Пишите для себя - как пишут дети... (Юнна Мориц)

 

 

 

"Пишите для себя - как пишут дети,

Как дети для себя рисуют звуки,

Не думая о том, что есть на свете

Хрестоматийно творческие муки.

Пишите для себя - как бред любови,

Как поцелуи пишут и объятья,

Не думая о том, что наготове

Станок печатный должен быть в кровати,

Читающий народ и славы трубы,

И, уж конечно, пресса мировая...

Пишите для себя - как пишут губы,

Самозабвенно строки повторяя.

Пишите для себя - как пишут втайне,

Где не растут ничьи глаза и уши.

Пишите для себя - как пишут крайне

Ранимые и трепетные души.

Пишите для себя - как строки эти,

В которых ни малейшего подлога.

Пишите для себя - как пишут дети,

Как пишут эти почтальоны Бога"

                                                     (Юнна Мориц)
 

 

 

Знакомо...



Наум Коржавин

ВАРИАЦИИ ИЗ НЕКРАСОВА

...Столетье промчалось. И снова,
Как в тот незапамятный год -
Коня на скаку остановит,
В горящую избу войдет.
Ей жить бы хотелось иначе,
Надеть подвенечный наряд...
Но кони - всё скачут и скачут.
А избы - горят и горят.

1960


__
это строчки из старого стиха, который я раньше часто повторяла- к слову и просто так....)))

сейчас- хочется снова его повторить. лучше- вслух.
и не один раз...
___
пс.
...Был город пасмурен, зол и сир,
и было в городе все не так.
А я мечтала исправить мир,
но, слава богу, не знала как (с)
_
а это уже из другой оперы. но тоже- к месту.

“Все забере весняна буйна злива…”

Снежана Славова
ВЕСЕННИЕ ЦВЕТЫ

Все забере весняна буйна злива:
Всі наші радощі, скорботи і жалі,
Все, що несли на крилах журавлі,
Що нам послала доля вередлива.

Залишить сонце на зеленім тлі
І голубу траву, дивніш від дива,
Бузкову далину, як сон, примхливу,
Жовтаву ніч і зорі уві млі.

Залишить хмари, що помчать навскач,
За ними вітер полетить, сурмач,
І нам накаже мчати навздогін.

А зорі знову заведуть свій хор,
Один мінор, незбагнений мінор,
А потім тихий, колисковий дзвін…

14 декабря 1825 года на Сенатскую пощадь вышли декабристы.
Пятеро из них были казнены и закопаны на острове Голодай.


Из цикла «Обрывы перекрестков»

ОСТРОВ ГОЛОДАЙ

Над заливом туман глотая
Финский парусник давит фасон.
Новостройками Голодая
Аккуратно закрыт горизонт.

Кровью тысяч – Ту Кровь залили,
И я молча смотрю, смотрю
Сквозь заклятье пяти фамилий –
Вензель, вспарывающий зарю!

Ах, зарю двадцатого века –
Этих прожитых трех четвертей –
Воплощения «Прав Человека»
В тридцати миллионах смертей.

Мостовая, нагретая за день,
Нас асфальтовым жжет огнём…
…В этом сквере – вот здесь – присядем,
Я устала. Давай отдохнём.

Вечер краски никак не истратит:
Синий с золотом бьет, как в кино!…
…Нас гармошный ЛИАЗ подхватит
Очень кстати – совсем темно.

Где-то в кадрах трофейных хроник
Возникают костры из книг.
...............................................
...............................................
Голодаевских новостроек
Несокрушим материк.

февраль 1978 – февраль 80.

© Copyright: Алла Макаревич, 2008
Свидетельство о публикации №1812144272

Без заголовка



14 декабря - дата из школьних учебников истории.

...И все так же, не проще,
Век наш пробует нас –
Можешь выйти на площадь,
Смеешь выйти на площадь…
В тот назначенный час?!

Александр Галич
22 августа 1968 г.

14 декабря 1825 года вышли на Сенатскую площадь декабристы.

Сегодня день рождения Аллы Макаревич (1942-1988).
Вот ее стихи, которые я очень ценю. И всегда поражаюсь, что ТАКОЕ написала жизнерадостная юная женщина, любимая жена и мать двоих детей.
Это было написано так давно! А ведь все уже тогда было сказано Аллой. И про нынешнее время тоже?
После того, как Аллы не стало, я несколько раз пыталась пристроить эти стихи в разные издания. Их набирали в типографии, а потом каждый раз почему-то рассыпали набор... Боялись этих стихов. Такое было и в перестройку, когда вроде бояться было уже нечего.
Вот и сегодня. Эти стихи снова про нас, хотя со времени их написания сменились поколения.

"Мы - дети войны.
Это - в нас.
Это – с нами.
А песни войны
отпылали, как знамя,
обрывки которого прячем упрямо!
И плачем на фильмах
Из старой программы.

За тридцать прошедших
и прожитых (с лишком)
тех лет, о которых
мы разное слышим,
и разное помнили или читали,
и разное думали в самом начале –

за тридцать - вот этих,
почти что нестрашных,
с нависшим в квартирах
молчаньем домашних
(тех старших, вчерашних
бойцов-храбрецов) -
мы взрослыми стали.
И смотрим в лицо:

тому, что от нас
не зависит ничуть,
тому,
что всему перерезало путь;
на век, на двадцатый,
которого хватит
на всех разорённых
и всех, кто заплатит!

Мы - внуки банкротов.
Мы - дети солдат.
И наши:
"Что делать?"
И "Кто виноват?".
Навек суждены нам
с той самой войны...

...Но, может быть, станут
смешны, не нужны
для наших детей?...

август, 1978г."

Набираю номер телефона...



Набираю номер телефона,
ну а мне в ответ гудки, гудки...
в городе потерянных влюблённых
хочется тепла твоей руки.
И когда бывает сердцу больно,
логику своим поступком злю:
я гудкам твоим шепчу невольно,
как живу и как тебя люблю...
И гудки становятся всё тише -
кажется, что мы с тобой вдвоём,
и гудки, поняв, что их не слышат,
замолкают в сумраке ночном...
Голос твой, возникший из метели,
город превратит в цветущий сад...
Жизни поржавевшие качели
от звезды - опять к звезде летят.

А. Трофимов