скажу, бывали ли они когда рыбами, однако же со всем усилием готов утверждать, что, когда писали сие, были бессмысленнее (alogoteroi) рыб"1311.



Младший брат св. Василия Великого св. Григорий Нисский († 394 г.) был почитателем Оригена. Но идею реинкарнации он у Оригена не заимствовал. Прямо упомянув книгу Оригена "О началах" в 28-й главе своего труда "Об устроении человека", св. Григорий пишет: "Достойно порицания рассуждение баснословящих, что души жили прежде в особом некоем состоянии... Защитники этого учения держатся еще языческих мифов о преселении из одного тела в другое. Ибо, если кто в точности исследует, то по всей необходимости найдет, что учение их клонится к тому, что сказывал о себе один из их мудрецов: "был я мужем, потом облекся в тело жены, летал с птицами, был растением, жил с животными водяными". И, по моему суждению, не далеко отступил от истины утверждающий о себе подобное. Ибо подобное учение, что одна душа входила в столько тел, подлинно достойно или крика лягушек и галок, или бессловесных рыб, или бесчувственности растений"1312. По убеждению св. Григория "В уроках философского порождения есть нечто плотское и закрытое, но что остается по отъятии покрова, то не лишено благородства. Например, и внешняя философия говорит, что душа бессмертна – вот порождение благочестивое. Но утверждать, что будто бы душа из одного тела переходит в другое, и словесное естество меняет на бессловесное – это уже плотское иноплеменное необрезание.... Добрые учения внешней философии оскверняются нелепыми прибавлениями"1313. В диалоге со своей сестрой Макриной "О душе и воскресении" св. Григорий говорит, что те философы, что признают возможность переселения человеческой души только в тело другого человека, но не допускают ее воплощения в животных, ближе к христианской надежде на Воскресение. Однако "Наше учение отличается от их в том, что мы надеемся, что наша душа воспримет то же самое тело, состоящее из тех же элементов" (PG, XLVI, 108).



Неоднократно касается доктрины переселения душ и св. Иоанн Златоуст († 407 г.): "Что же касается до души, то Платон и Пифагор оставили учение о ней самое постыдное; говорили, что души человеческие делаются мухами, комарами, деревьями, утверждали, что сам Бог есть душа, и вымышляли многие другие нелепости.. С того дня, как явился он (ап. Иоанн) и с ним прочие рыбари, с того времени учение Платона и Пифагора, которое прежде почиталось господствующим, умолкло... Оставив учить людей чему-нибудь полезному, он (Пифагор) внушал им, что все равно – есть бобы или головы своих родителей, а своих последователей уверял, что душа учителя их иногда бывала деревом, иногда – девицею, иногда – рыбою. Итак, не по справедливости ли все это уничтожено и исчезло совершенно?... Платон иногда говорит, что душа причастна божескому существу; а иногда, возвысив ее так неумеренно и так нечестиво, оскорбляет ее другой крайностию, вводя ее в свиней и ослов, и в другие животные, еще хуже. Итак, оставив их мифы, приступим к нашим догматам, свыше принесенным к нам в устах этого рыбаря. Итак, чем же начинает евангелист свое сказание: В начале было Слово, и Слово было к Богу..."1314.



Ученик св. Иоанна Златоуста преп. Исидор Пелусиот († 440 г.) повторяет аргумент св. Мефодия Олимпийского: Как можно рассматривать тело как данное в наказание, если оно лишь приковывает душу ко греху, облегчает ей грех и не отстраняет его? (Письмо 4,163; PG, LXXVIII, 1252).



В середине IV века св. Епифаний Кипрский († 403 г.), свою книгу о "всех ересях" начинает с критики тех направлений греческой философии, которые возвещали душепереселение: "Стоики по великости своего заблуждения присовокупляют и это нечестивое учение: бывают перелияния и переселения душ из тела в тело; души, совлекшиеся тел, снова облекаются в тела и вторично рождаются. И в рассуждении перелияния душ велика неосновательность поврежденного разумения твоего, величающий себя мудрецом и обещающий ведение людям. Ибо, если душа есть часть Бога и бессмертна, а ты жалкие тела, не зверей только, но и пресмыкающихся и даже низкого рода животных, ставишь в связи с образованием той, которая, по твоим же словам, обладает сущностию, заимствованной от Бога; то скажи мне, что будет хуже этого?.. Платон, увлекавшийся в те же с ними заблуждения касательно переселения и перелияния душ из одного тела в другое... И у пифагорейцев опять есть такие же непозволительные и весьма нечестивые мнения; и сам Пифагор и его последователи учат обожению и переселению душ и истлению тел" (св. Епифаний Кипрский. Панарий, 1).



Св. Епифаний весьма критически относился к богословскому наследию Оригена. Перечень ошибок Оригена у Епифания итожится так: "О самом Оригене мы сказали в предыдущих рассуждениях, как он хулил Сына Божия, называя Его Богом созданным и сказав, что Он не может видеть Бога Отца, что равно и Дух Святый не может видеть Сына, и как он ложно учил, будто душа предсуществовала и согрешив на небе низведена в тело, и что диавол будет восстановлен в своем начальстве" (Панарий. 64,73). Проповеди реинкарнации в этом списке нет1315.



Поскольку нет никаких оснований считать, что Епифаний был согласен с этой идеей или что церковная среда относилась к ней благожелательно или равнодушно, остается предположить, что св. Епифаний, как ранее и св. Мефодий, не обвинял своего александрийского оппонента в проповеди переселения душ, лишь потому, что эта идея ушла из книг позднего Оригена и не разделялась его учениками. В отличие от иных гипотез Оригена, реинкарнационная просто вообще не имела ни сторонников, ни защитников, а потому и опровергать ее не имело никакого конкретного смысла. Во всяком случае идеи переселения душ нет и у таких христианских (неканонизированных) авторов, как Евагрий Понтийский († ок. 400) и Гай Марий Викторин (сведения отсутствуют после 362 г.). С Оригеном и с гностиками их роднит идея предсуществования душ. Но у них хватает духовного, богословского и философского такта, чтобы не перенимать у Платона (или у Оригена) идею реинкарнации. И Дидим Слепец разделяет предположение Оригена о предсуществовании душ. Но предсуществование душ не есть "переселение душ", и последняя идея не оставляет никакого следа в творениях Дидима. По выводу А. И. Сидорова, "никакими определенными свидетельствами, позволяющими говорить о существовании "еретического оригенизма" в IV веке, мы не располагаем"1316.



Вопрос же о том, насколько обоснованно Епифаний приписывает обличаемые им доктрины Оригену и насколько адекватно он понял логику мысли самого Оригена, требует отдельного разговора. Например, утверждая "невидимость" Лиц Троицы друг для друга, Ориген говорил о телесном зрении, а не о духовном постижении.



Что же касается представления Оригена о воскресении тел, то и здесь рассуждения Оригена, хоть и были перегружены некоторыми неоплатоническими штампами, все же включали в себя и вполне православные ходы мысли. Ориген разделял общецерковное убеждение в том, что в конце мира будет воскресение из мертвых и именно воскресение тел. "Всякий, любящий истину, должен подвизаться за истину воскресения, сохранить предание древних", – писал Ориген1317. Однако в своем толковании пасхального догмата Ориген пошел путем различения в теле "субстрата", то есть конкретного наполнения, постоянно нуждающегося в восполнении из внешнего мира, и "формы", некоей идеи (на сегодняшнем языке можно было бы сказать – информационно-генной структуры) тела, которая перестраивает все приходящие из внешнего мира разнообразные вещества в человеческий организм. Несмотря на разнообразие внешней среды и питания, Павел всю жизнь остается Павлом, а Петр – Петром именно благодаря самотождественности "формы". Воскрешению подлежит не субстрат, но форма, качественность Петра или Павла1318.



Отрицая воскресение "материи" (в смысле того субстрата, что наполняет собою идеальную форму), Ориген утверждал, что индивидуальная "форма" каждого из нас, вновь и вновь воссоздающая нас самих из самого разнообразного материала, потребляемого человеком из внешней среды, сохранится и восстанет. Так Ориген понимал стих ап. Павла: "Сеется тело душевное (греч. psuhikon, лат. animalis), восстает тело духовное" (1 Кор. 15,44)1319.



Здесь позиция Оригена тождественна с собственно церковной и не оспаривается даже св. Мефодием. В самом деле, самая разная пища, то есть вполне различная материя перестраивается в один и тот же человеческий организм, потребляющий ее. Любое вещество, поступающее во человеческое тело извне, не вставляется механически в него. Если ребенок ест хлеб – это не значит, что к утру у него будут более хлебные пальцы, а если он съел яичницу – вовсе не следует ожидать, что какая-то часть его тела теперь состоит из кусочка глазуньи. И наоборот – два человека могут есть совершенно одну и ту же пищу, но они будут вполне различными даже физиологически именно потому, что организм каждого из них не просто впитывает внешнюю стреду, но по своему перестраивает ее. Любое вещество сначала разрушается в человеческом организме на свои составные части, а затем перестраивается в человеческое тело по тем структурам, по тем формулам, которые хранятся в генной памяти. "Тело не дурно названо рекою: так, при тщательном рассмотрении, может быть, даже в продолжение двух дней первоначальное вещество не остается тем же в нашем теле... Не смущайся, если кто скажет, будто это первоначальное вещество тела в то время не будет таким же, так как разум показывает способным разуметь, что и теперь, даже в продолжение двух дней, не может оставаться таким же прежнее вещество тела... Сила семени в зерне пшеницы, овладев окружающим веществом, проникнув его всецело, вкоренившись в самом составе его, придает силы, какие имеет, тому, что прежде было землей, водой, воздухом и огнем, и преодолев их качества, изменяет их в то самое, которого само бывает производителем, и таким образом наполняется колос"1320.



Если память "семени" сохранится – то по ней можно будет воссоздать прежнее тело из нового материального субстрата. Бог хранит души умерших, и по создании новой вселенной даст душам возможность из нового земного праха составить новые тела. Прежним душам Бог даст новую материю.



Поэтому нисколько не смущает христиан то обстоятельство, что многие частицы нашего мира за время человеческой истории успели и успеют побывать в составе многих человеческих тел. Те вещества, что некогда были погребены вместе с телом моего предка через кругооборот веществ вошли в меня и, после меня будут входить в органический состав других людей. И эта ситуация никак не грозит жуткой коммунальной склокой на Последнем Суде. Не будет спора о том, какому из владельцев должна достаться частица, побывавшая в составе тела каждого из них. Бог создаст новое небо и новую землю, и в этом новом мире будет достаточно нового субстрата (нового и по своему происхождению, и по своим качествам), из которого "душа" (или "форма" нашего тела) сможет построить свою новую хижину.



Поэтому не беспокоит христиан и перспектива полного уничтожения тела (неодобрение Церковью кремации мотивированно не боязнью того, что сожжение повредит погребаемым; просто пастырское сердце видит, что для тех, кто сжигает своих близких, это действие неназидательно: оно всевает в душу скорее отчаяние, нежели надежду). Как еще во втором веке сказал Минуций Феликс – "Мы не боимся, как вы думаете, никакого ущерба при любом способе погребения, но придерживаемся старого и лучшего обычая предавать тело земле" (Октавий. 34,10).



Так что не может быть речи о воскрешении тела в таком же состоянии, в каком оно сошло в могилу. Церковь не проповедует воскрешения телесных недостатков или болезней; более того, само тело воскресения будет преображенным, лишенным плотской тяжести. Тело будет другое – и все же узнаваемое. Оно будет другое – и все же мое. Во всяком случае церковное богословие действительно никогда не утверждало, что воскресшее тело будет таким же, как наше нынешнее (то есть той глупости, которую приписывают нам сторонники "кармической философии"1321). Не на воскрешение трупов наша надежда, а на восстановление человека.



По выводу современного патролога А. И. Сидорова, "Рассуждения Оригена показывают, что в своем учении о состоянии тела после Воскресения он не вступает в противоречие с церковным учением"1322.



Очевидно, тонкое построение Оригена спустя столетие было вульгаризировано его простодушными учениками1323 , что и вызвало резкую реакцию св. Епифания и Феофила Александрийского. Но вновь подчеркну: ошибочна или нет была эта реакция, но она свидетельствует о том, что на родине Оригена на рубеже IV-V веков высокое церковное богословие не принимало идею реинкарнации.



На рубеже IV-V веков Немезий, епископ Емесский, создает почти единственное в раннехристианской литературе произведение, посвященное антропологии – "О природе человека". Большую часть своих знаний о человеке он черпает из античных источников, и потому не может пройти мимо идеи переселения душ, ибо "вообще все греки, считающие душу бессмертной, признают душепереселение, но разногласят между собой относительно видов душ"1324. Немезий резко не согласен с предположением о переселении души человека в животное – "Когда утверждают, что душа посылается в тела животных в наказание за грехи, которые она совершила в период человеческой жизни, то основывают свое утверждение на том, что произошло уже впоследствии. Ведь если так, что почему же в тела животных, созданных раньше человека, вложены разумные души? Не потому, во всяком случае, что они согрешили в человеческих телах прежде еще, чем находились там!"1325.



Однако он знает, что это не единственная версия реинкарнационного мифа в греческой философии, и после перечисления основных разноречий античных авторов по вопросу о причинах и образе душепереселения, Немезий говорит: "Ямвлих написал особую книгу о том, что души не переселяются из людей в бессловесных животных, или из животных в людей, но только из животных в животных и из людей – в людей. Мне кажется, что этим Ямвлих более всех предвосхитил не только мнение Платона, но даже самую истину"1326. Вполне в духе более ранних апологий Немезий считает, что идея о том, что душа человеческая не останется жить сама по себе в бестелесных сферах, но вернется в тело, есть общий знаменатель между доктриной реинкарнации и христианской проповедью воскресения. Поэтому учение о том, что человеческая душа соединится только с человеческим же телом, которое Немезий приписывает Платону, он характеризует как более близкую к истине. Но при этом никак нельзя считать, будто Немезий был сторонником такого рода реинкарнационной схемы: "Что касается степеней душ, восхождений и нисхождений, которые вводит Ориген, то в виду того, что они не соответствуют Св. Писанию и несогласны с христианскими догматами, о них следует умолчать"1327. "По словам Христа, однажды только произойдет такое воскресение, а не периодически"1328.



В начале V века с критикой Оригена, а также идеи предсуществования и переселения душ выступает блаженный Иероним Стридонский († 420 г.): "Ориген учит, что разумные твари нисходят мало помалу до низшей ступени, то есть до плоти и крови, и что не может быть, чтобы кто-нибудь от ста вдруг ниспал к единице, как только если чрез все числа, как чрез ступени лестницы, он пройдет даже до последнего, и столько переменит тел, сколько переменит жилищ от неба до земли... Христианским ушам проповедуется догмат, составленный из мифов язычников. То, чему ты удивляешься, мы давно отвергли у Платона... Если душе свойственно быть без тела, то следует, что быть в теле противно ее природе. Если быть в теле противоестественно, то следовательно, воскресение тела будет противоестественно... Мы уповаем воскреснуть в тех самых телах, которыми мы теперь облечены и в которых теперь погребаемся, в том же разуме и в той же видимой форме"1329. Кроме того, как мы помним, блаженный Иероним полагает, что учение о переселении душ может лишь "ранить читателя".



Св. Кирилл Александрийский († 444) обращается к критике концепции реинкарнации в первой книге своих Толкований на Евангелие от Иоанна (PG, LXXXIII, 133-145). Св. Кирилл приводит 24 аргумента, некоторые из которых весьма остроумны.



Он напоминает, что евангелист Иоанн говорит о свете, просвещающем душу каждого человека, приходящего в мир, – а с точки зрения оригенистов человек именно затемняется при входе в мир. Если этот свет просвещает именно приходящих, то о каком сознательном предсуществовании можно говорить?



Патриарх Египта подчеркивает, что сейчас время нашего испытания, а отнюдь не наказания после проваленного экзамена. Мы готовимся к экзамену, сдаем его, а отнюдь не терпим последствия провала.



Кроме того, ведя полемику со сторонниками языческого мифа, св. Кирилл подчеркивает, что Христос побеждает смерть. Но с точки зрения приверженцев метемпсихоза смерть скорее оказывается нашим союзником, ибо разрушает нашу тюрьму. В Писании мы видим, что, благословляя Авраама, Бог обещает ему многочисленное потомство. Если же цель духовного подвига – бегство из материального мира, то Авраам становится источником огромного числа воплощенных грешников. И Авраам должен быть наказан за то, что породил столько существ к телесному существованию. Значит, Бог проклинает Авраама потомством вместо того, чтобы благословить его1330. И как могла радоваться Премудрость при создании мира (Притч. 8,30-31), если этот мир создавался как тюрьма для прежде согрешивших душ? Земля создана материальной и создана для жизни а не для пустоты. Неужели Бог создал ее лишь в предвидении грядущих человеческих грехов?



Св. Кирилл приводит и аргумент Исидора: новое тело скорее способствует умножению грехов, нежели врачует от них. Но при этом он углубляет его специфически христианским размышлением: "Если душа согрешила в предыдущем существовании и если по этой причине она, направляясь в заключение, была связана с плотью и кровью, как может быть, что те, кто веруют во Христа и получили отпущение грехов, не покидают сразу же своих тел, оставляя одежду, которая была дана им в наказание? Но мы видим верующих во Христа не только не желающими отбросить свои тела, но и добавляющими в символ христовой веры чаяние воскресения плоти". Воскресение есть радостный дар в восприятии христианина. Как же можно возврат к жизни в теле воспринимать как наказание?



Блаженный Августин († 430 г.) знаком с учением о переселении душ, но настаивает на том, что оно совершенно противоположно апостольскому: "Известно, что по мнению Платона души людей по смерти возвращаются даже в тела животных. Этого мнения держался и учитель Порфирия Плотин, но Порфирию оно совершенно справедливо не понравилось. Он, со своей стороны, полагал, что души людей входят в тела людей же, но не в свои, которые они оставили, а в другие, новые. Ему постыдным казалось верить, что мать, превращенная в мула, может, пожалуй, возить на себе сына; но не казалось постыдным думать, что мать, превращенная в девицу, может быть, пожалуй, женою сына. Не гораздо ли благочестивее верить тому, чему учили апостолы? Не гораздо ли благочестивее верить, что души людей возвращаются в свои собственные тела, чем тому, что они возвращаются в тела совершенно иные?" (О Граде Божием. X, 30).



С явственным оттенком иронии упоминает идею реинкарнации блаж. Феодорит Киррский († 457 г.) в "Уврачевании эллинских недугов": "Пифагор и Платон выводят на сцену племя бестелесных душ и говорят, что те, кто впали в какую-либо ошибку, отправляются в тела для наказания. Поэтому Платон в "Кратиле" называет тело могилой, потому, что согласно ему, душа там некоторым образом находится погребенным" (5,13-15).



В конце V века Эней Газский пишет "Феофраст или диалог о бессмертии души и о воскресении мертвых" (PG LXXXV). Сам Эней до своего обращения в христианство был неоплатоником. И вот в его диалоге язычник и христианин беседуют на берегу Нила. Феофраст – последователь Платона и знаток языческой философии – отстаивает "тайные учения древних" о переселении. Христианин Аксифей ему возражает, показывая на противоречия в учениях о душе у греческих философов и между собой и даже у самого Платона в разных его диалогах.



Эней развивает аргументы св. Мефодия Олимпийского: Если цель переселения исправление души, то как же она осуществляется, если душа похотливого человека вселяется в осла или кобеля, а душа обжоры в свинью, то есть получает условия еще более удобные для потакания их основной страсти? Аксифей сравнивает Божество, которое так устроило мир, с судьей, который захваченного на месте преступления вора вместо наказания повелевает вести в храм и позволяет ему брать все, что угодно, и таким образом дает возможность преступнику еще более укрепиться в своем хищничестве. Кроме того, если из-за того, что человек не помнит своих прежних грехов, ему открывается дорога к отчаянию и хуле на Бога – ведь он, не помня за собой ничего дурного, терпит страдание неизвестно за что. Наконец, он говорит, что для определения вечной участи человека достаточно одной земной жизни – ибо для Бога, который знает наши сердца, и одной жизни достаточно, чтобы заметить, к чему мы себя склонили и какой импульс стал бы нарастать в последующем, если бы дать возможность для новых жизней, продолжающих прежние влечения. И классический аргумент: если перевоплощение – наказание, то почему Бог не напоминает человеку, за что именно он несет наказание?1331



В начале VI века Проспер, манихей, обратившийся в христианство, произносит формулу отречения от своей прежней веры. 12-м пунктом в его отречении стоит: "Верующий, что человеческие души перемещаются заново в другие тела или в животных – да будет анафема" (PL, XLII, 1153 sq. и PL LXV, 23 sq.)1332.



Итак, еще до V Собора отрицательное отношение к философии душепереселения было нормой христианской веры. Ни у кого из раннехристианских церковных авторов, кроме раннего Оригена, не было симпатий к идее реинкарнации. Н. О. Лосский, русский философ, старавшийся примирить теорию реинкарнации с христианством, не смог в своей книге1333 привести никаких свидетельств о вере первохристиан в переселение душ.



У теософов остается аргумент отчаяния: должны были быть другие христианские мыслители, которые учили о переселении душ, вот только их труды не сохранились, потому что были уничтожены "средневековыми фанатиками". Однако труды Оригена сохранились достаточно в большом объеме, чего нельзя сказать о трудах его оппонента св. Мефодия Олимпийского (на греческом сохранилось всего лишь 2 произведения св. Мефодия; остальные же дошли до нас в старославянском переводе из-за того, что были приняты за творения Мефодия – просветителя славян). И едва ли не лучше всего сохранилось именно то творение Оригена, которое вызвало более всего нареканий у церковных богословов – книга "О началах", склоняющаяся к реинкарнационному ученнию. Значит, малая сохранность произведений Оригена связана не с тем, что они сознательно уничтожались – сочинения оппонента Оригена дошли до нас тоже далеко не полностью.



Конечно, целые книги и библиотеки исчезали в веках. И все же вполне уверенно можно сказать, что даже в несохранившихся книгах христианских авторов первых веков нашей эры не было проповеди реинкарнации. Дело в том, что церковь помнит своих еретиков. Так устроено церковное сознание (и поныне, а еще в большей степени так было в византийскую эпоху), что имя праведника может быть забыто, но имя еретика – никогда. Еретическая рукопись может перестать переписываться – но будут вновь и вновь пересказывать и переписывать предупреждения ересиологов о том, что вот, с таким-то автором и с таким-то текстом будьте осторожнее. Могут быть забыты аргументы человека, заподозренного в ереси; могут быть утрачены собственные его выражения. Но останется память о том, что он заблуждался именно в этом и вот в этом вопросе. До сих пор курсы истории богословия состоят в большей степени из перечисления и объяснения ересей, чем из раскрытия собственной православной системы мысли1334.



Кроме того, церковное сознание, как известно, традиционно. Традиционное же мировоззрение мыслит прецендентами, прототипами: в современной ситуации оно стремится узнать нечто, уже бывшее в Священной и церковной древности для того, чтобы поместить сиюминутную новость в систему уже выявленных, освященных и сложившихся координат. Поэтому во вновь появляющихся ересях прежде всего стараются найти отголосок ересей древних. "Звезда" любого богослова может закатиться, если будет обнаружено, что его позиция идентична позиции Ария или Маркиона. Любой богословский спор может быть победно закончен, если обличителю еретика удастся доказать, что позиция его оппонента чем-то напоминает одну из прежних ересей, о которых уже известно, что они были опровергнуты древними Отцами.



Ересь метемпсихоза, как мы видели, осуждается дружным хором (consensus patrum) Древней Церкви. Это было учение очевидно языческое и по происхождению и по сути. А потому, обвинив оппонента в том, что он придерживается этой доктрины, было очень легко показать, что его мышление нецерковно, что он не столько христианин, сколько язычник. Так вот – если бы были такие церковные писатели или проповедники, которые возвещали бы идею метемпсихоза – церковные полемисты той эпохи несомненно выступили бы с обличениями этих людей и их доктрин. Но даже упоминаний о таких церковных богословах и иерархах, которые учили бы о переселении душ, не сохранилось ни в книгах, ни в письмах, ни в документах первого тысячелетия. Только Ориген упоминается в этой связи – и то его обвиняют чаще в проповеди предсуществования душ, нежели в проповеди переселения душ.



Если бы действительно раннее христианство хранило идею переселения душ, а в шестом веке ее отвергло – то следы такого перелома во множестве сохранились бы в истории. Была бы полемика, и ее следы дошли бы до нас. Хотя бы в виде многочисленных предупреждений о том, что такие-то книги таких-то прежде авторитетных авторов, подобных Оригену, читать уже не стоит, поскольку они содержат в себе басню языческих философов о душепереселении.



Но нет следов такого перелома – значит, не было и самого перелома. Тексты, приведенные выше, полагаю, это показывают достаточно убедительно (особенно на фоне того, что мои оппоненты не могут привести ни одного раннехристианского текста в подтверждение своей позиции – за исключением одной книги Оригена). И даже отношение церковных людей к наследию Оригена стало критичиским задолго до VI века и V Собора. Причем критика Оригена изначально была направлена именно на эсхатологические построения александрийского мыслителя.



Уже с самого III столетия слышатся возражения против оригенова предположения о судьбах мира и человеческих душ. Сначала учеником Оригена и его преемником по огласительному училищу св. Дионисием Александрийским была написана книга "Против Оригена" (не дошедшая до нас, но упоминавшаяся преп. Анастасием Синаитом – Quest. 23)1335. Затем в полемику включается св. Мефодий Олимпийский.



А в первых годах IV века мы встречаем "Апологию Оригена". Из того, что Памфилу († 309 г.) приходится писать "Апологию Оригена", следует, что на рубеже третьего-четвертого столетий имя и наследие Оригена уже были оспариваемы весьма широко. И причем настороженное отношение к Оригену исходило не от "корыстолюбивых невежд". "Апология" адресована исповедникам – людям, пострадавшим за свою веру. Авторитет исповедников в доконстантинову эпоху был весьма высок, зачастую он был выше авторитета епископов. И Памфилу надо оправдываться в их глазах за свою увлеченность книгами Оригена. "Апология" является ответом на письмо исповедников, находившихся в заключении в Фаено1336. И даже епископ Кесарии, согласно Памфилу, полагал, что чтение сочинения Оригена является более опасным занятием, чем чтение собственно языческих авторов1337. В результате оригенисту приходится увещевать своих читателей не обращать внимания "ни на число, ни на авторитет клеветников"1338.



"Апология Оригена" является лучшим доказательством того, что нетрадиционные концепции Оригена встретили отторжение в церковной среде задолго до Пятого Собора. И даже Памфил не решается защищать гипотезу Оригена о переселении и предсуществовании душ1339.



В начале же IV века св. Петр, епископ александрийский († 311 г.) ведет прямую полемику с Оригеном. О св. Петре даже Евсевий, ученик Памфила и соавтор "Апологии Оригена", отзывается весьма высоко: "После Феоны епископство получил Петр, в течение 12 лет со славой несший это служение; до гонения он неполных три года руководил Церковью, остальное время жизни провел в тяжелых подвигах, открыто заботясь об общем благе Церковном. На девятом году гонения он был обезглавлен и украсился венцом мученичества" (Церковная история. VII. 32, 32). Св. Петр писал специальные послания против Оригена (от них сохранились лишь отрывки и свидетельство Памфила о том, что эти письма впечатлили "очень большое число братьев"1340 ).



Затем полемику с Оригеном продолжает св. Епифаний. Сам св. Епифаний не всегда был неискаженным голосом церковного предания. Он высказывался против почитания икон. Кроме того, на его жизни тенью лежит столкновение со св. Иоанном Златоустом. Епифаний был неверно информирован о том, будто Златоуст поддерживает оригеновские заблуждения. История конфликта двух святых печальна. Подозрение Епифанием св. Иоанна в оригенизме богословски неоправданно. Как мы видели, и идея переселения душ, и пантеистическое отождествление Бога и человеческой души Златоустом ясно отвергаются.



И, однако, нельзя не заметить, что для св. Епифания оригенизм – одна из ересей, а отнюдь не голос апостольского предания. И когда Епифаний на епископском соборе в Константинополе (403 г.) потребовал осуждения Оригена – никто не возразил ему на богословской почве. Заметили лишь, что вряд ли стоит судить человека, не осужденного при жизни1341. Итак, вновь мы видим, что в начале пятого века не было ни одного церковного богослова, даже симпатизирующего личности Оригена, который поддержал бы его учение о переселении душ.



На рубеже IV-V веков св. папа Анастасий I (его понтификат – 399-401 гг.) предупреждает против увлечения Оригеном: "Писания Оригена подобно туману проникают в неискушенные умы, желая разрушить веру апостолов, укрепленную обычаями предков, повредив ее изломами уклонений"1342.



Тогда же Александрийский патриарх Феофил пишет: "Ориген – это чудный цветник, в котором рядом с сорными травами растут прекрасные розы; я срываю только последние"1343. По мнению Феофила, в учении Оригена именно представление о конечных судьбах душ несовместимо с евангельской проповедью воскресения (Посл. 92, 2 и у Иеронима Посл. 124, 10). В целом же "взгляды Оригена – это новшество, происходящее от незнания, либо от гордыни и питающее суеверия"1344. И вновь он повторяет уже знакомый нам аргумент: если бы источник зла был в теле – зачем Христос воплотился вместо того, чтобы избавить нас от тел? (Пасхальное письмо 402 г., 10; цитировано в 98-м послании Иеронима).



На рубеже IV-V веков ученик Оригена Руфин († 410 г.) при защите своего учителя не следует традиционному правилу богословского диспута. Он не пытается доказать древность оспариваемого положения. Логика богословских дискуссий предписывает любой тезис обосновывать через обнаружение его в мыслях авторитетных Отцов древности и через это показывать, что данное суждение является собственно церковным учением. Но Руфин, коснувшись веры Оригена в переселение душ, не приводит свидетельств церковной традиции в пользу оригеновской позиции. Аргумент Руфина другой: он пишет, что критики Оригена неправильно его поняли и приписали самому Оригену взгляды, которые Ориген излагает от лица других. Поскольку тексты Оригена риторичны, в них есть постоянный диалог разных позиций (как христианских, так и внехристианских), сталкиваемых друг с другом. И вот, оказывается, доктрина, оспариваемая Оригеном, была приписана ему1345. Аргумент Руфина слаб. Ориген действительно признавал реинкарнацию. Но тем не менее защита его Руфином дает нам очень важное свидетельство: во времена Руфина, то есть за полтора века до V Вселенского Собора, в церковной традиции невозможно было обнаружить свидетельств в пользу реинкарнации.



Как о чем-то общепринятом пишет Августин об отвержении церковным сознанием реинкарнационной утопии Оригена – "Ориген полагал, что даже сам диавол и его ангелы после более продолжительных и тяжких наказаний сообразно заслуженному будут освобождены от этих мук и присоединены к святым ангелам. Частию за это, частию за что-то другое, в особенности за мнение о беспрестанно чередующихся блаженствах и злополучиях и бесконечно повторяющихся через определенные промежутки веков переходах и возвратах от блаженства к злополучиям и наоборот, Ориген был отвергнут церковью не незаслуженно" (О граде Божием. XXI, 17).



Преп. Викентий Лиринский († до 450 г.) не узнавал учения Церкви в философии Оригена: "Таким вот образом столь выдающийся Ориген, безрассудно злоупотребив благодатью Божией, чрезмерно понадеявшись на свой талант и посчитав себя самодостаточным, пренебрегая древней простотой христианской религии и думая, что он проницательнее всех, отвергнув церковную традицию и мудрость древних и объяснив по-новому некоторые места из Священного Писания,.. имел грех незаметно и постепенно увести преданную ему Церковь от старой веры к новому ложному учению"1346.



Вообще же "на протяжении V века о каких-либо дискуссиях, связанных с учением Оригена, почти не слышно. Только эпизод с неким Феодором Эгейским, о котором повествует в своей "Церковной истории" Захарий Ритор (ок. 440 г.), и утерянное сочинение Антипатра Бострийского "Опровержение Апологии Евсевия Кесарийского в защиту Оригена", датируемое примерно 440 г., свидетельствуют о том, что они не закончились, а лишь исчезли с поверхности церковной жизни, подспудно тлея в глубине ее. С новой силой эти споры вспыхнули лишь в первой половине VI века"1347.



Причем возникновение оригенистских споров в начале VI столетия вызывается не внутренним ходом церковной мысли, а влиянием на нее извне. Возбудитель этих споров сириец Стефан бар Судаили свои идеи получил не из церковных источников, а от "еретика псевдогностического толка Иоанна Египтянина"1348. Как и следовало ожидать, гностицизм рождается от гностицизма, а не от христианства.



Была ли при этом хоть какая-то зримая цепочка от египетских гностиков III века к Иоанну Египтянину VI столетия – неизвестно. Как мы помним, гностицизм не нуждается в зримой исторической преемственности. Духовные болезни могут возобновляться. В каком бы веке человек ни заболел гордыней – он быстро придет к мысли о своем равенстве со Христом. Оригенисты VI в. называли себя "исохристами" – равными Христу. И отсюда как раз и видно, что их связь с Оригеном, у которого нет и тени такой мысли, была не необходимой. Стефан бар Судаили строит свою концепцию на типично оккультном тезисе: "всякое естество соприродно Божественной сущности"1349 , то есть на пантеизме. Но у Оригена неоднократно высказывается совершенно противоположная (и вполне христианская) мысль о том, что благодать даруется Богом для того, чтобы существа, которые по собственной сущности не являются святыми, делались святыми по причастию этой благодати1350.



Псевдо-оригенисты VI века полагали себя святыми по своей собственной природе, в то время как Ориген прямо писал, что "непорочность никому не принадлежит субстанциально, кроме Отца, и Сына, и Святого Духа, и святость во всякой твари есть случайное свойство" (О началах. 1, 5, 5).



Итак, оригенизм VI века, осужденный Константинопольским собором, берет свое начало не из предшествовавшей церковной традиции, и даже не из Оригена. Нецерковный по своему происхождению и настрою гностицизм сделал еще одну попытку подчинить себе Церковь. Та вероучительная система, с которой боролся Ориген при жизни, после его смерти попробовала использовать его имя в качестве "внешнего щита". Увы, логика борьбы потребовала от православной стороны разбить этот "щит".



Из приведенного выше материала следуют пять важных выводов:



Во-первых, за исключением ранней книги Оригена "О началах", ни в одном из исповеданий веры кафолической Церкви I-VI веков, ни у одного из учителей Церкви не было концепции реинкарнации.



Во-вторых, в святоотеческих текстах древности встречаются ясные возражения против идеи реинкарнации.



В-третьих, никогда эта полемика не дает оснований заключить, что речь идет о богословской дискуссии между самими христианами: вплоть до начала оригенистских дискуссий VI столетия упоминания о реинкарнации всегда встречаются в контексте полемики с язычниками и гностиками – что свидетельствует об отсутствии этой доктрины в собственно христианской среде.



В-четвертых, сама редкость этих возражений показывает, что эта тема не представляла пастырского интереса для церковной иерархии. Реинкарнация в их глазах выступает как курьезный миф, доживающий свой век за пределами церкви, но не как богословская школа (пусть даже и подозреваемая в ереси) в рамках самой Церкви.



В-пятых, из язычества, а не из самой Церкви приходит оккультная эсхатология в церковную жизнь VI века.



http://www.pravoslavieto.com/history/02/185_Origen/origen_kuraev.htm

Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
LediOven

Ориген: анафематствованный мученик. Часть 3

Вторник, 02 Января 2018 г. 15:31 (ссылка)
pravoslavieto.com/history/0...kuraev.htm


Эти комментарии Оригена отозвались потом в гимне любви Августина – "Поздно полюбил я тебя, Красота, такая древняя и такая юная, поздно полюбил я Тебя! Вот Ты был во мне, а я – был во внешнем, и там искал Тебя, в этот благообразный мир, Тобою созданный, вламывался я, безобразный! Со мной был Ты, с Тобой я не был. Вдали от Тебя держал меня мир, которого не было бы, не будь он в Тебе. Ты позвал, крикнул, и прорвал глухоту мою; Ты сверкнул, засиял, и прогнал слепоту мою; Ты разлил благоухание свое, я вдохнул и задыхаюсь без Тебя. Я отведал Тебя, и Тебя алчу и жажду; Ты коснулся меня, и я загорелся о мире Твоем. Когда я прильну к Тебе всем существом моим, исчезнет моя боль и печаль, и живой будет жизнь моя, целиком полная Тобой. Легко человеку, если он полон Тобой; я не полон Тобой и потому в тягость себе. Радости мои, над которыми надо бы плакать, спорят с печалями, которым надо бы радоваться, и я не знаю, на чьей стороне станет победа. Спорят мои недобрые печали с добрыми радостями, и я не знаю, на чьей стороне станет победа. Увы мне! Господи, сжалься надо мной! Увы мне! Вот раны мои – я не скрываю их. Ты врач, я больной..." (Исповедь. 10,27-28).



Есть ли такие строки в Агни Йоге или "Тайной Доктрине"? Никогда не сможет пантеизм породить таких строк, что написали Ориген или Августин о своей личной любви к Личному Богу.



Тем не менее Е. Рерих ставит христианам задачу: "надо, чтобы лучшие духовные наставники немедленно провозгласили очищение заветов Христа в свете учения последнего апологета христианства, великого мученика Оригена"1282. А не лучше ли наоборот – пересмотреть теософию с тем, чтобы привести ее к большему соответствию учению действительно великого Оригена?



 



Раннехристианская традиция о переселении душ



 



Как мы видели, теософские взгляды и взгляды Оригена совпадают лишь в двух-трех пунктах. Но то, в чем Ориген близок к теософам, еще задолго до V Вселенского Собора стало восприниматься как нечто, отдаляющее Оригена от Церкви.



Тем не менее вновь и вновь оккультная пропаганда повторяет: "Ведь только подумать, сколько ясных указаний о законе перевоплощения и законе кармы имеется в Евангелии! Но духовные отцы тщательно умалчивают об этом. Ведь не могут же они не знать, что закон перевоплощения был отменен лишь в шестом веке на Константинопольском соборе!" (курсив Е. Рерих)1283.



Сколь "ясны" и корректны поиски "закона кармы" в Евангелии, мы уже видели. Теперь посмотрим на труды древних отцов Церкви и на их отношение к реинкарнации.



Многочисленные положительные изложения христианской эсхатологии, встречающиеся у всех христианских авторов древности, я опускаю. Приведу только два размышления.



Первое – ради того, что по слишком необычному поводу церковный писатель напоминает о христианской вере в воскресение плоти. Дурно поняв слова Христа "приимите, сие есть тело Мое", язычники обвиняли христиан в каннибализме... В 177 г. афинянин Афинагор подает императору Марку Аврелию апологию христианства. Среди аргументов Афинагора есть такой: "Какой же человек, верующий в воскресение, согласится сделаться гробом тех, которые воскреснут? Невозможно, чтобы одни и те же люди веровали в воскресение тел наших и вместе употребляли их в пищу, как не имеющие воскреснуть; были убеждены, что земля возвратит некогда своих мертвецов, и вместе думали, что тела, которые схоронены кем-либо в его внутренности, от него не потребуются. И если кому кажется вздором то, что истлевшее, разрушившееся и совершенно уничтожившееся тело снова придет в прежний состав, то неверующие могут обвинить нас разве что в простоте ума, а не в худой нравственности, ибо заблуждением своим мы никому не вредим" (Прошение о христианах. 36)1284.



Второе же исповедание телесного воскресения, которое я хотел бы привести, интересно тем, что оно дается в прямой полемике с реинкарнационной философией. Св. Иустин Философ († 166) спорит с гностиками, отрицавшими возможность телесного воскресения: "Итак, рассматривая основания, заключающиеся в мире, мы не находим невозможным восстановление плоти; с другой стороны, Спаситель во всем Евангелии показывает сохранение новой плоти; после сего зачем нам принимать противное вере и гибельное учение и безрассудно обращаться вспять, когда услышим, что душа бессмертна, а тело тленно и неспособно к тому, чтобы снова ожить? Это и прежде познания истины слышали мы от Пифагора и Платона. Если бы то же говорил Спаситель и возвещал спасение одной только души: то что нового Он принес бы нам сверх Пифагора и Платона, со всем хором их? А теперь Он пришел благовествовать новую и неслыханную надежду. Подлинное новое и неслыханное дело то, что Бог обещает не соблюсти нетленному нетление, но даровать нетление тленному" (св. Иустин Философ. О воскресении плоти. 10).



Итак, если бы Евангелие возвещало переселение душ (то есть гибель множества тел и бессмертие одной лишь души, воплощающейся в этих тленных телах), то оно не было бы чем-то новым по сравнению с Пифагором и Платоном. Новизна же евангельского учения такова, что возвращение к пифагореизму становится в глазах св. Иустина делом "гибельным" и "безрассудным".



И вновь предложу тем, у кого симпатия к оккультизму еще не до конца сожгла научную совесть: попробуйте в это рассуждение св. Иустина или в проповедь любого другого древнехристианского автора вставить "закон кармы и переселения". Такая вставка очевиднейшим образом разломала бы весь текст и вступила в явное противоречие с проповедью воскресения плоти. Вера в воскресение и вера в переселение взаимно несовместимы (даже Ориген лишь чисто механически их сочетает, но не увязывает логически). Если у моей души было много тел – в каком из них она воскреснет? И зачем вообще ей тело, если оно рассматривается лишь как одежда, но не как необходимая часть человеческого естества?



Св. Иустин пишет: "Вот чему мы научились от Христа... души будут соединены с теми же телами" (I Апология. 8). Если бы он был "научен от Христа" кармической премудрости, он сказал бы – с "новыми телами" или даже напротив – "сбросив всякие тела".



Воскресение плоти проповедуют все раннехристианские авторы – от апостолов и до Оригена. Эта идея сильно не нравится оккультистам – как древним, так и новым: "И сейчас имеются люди, образованные и считающие себя даже учеными в некоторых областях, которые верят, что в День Страшного суда они воскреснут в своем физическом теле! Чем объяснить такое самоодурение?"1285. Оценку этой вере христиан можно выставлять по своему вкусу. Но фактом, независимым от симпатий и антипатий, является то, что все древние церковные авторы проповедовали воскресение тел. Не начиная с Пятого Собора, а начиная с апостолов.



Что же касается идеи перевоплощения, то о ней раннехристианские авторы отнюдь не умалчивают. Они ее знают и вспоминают, причем иногда во вполне положительном контексте. Когда христианским апологетам надо пояснить своим языческим читателям, что церковная вера в бессмертие души и восстановление плоти не так абсурдна, как кажется эпикурейцам, они взывают к авторитету языческих же философов. "Можно было бы показать, что не мы одни признаем воскресение тел... Безтелесное существует прежде тел... тела составились из бестелесных начал и чувственное произошло из умопостигаемого; ибо по учению Пифагора и Платона ничто не препятствует, чтобы тела после своего разрушения опять составились из тех же самых стихий, из которых они произошли первоначально. Но мы отложим рассуждение о воскресении" (Афинагор. Прошение о христианах. 36). В "отложенном" же сочинении "О воскресении мертвых" Афинагор вполне ясно излагает христианскую надежду: "Чтобы то же самое тело приняло ту же самую душу, это не иначе возможно как только чрез воскресение" (Афинагор. О воскресении мертвых, 25)1286.



Но при этом христиане никогда не солидаризируются с идеей реинкарнации, и даже более того – в самой ранней христианской литературе можно встретить уже вполне решительные отрицания реинкарнации.



Св. Иустин Мученик рассказывает, как он сам был обращен в христианство неким старцем. К моменту их встречи Иустин был платоником1287 и верил в переселение душ. Старец развертывает перед ним аргументы, говорящие против этой веры, и делает вывод: "Итак, души не переходят в другие тела... – Справедливо говоришь, – сказал я" (Разговор с Трифоном Иудеем. 4).



Из этих слов св. Иустина видно, что полемика христиан с теорией переселения душ существовала как минимум поколением раньше самого Иустина, то есть в поколении непосредственных апостольских учеников. Крещение Иустина относится к 133 году (или несколькими годами позже)1288. Старец, беседовавший с ним в начале 30-х годов второго века, вполне мог слышать проповедь самих апостолов (апостол Иоанн скончался не ранее 90-х годов первого века). "Кто был незнакомый старец, беседовавший с Иустином – это неизвестно; древние (Евсевий и Фотий) думали, что это был один из мужей апостольских, а некоторые из новейших (Фабриций) видели в нем св. Поликарпа, епископа Смирнского"1289. Разговор со старцем происходит, судя по всему, в Эфесе, то есть на Востоке и в городе, особо связанном с ап. Иоанном Богословом.



При чтении трудов св. Иустина Философа нельзя также не обратить внимание на то, что его интерпретация эпизода с Илией и Иоанном является совершенно антитеософской. "Первому явлению Христа также предшествовал вестник, т. е. бывший в Илии Дух Божий, который действовал потом чрез Иоанна Пророка... – Странным мне кажется то, что ты говоришь, – сказал Трифон, – именно, что пророчественный Дух Божий, бывший в Илие, был также и в Иоанне? – Но разве ты не думаешь, – отвечал я, – что то же самое было с Иисусом, сыном Навина, принявшим начальство над народом после Моисея, когда сам Бог повелел Моисею возложить руки на Иисуса и сказал: "И Я возьму от Духа, который в тебе, и перенесу на него". – Конечно, думаю, был ответ. – Итак, – продолжал я, – если Бог еще при жизни Моисея взял от него духа, который был на Моисее, и перенес на Иисуса, то также мог перенести его и с Илии на Иоанна" (Разговор, 49). Иустин здесь смешал слова Божии о 70 старейшинах (Числ. 11,17) с тем, что говорится об избрании и посвящении Иисуса Навина (Числ. 27,18 и Втор. 34,9). Однако важно, что для Иустина в связке Илия-Иоанн нет ничего реинкарнационного.



Ученик св. Иустина Татиан († 175 г.) до встречи с христианским учителем был знаком с языческими мистериями ("когда я увидел все это, когда ознакомился с мистериями, исследовал различные виды богопочтения, совершаемые людьми женоподобными и гермафродитами... тогда я углубился в самого себя и исследовал, каким образом могу найти истину" – Увещание к эллинам, 29). Отвращение от языческого распутства было у Татиана столь резким, что он стал христианским экстремистом (его критика языческой культуры крайне пристрастна1290 ); и в конце концов его предельный аскетизм и гнушение всякой плотью вывели его за церковные пределы, так что свои поиски он окончил у гностиков...



Тем не менее его всесжигающий спиритуализм умеряется христианской традицией. Ненавистник плоти при ее жизни понуждается исповедовать воскресение плоти в конце мира. "Мы веруем, что по окончании всего будет воскресение тел – не так, как учат стоики, по мнению которых после некоторых периодов времени одни и те же существа всегда являются и погибают без всякой пользы, – но однажды, по исполнении наших веков" (6). И потому идея переселения душ вызывает у Татиана только усмешку – "смеюсь над бабьими сказками Ферекида, Пифагора, принявшего его мнение, и Платона, который был в этом его подражателем" (3)1291.



Этот же смех около 200 года же раздается в "Осмеянии языческих философов" Ермия Философа. Противопоставляя единство христиан несогласию языческих философов между собою, Ермий пишет: "Одни утверждают, что душа переходит в тела трижды, другие назначают ей такое странствование в продолжение трех тысяч лет. Как назвать эти мнения? Не химерою ли, как мне кажется, или глупостию, или безумием, или нелепостию, или всем этим вместе?.. Такие превращения порождают во мне отвращение. То я бессмертен и радуюсь, то я смертен, и плачу. То разлагают меня на атомы, то меня делают зверем, или превращают в рыбу и я делаюсь братом дельфинов. Смотря на себя, я прихожу в ужас от своего тела, не знаю, как назвать его, человеком или собакой, или волком, или быком, или птицей, или змеем, или драконом, или химерой. Те философы превращают меня во всякого рода животных. Я плаваю, летаю, парю в воздухе пресмыкаюсь, бегаю, иду. Является, наконец, Эмпедокл, и делает из меня растение".



В том же втором веке по Р. Х. св. Феофил Антиохийский (скончался в 80-х годах II века) увещает язычника Автолика: "Платон, который так много говорил о единстве Бога и о душе человеческой, утверждая, что душа бессмертна, не противоречит ли после себе самому, говоря, что души некоторых переселяются в других людей, иные же в бессловесных животных? Не представится ли умным людям его учение ужасным и беззаконным, – что тот, кто был человеком, будет потом волком, или собакой, или ослом, или другим каким-либо бессловесным животным? Подобный сему вздор говорит и Пифагор" (К Автолику. 3, 7)1292.



Св. Климент Александрийский († не позже 218 г.), хотя и считается учителем Оригена, не выказывает благоговения перед пифагорейством. Как и Пифагор, св. Климент советует не употреблять животной пищи. Но причину для воздержания он видит отнюдь не в реинкарнациях: тяжелое мясо может помешать молитвенному взлету. Сопоставляя христианскую рекомендацию воздержания от мяса с пифагорейством, Климент замечает: "Соображения эти во всяком случае основательнее мечтаний Пифагора и его последователей, грезивших о переселении души из одного тела в другое" (Строматы. VII,6). Дистанциирование св. Климента от идеи переселения и предсуществования душ чувствуется также в Строматах III,3,12: он указывает, что гностическое учение об очищении души через воплощение на земле не есть изобретение последователей Маркиона, но есть заимствование у тех языческих философов, которые учили о перевоплощениях душ.



Не позднее 189 года христианская литература обогащается классическим трудом св. Иринея Лионского "Против ересей". Как и Иустин, Ириней был непосредственным учеником св. Поликарпа Смирнского († 150 г.), то есть восприемником традиции, через Поликарпа восходящей к апостолу Иоанну Богослову.



Из этой книги мы узнаем, что среди многочисленных гностических сект была по крайней мере одна такая, что исповедавала переселение душ. Кстати, небезынтересно, что лишь у одной секты из многих Ириней отмечает эту идею (это известие неизбежно вызовет некоторое разочарование у тех, кто изучает историю религии по трудам теософов: оказывается, даже излюбленные ими раннехристианские еретики в большинстве своем не проповедовали реинкарнационных идей).



О верованиях гностика Карпократа и его учеников Ириней пишет следующее: "Они в своем безумии дошли до того, что говорят, что им позволительно делать все безбожное и нечестивое. Потому, говорят они, только для человеческого мнения есть добрые и худые дела. И души до тех пор должны переходить из одних тел в другие, пока узнают всякий образ жизни и всякого рода действия (если только кто-либо в одно переселение зараз не совершит всех тех действий, о которых нам не следует не только говорить и слушать, но даже помышлять и верить, чтобы такие дела водились межлу нашими согражданами) для того, чтобы, как гласят их сочинения, их души, испытанные во всяком образе жизни, при своем исходе не нуждались более ни в чем; и об этом они должны стараться, чтобы в противном случае из-за того, что им еще нечто недостает для свободы, не пришлось опять быть посланными в тела" (Против ересей. I,25,4). Нельзя не заметить, что это вполне тантрическое учение. Классический тантризм не возник еще и в самой Индии, поэтому не может быть речи о "влияниях" и "замствованиях". Но болезни духа протекают одинаково в самых разных климатах...



Св. Ириней отмечает, что карпократианская проповедь аморализма не имеет права называться христианской – "Они следуют философии Эпикура и безразличию киников, а выставляют своим учителем Иисуса, который отвращает Своих учеников не только от злых дел, но и от слов и помышлений" (Против ересей. II,32,2).



Собственно же христианское отношение к идее переселения душ св. Ириней выражает так: "Учение их о переселении душ из тела в тело мы можем опровергнуть тем, что души ничего не помнят того, что прежде было с ними. Ибо если бы им надлежало испытать всякий род деятельности, им надлежало бы помнить то, что было прежде сделано, чтобы восполнить недостающее и чтобы не заниматься непрерывно все одним и тем же и не нести жалкого труда... Платон, когда не мог защитить это мнение, придумал чашу забвения, думая что через это избежит такого рода затруднения, но он не представил на это никаких доказательств, а только догматически отвечал, что души, при вступлении в эту жизнь, демон, состоящий при входе, напояет забвением прежде, чем они войдут в тела. Но он незаметно для себя самого попал в другую большую трудность. Ибо если чаша забвения, после испития от нее, может изгладить память всего сделанного, то откуда, Платон, ты знаешь это, когда теперь твоя душа находится в теле, – именно, что она до вступления в тело вкусила от демона напиток забвения? Если ты помнишь о демоне, о чаше и о входе, то должен знать и остальное; а если этого не знаешь, то нет правды и в истории о демоне и искусственно сочиненной чаше забвения" (Против ересей. II,33,1-2). "Посему если душа не помнит ничего о предшествующем своем состоянии, но здесь получает познание о существующем, то значит она не была никогда в других телах, не делала чего-либо, о чем она и не знает и не знала, чего (умственно) не видит теперь. Но как каждый из нас получает свое тело через художество Божие, так получает и свою душу. Ибо Бог не так беден и скуден, чтобы не мог даровать каждому телу особую свою душу, равно как и особенный характер" (Против ересей. II,33,5)1293.



Кроме св. Иринея Лионского, насколько мне известно, развернутая, занимающая несколько глав, критика идеи переселения душ, встречается еще лишь у Тертуллиана. Остальные церковные писатели считали, что реинкарнационный миф далек от умов христиан, и вспоминали о нем лишь тогда, когда надо было сравнить христианскую веру с языческой философией. Так сегодня люди нередко вспоминают постулаты марксистко-ленинской пропаганды не для того, чтобы их оспорить, а чтобы поиронизировать и над ними и над собственным недавним легковерием – "какими же мы были олухами, что, не вдумываясь, распевали чудовищные стишки о том, что "Мы синеблузники, мы профсоюзники, мы не баяны-соловьи. Мы только гайки великой спайки , одной трудящейся семьи"!". И для церковных проповедников III-V веков философские догадки о метемпсихозе предстают не как апостольское предание и не как внутрихристианская ересь, а просто как пример человеческого легковерия: в какие только дебри ни может забрести человек, если его ум и сердце живут вне благодати.



В этой интонации пишет, например, Минуций Феликс († 210 г.). Он говорит, что вера Пифагора и Платона в воскресение "была ущербной: они думают, что по распадении тела пребывает вечно душа, которая неоднократно переходит в новые тела. К этому, извращая истину, они добавляют: человеческая мысль возвращается в скотину, в птиц, в зверей. Эта мысль достойна, конечно, не размышляющего философа, а мима с его издевками"1294.



Интересно, что весьма схожей была и ответная апология язычества у Цельса: он также сопоставлял веру христиан в воскресение с платоновским учением о переселении душ. Но при этом, он, конечно, именно христианство называл извращением истины и плохо понятым платонизмом (Против Цельса. VII,28). Этот его выпад бесспорен по крайней мере в одном: Цельсу было известно, что христиане проповедуют отнюдь не платонизм, и что идея реинкарнации не приемлется Церковью. Напомню, что Цельс жил столетием раньше Оригена – во втором веке по Р. Х.



Говоря об отношении христианских авторов третьего столетия к идее переселения душ, вновь стоит вспомнить позднего Оригена. "Поскольку согласно авторитету Писания будет конец мира, и сие тленное состояние сменится нетленным, невозможно поставить вопрос о том, может ли душа воспринять тело вторично или в третий раз" (Ориген. На Песнь песней. 2). "Нужно опасаться впасть здесь в учение о перевоплощении, которое чуждо Церкви Божией, которое не передано Апостолами и которое ничем не подтверждается в Писаниях, – пишет Ориген в Беседах на Евангелие от Матфея. – Если душа дважды вошла в тело по причине греха, почему бы не быть ей посланной трижды и большее число раз, если эта жизнь и грехи в ней совершенные не могут быть наказаны иначе как через перехождение из одного тела в другое? Если принять этот вывод, то и не будет момента, когда душа могла бы прекратить свои перемещения. Ибо всегда в силу бывших грехов она будет отправляться в тело и так не будет места для разрушения мира, когда "небо и земля прейдут" (Ориген. На Мф. 13,1).



Затем Ориген вновь отрицает переселение души Илии в Иоанна ("И если в силу грехов своей жизни душа должна переходить из тело в тело – какой же грех совершил Илия, что он должен был воплотиться в Иоанне?" – эту выдержку из седьмой книги Оригена с толкованиями на Евангелие от Матфея сохранил Памфил в "Апологии Оригена", 10).



Находится у Оригена и довольно необычный аргумент против кармической философии: если даже и найдется душа, которая избавилась от грехов, не будет ли она слишком одинокой в достигнутом ею безгрешном и нематериальном мире? Ибо сколько же времени должно пройти прежде, чем она встретит подобную себе душу, не скованную грехами, рождениями и телом?!



И еще один довод приводит в своих размышлениях над Евангелием от Матфея Ориген: Писание говорит, что мир прекратится не по причине исхода из него душ праведников, не в результате постепенной дематериализации, а по причине умножения греха.



Ориген обещает вернуться к вопросу о перевоплощениях в Беседах на Евангелие от Иоанна (6,7). Но, по свидетельству Памфила (Апология, 8), этот трактат так и не был им написан.



Мысль Оригена не стоит на месте – он весь в полемике, в поиске. Он пробует опровергнуть заблуждения еретиков и язычников, и в целях защиты православия берет в руки такие орудия, которые ему же самому обжигают руки. Так, полемизируя с гностическим представлением о злом Боге-Творце и возлагая ответственность за зло в мире на свободную волю сотворенных душ, Ориген допустил реинкарнацию. Затем, отстраняясь от этой идеи, похоже, неожиданно для него самого возникшей в его системе, Ориген пришел к еще более шокирующему тезису – к идее о том, что Бог не безгранично всеведущ.



Античному мышлению глубоко чужда идея безграничного мира. Космос тем и хорош, что он ограничен. Ведь космос упорядочен, оформлен. А навести сколь нибудь сносный порядок можно только в небольшом полисе. Значит, чтобы быть управляемым, предсказуемым, гармоничным, мир должен быть ограничен. Ограниченность космоса есть знак ограниченности тех разумных начал, которые им управляют и защищают его от Хаоса. Никакое сознание не может охватить бесконечность – поэтому, если мы хотим жить в мире, который послушен воле богов, мы должны признать конечными и мир, и божественный разум. Должны пройти еще несколько поколений, прежде чем средиземноморская мысль, переученная христианством, научится восхищаться Бесконечностью и без боязни вверять себя Безграничному и Непознаваемому Богу.



Ориген же нередко в полемике с "внешней философией" использует наличный интеллектуальный материал, обращая против языческой философии языческие же аргументы (за подобного рода стиль ведения дискуссии один язычник назвал Дионисия Ареопагита "отцеубийцей").



Вот как он использует только что описанное традиционное убеждение античной философии в непостижимости бесконечного бытия:



Если мир бесконечен, значит, Бог не может знать мира: Бог не может руководить судьбами мира, уходящими в бесконечные дали времен. Но ведь Бог не может не знать тот мир, который Он Сам создал и которым Он управляет. Значит, Бог знает весь мир, и следовательно, мир конечен (Оначалах. 5,3,2) началах. А если мир конечен, значит не может быть бесконечного странствия душ – такой предстает логика Оригена к его Беседах на Евангелие от Матфея (На Мф. 13,1). Ориген совершенно справедливо уловил логическую связь между идеями вечности мира и идеей душепереселения: реинкарнации логичны в том случае, если мир бесконечен во времени и вечен в смене своих "эонов". Но в мире, ограниченном и управляемом разумным и всеведущим Промыслом (Ориген ведь не отрицает реального всеведения Творца; он лишь предполагает, что гипотетический безграничный мир был бы неуправляем даже Абсолютным Разумом) достаточно одной жизни, чтобы определить свою судьбу.



Аргумент Оригена убедителен далеко не для каждой философской системы. Но важно отметить, что, у позднего Оригена были попытки нащупать философские аргументы против доктрины переселения душ.



Современник Оригена Тертуллиан († не позже 240 г.), подобно Клименту противопоставляет веру христиан в воскресение мертвых философской теории реинкарнации: "Философия Пифагора и Эмпедокла и платоники объявляют, что душа бессмертна, и, более того, подобно нам утверждают, что она возвращается в тело. Пусть не в то же самое, пусть не в человеческое только, так что Эвфорба признают воплотившимся в Пифагоре, а Гомера – в павлине, но они, по крайней мере, объявляют телесное восстановление души, искажая, но не отрицая ее свойства, и хотя истины не достигают, однако, касаются ее. Итак, мир не отрицает воскресения мертвых и тогда, когда заблуждается"1295.



Как немного ранее это делал Афинагор и как несколько позднее это будет делать св. Григорий Нисский и Немезий, Тертуллиан находит отсветы правды в языческих мифах. Путь такого поиска виден из его "Апологии": "Если какой-нибудь философ и станет утверждать, что человек, как говорит Лаберий согласно учению Пифагора, делается из мула, змея – из женщины, и для доказательства того употребит все искусство диалектики и красноречия, то не вызовет ли он согласия с собою и не возбудит ли твердой решимости воздерживаться от мяса животных из опасения, как бы в этом мясе не съесть плоти какого-либо своего предка? Но если христианин станет учить, что из человека снова сделается человек и именно из Гая – Гай, народ закричит, что такого учителя не только не должно слушать, но должно даже побить камнями или по крайней мере не должно приходить к нему. Если есть какое-либо основание к возвращению человеческих душ в тела, то почему они не могут возвратиться в те же самые тела, в которых были и прежде, ибо это действительно значит воскреснуть, снова сделаться тем, чем были прежде" (Апология, 48). Итак, если философ говорит, что человек станет животным – все его благоговейно слушают. Но стоит христианину сказать о своей надежде на то, что он останется человеком и более того – что в вечность он войдет самим собой, что Гай станет именно Гаем, а не Луллием или ангелом – как его обвиняют в невежестве.



Зная резкость и бескомпромиссность Тертуллиана, было бы нестественно предполагать, что он коснется темы реинкарнации лишь в миролюбивой интонации. "Если бы мы захотели рассуждать о том, кто в какого зверя должен преобразится, то потребовалось бы много шуток и много праздного времени..." (Апология, 48). "Здесь нам необходимо сражаться с чудовищным вымыслом, именно с тем, что животные происходят из людей, и люди – из животных. Мы утверждаем, что души человеческие никоим образом не могут переселяться в животных, хотя бы они происходили из стихийных субстанций, как полагают философы" (О душе, 32). "Каким образом та душа, которая боится всякой высоты, которая тонет в рыбном пруде, потом может парить в воздухе как орел или погружаться в море как угорь? Как она, сознавая себя, может есть падаль, и притом человеческую, если войдет в медведя или льва? Каким образом душа человеческая может наполнить слона? Каким образом ее вместит комар? (О душе, 32).



Как видим, не все аргументы, приводимые здесь Тертуллианом, достаточно философичны и убедительны. Но его негативное отношение к любимой идее теософов не подлежит сомнению. И среди его аргументов встречаются вполне серьезные. Например, такой: "Когда ты говоришь мне, что Пифагор – это Евфорб, то я знаю, что это не так. Хорошо известно даже из самой чести щита, посвященного богине, что у Евфорба душа была воинственная и солдатская, а Пифагор был миролюбив и не воинственен. Он, избегая тогдашних греческих войн, пожелал итальянского покоя, посвятив себя всецело геометрии, астрологии и музыке. Ему чужды были склонности и занятия Евфорба. Пирр занимался обманыванием рыб, а Пифагор не занимался и ядением их, потому что воздерживался от употребления в пищу животных. Эталид и Гермотим при повседневной пище нападали на бобы, а Пифагор учил свох учеников, чтобы они и не проходили по бобовым растениям. Каким образом возвещаются те же самые души, когда тождество их не подтверждается ни дарованиями, ни склонностями, ни образом жизни? Из столь огромного числа греков указывают только на четыре души. И почему только из греков? Почему не происходят ежедневно метемпсихосис и метенсоматосис из всякого народа, из всякого возраста и положения и наконец из всякого пола. Почему один только Пифагор знает, что он то тот, то другой? Почему я не знаю, кто я? Или это привилегия философов и притом греческих?" (О душе, 31).



Христианство возвестило то, о чем мечтала Индия: "уже не будет ни новой смерти, ни нового воскресения" (Апология, 48). "Почитатели Бога, облеченные вечным телом, будут находится пред лицом Его всегда", а непочитатели Его познают, что мир, в котором все пронизано Вечным Светом, может оказаться скорбной и обжигающей тьмой для тех, кому скучно жить в Боге (в этом пассаже встречается чрезвычайно важная для христианского богословия идея о том, что свет божественной любви и огонь геенны – это разные восприятия одной и той же Божественной энергии: "вечный огонь, который по своей натуре именно божественной будет несгораем").



Интересно также отметить, что Тертуллиан уже знал о теософском трюке с Иоанном и Илией. "Я полагаю, что эти еретики имеют и пример в лице Илии, который явился в Иоанне. Метепсихоз защищают, по видимому, слова Господа: "Илия уже пришел, и они не узнали его". И в другом месте: "и если хотите слушать, это есть Илия, который должен прийти". Неужели иудеи спрашивали Иоанна в смысле пифагорейском: "Ты Илия?"? Не спрашивали ли они Его скорее вследствие божественного обещания: "вот Я пошлю вам Илию пророка" (Мал. 4,5)? Но метемпсихоз пифагорейцев есть отзывание души, уже давно умершей и поселившейся в другое тело. Илия же придет, не покинув жизни, а только переменив ее место. Его не должно возвращать телу, так как он не взят у него. Его должно возвратить миру, из которого он был взят не для того, чтобы даровать ему прежнее пространство жизни, но чтобы он, тот же самый, как по имени, так и по личности, дополнил свое пророчество. Но как же Иоанн есть Илия? Мы имеем следующие слова ангела: "сам он будет предшествовать ему пред народом в силе и в духе Илии" (Лк. 1,17), но не в душе и теле его. Ибо это – субстанции, которые у каждого человека свои. Дух же и сила приходят со вне по милости Божией. Поэтому они могут переходить на другого по воле Божией, как это было прежде с духом Моисея" (О душе, 35).



На рубеже III-IV столетий развернутую критику концепции реинкарнации дает св. Мефодий Олимпийский († 311 г.). "Говорить, что души низвергаются с неба и, стремясь в наш мир, проходят через огненные источники и воды над пространствами тверди, есть пустословие и натянутая речь... Души после отшествия от сей жизни не получают опять других тел, в которых они явились бы перед воскресением"1296.



Собственно, Мефодий полемизирует с Оригеном, а не с языческими философами, и потому конкретно метемпсихоз остается вне его рассмотрения. Он критикует идею предсуществования душ, понимание телесности как наказания за предшествующий грех души и отрицание телесного воскресения.



Его полемика с Оригеном тем более интересна, что св. Мефодий сам пользовался тем же богословским методом, что и Ориген – он был аллегористом в экзегетике и мистиком в богословии. В отличие от гностиков, св. Мефодий допускает аллегорический метод толкования Писания лишь в том случае, если аллегория не насилует ключевых мыслей Писания. Аллегоризм гностиков стремился как можно больше отдалить их собственное понимание Писания от понимания его теми, кого гностики считали "непосвященными". Аллегоризм св. Мефодия, напротив, помогает ему донести до его слушателей смысл самых трудных мест Слова Божия.



Вот как св. Мефодий, например, использует аллегорический метод для полемики с самими же гностиками: Излюбленное прикрытие для "эзотеризма" – это слова Христа "не мечите жемчуг перед свиньями". Под "свиньями" "посвященные" склонны понимать всех тех, кто стоит вне их кружка, под "жемчугом" – свои собственные интерпретации Писания. У св. Мефодия эти слова Христа обретают такое значение: "Под жемчугом не следует здесь разуметь таинственное учение, а под свиньями – нечестивых, и изречение не бросайте жемчуга вашего перед свиньями не нужно объяснять так, что не сообщайте нечестивым и неверным таинственных и совершеннейших истин веры Христовой". Ведь если бы слова Христа имели именно такой смысл – то Евангелие вообще нельзя было бы проповедовать! "Но под жемчугом нужно разуметь добродетели, которыми украшается душа; не должно повергать их свиньям, то есть не должно жертвовать добродетелями сладострастным удовольствиям, чтобы они, истребивши добродетели, не вовлекли душу в жизнь свинскую и исполненную страстей"1297.



Все в Писании, по восприятию св. Мефодия, говорит о Христе и о таинстве нашего спасения. Заходит, например, речь о пророке Ионе, три дня проведшем во чреве китовом, и св. мученик Мефодий размышляет: "Великую тайну заключает в себе история Ионы. Под китом кажется разумеется время, как никогда не останавливающееся, но всегда текущее и поглащающее рождающиеся вещества в более или менее продолжительные промежутки времени... Свержение Ионы с корабля в море означает ниспадение от жизни в смерть первозданного. Поглощение китом означает наше неизбежное разрушение, происходящее во времени; ибо чрево, в котором скрылся поглощенный Иона, есть всепоглощающая земля, принимающая все, истребляемое временем. И так подобно тому, как Иона, проведши во чреве кита три дня и столько же ночей, вышел опять здоровым, так и все мы, прошедши на земле три расстояния настоящего века, то есть начало, средину и конец, из которых состоит настоящее время, воскреснем. Ибо вообще три подразделения времени: прошедшее, настоящее и будущее. Посему и Господь, знаменательно проведши в земле столько же дней, ясно показал, что по исполнении упомянутых подразделений времени наступит наше воскресение, которое есть начало будущего века и конец настоящего. В том веке нет ни прошедшего, ни будущего, а только настоящее"1298.



Но попытка растворить в аллегориях пасхальную весть, весть о грядущем воскресении всего человека, встречает у св. Мефодия решительный отпор: "Я не могу потерпеть некоторых празднословящих и бесстыдно насилующих Писание, которые, чтобы провести мнение, будто нет воскресения плоти, предполагают и кости духовные, и плоть духовную, и с иносказаниями бросаются и туда и сюда, и вверх и вниз... Ориген изуродовал связь Писания как скиф, который беспощадно режет члены какого-нибудь врага для его истребления"1299.



Жонглируя несколькими местами из Писания, оригенисты утверждали, что тело дается как наказание за грех. Душа облечена в тело вследствие своего греха. На воскресение тела надеяться не стоит, потому что тело вновь склонит душу ко греху и отдалит от Бога. Этот теософский миф весьма точно поражается св. Мефодием: То ты говоришь, что душу склоняет ко греху тело, что душа без тела не будет грешить, и отсюда выводишь, что воскресение тел не нужно потому, что вновь воплотившиеся души неизбежно вновь согрешат. В других же местах, при толковании событий в Эдеме, ты заявляешь, что души первоначально согрешили вне тела и за это облеклись в тела, в "кожаные одежды", которые даны в наказание. Так грешит ли душа сама по себе или будучи понуждаема к этому телом?1300 Как бестелесные души смогли пасть и облечься в тела при создании мира? Значит, душа без тела все таки способна грешить? Но если источник греха все-таки в свободном выборе нашей души, то зачем же бояться воссоединения души с телом, которое отнюдь не есть причина греха? По мысли св. Мефодия, "Причиной греха не тело, а душа сама по себе. Поэтому безрассудно говорить, будто тело не может воскреснуть от того, чтобы не сделаться причиной для греха"1301.



Затем св. Мефодий предлагает аргумент, который станет традиционным для православной полемики с оригеновским спиритуализмом: "Куда мы отводим страждущих телесными болезнями? Не к врачам ли? А куда – преступников? Не к судьям ли?.. Узы не причина греха, потому что они делают людей более справедливыми, служа лекарством для души. Узник не может обижать оттого, что боль уз мешает этому. Но, находясь во плоти, мы грешим при согласии на это плоти, а связанный не может грешить оттого, что чувствует боль и узы не дозволяют. Тело содействует греху, а узы удерживают. Итак, тело не есть узы, но в том и в другом, то есть как в добре, так и в зле, оно содействует душе... Если нужно плоть признавать узами, а душа пользуется этими узами как пособием к неправде, то возможно ли согласить это? Не для того, чтобы обидевший еще больше делал неправды, даются ему узы, но для того, чтобы перестал творить неправду. Каким образом, когда человек согрешил до соединения с телом, Бог дал ему тело для содействия к большей неправде?"1302.



Аргументация св. Мефодия опирается непосредственно на библейский материал: "Каким образом после устроения этих уз говорится "вот Я предложил тебе жизнь и добро, смерть и зло", избери жизнь (Втор. 20,15), а также "если захотите и послушаетесь" (Ис. 1,19); это сказано ему, как обладающему полной свободой, а не как связанному узами и необходимостью"1303.



Далее св. Мефодий предлагает православное толкование двух высказываний апостола Павла, которые гностиками и оригенистами использовались в качестве антипасхальных аргументов. Он обращает внимание на то, что, возопив "кто избавит меня от сего тела смерти", апостол тут же благодарит воплотившегося Христа, что было бы нелогично, если бы апостол понимал именно плоть как источник болезни, греха и смерти. Мы называем Христа Спасителем – но со времен Его воплощения и Воскресения мы не стали менее телесны, менее материальны, чем были до евангельских времен. Значит – не в этой сфере надлежит искать смысл Христова подвига. Телесность явно не относится к числу тех феноменов, которые отменены пришествием Христовым1304.



Разбор другого как будто места из ап. Павла, в котором Апостол будто унижает человеческую телесность, особенно интересен тем, что св. Мефодий ссылается на христианского автора более древнего, чем он сам – на св. Иустина Философа. "Когда Павел говорит "плоть и кровь не могут наследовать Царство Божие", то он объявляет это, – говорит Иустин – не с тем, чтобы отвергнуть пакибытие плоти, но научить, что не Царство Божие, которое есть вечная жизнь, наследуется телом, но тело – жизнью. Ибо если бы Царство Божие, которое есть жизнь, наследовалось телом, то оказалось бы, что жизнь поглощается тленным. Между тем жизнь наследует смертное, дабы смерть была победоносно поглощена жизнью и тленное явилось достоянием нетления, сделавшись рабом, подвластным бессмертию, так чтобы тело было достоянием нетления, а не нетление достоянием тела1305.



Как видим, полемизируя с Оригеном о посмертных судьбах человека, св. Мефодий опирается на аргументы, предложенные уже в раннем церковном предании – у Афинагора, Иустина и Иринея. Голос церковного предания на стороне не Оригена, но Мефодия. Оригену же, если бы он захотел выдать свое понимание посмертной судьбы человека за церковное, было бы просто не на кого сослаться. По меткому замечанию св. Мефодия, Ориген оказался "кентавром"1306 : его система предстает как смесь христианства с платонизмом.



Не позже 311 года появляется апология Арнобия. Некоторые свои идеи этот христианский писатель заимствовал у гностиков (прежде всего предположение о том, что Творцом людей не может быть Высший Бог и, пожалуй, некоторый привкус мизантропии, характерный для его сочинения). Но в остальном его позиция вполне православна и он полемизирует с языческими философами, критикуя идею предсуществования души, миф о ее ниспадении с небес, об утрате ею небесных знаний и смене тел. Он, предлагает, в частности мысленный психологический эксперимент, который должен опровергнуть теорию Платона о знании как воспоминании того, что душа знала до своего рождения в теле. Он предлагает подумать – что произойдет, если новорожденного ребенка поместить в одиночестве в темноте, без научения его людьми и без доступа воздействий от материального мира. Вспомнит ли такая душа сама "небесные знания": "Так как верят, что души божественны и бессмертны и снизошли в тела людей со всеми знаниями, то испытаем на человеке, которого мы захотели воспитать вышеизложенным способом, заслуживает ли доверия это мнение" (Против язычников. 2, 20-23). Этот аргумент Арнобия вскоре был забыт – затем, чтобы вновь явиться в мир уже в устах психологов-материалистов XIX-XX веков.



Интересно также, что если по мнению теософов именно христианская весть о "Боге, любящем прощать", подталкивает человека к поиску легкого и аморального пути, то по опыту Арнобия, к этому пути подводит именно обещание перевоплощения: "Если справедливо, что души не имеют никакого конца и беспрерывно продолжают существовать в течение всех веков и времен, то какую опасность представляет, презрев и оставив добродетели, которые ограничивают жизнь и делают ее более суровой, отдаться наслаждениям и с необузданным пылом неограниченной страстности броситься во все виды распущенности?" (2,30).



Кроме того, в труде Арнобия есть весьма серьезный аргумент не в пользу реинкарнации: если обличение телом есть причина того, что человек забыл то, что было с его душой прежде – то почему ж тело не мешает помнить о том, что было в течение жизни души в этом самом теле? (2,28).



Св. Афанасий Великий († 373 г.) в "Житии Антония Великого", основоположника православного монашества († 355 г.) передает слова Антония, сказанные языческим философам: "Как же осмеливаетесь вы посмеиваться над нами, которые говорим, что Христос явился человеком, – когда сами, сводя душу с неба, утверждаете, что она блуждает и с небесного свода ниспадает в тело? И пусть бы еще ниспадала только в тело человеческое, а не переходила и не переселялась в четвероногих и пресмыкающихся! Наша вера говорит о пришествии Христовом для спасения человеческого; а вы заблуждаетесь, потому что толкуете о душе нерожденной"1307. Преп. Антоний родился в 250 г. Следовательно, его религиозные убеждения сложились еще в III веке, и, значит, приведенная св. Афанасием резкая реакция на идею переселения души и ее нетварности была характерна для египетского богословия конца III столетия.



Св. Кирилл Иерусалимский († 386 г.) при критике манихеев пишет: "Никто да не входит в сношения с манихеями, которые учат, что, если вырвет кто былинку, сам обращается в нее. Но если, кто вырывает былинку или что-либо из овощей, тот обращается в это; во сколько былинок обратятся земледельцы и садовники? Очень велико число былинок, на которые садовник налагает свой серп; в которые же из них превратится он? Вот подлинно учения, исполненные смеха, достойные осуждения и позора! Один и тот же пастух овец и овцу принес в жертву, и волка убил; в кого же из них превратится он? Многие из людей ловили сетями рыб, ходили на охоту за птицами, в которую же из них превратятся они? Пусть же отвечают эти порождения праздности – манихеи, которые сами ничего не делают, и пожирают достояние делающих"1308.



Не более чем смешной кажется идея реинкарнации св. Григорию Богослову († 389 г.): "То не умных людей учение, а пустая книжная забава, будто бы душа постоянно меняет разные тела, каждое сообразно прежней жизни, доброй или худой, в награждение за добродетели или в некоторое наказание за грехи, они то облачают, то разоблачают неприличную душу, как человека в одежды; напрасно утруждая себя, вертя колесо злочестивого Иксиона, заставляют ее быть то зверем, то растением, то человеком, то птицею, то змеею, то псом, то рыбою, а иногда тем и другим по два раза, если так обратится колесо. Где же этому конец?.. Всего же непонятнее, каким образом после того, как ты соединял меня с многими телами, и эта связь сделала меня знающим многое, одно только избегло от моего ума, а именно: какую кожу носил я наперед, какую потом, и во скольких умирал; потому что мой узоналагатель не столько богат был душами, сколько – мешками... Теперь выслушай наше превосходнейшее учение о душе..."

Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
LediOven

Ориген: анафематствованный мученик. Часть 2

Вторник, 02 Января 2018 г. 15:19 (ссылка)
pravoslavieto.com/history/0...kuraev.htm


Ориген и церковные власти



Елена Рерих, как мы помним, утверждала, что Ориген был гоним своими "невежественными коллегами"1242. В интерпретации теософов это означает, что именно философия Оригена, признававшая реинкарнацию, была гонима церковниками. Даже если согласиться с этим тезисом, он будет работать против теософов. Ведь если духовенство III века преследовало проповедника реинкарнации – значит, задолго до Пятого Собора идея переселения душ отвергалась христианами. Впрочем, я готов помочь теософам найти выход из этой неприятной для них ситуации. На самом деле Ориген навлек на себя гнев своего епископа совсем не своими проповедями.



Первый конфликт Оригена и его епископа в Александрии произошел в 215 г. и был связан с пребыванием Оригена в Палестине. Местные епископы предложили Оригену вести беседы не в школе, а прямо в храме. Александрийский епископ Димитрий в специальном письме, отправленном им на Восток, назвал это поведение Оригена "дерзким" и потребовал возвращения проповедника домой. Этот инцидент произошел из различия церковных традиций Палестины и Египта. В Палестине, очевидно, христиане восприняли иудейскую традицию, согласно которой любой совершеннолетний иудей (как член "народа священников") имел право проповедовать в синаноге1243. Египетская традиция была гораздо более иерархична как в пору своей языческой древности, так и в христианскую эпоху (в египетской Церкви даже другие епископы не считались равночестными с Александрийским папой). Палестинские епископы действовали в соответствии со своей традицией, александрийский – со своей. Ориген же вполне разумно ("в чужой монастырь со своим уставом не лезут") проявил послушание тому епископу, на территории которого он находился в тот момент. В этом инциденте стоит обратить внимание на то, что раздражение египетского епископа вызвало не содержание проповедей Оригена, а форма (точнее – место) их проведения1244.



Ориген вернулся в Александрию и еще 10 лет спокойно занимался преподавательской и богословской работой.



Но в 230 году разразился новый конфликт. И вновь – на том же месте и с участием тех же самых лиц. Димитрий дал Оригену некое поручение, с которым тот должен был съездить в Афины. По возвращении он вновь остановился у своих друзей – палестинских епископов. И те его рукоположили в священнический сан (вероятно, для того, чтобы его проповеди в храмах не вызывали более критики на родине Оригена). Но услуга оказалась "медвежьей". Избавив Оригена от одного обвинения, его подставили под гораздо более серьезное...



Когда о происшедшем стало известно в Египте, Димитрий созвал Собор, и решением Собора Ориген был лишен этого сана.



Александрийскими Соборами 230-231 г.г. Ориген был наказан не за свои проповеди, а за неканонические поступки. Один из них состоял в том, что, будучи руководителем церковной школы в Александрии, он принял священство в другой епархии (в Палестине) без ведома александрийского епископа, что и сегодня не допускается церковными правилами и практикой.



Но это нарушение церковных канонов не было бы столь решительно поставлено в вину Оригену, если бы ему не предшествовало еще одно нарушение норм церковной жизни.



Как пишет защитник Оригена Евсевий, епископ Димитрий, "не зная, в чем бы его обвинить, придрался к его давнему детскому проступку " (Церковная история. 6,8). Прежде, чем сказать, в чем именно состоял этот юношеский грех Оригена, вновь обратим внимание на то, что из этого свидетельства Евсевия следует, что никаких вероучительных обвинений против Оригена выдвигаемо не было (на это особое внимание обращает ученик Оригена блаж. Иероним в своем 33 Письме).



Грех же, воспомянутый Оригену, состоял в том, что в 18 лет он сам оскопил себя. Обычно столь склонный к аллегорическому толкованию Евангелия, он слишком буквально понял слова Христа о "скопцах ради Царствия Божия"... В "Апологии Оригена", написанной Евсевием, осуждение Оригена александрийским собором 231 г. описывается так: "Итак, Димитрий весьма тяжко обвинял и Оригена за то, что он еще в юношестве совершил преступление, оскопив себя; этим самым Димитрий склонил весь собор к единодушному решению, чтобы он осудил Оригена и лишил бы его священства, причем под этим определением подписались даже и те, которые раньше голосовали за Оригена"1245.



Единомыслие Собора вызвано было тем, что, согласно древнейшему сборнику канонического права, т. н. "Апостольским правилам", – "Сам себя оскопивший да не будет принят в клир. Самоубийца бо есть и враг Божия создания" (Апост. прав. 22). Как позднее скажет св. Василий Великий – в скопчестве нет никакого подвига, потому что евнухов "целомудренными сделало железо"1246. В Палестине, возможно, не знали об этом поступке Оригена – и потому посвятили его в священники. Но в Александрии сей инцидент был слишком памятен...



Теософы охотно вспоминают внешнюю фабулу этого конфликта. Но они совсем не охочи до воспоминаний о том, каковы же были мотивы для такого соборного решения – ведь тот поступок, из-за которого Ориген был лишен священнического сана, вряд ли даже теософам покажется заслуживающим оправдания.



Об изгнании же Оригена из Александрии можно говорить только с необходимым уточнением: Оригена никто не выпроваживал из города. Задолго до собора Ориген был направлен с церковной миссией в Афины и после ее завершения в Александрию уже не возвращался. Поскольку же Димитрий Александрийский считал его служителем своей епархии, узнав о происшедшем, он и созвал собор, воспретивший Оригену участие в церковной жизни в Александрии – буде он пожелает сюда вернуться. Он не вернулся. Палестинские епископы дали Оригену возможность работать у себя1247.



Стоит заметить, что лишение сана не есть отлучение от Церкви. В церковном праве запрещено за один проступок наказывать дважды. Лишение сана есть наказание уже само по себе. Ориген же в итоге претерпел два церковных прещения: и лишение сана (в 231 г.), и отлучение от Церкви (в 543 г.). Два церковных действия, направленных против Оригена, оказались возможны только потому, что у них была разная мотивация. Собор 231 года не ставил в вину Оригену его философские взгляды – а именно за них Ориген подвергся посмертному осуждению в шестом веке... Кроме того, к чести александрийского епископа следует сказать, что он не воспользовался случаем для организации действительного преследования Оригена с помощью государственной власти (по римским законам самооскопление каралось смертной казнью)1248.



Ориген же после лишения священнического сана не ушел в секту, но продолжал пользоваться дружбой палестинских и малоазийских епископов, читая проповеди в храмах и церковных школах.



Димитрий скончался весьма вскоре после своего выступления против Оригена. Новым епископом Александрии был избран оригеновский ученик Иракл (231-246). Это было бы невозможно, если бы частные мнения Оригена рассматривались как угроза православию и имели бы распространение среди его учеников.



Так что говорить о мировоззренческих гонениях на Оригена при его жизни нет серьезных оснований.



Но пропагандистский миф, выстраиваемый Рерихами, строится по своей логике и не выказывает стремления хоть как-то соотноситься с исторической реальностью. Вспоминая об Оригене, Николай Рерих не отказывает себе в удовольствии лишний раз бросить комок грязи в Церковь: "Вместо того, чтобы стать Архиепископом, Ориген оказался узником. Может быть, в одной темнице с преступниками. Собор вменяет ему следующее: "Ориген, чудо своего века, по необычайности своего ума и глубине своего образования был обвинен на двух Александрийских Соборах при жизни и после смерти – на Константинопольском Соборе. Ориген неправильно мыслил о многих Истинах Христианской Церкви, распространяя языческие учения о предсуществовании души; он неправильно отражал Учение Христа, полагая, что определенное число духовных существ, равнодостойных, были созданы, из которых одно устремилось с такой пылающей любовью, что объединилось с Высшим Словом и стало носителем Его на Земле. Придерживаясь верования в воплощение Бога Слова и в творение Мира, Ориген неправильно понимал крестную смерть Христа. Представляя ее как имеющую духовное соответствие в духовном мире, он слишком много уделял воздействиям Сил Природы, которыми одарено наше естество...". С точки зрения современности невозможно понять, как могли эти обвинения довести до темницы! Но враги Оригена прибегли к обычному своему средству – преследованию. Позабыв еще недавнюю Голгофу, они решили, именно во имя великого Мученика Голгофы сделать мученика и из Оригена"1249.



Николай Константинович говорит неправду. Ни один Собор не говорил таких слов об Оригене (что и понятно – если его учение было осуждено на Константинопольском Соборе, то потом уже ни один Собор вновь к этому вопросу не возвращался, а Константинопольский Собор упоминается в цитате, приводимой Н. Рерихом как событие уже прошлое). Но, фантазируя, Николай Константинович умудряется еще и переврать собственно оригеново учение. Церковью осуждалось учение Оригена, согласно которому души, охладев, отпали от любви Божией и от полноты Бытия. По псевдоцитате Рериха получается, наоборот, что Церковь не приняла идею пламенной любви, соединяющей душу с Богом.



Но главная ложь не в этом. Главное, что арест Оригена язычниками (во время первого гонения на христиан при императоре Декии, 249 г.) преподносится как репрессия Оригена христианами. Вновь и вновь напомню очевидное обстоятельство, которого не мог не знать Николай Рерих: в третьем веке христианская Церковь сама гонима. У нее нет ни малейших возможностей для физического преследования своих оппонентов1250. Оригена арестовывают даже не в Египте, где у него могли быть недоброжелатели среди духовенства (хотя и здесь стоит вспомнить, что прошло уже почти 20 лет со дня смерти Димитрия и во главе египетской Церкви стоят ученики Оригена), а в Азии, где епископат ценит Оригена и поддерживает его.



В епископате добрая память об Оригене сохранялась еще долго, пока некоторые из чрезмерных его почитателей не стали черпать из его действительно довольно пестрых книг не столько христианские, сколько языческие положения. Еще в IV веке первый церковный историограф епископ Евсевий участвует в написании "Апологии Оригена", а в своей "Церковной истории" он не упоминает ни жизни, ни трудов, ни мученической кончины св. Мефодия Олимпийского именно потому, что тот был оппонентом Оригена (впрочем – тоже много спустя после кончины Оригена).



Стоит также отметить, что Ориген никогда не возносит себя над Церковью. И во всех тех вопросах, которые к его времени были уже ясно определены в церковном вероучении, он принимает веру Церкви. Лишь в "археологии" и в "эсхатологии", в представлении о начале и конце мира он высказывает собственные мнения.



В некоторое извинение Оригену стоит заметить, что эти темы до сих пор относятся к числу наименее разработанных в церковной мысли. При творении мира нас не было. А то, что будет – "не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его" (1 Кор. 2,9). Церковный разум не догматизирует подробности космогонии или археологии, но он может отстранить от себя те представления о судьбах мира, которые не созвучны Евангелию. Мы можем не знать карты океанических течений, но при этом сможем отличить пресную воду от морской. Так и православная Церковь – не расширяя круг позитивных догматов о начале и конце мироздания, она не приняла догадок Оригена.



Но вновь повторю: Ориген говорил о том, о чем Церковь молчала. Да, Ориген сфальшивил. Но он не противоречил ясному голосу Церкви – просто потому, что по этим вопросам этот голос еще не прозвучал. И после того, как Ориген высказал самую странную свою мысль о том, что душа человека может вселиться даже в животное (О началах. 1, 8, 4), он сразу настаивает на ее необязательности: "что касается нас, то это – не догматы; сказано же ради рассуждения, и нами отвергается: сказано это только затем, чтобы кому-нибудь не показалось, что возбужденный вопрос не подвергнут обсуждению" (так это место приводится в памфиловой "Апологии Оригена")1251.



Ориген не был сознательным церковным диссидентом. "Не ищете у меня того, что находите у своего епископа Александра. Я сознаюсь, что всех нас превосходит он благодатным даром кротости" (На Царств. 1,1). Уже после конфликта1252 с александрийским епископом, Ориген дает такой отзыв о церковном епископате: "Если сравнишь предстоятелей церкви Божией с предстоятелями по каждому отдельному городу, то можешь найти среди предстоятелей Церкви таких, которые вполне должны руководить градом Божиим, где бы такой ни оказался во вселенной; между тем как мирские правители повсюду в своем поведении не представляют ничего такого, что давало бы им право на преимущество, которым они только наружно отличаются от прочих граждан. Если точно также сравнишь предстоятеля церкви в каждом городе с правителем этого города, то ты найдешь, что даже такие предстоятели и властители церкви Божией, которые сравнительно не отличаются совершенствами и уступают своим ревностным сослуживцам в исполнении своих обязанностей – даже и эти по успехам в добродетелях в общем превосходят тех, которые отличаются в городах своими достоинствами, как правители и начальники" (Против Цельса. III,30). Тут же в качестве примера высокой жизни он приводит Церкви Афин, Коринфа и родной Александрии.



Так что не надо делать из Оригена Якунина III века.



 



 



Апокрифы



Повод к тому, чтобы лишний раз убедиться в церковности Оригена, дает его отношение к Писанию и к апокрифам.



Есть один чисто технический критерий, который позволяет отделить церковное христианство от гностических сект. Это – отношение к Ветхому Завету. Признаком православия в течение первых трех веков было именно принятие Ветхого Завета1253. Христос канонических Евангелий постоянно сылается на "закон и пророков", он призывает "исследовать Писания". Напротив, Христос апокрифов даже при прямом цитировании ветхозаветных текстов не упоминает источник1254.



Что же касается Оригена, то он решительно настаивает на Боговдохновенности всей Библии, в том числе ее ветхозаветной части.



Кроме того, Ориген ясно определяет и даже перечисляет список подлинных новозаветных Евангелий, и этот список у него полностью совпадает с церковным: "Вот что из предания узнал я о четырех Евангелиях, единственных бесспорных для всей Церкви Божией, находящейся под небом: первое написано Матфеем, бывшим мытарем, а потом апостолом Христовым, предназначено для евреев и написано по-еврейски; второе, от Марка, написано по наставлениям Петра. Третье Евангелие – от Луки, которое одобряет Павел, написано для язычников. Последнее Евангелие – от Иоанна" (Беседы на Матфея, 1)1255.



Апокрифы же не вызывают никакого энтузиазма у философствующего александрийца.



Мир апокрифов весьма сложен. Он включал в себя и вполне церковные тексты (например, "Пастырь" Ерма или Послание Варнавы). Их вероучительное достоинство не оспаривалось, и, тем не менее, за ними не признавалась Богодухновенность.



Кроме того, в кругу апокрифов оказались книги, написанные просто явно позже канонических текстов. Самый благочестивый текст не имел возможности попасть в канон, если он не был известен раньше общинам, основанным апостолами. Мне не доводилось встречать ни одного исследователя раннехристианской литературы, который датировал бы время возникновения апокрифов эпохой более ранней, чем время написания канонических книг. И это при том, что у атеистических авторов есть очевидная предвзятость в отношении церковной традиции, видящей в канонических текстах непосредственное творчество апостолов1256. Между прочим, по этому вопросу у Е. Рерих проявляется вполне трогательное единомыслие с советским "научным атеизмом": "Невозможно допустить, чтобы Евангелия, из которых первое написано чуть ли не через сто лет после ухода Христа, и после того, как они прошли цензуру стольких ревнителей, могли в точности выражать мысль Христа"1257. А какое обоснование столь позднего происхождения Евангелия? – Понятно, когда атеисты это говорят. Но у них аргумент один: не мог Иисус предсказать конец Иерусалима!1258 Может, Рерих тоже не верит в возможность предсказывания? Как ни странно, да – "Конечно, никто не может утверждать о всеведении Христа во время его земного прохождения"1259. Но это уже вопрос веры: Е. Рерих верит в то, что Евангелия записаны поздно и искаженно. Аргументов же кроме "конечно" она не привела.



Но это – отдельная тема. Фактом же является то, что церковные общины при отборе почитаемых книг уже очень рано начали обращать внимание на древность их происхождения, на их известность в предшествовавшие времена.



Кроме того, в число апокрифов попали книги, близкие к церковной традиции, и все же слишком односторонние и слишком подверженные посторонним мистическим влияниям (что сказывалось, прежде всего, в крайнем аскетизме и навязывании идеи безбрачия1260 , а также в безудержном и показном чудотворстве, зачастую весьма мрачного характера)1261. К этому типу текстов относятся "Деяния Петра" и "Деяния Павла".



Далее, были книги, которые носили явно гностическую окраску и все же не проповедовали ничего явно антихристианского. Таково "Евангелие Фомы", отвергнутое Церковью не столько за то, что в нем говорилось, а за то, о чем в нем умалчивалось (среди многих изречений, приписываемых Христу этим "евангелием", всего однажды нашлось место сказать о любви не только к Истине, но и к людям).



Были также такие апокрифы, в которых народные и гностические фантазии, требовавшие обилия чудес и тайн, пеленали собою фрагменты подлинных воспоминаний о жизни Спасителя и апостолов.



Наконец, были такие тексты, которые возникали далеко за границами Церкви, в оккультно-гностических кругах, и которые просто использовали библейскую терминологию для изложения совершенно небиблейской философии или неевангельской этики1262. "Это учение, которое отталкивается от материального как от начала, препятствующего единению человека с целым, но видит в самопознании и самосовершенствовании единственный путь к абсолютному, приобретает ясные черты эгоизма. Оно не придает значения отношениям между людьми, оно не допускает не только слов "любите врагов ваших" (Мф. 5,44), но и заповеди "люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего" (Лев. 19,18)... У человека нет обязательств перед другими людьми"1263. По мнению исследователя, общей особенностью всех вообще гностических текстов является "отсутствие вкуса к этической деятельности, как таковой"1264.



Но были и еще более далекие от христианства тексты, в которых вообще трудно было усмотреть точки положительного единения с Библией и христианством. Оккультная антропология и мифологическая космология занимают место собственно духовного поиска, проповедь покаяния и любви совсем исчезает из них. К этому кругу текстов принадлежит и знаменитый гимн "Пистис София", привлекший симпатии Блаватской1265.



Так вот, у Оригена нет цитат из собственно гностических апокрифов. Ориген использует те апокрифы, которые весьма близки к церковной традиции (например, "Деяния Павла" – см. На Иоанн. 20,12 и О началах. I,2,3). Ориген не приемлет, никак не использует и даже ясно отвергает специфически гностические апокрифы, то есть тот круг текстов, который милее всего сердцу современных оккультистов. И именно при обсуждении вопроса о том, каким свидетельствам надо доверять, а каким "евангелиям" верить не стоит, Ориген вспоминает библейское изречение: "Не передвигай межи давней, которую провели отцы твои" (Притч. 22,28; у Оригена – Послание Африкану, 4). Те книги, которые Церковь включила в свой круг чтения, не стоит "дополнять" подделками1266.



Наконец, Ориген прямо призывал не доверять "апокрифам". О так называемом "Евангелии Петра", составленном гностиками-маркионитами, он, например, писал: "Мы, братья, принимаем Петра и других апостолов, как Христа, но, люди опытные, мы отвергаем книги, которые ходят под их именем, зная, что учили нас всех не так"1267.



 



Вера Оригена и вера Е. Рерих



Кто же он – Ориген? Христианин? Тайный оккультист? Полуязычник? Провокатор?



Император Юстиниан, по чьей инициативе проходили антиоригеновские соборы VI века, утверждал, будто "богоборец Ориген" включал в свои труды православные суждения лишь для "злонамеренного обмана простаков. Воспитанный в языческих баснословиях и желая распространить их, он прикинулся, будто изъясняет божественное Писание, чтобы таким образом, злонамеренно смешивая непотребное свое учение с памятниками божественного Писания, вводить свое языческое и манихейское заблуждение и приманивать тех, которые в точности не выразумели божественное Писание... Одна и единственная забота была у нечестивого Оригена – поддержать эллинское заблуждение и в души слабых посеять плевелы"1268.



Средневековье вообще не признает за человеком (тем более за богословом) права на простую человеческую ошибку; оно во всем видит сознательную злую волю, вредительский замысел. Это своего рода естественный антигностический синдром (в противовес гностикам, учившим о спасении через "знание", христиане говорили о том, что Царство Божие силой, то есть усилием воли берется). Это искривление "естественное", в смысле почти неизбежное. Но в жертву этой своей болезни средневековые христиане принесли слишком много чужой крови...



Император неправ. Ориген – заблуждающийся христианский мыслитель, а не замаскировавшийся оккультист.



Но очень похожая предвзятость в оценке Оригена присуща людям, в остальном совсем не похожим на древнего византийского императора. – Протестантам. Они готовы осуждать в Оригене даже то, что не вызывало нарекания у Юстиниана. В их глазах рецидивом язычества оказывается все то, что не согласуемо с лютеранским рационализмом.



На самом же деле то, что людям, воспитанным на западном богословии, кажется чисто гностическим феноменом, является всего лишь православием. Протестантизм привык к тому, что отношения Бога и человека – это отношения слишком внешние, отношения юридические, отношения повелевания и прощения. Поэтому там, где древние христианские авторы говорят о приобщении человека к Богу, об обожении, о мистериях, об освящении материи, протестантски ориентированные исследователи нередко видят "влияние язычества" или гностицизм. Как заметил оккультно ориентированный исследователь Оригена Питер Дюкофф, "Царство Божие, по Мартину Лютеру – это царство прощения грехов. Напротив, для Оригена – оно царство их преодоления. Пропасть между этими двумя пониманиями, по всей видимости, непреодолима. По Лютеру, грех остается с человеком; Бог же лишь вменяет или не вменяет его человеку в вину. По Оригену, человек стремится освободиться от греха: "Бог не желает исправлять человека, самолично избавляя его от зла, ибо зачем же тогда нужна свободная воля?" (Против Цельса. IV, 3)"1269.



Стоит только заметить, что это различие не между Оригеном и Лютером, а между православным онтологизмом и западным юридизмом, в котором, по слову патриарха Сергия, "человек уведомляется о своем спасении, но не участвует в нем"1270.



Так что имя и труд Оригена приходится защищать и от домыслов Юстиниана, и от рационализма протестантов, и от фантазий теософов...



В системе Оригена много недодуманного. Но если обратиться к перечню основных расхождений между теософией и христианством (см. главу 35), то Ориген по всем названным там позициям будет с христианами, кроме одной: по вопросу о реинкарнации.



У Оригена нет и следа от оккультного пантеизма. Он не уравнивает добро и зло, он не заигрывает с Люцифером, и грехопадение Адама он называет грехом, а не "посвящением". Ориген настаивает на уникальности жертвы Христа (для него она тем более уникальна, что подобной ей не было не только в нашем мире, но и в предшествовавших мирах1271 ). Именно его усилиями была подведена черта под дискуссиями – включать или нет в канон новозаветных книг "Послание к Евреям"1272. Напомню, что основная мысль этого послания – утверждение единичности, исключительности, уникальности Христовой жертвы ("Он же однажды, к концу веков, явился для уничтожения греха жертвою Своею" (Евр. 9,26).



У Оригена было немало противников, готовых в самом невыгодном для него свете перетолковать его философию. И все же никогда Оригена не обвиняли в проповеди пантеизма, в неразличении им Бога и мира, в утверждении безличностности Бога, в проповеди кармической несвободы. По убеждению Оригена, "Каждому человеку безопаснее всего на основании своего собственного разумения никого не считать богом, кроме одного только Иисуса Христа" (Против Цельса. III,37). Интересно, что Ориген полагает, что не только Писание, но и философия, не только вера, но и разум стоят в этом вопросе на стороне христиан. Христиане, "наученные философии", противостоят тем язычникам, "которые презирают истину и противоборствуют ей, которые вообще впадают в заблуждение и так далеко заходят в нем, что желают самих себя считать богами, ангелами Божиими, демонами добрыми или героями, каковыми они, будто бы, делаются через превращение их человеческой души, преисполненной добродетельной жизни" (Против Цельса. III,37).



Здесь – предельно ясное отвержение фундаментального догмата теософии. Нет такого накопления заслуг, которые могут сделать человека ангелом или богом. Нет космической алхимии, нет такой внутримировой реакции, которая из человеческой души, переливаемой в известное количество реторт (тел), могла бы сделать божество. Но есть таинство прощения, искупления и спасения. Бог может подарить себя человеку. Человек не может развиться в Бога.



Короче – Ориген не давал ни малейшего повода для отнесения себя к "теософам". О неогностической системе Рерих Ориген сказал бы, что ее сторонники "призрачными доводами влекутся к самообоготворению" (Против Цельса. III,37).



А это значит, что когда Елена Рерих пишет: "в христианстве я придерживаюсь веры первых отцов христианства"1273 , – она просто лжет.



Чтобы понять это, достаточно сопоставить вышеизложенные теософские доктрины – и такое, например, рассуждение Оригена: "Кто предварительно не познал своей слабости и болезни, тот и не считает нужным искать врача, или же, снова получивши здоровье, не будет благодарен врачу, потому что раньше не узнал опасности своей болезни. Точно также кто прежде не узнал пороков своей души и не открыл их исповеданием своих уст, тот не может очиститься и получить разрешение; в противном случае он не знал бы, что по благодати дано ему то, чем он обладает, и божественную милость считал бы собственным добром: а это состояние, без сомнения, порождает, в свою очередь, высокомерие души и тщеславие и снова делается причиною падения. Так именно должно думать о дьяволе: преимущества, какие он имел, он признал своими собственными, а не данными от Бога, и, таким образом, на нем исполнилось изречение, которое гласит, что "всяк возносяйся смирится". Поэтому-то божественные тайны, мне кажется, скрыты от премудрых и разумных для того, как говорит Писание, "да не похвалится всяка плоть пред Богом"; но они открыты младенцам, или тем, которые сначала сделались людьми и младенцами, то есть возвратились к смирению и простоте младенцев, а потом стали преуспевать и, достигши совершенства, помнят, что они наследовали блаженство не своими силами, но при помощи благодати и по милости Бога" (О началах. 3.1.12).



Практически все основные догматы теософии здесь явно отрицаются Оригеном. Нужно покаяние, и даже более того – церковная исповедь. В Церкви нет такого "гнозиса" ("премудрости"), которым можно было бы превозноситься над простыми и смиренными "младенцами", живущими лишь по Писанию. Человек спасается не своими силами и усилиями, но милостью и благодатью Бога. Дьявол согрешил, а отнюдь не спас человечество своим падением, и не "сострадание" было причиной его ниспадения, а гордыня. Почитающий благодать своим имуществом ("нервным излучением", на языке Е. Рерих) вновь и вновь отпадает от Бога.



Неужели можно заметить хоть какую-то совместимость приведенных убеждений Оригена с такой ключевой декларацией Е. Рерих: "Никто не может спасти другого. Лишь собственными усилиями подымается дух в сужденные прекрасные миры"1274 ?



Вроде можно увидеть сродство Оригена и теософов в том, что и тот и другие считают необходимым аллегорическое толкование Библии (по мысли Оригена, для того, чтобы читатель не останавливался лишь на поверхностном смысле Писания, но искал более глубокого, волей Бога в историческую канву Писания были включены некоторые несообразности – О началах. 4, 15). Ориген старается возвысить ум читателя над буквой библейского текста. Теософы также видят в Библии аллегорию, которую надо уметь расшифровать.



Получается, будто Ориген и Блаватская пользуются одним и тем же орудием. Но вот цели, а, значит, и плоды у них получаются вполне противоположные. У Оригена орудие аллегорики обращается для извлечения из Библии совершенно иного смысла, чем у оккультистов. Он превращает Библию в рассказ о борьбе с грехом в человеческой душе, о поиске Бога и чистоты, а не в разговор о расах и планетах.



Аллегорический метод в силу своей произвольности зачастую дает представление не столько о том, что действительно таится в самом интерпретируемом тексте, сколько о том, что кроется в душе толкователя. Так вот, при сравнении аллегорий Оригена и теософов видно, что износится ими из своих душ нечто радикально разное.



Приведу толкование Оригеном притчи о добром самарянине (Лк. 10,30). Во-первых, для того, чтобы убедиться в глубоко христианском, глубоко евангельском настрое Оригена-толкователя. Во-вторых, для того, чтобы после столь долгих странствий по оккультным трясинам дать читателю возможность хоть немного подышать чистым воздухом Евангелия.



"Некоторый человек" есть Адам; Иерусалим – рай; Иерихон – мир сей (kosmos). Человек "спускается" из Иерусалима в Иерихон (это и буквально так, ибо Иерихон лежит ниже Иерусалима, а в системе Оригена это тем более значимо, что, по его представлению, нынешний мир сложился в результате падения (katabole) изначального духовного мироздания). Человек добровольно пошел, "спустился" из Иерусалима в Иерихон и попал в руки разбойников. Разбойники – враждебные человеку духовные силы и энергии (antikeimenas energeias) или "лжеучители, пришедшие до Христа". Снятие разбойниками одежды со странника – это "обнажение от нетления и бессмертия" и "лишение всякой добродетели". Удары, полученные им, – это пороки и грехи. То, что разбойники оставили человека "едва живым", полумертвым, означает, что смерть коснулась половины человеческой природы, ибо душа осталась бессмертной. Священник, который не смог помочь раненому – ветхозаветный закон; левит – это пророки, а добрый самарянин – Христос. Самарянин "понес наши грехи". Осел, на которого был возложен раненый, – тело Господа, а гостиница, куда он был привезен – Церковь. Принеся человека в Церковь, принимающую всех, Христос не сразу ушел, но заботился о немощном один день и ночь, исцеляя раны, а наутро ушел, поручив израненного хозяину гостиницы, то есть Ангелу Церкви. Два динария, данные самарянином, – это познание Отца и Сына и ведение того, что Отец – в Сыне, а Сын в Отце1275.



Итак, аллегории Оригена не уводят человека из Церкви, а подводят к ней. Они учат не презрению к Писанию, а благоговейному чтению его. Теософы же обычно обращаются к "аллегориям" для того, чтобы опровергнуть какое-либо прямое библейское утверждение (например, о том, что грех есть грех). "Посвященный" и "просвещенный" аллегоризм оккультистов полагает, что обращение к библейскому тексту есть худший из всех возможных путей "духовного познания"1276. В душе у Оригена гораздо больше подлинной церковности, чем того хотелось бы оккультистам.



В отличие от гностиков и теософов Ориген отказывается аллегорически истолковывать историю макрокосмоса. Он соглашается с буквальной космогонической концепцией книги Бытия (и даже специально настаивает на этом в письме Гобару)1277. Но моисееву космогонию он восполняет углублением в "микромир" – в человека. Ориген полагает, что, кроме рассказа о создании видимого мира, Моисеем "в форме аллегории было показано все, что может украсить малый мир, то есть человека" (Беседы на книгу Бытия. I,11).



И тут Ориген набрасывает действительно величественную картину. Твердь, разделяющая воды, – это разделение внешнего и внутреннего человека. Если от души человека отбежали воды – грехи и страсти, – он стал сушей, и эта суша стала землей, и на ней взошел плод чистоты. Теперь уже твердь достойна быть украшенной светилами – и в нашей душе воссияет Солнце-Христос и луна-Церковь. Солнце – это Христос, потому что Им сказано: "Я свет миру". Луна же получает свет от Солнца – так и церковь от Христа. Светила установлены "для знамений". Знамения Церкви – это заповеди Христовы, являемые миру. "Чтобы всякий, получив знамение, знал, как убежать от будущего гнева, чтобы день тот не застиг его как тать". "Христос – свет апостолов, а Апостолы – свет миру". Звезды – это святые (прежде всего Моисей и пророки).



На следующий день одновременно изводятся пресмыкающиеся и птицы – потому что и доброе и злое должны мы представить пред Светом Христовым на Его суд. "Мы, по слову и завету Божию, и то, и это вынесем пред лице Божие и на суд Его, чтобы, будучи просвещаемы Им, мы смогли отделить из доброго все злое, то есть удалить от себя то, что пресмыкается по земле и доставляет приземленные заботы". Птицы наших помыслов должны полететь над твердью, чтобы познать самих себя и узнать, что в нас есть от пресмыкающихся. "Если мы посмотрим на женщину с вожделением – это в нас ядовитое пресмыкающееся; но если есть в нас чувство трезвости, то пусть даже загорится страстью к нам госпожа-египтянка, мы обратимся птицами, и, оставивши в руках ее египетское платье, улетим от грязного коварства. Если какая-то мысль искушает нас к воровству – вот, наихудшее пресмыкающееся; если же в нас такое намерение, что, имея у себя только две лепты, мы их милосердно отдадим в дар Богу, это намерение – птица, не помышляющая ни о чем земном, но крыльями стремящаяся к небесной тверди. Если к нам подступает мысль, хотящая нас убедить, что не нам претерпевать мученические страдания, – это ядовитое пресмыкающееся; но если придет к нам мысль и намерение сражаться за истину даже до смерти, – это будет птица, от земных к высотам устремляющая" (Беседы на книгу Бытия. I, 3-8)1278.



Конечно, толкования Оригена и условны, и произвольны. Но для нас важно отметить, в каком направлении идет его аллегоризирующее воображение, а в каком – нет. Чтобы так истолковать книгу Бытия, особенно же эпизод с созданием небесных светил, надо не просто быть христианином – надо искренне любить Писание и Церковь. Будь Ориген теософом – именно в этом месте как удобно было бы ему, очертя голову, броситься в звездные мифы, и "планетарные цепи".



Любой читатель "Тайной Доктрины" помнит, как любезна Блаватской идея гермафродитов, как настойчиво она старается библейскую фразу "мужчину и женщину сотворил их" (Быт. 1,27) прочитать как "мужчиной и женщиной сотворил его", превращая тем самым Адама в андрогина. Ориген, дав вполне красивое буквальное толкование этого библейского места1279 , приступает к аллегорическому. "Внутренний наш человек состоит из души и духа. Мужчиною можно назвать дух, женщиной провозгласить душу. Если между ними есть согласие и единодушие, то в самом естестве своем они плодятся и размножаются, рождая детей – добрые чувства и мысли, или полезные соображения, которыми они наполняют землю и обладают ею. То есть, подчинив себе плотское чувство, они обращают его к лучшим намерениям и правят им" (Беседы на Быт. 1,15). Ничего похожего на теософию здесь также не просматривается...



Но тогда вновь возникает все тот же вопрос: Елена Рерих плохо знает Оригена или "Тайную Доктрину"? Или она просто не прочь приврать?



Если бы Ориген действительно был оккультистом, как утверждает Е. Рерих, неужели он смог бы написать два (!) толкования на Песнь Песней, в которых он изъясняет любовь Невесты к Жениху как стремление человеческой души к соединению с Христом?! "Творец Вселенной, создавая нас, посеял в ваших сердцах семена любви... "Поддержите меня Его яблоками, ибо я ранена любовью" (Песн. 2,5)1280. Сколь это прекрасно, сколь великолепно – получить рану от любви! Иной поражен стрелой плотской любви, иной ранен земной страстью; ты же обнажи члены свои и прими "стрелу избранную", стрелу прекрасную, ибо стрелок – Сам Бог. Сколь блажен раненый этой стрелой! Этой стрелой были ранены те двое, что беседовали друг с другом, говоря: "Не горело ли в нас сердце наше на пути, когда Он изъяснял нам Писания?"... Отвечает Брат мой и говорит: Встань, иди, возлюбленная Моя. Я проложил тебе путь, разорвал сети, – иди ко Мне, возлюбленная Моя. "Встань, иди, возлюбленная Моя, прекрасная Моя, голубка Моя". Почему Он говорит: "Встань", почему говорит: "Спеши"? Ради тебя Я вынес бешенство бурь, вытерпел волны, осаждающие тебя, "печальная стала душа Моя о тебе даже до смерти", Я воскрес из мертвых, сломал жало смерти, расторг узы ада. Поэтому говорю тебе: "Встань, иди, возлюбленная Моя, прекрасная Моя, голубка Моя, ибо зима уже прошла, дождь миновал, цветы показались на земле". Воскреснув из мертвых, Я восстановил тишину"


Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество

Следующие 30  »

<перевоплощение - Самое интересное в блогах

Страницы: [1] 2 3 ..
.. 10

LiveInternet.Ru Ссылки: на главную|почта|знакомства|одноклассники|фото|открытки|тесты|чат
О проекте: помощь|контакты|разместить рекламу|версия для pda