Илья Мильштейн


Как известно, самые прозрачные президентские выборы проводятся в России, где имя победителя известно как минимум за полгода до того, как народ придет к урнам. Гораздо хуже сей процесс организован на Западе. В Европе, например, пока не посчитают голоса, население теряется в догадках, кто там у них будет править. А в Америке иногда и после выборов от людей еще долго скрывают имя национального лидера. Там, случается, пересчитывают бюллетени, причем вручную, стыд и позор.

В этом смысле назначенные на 25 мая украинские выборы выглядят совсем уж несолидно.

Мало того, что имя победителя под вопросом и вполне возможен второй тур. Неизвестно, состоятся ли эти выборы вообще. Поскольку руководитель соседнего государства уже в третий раз подряд четко и безоговорочно отводит свои войска от границы с Украиной, а это грозный признак. Такой уж это руководитель. Если он заявляет, что не рассматривает вопрос о присоединении Крыма, то жди референдума. А если вновь и вновь отводит войска, то, значит, на свой лад готовится к процедуре волеизъявления. Не забывая лишний раз напомнить миру о "разгуле неонацистских сил" в стране, часть которой он аннексировал.

Главная проблема для него заключается в том, что после выборов уйдет в историю "киевская хунта". А это словосочетание так полюбилось российскому агитпропу и разного рода пиночетам на юго-востоке Украины, что расставаться с ним будет нелегко. Кроме того, после избрания нового президента равнодушная Лета поглотит несчастного Януковича и просьба его о введении войск утратит былую силу. И не то чтобы без Януковича оккупация станет невозможной, но слегка усложнится сам процесс. А он любит комфорт.

Вероятно, именно этими обстоятельствами и следует объяснять феномен, который мы наблюдаем на протяжении всей "русской весны". Главнокомандующий ВС РФ отдает приказ войска убрать, а они никуда не уходят. То есть их нет, как в Крыму накануне референдума, но они есть, и эта вооруженная до зубов группировка чеширских котов вызывает тяжелые чувства у кандидатов в президенты Украины, а также у избирателей.

Собственно, оттого они выглядят столь несолидно, грядущие выборы. В этом их уникальность. Голосовать за своего кандидата граждане Украины будут как бы в присутствии оккупационных войск, уже хозяйничающих в Крыму и мародерствующих в Славянске. И если в других странах народ выбирает себе будущее, не опасаясь, что из урны выпрыгнет увешанный лентами и автоматами старший брат, то на Украине голосование будет проходить с поправкой на этого непредсказуемого родственника. Он зримо и незримо присутствует всюду – и в Донецке, и во Львове, и в Одессе, и в Киеве.

Поэтому за четыре дня до выборов мы мало что знаем о настроениях избирателей и о фаворитах предстоящей гонки. Про Путина на Украине говорят каждый день, равно и про Стрелкова с присущим ему Малофеевым, и споры вокруг задержанных журналистов из газеты Арам Ашотыча не умолкают ни на минуту, а про Порошенко с Тимошенко почти ничего не слышно. И надо довольно долго исследовать украинские сайты, чтобы обнаружить хоть какую-то свежую социологию (за "шоколадного короля" – 34% опрошенных, за леди Ю – 6,5%, остальных почти не видно). Одновременно без малейшего удивления воспринимая тот факт, что главная забота украинских социологов – это "проблема достижимости" и "проблема искренности респондентов".

В самом деле, как опросить соотечественников в Крыму или в Луганске? А если завтра война, то какая разница, кто победит – Порошенко или Тимошенко? Если же войны не будет, то это станет по сути единственной хорошей новостью, а чем принципиально отличается бывший министр торговли от бывшего премьера и политзечки – о том сегодня на Украине мало кто скажет. Разве что Порошенко меньше мелькал на телеэкранах, меньше надоел, у него, соответственно, ниже антирейтинг – вот и вся разница.

Ходят, правда, слухи, что призывавшая на голову россиян "атомное оружие" Юлия Владимировна поддерживает тайную политическую связь с Владимиром Владимировичем, но непонятно, как отнестись к этому эксклюзиву. С одной стороны, Путиным на Украине пугают детей. С другой стороны, "тайная связь" – это ведь звучит обнадеживающе. Страх перед врагом, как заметил еще Достоевский, вытесняет ненависть, и если Тимошенко удастся заставить своего давнего конфидента хотя бы пореже вспоминать про Украину, то громадяне скажут ей большое человеческое спасибо. А какие аргументы она при этом использует, атомную бомбу или что-нибудь еще страшней, типа красоты, которая спасет мир, – да не все ли равно?

Война – главный сюжет на этих выборах, но тем важнее, чтобы они состоялись и прошли в подавляющем большинстве регионов и без особых инцидентов. Есть признаки, что помешать им Кремль все-таки не сможет, и панические речи Стрелкова-Гиркина и жидомасоноборца Бабая тому некоторое подтверждение. Равно и второй фронт, с большим опозданием открытый олигархом Ахметовым против сепаратистов, вроде является свидетельством того, что Путин пока удовлетворится Крымом. Однако и после выборов, кто бы ни победил, ситуация будет оставаться предельно опасной для Украины, и этим тоже следует объяснять солидарную неразговорчивость кандидатов и практическое отсутствие предвыборных баталий. Наследство победителю достанется очень тяжелое, и оба фаворита, быть может, втайне содрогаются при мысли о победе.

Такие уж это выборы, с российскими не сравнить.