ИГОРЬ ЯКОВЕНКО


Депутат Госдумы от ЛДПР Андрей Луговой, автор закона, приравнявшего блогеров к СМИ, обратился к генпрокурору Юрию Чайке с просьбой проверить деятельность компании «Яндекс» на соответствие закону «О средствах массовой информации». Он считает, что «Яндекс.Новости» надо приравнять к СМИ. В случае отрицательного ответа Генпрокуратуры господин Луговой намерен подготовить изменения в законодательство.
Идея господина Лугового распространить действия закона о средствах массовой информации на «Яндекс.Новости» настолько экзотическая, что комментировать её всерьёз довольно сложно. Но поскольку «Ежедневный журнал» — не юмористическое издание, то я постараюсь держать себя в руках, хотя это практически невозможно.
«Яндекс.Новости» — это поисковик, который автоматически, без участия человека, агрегирует многочисленные СМИ, зарегистрированные в России, и выдает свой топ. Эти действия ресурса никакого отношения к работе средства массовой информации не имеют. С таким же успехом СМИ можно считать почту, которая также собирает и распространяет газеты по подписчикам. С ещё большим успехом можно считать за СМИ газетный киоск, потому что в нём газеты и журналы выставляет живой человек, которого можно обвинить в редакционной политике: какие-то журналы он ставит так, что их обложки видны, а какие-то задвигает подальше. В «Яндексе» это делает программа.
Вообще эта идея распространить закон о СМИ на всё, что движется и не движется, требует медицинского комментария, а не правового. Очень трудно судить о мотивах такой персоны, как депутат Луговой, это человек с очень специальной биографией, специальной подготовкой, и что там у него в голове — тема какой-то иной экспертизы. Но надо заметить, что последнее время всё совпадает, и в руководстве «Яндекса», который обладает очень высокой капитализацией, происходят какие-то подвижки. Недавно по поводу этого ресурса высказался Путин, заявивший, что с ним всё непросто. Что президент имел в виду, правда, непонятно, но в отличие от высказываний Лугового слова Путина имеют очень большие последствия для капитализации любого предприятия. Мы очень хорошо помним, что произошло с «Мечелом» после того, как Путин пригрозил вызвать к его владельцу доктора. И у «Яндекса», естественно, некоторые сложности возникли, но, я думаю, всё утрясётся. Что касается Лугового, то он просто пиарится. Возможно, за деньги, и это является попыткой давления в связи с кадровыми решениями в руководстве «Яндекса». Но главное — никаких правовых перспектив вся эта история не имеет.
Вообще у нашей Государственной думы и у всей нынешней власти нет никакой концепции ни по какому вопросу. Это то, что отличает режим Путина от сталинского, брежневского, гитлеровского, маоистсткого и всех прочих, с которыми его последнее время часто сравнивают. Во всех этих режимах была какая-то идеология, какая-то концепция, какой-то миф, иногда — великий, иногда — страшный, иногда — наивный, но всегда присутствовала целостная картина мира, иногда даже непротиворечивая внутри себя. Но сегодняшняя российская пропаганда и власть не имеют никакой ясной картины будущего, кроме желания, чтобы им и их семьям было хорошо, причём всегда. Ничего другого там нет. Если бы западный мир не стал так решительно возражать, когда они с золотыми цепями и в красных пиджаках туда полезли, они все были бы западниками до сих пор. Собственно, они с самого начала ими и были, но выяснилось, что таких туда не пускают, там фейс-контроль.
Они понимают, что такое телевизор, понимают, что могут дать лицензию, а могут отобрать. Они понимают, что такое газета. Газету можно порвать, изъять тираж, запретить печатать, перехватить грузовик с выпуском. Газету можно закрыть. А как закрыть интернет — они пока не понимают. На самом деле есть только вариант Северной Кореи. Был ещё кубинский, когда запрещали держать дома компьютер. Тот же самый китайский механизм регулирования интернета держится на насилии, никакого специального технологического решения, которое нельзя обойти, там нет. Наши политики не понимают, что такое интернет и что с ним делать, не знают, что обозначают все эти термины, и поэтому мечутся, думая, что им ещё запретить. Самое простое решение для них было бы принять закон о СМИ из двух статей. Первая — считать все объекты, физические и юридические лица в РФ средствами массовой информации. Вторая — запретить все средства массовой информации. Только это может решить проблему.
Во власти нет ни одного человека, который ясно понимает, чего он хочет, поэтому всегда так трудно объяснять, что они делают. Например, они называют блогеров СМИ. Но тут же возникает тысяча вопросов, самый простой из которых: если сегодня у человека 3000 посещений, а завтра он ушёл в запой, ничего не написал и посещений у него нет, то что? Сегодня он СМИ, а завтра нет? Но ни на один из вопросов, возникающих в связи с этим абсурдом, ответа нет.