Алексей Полубота

 

 

Канцлер Германии Ангела Меркель заявила о том, что Берлин желает вернуться «к конструктивным отношениям с Москвой». «Мы желаем партнерских отношений с Россией, у нас так много международных проблем», — цитирует Меркель РИА «Новости».

Правда, по её словам, при всём желании ЕС пока не может отменить санкции, принятые в отношении России из-за конфликта вокруг Украины. И это при том, что Меркель признаёт: санкционная война затронула, в том числе и ряд западных компаний. «Ввиду существенных нарушений международного права и до сих пор нестабильной ситуации мы, к сожалению, еще не достигли этого вопроса», — приводит слова Меркель телерадиокомпания Deutsche Welle относительно отмены санкций.

Глава Комитета Госдумы по международным отношениям Алексей Пушков уже иронично прокомментировал слова канцлера Германии.

«Дилемма Меркель: снять санкции с России она хочет, но не может, а ввести санкции против Украины за срыв Минских соглашений может, но не хочет», — написал депутат на своей странице в Twitter.

Заявление лидера Германии можно было бы вообще посчитать незначительным, если бы не одна оговорка. По словам Меркель, Москва может сыграть важную роль в урегулировании конфликта в Сирии. То есть Запад в очередной раз как бы намекает России, что у неё есть шанс «разменять» Сирию на Украину. Помочь «урегулировать» сирийский кризис, после чего отношения Россия и Запада станут более «конструктивными». Сколь тонкий, столь же и туманный намёк на возможное снятие санкций. Конечно, не всех и не сразу…

Причина, по которой германский канцлер вспомнила об «особой роли России» в сирийском кризисе, лежит на поверхности. Европу захлёстывают волны мигрантов, многие из которых прибывают с Ближнего Востока.

«Свободная пресса» уже рассказывала, что в последние месяцы протестные настроения в немецком обществе в связи с катастрофическим наплывом мигрантов заметно усилились (если ещё недавно прогнозировалось, что в текущем году Германия примет около 400 тысяч беженцев, то теперь называется цифра 800 тысяч). В том числе участились нападения на центры приёма беженцев: с января по июль таких эксцессов зарегистрировано уже свыше 200, тогда как за весь 2014 год их было 198.

Во Франции проблема неконтролируемой миграции также вызывает рост протестных настроений в обществе. В частности, сегодня в стране наиболее популярен правый Национальный фронт, у которого есть все шансы победить на грядущих осенью муниципальных выборах.

Таким образом, ведущие страны ЕС крайне заинтересованы, чтобы Россия склонилапрезидента Сирии Башара Асада добровольно уйти. Это даст Западу дополнительные геополитические преимущества и одновременно сократит поток беженцев с Ближнего Востока.

— В своё время Запад чётко обозначил свою позицию: Башар Асад должен уйти, — говорит политолог, популярный блогер Анатолий Эль-Мюрид. — Никаких других сигналов в этом смысле не поступало. Поэтому слова Меркель о помощи России в разрешении конфликта в Сирии надо понимать именно так, что Запад рассчитывает на помощь нашей страны в отстранении нынешнего президента Сирии.

В том виде как оно прозвучало сейчас, это заявление не содержит ничего принципиально нового. Другое дело, если бы Меркель чётко обозначила новые критерии, которые бы Запад считал приемлемыми при урегулировании сирийского конфликта.

«СП»: — То есть Запад, пытаясь в очередной раз «развести» Россию, как бы намекает: вы помогите нам устранить режим Башара Асада, а мы, по всей видимости, смягчим санкции?

— Да, именно так. Если российское руководство по-прежнему не хочет «сдавать» Асада, то заявление Меркель можно пропустить мимо ушей.

«СП»: — А какова сейчас вообще роль России в сирийском кризисе? Одно время считалось большой победой нашей страны и лично Путина, что мы убедили Запад не бомбить Сирию в обмен на её химическое разоружение. А сейчас мы можем что-то сделать, что серьёзно повлияет на события в этой стране?

— В основном наше участие сейчас ограничивается поставками оружия и боеприпасов, поскольку полуразрушенная Сирия уже не может производить их сама. Всё остальное за пределами наших возможностей. Поскольку имидж нашей страны и президента Путина для западных обывателей совсем иной, чем в 2013 году. Тогда мы были для них миротворцами, теперь — агрессорами.

«СП»: — Каким вы видите развитие ситуации с беженцами из Сирии наводняющими Европу?

— Глава МИД России Сергей Лавров два дня назад заявил, что Россия может помочь Европе в этом вопросе. Правда, не уточнил — как. Я лично вижу только два варианта: либо мы откроем для беженцев свои границы, либо будем «приплачивать» ЕС за содержание мигрантов. Наиболее вероятен второй вариант. Лавров намекнул, что Россия ждёт встречных шагов по другим вопросам. Скорей всего, он имел в виду всё тоже снятие санкций.

«СП»: — Россия могла бы ещё как-то повлиять на ситуацию на Ближнем Востоке? В частности, в борьбе с «Исламским государством» *?

—  Борьба с ИГ была бы эффективна только в рамках широкой международной коалиции. В современной политической ситуации это практически исключено.

«СП»: — То есть на разобщенности России и Запада ИГ выигрывает?

— В общем, да. Дела у Асада плохи. В лучше случае, он удержит за собой алавитские районы Сирии и, может быть, друзские районы на юге. Даже Дамаск — под вопросом. Поскольку ИГ приложит все усилия, чтобы захватить его. Как и Багдад, кстати. Это принципиально важные для радикальных исламистов города.

— По сути, Ангела Меркель в более обтекаемой форме изложила позицию США, — считает заместитель директора Центра Германских исследований Института Европы РАН Александр Камкин. — Россия должна ослабить либо вообще прекратить поддержку Башара Асада. Фактически заставив его уйти. Тем самым Запад как бы подтверждает свой курс на свержение Асада и фактический распад Сирии. Таким образом, американцы добьются своей цели и смогут в случае необходимости блокировать Иран.

Что касается санкционной войны, то Меркель, подтверждая факт её негативного влияния на немецкую промышленность, говорит, что время снятия санкций не пришло. Якобы из-за того, что Россия не выполняет Минские соглашения.

«СП»: — Чего Запад ждёт от России по сирийскому вопросу?

— Во-первых, прекращения поставок оружия. Хотя оружия у Асада сейчас припасено уже на год вперёд. Главное, чего ждут от нас — прекращения дипломатической поддержки. Поскольку прямо кроме России и Ирана ни одна страна не выступает в поддержку официального сирийского режима.

«СП»: — Если сегодня Запад решится на массированные бомбардировки Сирии, остановит ли его вето России в Совбезе ООН?

— Если Запад, прежде всего американцы, решатся повторить в Сирии югославский вариант — то есть примут решение бомбить страну, то дипломатическими мерами их нельзя будет остановить. Только военными, что приведёт к перерастанию этого конфликта в глобальный. Вряд ли Россия пойдёт на это. Хотя свержение Асада и распад Сирии практически неизбежно приведёт к усилению ИГ. А это значит, что наши южные границы окажутся под ударом.

«СП»: — А можем ли мы поставить пресловутые С-300 в нынешней ситуации?

— Всё-таки у меня есть ощущение, что делать это надо было раньше. Сейчас эти зенитно-ракетные системы легко могут попасть в руки противников Асада.