Андрей Иванов

 

 

Соединенные Штаты обеспокоены сообщениями о проведении Россией силовых операций в Сирии и считают такие действия «дестабилизирующими». Об этом журналистам заявил официальный представитель Белого дома Джош Эрнест. «Мы в курсе сообщений, что Россия, возможно, развернула военнослужащих и самолеты в Сирии, и внимательно следим за этими докладами. Любая военная поддержка режима Асада в любых целях, будь то в размещении военнослужащих, поставках самолетов, оружия или финансирования, имеет одновременно дестабилизирующий и контрпродуктивный характер», — заявил Эрнест.

Формальным поводом для заявления послужили сообщения в социальных сетях от воюющих против Башара Асада боевиков. Якобы они заметили в провинции Идлиб российские беспилотники и один Су-34, которых у сирийской армии нет. Другие сообщения говорили о том, что российская авиация даже наносила удары по позициям «Исламского государства».*

Представитель американской администрации заметил, что не берется судить о достоверности этих сообщений. Это выглядит довольно странно. Прибытие военной техники, а тем более ее боевое применение не могло быть не замеченным современными средствами разведки, да к тому же в регионе, к которому приковано пристальное внимание Пентагона.

Более ясно высказался в интервью ABC News председатель Объединенного комитета начальников штабов США генерал Мартин Демпси. Он тоже не смог подтвердить, что российская армия участвовала в боевых действиях. Но заметил, что если она это будет делать, то помешает бороться с ИГ американцам. Ведь, по словам Демпси, США действуют избирательно к разным группировкам в Сирии, а Россия может нанести удары по любым вооруженным противникам Асада.

Получается, что, с одной стороны, Вашингтон призывает Москву участвовать в некоей коалиции против радикальных исламистов, с другой, — заявляет, что определять эту борьбу должны исключительно США. Какой сигнал миру пытается послать Белый дом, говоря о возможном российском участии в сирийской войне?

— Я больше доверяю официальным лицам не США, а России. Пресс-секретарь нашего президента Дмитрий Песков уже сказал, что не стоит верить слухам. Как специалист, я понимаю, что российский представитель не лукавит, — говорит советник директора Российского института стратегических исследований, специалист по Ближнему Востоку Елена Супонина. — Собственно, откуда появились сведения о якобы российских самолетах в Сирии? С одной стороны, о российских штурмовиках сообщают сирийские боевики, некоторые из них даже состоят в террористических организациях. Понятно, что верить им совершенно не стоит. С другой стороны, было несколько сообщений в мелких израильских изданиях, которые в самом Израиле не пользуются доверием.

Я считаю, что подобные сообщения распространяют те, кому сегодня невыгодна активизация дипломатических усилий России, направленных на решение сирийского кризиса. Как раз сейчас появился шанс, пусть и небольшой, на достижение согласия между Россией и США. Он появился благодаря усилиям Москвы по примирению правительства Сирии и умеренной оппозиции. Это невыгодно радикальным боевикам, они понимают, что договоренности будут против них. Могу допустить, что это невыгодно и Израилю. Несмотря на близость конфликта, он не так опасен, но чем слабее Сирия, тем лучше для Израиля. Как известно, эти две страны находятся во враждебных отношениях.

«СП»: — Если американцы тоже хотят решить проблему ИГ, то зачем транслируют неподтвержденные слухи?

— По большому счету, американцы ни в чем не обвиняют Россию. Они просто говорят, что принимают к сведению сообщения. Они вынуждены реагировать, как вынужден был отреагировать Дмитрий Песков. Вначале сообщения о российских самолетах выглядели как полная глупость, но их стали тиражировать, журналисты стали задавать вопросы, и представители как России, так и США вынуждены были отвечать.

Джошу Эрнесту задали вопрос, и он ответил. Причем не ответил утвердительно. Американцы сейчас настроены найти взаимопонимание с Россией по сирийскому вопросу. Впрочем, США используют любой повод в информационном поле, направленный против нас. Если кто-то распускает слухи, то почему бы не сделать их «козырем».

Взаимопонимания по Сирии между Москвой и Вашингтоном пока нет. Тем не менее,Барак Обама понимает, что ситуация там плохая. Американская политика на Ближнем Востоке не приносит хороших результатов. А вот успехи, которые в регионе есть, были достигнуты благодаря именно российской дипломатической помощи. Два ярких примера — химическое разоружение Сирии и большая помощь Москвы на переговорах по иранской ядерной программе. Без содействия России ни с одной из этих проблем американцы не справились бы.

«СП»: — Какой выход могут найти для себя американцы, если их прежняя политика по Сирии провалилась?

— США сейчас надо отказаться от идеи свержения Асада. Эта идея просто нереалистичная. Обама, если продолжит следовать прежним курсом, может завести регион в еще больший хаос. Я не считаю, что американцам выгодно создавать этот хаос. Возможно, есть неоконсерваторы, которые считают правильной политику на дестабилизацию. Но усугубление кризиса может ударить по самим США, как ударила взращенная американцами «Аль-Каида» ** 11 сентября 2001 года. К сожалению, среди тех, кто занимается сейчас в Вашингтоне Ближним Востоком, здравомыслящих людей не так много. Хорошо, если их услышат.

«СП»: — В Европе всё громче голоса тех, кто обвиняет Америку в наплыве мигрантов с Ближнего Востока. Могут ли европейцы подтолкнуть Вашингтон занять более конструктивную позицию?

— Европейцы понимают, что американцы втягивают их в разнообразные конфликты. Это касается не только Ближнего Востока, но и Украины. Но Европе сложно отстаивать свою нейтральную позицию. Она сейчас — небольшой помощник в разрешении сирийского кризиса. Старый Свет настолько напуган наплывом мигрантов, что все его усилия будут направлены на решение этой проблемы. Разрешить сирийский конфликт можно только совместными усилиями России и США.

— Сообщения о российских самолетах в Сирии я воспринимаю как информационную «пену», за которой скрываются серьезные переговоры по формированию международной коалиции, — считает руководитель Исследовательского центра «Ближний Восток — Кавказ» Станислав Тарасов. — На Восточном экономическом форумеВладимир Путин сказал, что участие в коалиции преждевременно. Но есть определенные нюансы. После встречи с министром иностранных дел Сирии в Москве 29 июня Путин сказал, что Россия поддерживает идею антитеррористической коалиции, куда бы вошли Сирия, Россия, Турция и некоторые другие страны. Возник казус, ведь антитеррористическая коалиция уже существует, в ней Турция формально состоит, но не принимает активного участия. Получается, что Путин предложил новую коалицию? Или коалицию в коалиции? Сейчас наш президент пояснил, что речь идет о координации действий. В марте госсекретарь США Джон Керри говорил, что не исключает установление, пусть и негласных, контактов между Вашингтоном и официальным Дамаском.

Пока можно сделать вывод, что обозначены два направления решения сирийского кризиса. Первый — в рамках женевских дискуссий с умеренной оппозицией, второй — выстраивание широкого международного фронта борьбы с международным терроризмом в виде «Исламского государства».

Вокруг этих двух идей идут очень тонкие и сложные переговоры. Сообщение о российских самолетах — откровенный вброс, который свидетельствует о торге. Прежде всего, со стороны Израиля.

Дело в том, что и Иран выступил со своим планом по сирийскому урегулированию, который ориентирован на поддержку режима Асада. Для Тегерана это важно еще и для демонстрации того, что, несмотря на принятие Вашингтоном соглашения по иранской ядерной программе, Иран не будет идти в фарватере США в вопросах, касающихся Сирии, Ирака и Йемена. То есть, идет многосторонняя борьба.

Ясно, что усиливается давление на администрацию Обамы со стороны республиканцев. Критика политики США на Ближнем Востоке в американской прессе тоже резко усиливается. По всей видимости, проблематика Ближнего Востока будет главной в президентской избирательной кампании. Белый дом хочет как-то вырулить на «чистую воду», то есть развить успех иранской сделки при помощи решения сирийской проблемы.

Против прямого диалога Вашингтона и Москвы выступает Турция. Она считает, что Асада надо выводить из игры. Израиль недоволен сделкой США с Ираном и тоже пытается тормозить процесс урегулирования в Сирии.

«СП»: — Все согласны бороться с ИГ, но не могут договориться о средствах. Как долго продолжатся споры?

— Процесс переговоров будет долгим. США хотят форсировать процесс, но у них вряд ли получится. Дело в том, что меняется позиция государств. Раньше США хранили «монополию» на использование ИГ в регионе для своих интересов. Теперь нет.

По идее, США могли бы подавить ИГ своими силами, но они не хотят лишаться инструмента воздействия на ситуацию в регионе. Им нужна коалиция, чтобы встроить страны в свои планы. Но каждое государство играет собственную партию. В условиях общего недоверия прийти всем к общему «знаменателю» будет очень сложно.

Выход из ситуации — диалог между Москвой и Вашингтоном. И вполне возможно, что стороны пытаются выйти на тот уровень взаимодействия, который в свое время позволил убрать из Сирии химическое оружие.

«СП»: — Американцы могут согласиться с тем, что Асад должен остаться у власти?

— Вполне могут. Если согласиться с уходом Асада, то будет полный развал системы международного права в регионе. Потому что так любые мигранты в парижском кафе смогут назвать себя «правительством в изгнании», а режимы в своих странах назвать «диктаторскими». Запад объявил Асада диктатором, без какой-либо опоры на международное право. Сейчас тот же Запад называет диктатором турецкого премьераЭрдогана, хотя он правит благодаря парламентской коалиции. Сегодня в Турции давят на оппозицию. Чем отличается режим Асада от режима Эрдогана? Если исходя из этих критериев мы будем объявлять режимы неугодными и начинать против них какую-то борьбу, то всё пойдет вразнос.

Смена руководителей государств возможна. Но она должна проходить правовыми методами, как результат внутренних процессов. Нельзя кого-то огульно называть диктаторами. По такой логике свергли Каддафи, а в результате получили распад Ливии. Сирия — многонациональное и многоконфессиональное государство, оно не сможет сохраниться в прежних границах, если убрать Асада. Сирия повторит путь распада Ливии, Ирака.

«СП»: — Какие «козыри» в переговорном процессе есть у России?

— У американцев находящаяся на Ближнем Востоке инфраструктура позволяет расправиться с ИГ в течение месяца. Но будут жестокие бои, и американцы не хотят получать гробы со своими солдатами. То есть, сила Штатов парализована. А вот «ума» не хватает. Сильную разведку в регионе имела Великобритания, но во многом утеряла потенциал. Навыков переговорного процесса у США немного, так как изначально делалась ставка на силовой вариант. Коалиции американцы привыкли создавать так, чтобы диктовать условия всем союзникам, а в нынешнем случае так не получится.

Сейчас США просто не могут предложить никакого внятного проекта для Сирии. Как можно убрать Асада, да еще исключить при этом силовой фактор?

США надо найти такого партнера, который бы помог сделать всю работу. Вот Путин вытащил из Сирии химическое оружие. Но зачем нам свои достижения класть в багаж успехов американской дипломатии? Мы предлагаем искать консенсус. Вот и идет серьезный торг, о ходе которого мы можем только догадываться. Стоит учитывать, что мы не можем на ситуацию наблюдать со стороны. Сирия ближе к нам, чем к США. Мы сейчас пытаемся обороняться на дальних подступах.