В ходе Гран-при Европы, который прошел в минувшие выходные в Валенсии, Николай Фоменко ответил на вопросы читателей «Ленты. Ру» и «Мотора». За полчаса разговора президент Marussia Motors и глава департамента инжиниринга команды Marussia Virgin объяснил, почему в Формуле-1 не могут прижиться инженеры из авиации, рассекретил название будущего музыкального хита и, судя по всему, нашел для команды нового гонщика.
– Какое место в Кубке Конструкторов планирует занять Marussia Virgin по итогам этого сезона? (Евгений) – Конечно, мы будем бороться за десятое место. Из последних сил – как бы сложно это не было.
– С помощью чего Marussia Virgin сможет конкурировать со «вторым потоком» команд Формулы-1: Renault и Mercedes? (Евгений) – Я об этом уже много раз говорил, но еще раз повторю – cпрашивать конкретно с меня, как с главы департамента инжиниринга можно будет только в следующем году. Потому что сейчас я только исправляю то, что мы получили. В следующем году ответственность будет в сто раз больше – потому что это уже будет целиком наш проект, наша работа. И вы ее увидите. Не хочу заниматься прогнозами. Но скажу – мы в гонках для того, чтобы выигрывать.
Уже почти двадцать лет Алексей Попов комментирует Формулу-1 на российском телевидении. За это время «королевские гонки» не только перестали быть буржуазной забавой в глазах отечественного зрителя, но и обзавелись российским пилотом и российской же командой.
О том, как изменилось отношение к Формуле-1 в России, и как сама Формула-1 отреагировала на появление русских мы и поговорили с Поповым в ходе Гран-при Монако.
– Алексей, русских в Формуле-1 становится больше. Сначала Виталий Петров, потом «Маруся»… Как тебе все эти изменения?
– Это хорошо. Я могу реагировать только позитивно. Когда я 20 лет назад начинал знакомиться здесь со всеми, представлялся, говорил, что из России, на меня смотрели раскрыв глаза: «Не может быть». Это было что-то из ряда вон… Теперь мы уже действительно являемся членами мирового сообщества, люди не удивляются, видя нас здесь. Это здорово.
– Но ведь могло же быть совсем по-другому. Мы могли прийти со своими какими-то законами, правилами, привычками. Но, такое впечатление, что и Виталий очень органично вписался в мир Формулы-1, и российская команда.
– В Формуле-1 очень не любят тех, кто приходит со своими законами. Существуют какие-то устоявшиеся правила – тем более, здесь. Это вид спорта очень сконцентрированный сам на себе. Даже англичане, которых тут от двух третей до трех четвертей – если брать механиков, весь персонал, – они не могут здесь полностью подчинить все себе и навязать свои законы. Хотя, конечно, пытаются. Читать далее
Какие прогнозы на первую гонку? Или хотя бы для начала на квалификацию.
Думаю поул будет традиционно у редбулл. В пятерки будут 2 машины редбулл, хотя бы одна феррари, плюс думаю одна машина мерседеса.
Николай Фоменко возглавил инженерный департамент Marussia Virgin Racing. В новой должности (Engineering director) он будет контролировать технологические программы команды.
Вот, ещё один россиянин, выпускник Ленинградского государственного института театра, музыки и кинематографии, нашёл работы за границей. И - не по специальности. Гастарбайтер?
Новость о «покатушках» Владимира Путина за рулём машины Формулы-1 не обошла стороной ни один из российских центральных телеканалов. При этом во всех информационных выпусках подчёркивалось, что Председатель Правительства РФ опробовал «точно такой же болид, на котором выступает Виталий Петров». Разумеется, это не так…
Невооруженного взгляда достаточно, чтобы понять, что машина, на которой катался Путин, имеет мало общего с Renault R30, выступающей в Формуле-1 в нынешнем сезоне. На самом деле «болид Путина» – это специальный демонстрационный автомобиль, который французская команда использует на акциях «Feel It» («Почувствуй это»), где практически любой желающий за 5500 евро получает возможность ощутить себя пилотом Ф-1 (в этом году такие заезды устраивались на венгерском «Хунгароринге»).
После теоретических занятий, практики за рулем «младшей» «формулы» и поездки с опытным пилотом на гоночном Renault Megane Trophy участник программы может самостоятельно проехать пару кругов на машине Формулы-1, который представляет собой своеобразный кит-кар с урезанным аэродинамическим обвесом и узлами от разных моделей, собранный вокруг шасси R23 семилетней давности. Максимальные обороты двигателя ограничены в районе 11 тысяч об/мин, трансмиссия гораздо проще, а чудо-руль заменён на более простенький вариант. Но всё же эта машина может называться «формулой-1», хотя до актуальных моделей ей, конечно, далеко.
В нашей стране было, по меньшей мере, два десятка проектов трасс для проведения национального Гран При Формулы-1. Но ни один из них так и не был реализован. В день, когда в Сочи подписывается контракт на проведение с 2014 года Большого приза России, предлагаю вспомнить хронологию появления подобных проектов…
Середина 1960-х – первый проект трассы, которая могла бы принимать гонки Формулы-1. Проект автодрома в районе поймы реки Сходня в московском Тушине была разработана кафедрой проектирования дорог МАДИ. Однако из-за слишком высокой стоимости (порядка 40 млн. рублей) от его реализации отказались.
Начало 1980-х – после московской Олимпиады-80 Берни Экклстоун, как раз в те годы взявший под свой контроль коммерческую составляющую Ф-1, загорелся идеей проведения Гран При СССР. Летом 1982-го он даже приезжал в Москву для осмотра возможного места проведения Большого приза Советского Союза: поймы Москвы-реки в районе Южного порта, проспект Андропова, Тушинский аэродром, дороги вокруг Кремля, ВДНХ, а также площадку перед главным зданием МГУ на Ленинских (ныне – Воробьёвых) горах. Говорят, именно последний вариант большего всего понравился Берни. Он даже включил советский этап в предварительный календарь чемпионата мира 1983 года, но советская бюрократическая система (письма Экклстоуна просто не доходили до Брежнева и Андропова) не позволила этим планам осуществиться. Любопытно, но именно Воробьёвы горы через пару десятилетий станут центральным местом проведения российских кольцевых гонок.