Сергей Ищенко
 

 

Таджикская армия и наша 201-я военная база рядом с Афганистаном живут так, как будто завтра 22 июня
 

Таджикистан лихорадочно готовится к войне. Увы, с каждым днем все больше новостей, которые свидетельствуют именно об этом.
В середине марта на территории этой республики прошли просто грандиозные для столь небольшой страны военные учения на границе с Афганистаном (общая протяженность свыше 1300 километров) и по всей Хатлонской области. В маневрах приняли участие сразу 50 тысяч человек. Не только солдат и офицеров, но и срочно призванных из запаса резервистов. Кроме того, представители Минобороны Таджикистана ездили по селам и призывали местное население добровольно принимать участие в происходящем.
Руководитель пресс-службы оборонного ведомства Фаридун Махмадалиев прокомментировал это так: «При возможных атаках в их отражении будут задействованы также резервисты. Именно население приграничных территорий должно быть готово к этим действиям и эти учения выявят уровень их боеготовности».
В июне прошлого года в той же Хатлонской области уже проходили подобные маневры. Правда, куда более скромного масштаба – к учебным боям привлекалось в десять раз меньше людей. Но среди них впервые оказались женщины-военнослужащие, что редкость для центральноазиатских стран. Тогда было объявлено, что главная задача учений – подготовка «к отражению нападения извне».
Маневры проходили на полигоне, который носит знаковое наименование - Армагеддон. Его таджикские военные продолжают оборудовать совместно с личным составом российской 201-й военной базы. Которая, кстати, тоже самым серьезным образом готовится к боям. В конце минувшего года база была значительно усилена новой боевой техникой, среди которой сотня новеньких БТР-82, пополнена личным составом и с бригадной переведена на дивизионную структуру. То есть ее батальоны стали полками.
Одновременно на территории самой 201-й военной базы завершена подготовка первых 350 младших технических специалистов для Вооруженных сил Таджикистана. В феврале к занятиям приступили механики-водители, наводчики и наводчики-операторы танков Т-72, боевых машин пехоты БМП-2 и бронетранспортеров БТР-80 из союзной страны. В минувшие выходные им вручили документы об окончании полуторамесячных курсов.
Кроме того, на местном полигоне Ляур под руководством российских офицеров-инструкторов завершается подготовка таджикских командиров и наводчиков реактивных систем залпового огня «Град». Их подготовка рассчитана на три месяца.
С февраля таджикские пограничники переведены на усиленный режим охраны государственной границы.
А на днях российские средства массовой информации со ссылкой на неназванный источник в российском Генштабе сообщили, что Москва приняла решение оказать Таджикистану военную помощь на общую сумму 70 миллиардов рублей (1,2 миллиарда долларов). Много это или мало?
В законе о бюджете Таджикистана на нынешний год в графе «оборонный расходы» стоит гриф «Не для печати». Что само по себе наводит на размышления. Потому что прежде эти цифры в Душанбе называли без проблем.
Скажем, известно, что в 2013 году военный бюджет республики составлял мизерные 170 миллионов долларов. Годом раньше – 112 миллионов. Что позволяло худо-бедно содержать местную армию численностью в 8,8 тыс. солдат и офицеров, объединенных в три мотострелковые, одну артиллерийскую и одну десантно-штурмовую бригады Сухопутных войск, а также – в вертолетный полк Военно-Воздушных сил.
Теперь, выходит, Москва готова одарить Душанбе оружием и военной техникой на сумму аж в семь оборонных бюджетов этой страны по состоянию на 2013 год. Естественно, не сразу, не за один год. Но все равно такое масштабное решение требует объяснений.
Впрочем, оно на поверхности: поскольку грохот учебных пока что выстрелов все чаще слышен рядом с границей с Афганистаном, значит, и в Москве, и в Душанбе удара ждут оттуда. Причем, эта угроза - не просто следствие ухода из-за реки Пяндж американцев и их союзников. Об эвакуации коалиции натовцев из Афганистана до конца прошлого года было известно давно. Давно было понятно, что возникший военно-политический вакуум в Центральной Азии тут же попытаются заполнить экстремисты-талибы.
К этому готовились и в Душанбе, и в Москве. Но действительность оказалась много хуже. В Афганистане объявились куда более радикальные сторонники так называемого «Исламского государства»*. И объявили, что открывают в Центральной Азии «третий фронт». Наряду с Сирией и Ираком.
На днях заместитель министра обороны России Анатолий Антонов прокомментировал это так: «Мы видим, как они начинают жать на южные границы наших союзников, прежде всего стран ОДКБ, Таджикистана». И далее: «Мы видим, что происходит в Афганистане, насколько там непростая ситуация. Мы видим, как происходит переформатирование различных террористических организаций».
А посол России в Таджикистане Игорь Лякин-Фролов свою точку зрения на новую грозную опасность изложил так: «В Северном Афганистане идет сосредоточение боевиков «Талибана», это подтверждают надежные источники. Есть сведения, что в этом регионе появляются пусть и небольшие пока ячейки «Исламского государства». Насколько серьезна их роль сейчас, определить сложно, но, тем не менее, они там укрепляются».
Причем, судя по поступающим сведениям, первыми от боевиков «ИГ» претерпели именно талибы. Даже этих жестоких экстремистов пришельцы считают недостаточно радикальными и слишком милосердными «борцами за всемирный халифат».
Еще в январе генерал афганской армии Махмуд Хан заявил, что в самой крупной по площади провинции Афганистана — Гильменд, — расположенной на юге страны, некий мулла Абдул Рауф вербует боевиков. Пока - для отправки в Сирию и Ирак. Он и несколько сотен его подручных распространяют среди местного населения специально изданную для афганцев пропагандистскую брошюру «Мы станем захватчиками или мучениками».
Причем, даже контролирующие некоторые районы этой провинции талибы предостерегают местных жителей от контактов с Рауфом.
Кстати, это тот самый Рауф, который с 1996 по 2001 годы был командующим корпусом именно талибов. Арестован американцами сразу после их вторжения в Афганистан. Долгие годы сидел в знаменитой тюрьме в Гуантанамо. Потом почему-то выпущен на волю. Тут же отправился воевать в Сирию. На сей раз – в рядах «ИГ».
По мнению Рауфа, в позициях талибов и «Исламского государства» много общего. Но есть и существенные различия: «ИГ» намного радикальней. А значит, с точки зрения муллы, - праведней.
Наверное, наметившийся раскол в среде исламистов можно было бы использовать в борьбе с самыми жестокими из них. Но беда в том, что и среди талибов по поводу «Исламского Государства» нет единства. Во всяком случае, часть движения «Талибан», действующая на территории Пакистана, уже поспешила заверить крепнущее в Центральной Азии «Исламское государство» в своей полной лояльности. В заявлении пакистанских талибов, опубликованном на урду, пушту и арабском, говорится: «Все мусульмане мира возлагают на вас огромные надежды… Мы с вами, мы предоставим вам бойцов и всеми силами вас поддержим».
Если точка зрения пакистанских талибов победит, «ИГ» мгновенно получит в Афганистане несколько десятков тысяч до зубов вооруженных головорезов. С учетом тех боевиков, что сражаются сейчас в Сирии и Ираке, это будет орда.
По мнению Ивана Сафранчука, доцента кафедры Мировых политических процессов МГИМО России, общий мобилизационный резерв профессиональных борцов за торжество «всемирного халифата» может составить порядка 100 тысяч человек. Из них 10-15 тысяч профессиональных, обученных и имеющих боевой опыт террористов. Договориться с ними невозможно. Можно только воевать.
Если такое войско двинет через речку Пяндж, остановить его будет трудно. Хоть таджикской армии, хоть российской 201-й военной базе. Вот к такому обороту событий, судя по поступающим из Таджикистана и Афганистана сведениям, и готовятся в Москве и Душанбе. Если судить по темпам, которыми идет подготовка, можно предположить, что худшее не за горами.
Из досье «СП»
Таджикистан – член Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ). Три батальона мобильных войск республики включены в состав Коллективных сил быстрого развертывания Центрально-Азиатского региона коллективной безопасности, действующих в рамках ОДКБ.
На вооружении армии Таджикистана тридцать танков Т-72, семь танков Т-62, восемь БМП-1, пятнадцать БМП-2, 23 БТР-60, БТР-70 или БТР-80. Артиллерия - десять 122-мм гаубиц Д-30, три РСЗО БМ-21 «Град», десять 120-мм минометами ПМ-38.
Организационная структура Сухопутных войск Таджикистана:
1-я мотострелковая бригада дислоцируется в Курган-Тюбе.
3-я мотострелковая бригада – в Худжанде.
Горно-стрелковая бригада – в Душанбе.
В Душанбе также располагаются и 7-я десантно-штурмовая бригада (она же бригада специального назначения) и 12-я артиллерийская бригада.
В Военно-Воздушных силах республики 1500 солдат и офицеров. ВВС состоят из одного вертолетного полка и имеют на вооружении один Ту-134А, четыре боевых вертолета Ми-24 и 12 транспортных вертолетов Ми-8 и Ми-17.
201-я военная база сформирована в 2004 году на базе 201-й Гатчинской дважды Краснознаменной мотострелковой дивизии. Общая численность личного состава - 7,5 тысяч солдат и офицеров.
Организационная структура:
92-й мотострелковый полк (в составе трех мотострелковых батальонов, роты снайперов, танковой роты, гаубичного артиллерийского дивизиона, зенитно-ракетного дивизиона, инженерно-саперной роты, медицинской роты, а также - разведывательный батальон и реактивный артиллерийский дивизион дислоцированы в Душанбе. Там же - штаб и управление базы и ряд вспомогательных и обеспечивающих частей и подразделений.
191-й мотострелковый Краснознамённый ордена Александра Невского полк - в Курган-Тюбе.
149-й гвардейский Краснознамённый ордена Красной Звезды Ченстоховский мотострелковый полк - в Кулябе.
*«Исламское государство» решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года было признано террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.