Андрей Иванов

 

 

На состоявшемся недавно заседании Политбюро ЦК Компартии Китая ее генеральный секретарь Си Цзиньпин заявил о серьезном кризисе, поразившем КПК. По его словам, если руководство страны не начнет смело смотреть в лицо реальности, партию и государство ждут развал.

Заседание состоялось в середине июня, но его подробности стали известны только сейчас. Как сообщает гонконгский журнал «Чжэнмин», на расширенное собрание пришли представители центральных органов власти, партийных структур и силовых ведомств.

Как сказано в докладе Си Цзиньпина, Компартия Китая утратила свои идеи и цели, чиновники разных уровней и партийные функционеры забыли о работе, живут в роскоши, показывают беспечность, лень, внутренне развращены и торгуют должностями, в том числе за интимные услуги. Естественно, всё это вызывает только ненависть к партии и государству со стороны обычных граждан. По словам Си Цзиньпина, свыше 90% низовых партийных организаций дезориентированы, не ведут нормальной работы и должны быть реформированы. «Необходимо смело смотреть в глаза суровой реальности, признать и принять то, что партия деградировала до такой степени, что нависла опасность краха партии и гибели государства», — резюмировал лидер КНР.

Нынешний кризис на фондовом рынке Китая показал, что в экономике страны много противоречий. Но гораздо опаснее кризис политический. В трудах многих западных аналитиков можно прочитать, что Китай неизбежно должен повторить путь СССР. Мол, в эпоху цифровых технологий просто невозможно затушить тягу людей к свободе и демократии. И как бы партийные лидеры Китая не пытались зажимать свободу слова, народ всё равно будет требовать перемен.

С некоторыми выводами нельзя не согласиться, тем более мы на себе испытали опыт быстрого развала государства. Скажем, в 1985 году никому и в голову не могло прийти, что через шесть лет не станет ни Советского Союза, ни КПСС — тогда они казались «железобетонными». Уже постфактум стало понятно, что системный кризис зрел давно, и не только в экономической сфере, но и в идеологической. Многим, попросту говоря, надоела окружавшая их реальность. Великие стройки уже никого не вдохновляли, смыслы начали искать в произведениях «самиздата» и в погоне за модными вещами. И когда Ельцин объявил о «борьбе с привилегиями», до полного краха оставалось совсем недолго.

Интересно, что о глубоком кризисе в Компартии Китая Си Цзиньпин говорит далеко не первый раз. Еще в 2013 году он предупреждал: «В некоторых районах гнев народа уже достиг точки кипения. Народное негодование приближается к критической черте».

Сейчас, в условиях обострения отношений с Западом, Москва сделала ставку на развитие отношений с Поднебесной. И в экономическом, и в технологическом, и в геополитическом плане. Но нет ли опасности, что скоро вместо надежного и стабильного соседа мы будем иметь на Востоке огромную зону хаоса?

— На мой взгляд, заявления Си Цзиньпина — это инструмент внутренней политики, — говорит научный руководитель исследовательского центра «ВВП» Саид Гафуров. — В Компартии Китая идет жесткая борьба нескольких линий. Ситуация для КПК не настолько катастрофична, Си Цзиньпин немного сгущает краски. Ведь в целом консенсус в обществе вокруг идеи повышения всеобщего благосостояния сохраняется.

Слова председателя партии можно расценить, как попытку перенести удар с левого крыла КПК на правое. Левое крыло во главе с Бо Силаем было разгромлено, теперь Си Цзиньпин хочет расправиться и с правыми.

Корень противоречий — очень серьезный конфликт между центральным руководством Китая и партийными организациями в провинции. В Китае есть экономические субъекты центрального подчинения и субъекты местного подчинения. И в их отношениях назрели очень серьезные перемены.

«СП»: — Каких изменений в политике Китая можно ожидать?

— Во внешней политике, на мой взгляд, ничего серьезного не произойдет. Во внутренней — усилится роль предприятий центрального подчинения и несколько ослабнет роль предприятий местного подчинения. Будет налаживаться экономическая дисциплина. В сфере политики начнется «закручивание гаек», будут кадровые решения и громкие разбирательства.

«СП»: — Многие из тех, кто проводил приватизацию в «девяностые» в России, сейчас ездят консультировать китайских руководителей.

— Си Цзиньпин как раз и хочет остановить такие тенденции. Правое крыло партии, которое сейчас будут громить, и ориентировано на приватизацию. Скорее всего, старые планы по передаче предприятий в частные руки будут сорваны.

«СП»: — Под какими знаменами Си Цзиньпин желает проводить преобразования?

— Си Цзиньпин в большой степени прагматик. Он исповедует принцип «не важно, какого цвета кошка, — главное, чтобы ловила мышей». Вместе с тем, он чувствует угрозу, что теряется управление экономикой. Восстановить контроль можно, если заставить провинциальные предприятия работать в согласии с генеральной линией.

В Китае провозглашена идея построения общества средней зажиточности. На мой взгляд, формулировка очень точная.

«СП»: — Чем обернется «закручивание гаек» в плане общественных настроений?

— Для среднего обывателя вряд ли наступят серьезные перемены. Не коснутся перемены и наших отношений с Поднебесной.

«СП»: — Могут ли американцы активизировать свои усилия для подрыва политической стабильности Китая?

— Думаю, что Штатам сейчас просто не до этого. Там заняты своими внутренними выборами.

Директор Центра исследования Китая РУДН Алексей Маслов считает, что в китайском обществе действительно назрел серьезный кризис:

— В Китае последние два-три года очень активно изучали причины краха Советского Союза. Рассматривались такие явления, как потеря КПСС тенденции к развитию, постепенная деградация идеологии. За последние два года в Китае прошло несколько крупных конференций, посвященных этой теме.

КНР, чтобы развиваться, не может оставаться на прежнем уровне. Страна не может поддерживать ситуацию стагнации, как это было у нас во времена Брежнева. Китаю надо идти за рубеж. Значит, встает вопрос о подготовке кадров, о новых специалистах. А вот их у Компартии Китая сегодня нет. Еще КПК нужны новые номенклатурные кадры, которые умеют работать с новыми тенденциями, как в экономике, так и в политике. Но сама структура партии построена так, что она воспроизводит людей, которые могли работать в «восьмидесятые» годы, с большими трудностями — в «девяностые», и совсем не могут — сегодня.

Есть еще один фактор, который Си Цзиньпин постоянно подчеркивает. Образуются региональные кланы (южный, центральный), которые постоянно пытаются отобрать у центра власть. То есть, развита коррупция на местном уровне.

Единственный способ справиться с кланами — это не борьба с ними по принципу «один за другим», как это было в случае с Бо Силаем. Требуется тотальная реконструкция КПК, как объединяющей силы общества и государства.

Об этом Си Цзиньпин говорил и в 2013 году. Почему до сих пор не было структурных изменений партии? Просто пока неясно, какой должна быть КПК, чтобы принять на себя всю ответственность за дальнейшие преобразования. Административные органы власти насколько тесно переплетены с партийными, что подчас это одни и те же люди.

«СП»: — В каком направлении могут идти преобразования?

— Во-первых, будут бороться с кланами. Есть сильный южный клан, который, как предполагается, опирается на бывшего руководителя Китая Цзян Цзэминя. Но многие гонконгские эксперты полагают, что таким образом Си Цзиньпин может восстановить против себя все кланы в целом, и это приведет к серьезному дисбалансу в экономике, который и так велик по объективным причинам.

Единственный выход — перестройка партии как таковой. То есть, отобрать у КПК главную роль в принятии хозяйственных решений, снизить роль в структурах предприятий и университетов — убрать оттуда парткомы. По сути, начать процесс формирования институтов гражданского общества. Но это очень долгий процесс.

Скорее всего, в течение двух лет Си Цзиньпин будет расправляться с региональными кланами и смотреть на реакцию оставшихся. К примеру, южный клан, тесно связанный с Гонконгом, уже начал переговоры и в целом согласился поддерживать политику Си Цзиньпина в обмен на неприкосновенность. Если все кланы так себя поведут и не окажут серьезного сопротивления, то ситуация растянется надолго.

Я предполагаю, что Си Цзиньпин хочет закончить свое правление к 2023 году, как создатель новой социально-политической структуры Китая. Но какая будет это структура — неясно до конца, думаю, и для самого лидера.

«СП»: — Под какими лозунгами могут осуществляться перемены?

— Идея называется «Китайской мечтой». Она предполагает восстановление экономического и политического авторитета страны в мире, каким он был, как считается, всегда в истории. То есть, возможности для реализации «Китайской мечты» лежат за пределами государства. Цель — весь мир должен уважать Китай как экономическую и военную державу.

Экономический лозунг — перевод Китая с позиции «мировой фабрики» на позицию высокоразвитого научно-технического государства. Проще говоря, КНР будет заниматься производством высокотехнологичной продукции.

«СП»: — Насколько в китайском обществе сильна усталость от сложившихся порядков? Имеет ли влияние диссидентское движение?

— Диссидентства в Китае практически нет, если сравнивать с тем, что было у нас в брежневские времена. Более того, потенциал «рывка вперед» не израсходован.

Си Цзиньпин не борется с усталостью общества, а пытается упредить ее. В частности, китайцам разрешено вывозить деньги за границу. Китай поощряет создание зарубежных предприятий. Практически все более-менее состоятельные китайцы официально имеют свои дачи в Малайзии, Индонезии, Сингапуре, и это речь не о миллионерах, а о среднем слое. Си Цзиньпин «выпустил пар», открыл страну — то, что в свое время не решился сделать Брежнев.

«СП»: — Как могут измениться отношения Китая с Россией?

— Как минимум, они будут не хуже нынешних. Китай привык жить в комфортном окружении, и Россия сейчас для него хороший сосед.

Китай не очень заинтересован в нашей стране, как в экономическом партнере. Поэтому не стоит ожидать резкого прироста торговли.

Если брать стратегическое партнерство, то у Китая сейчас задача не с кем-то подружиться, а ни с кем не поругаться. Поэтому развитие отношений с Москвой идет параллельно развитию отношений с Вашингтоном. И нам надо понимать, что Россия никогда не будет центральным партнером для Китая.

«СП»: — То есть, Китай останется нашим надежным и политически стабильным партнером.

— Отношения будут развиваться. Но так как Китай вошел в стадию новых реформ, он стал подвержен кризисам. Мы уже видим обвал на Шанхайской бирже. И чем плотнее мы свяжемся с КНР как с основным партнером, тем жестче будут последствия для российской экономики. Нам надо диверсифицировать свою внешнюю политику на Востоке, развивать отношения с Японией, Южной Кореей, странами Юго-Восточной Азии.