Владимир Абаринов


Хоккей все спишет". Примерно так выражались российские спортивные комментаторы перед матчем с канадцами. Иными словами, все неудачи Ванкувера были бы компенсированы победой в этой игре. На заключительную часть хоккейного турнира планировал свой визит президент Медведев. И вот теперь подведен окончательный итог зимних Игр 2010 года: "Россия проиграла Олимпиаду".

Да не проиграла она. Играют не страны, а спортсмены. Хватит этого спортивного шовинизма. Идея соревнований под национальными флагами себя изжила. Ни к чему кроме раздоров она в наше время не ведет. Спортсмен – гражданин мира.

Из 23 игроков российской хоккейной сборной 14 выступают за клубы НХЛ – американская публика воспринимает их как своих. Биатлонистка Анастасия Кузьмина, не попавшая в сборную России, сменила российское гражданство на словацкое и выиграла золото и серебро Ванкувера. Уроженец Сыктывкара, лыжник Иван Бабиков выступал за Канаду. Бывшие советские фигуристы тренируют канадцев и американцев.

Они что, предатели? Изменники Родины?

Настоящим праздником космополитизма были соревнования в танцах на льду. Темой оригинального танца в этом сезоне стал народный танец. Золотая канадская пара Виртью – Мойр исполнила фламенко. Американцы Дэвис – Уайт – индийский танец. Еще одна американская пара, Белбин - Агосто – молдавский... На этом жизнерадостном фоне каким-то мрачным, унылым нонсенсом прозвучали обвинения в неполиткорректности, предъявленные российской паре Домнина – Шабалин вождями австралийских аборигенов. Претензии эти следует признать чистейшим вздором: все вышеперечисленные танцы тоже были стилизацией, но ни испанцы, ни молдаване на фигуристов не обиделись. Однако же из колеи наших танцоров аборигенам выбить удалось: вокруг танца создалась неблагоприятная атмосфера, пришлось на ходу вносить поправки в хореографию и костюмы.

Между прочим, партнерша грузинского танцора Отара Джапаридзе Эллисон Рид – американка, а ее брат и сестра Кэти и Крис, тоже фигуристы, выступают за Японию.

Почему публике классического балета или оперы не приходит в голову «болеть за своих»? Неужели кореянка Суми Йо, исполняя партию Розины в "Севильском цирюльнике", защищает честь южнокорейского флага? А уроженка Латвии Элина Гаранча, недавно спевшая на сцене "Метрополитен" заглавную партию в "Кармен" (опере французского композитора на сюжет из испанской жизни), – она чью национальную идею выражает? А великолепная сопрано Даниэль де Нис, родившаяся в Австралии от отца-голландца и матери-сингалки, учившаяся и живущая в США, – ей как быть с национальной идентификацией?

И почему то, что абсурд в искусстве, считается правильным и уместным в спорте? Еще Честертон в эссе 1908 года "Патриотизм и спорт" показал всю нелепость этого государственного подхода. Текст написан в связи с двойной неудачей английских спортсменов: "француз победил нас в гольфе, а бельгийцы в гребле". По этому случаю, пишет Честертон, патриотические газеты "впали в нешуточную панику". Между тем спортивные поражения свидетельствуют о слабости Англии ничуть не в большей мере, чем спортивные победы – о ее мощи. Возможно, индийцы и впрямь любят крикет меньше нас, продолжает Честертон. "Но спросите англичан, кто наш лучший игрок в крикет, — и услышите имя индуса". (Речь идет о выдающемся крикетисте Ранджитсинхджи.)

Честертон не согласен с известным афоризмом Веллингтона "Битва при Ватерлоо была выиграна на крикетных площадках Итона". "Битву при Ватерлоо, - говорит Честертон, - выиграло упрямство обычного солдата — человека, который в Итоне никогда не бывал... Ватерлоо выиграли не чемпионы по крикету. Эту битву выиграли плохие игроки в крикет..."

Вам "за державу обидно"? Но почему вы считаете, что лучший способ проявить свою любовь и преданность державе – это горлопанить у телевизора, а потом идти бесчинствовать на улицу, мешая людям спать?

Самый печальный случай великодержавности – история с Евгением Плющенко. Досада его понятна и даже извинительна. Он возвращался в большой спорт ради триумфа, а не серебряной медали. Но то, как он упорствует в своих совершенно беспочвенных обвинениях, не делает чести ни ему, ни спорту, ни России. Под градом незаслуженных, высказанных в минуту раздражения претензий Плющенко чемпион Ванкувера Эван Лайсачек только грустно улыбается и всячески уклоняется от комментариев. В позиции Плющенко нет логики: он не оспаривает свои оценки – он требует, чтобы его оценили по старой шестибальной системе, которой уже не существует. Но если Плющенко просто капризничает, то его российские поклонники просто корчатся в пароксизме ненависти ко всему миру.

В конечном счете Плющенко зашел слишком далеко. В его словах о "немужском" катании, будто бы показанном его соперниками в Ванкувере, усмотрели выпад против нестандартной сексуальной ориентации некоторых фигуристов (впрочем, только предполагаемой – ни Лайсачек, ни Джонни Уэйр ни разу ничего не заявляли на эту тему).

Обвинение в гомофобии - это уже серьезно. Но Евгения Плющенко несет: "Мне совершенно все равно, кто там какой ориентации. Мне эти вопросы вообще неинтересно обсуждать. Я просто сказал, что мужское фигурное катание превращается в балет на льду. А там уж кто как понял".

Не по-мужски ведет себя именно он, а не его соперники. Но читать ему мораль было бы нелепо. Еще более нелепо, чем кричать, что "Россию опять засудили". Нечто подобное уже было на афинских Играх со Светланой Хоркиной, отказавшейся признать свое поражение. А до нее – в Солт-Лейк-Сити с Ириной Слуцкой. Не стоит повторяться.