ГАРРИ КАСПАРОВ

"Проект Путин", как когда-то и "проект Гитлер", — это плод сговора правящих элит.
Сегодня уже многие наши сограждане осознали, что на Россию накатил фашизм. Об этой угрозе говорилось давно и по различным поводам.
Так, Евгений Ихлов еще 23 октября 2008 года предсказал, что следующим рубежом обороны путинизма будет именно фашизм, и отметил две его ключевые составляющие — деспотию и террор, нацеленный на внушение смертельного страха.
Мне доводилось, говоря о разноликости путинского режима, вспоминать и корпоративное государство Муссолини, и четырнадцать "типических характеристик Вечного Фашизма" по Умберто Эко. Согласно Эко, "достаточно наличия даже одной из них, чтобы начала конденсироваться фашистская туманность". "Если это так, то над Россией уже сгустились черные тучи", — констатировал я 19 августа 2009 года.
Через год, в августе 2010-го, Андрей Пионтковский напомнил, что последним антифашистким бастионом служит именно демократия: "Отказ от свободных выборов, сохранение путинизма — это стопроцентная гарантия прихода фашизма".
А на днях, 31 января 2013 года, Лев Рубинштейн зафиксировал: "Явление под общим и не всегда точным названием “фашизм”… аккумулировало всю темную архаику, все суеверия и вековые предрассудки прошедших веков и, выстроившись мрачной свиньей, пошло в смертельную атаку на ненавистную и мучительно страшную свободу… Самый глубинный фундамент фашизма… — ненависть. Легитимированная, получившая волю и высочайшее одобрение, направляемая с разной степенью умелости… Власть в целях борьбы со свободой и человеческим достоинством, с которыми она решительно несовместима, включает фашизм, как включают бензопилу..."
Действительно, понятие "фашизм" нередко трактовалось весьма вольно и этот ярлык мог быть навешен самой властью и еe вольными или невольными симпатизантами кому угодно. Подобные обвинения приходилось слышать и летом 2005 года в адрес "Объединенного гражданского фронта", и в 2006-м при создании коалиции "Другая Россия", и в 2008-м перед первой сессией "Национальной Ассамблеи РФ", и даже осенью 2012 года в адрес Координационного Совета российской оппозиции. Многие вполне себе уважаемые люди долго и громко возмущались: "О чем можно вести диалог с красно-коричневыми, со всеми этими сталинистами и фашистами?! Представьте себе, что они с нами сделают, если придут к власти!"
Ну вот, фашизм уже на дворе. Только и АКМ с Удальцовым, и ДПНИ с Беловым не имеют никакого отношения ни к настойчивой реабилитации Сталина и сталинизма, ни к захлестнувшему страну воинствующему мракобесию, ни к судебным процессам и законодательным актам взбесившегося принтера, ни к силовому террору. Затасканный тезис о том, что путинский режим, при всех его издержках, является единственным спасением от фашистской опасности, рассыпался на глазах.
Маски сброшены — в Россию пришел фашизм.
Но пришел он не из ОГФ, не из "Другой России", не из Национальной Ассамблеи, не из Координационного Совета.
Он пришел из Кремля.
И в этом нет ничего удивительного: "проект Путин", как когда-то и "проект Гитлер", — это плод сговора правящих элит. Фашизм у власти никогда не был результатом свободного волеизъявления народа, он всегда был именно плодом сговора правящих элит!
Фашизм пришел со всей неизбежностью, как финальная стадия агонии режима. И, между прочим, подвел черту под давним спором о том, с кем и при каких обстоятельствах может общаться приличный человек, чтобы на самом деле не превратиться в пособника фашистов. Сегодня пособником является не тот, кто создает платфому антифашистского сопротивления в Координационном Совете, не тот, кто протестует против прихода фашизма в колоннах маршей общедемократического движения, не тот, кто создает общенациональный антифашистский демократический фронт. Сегодня им становится всякий, кто продолжает сотрудничество с фашистской властью.
Ситуация такова, что все попытки лоялистов оказывать положительное воздействие на власть лишь способствуют легитимизации фашистского режима. Уместно напомнить о той роли, которую сыграли в его становлении системные либералы — Чубайс, Кудрин, Ясин, Алексашенко и иже с ними. Те, кто годами сулил обществу сначала построить рыночную экономику и лишь потом заняться демократией. В упомянутой статье Андрей Пионтковский задавался вопросом: а не смогут ли системные либералы противостоять системным фашистам внутри власти? Об ответе на этот вопрос мы догадывались и раньше. Теперь мы его знаем точно — нет:
"Главным для них (сислибов. — Г. К.) было не противостоять системным фашистам, а доказать им, что и они, либералы, очень нужны во власти, что они могут быть полезны для поддержания репутации режима на Западе, что они эффективные менеджеры, что они “вменяемы” и лояльны, что они одной крови, в конце концов, и им чертовски хочется еще поработать. Слепящая тьма власти неудержимо притягивала их…"
Сейчас вожди сислибов продолжают делать вид, что творящийся в стране беспредел их напрямую не касается. Анатолий Чубайс предпринимает мегаусилия, чтобы удержаться на нанотехнологической поверхности. Алексей Кудрин дожидается приглашения от фашистской власти в качестве палочки-выручалочки. Сергей Алексашенко находит слова в поддержку создаваемого Росфинагентства — видимо, и ему "чертовски хочется" снова порулить российскими финансами.
А Никита Белых словно выучил бухаринские речи середины 30-х годов прошлого века! Как выяснилось из его интервью после внезапного обыска в рабочем кабинете и похода на допрос к следователям по "делу Навального", он, оказывается, с Алексеем Навальным "уже более двух лет не общается", и у них давно "диаметрально противоположные точки зрения". К тому же "ни в ходе допроса, ни в ходе обыска, эта фамилия ни разу не всплывала". Обыск проводили, разумеется, "люди культурные, в костюмах, вежливые, интеллигентные". Следователи "общались очень корректно" (а как же еще?), к ним "нет никаких претензий" и "стороны расстались удовлетворенными друг другом".
Белых, словно бледная тень Бухарина, шлет в Кремль отчаянные сигналы, что не видит в преследовании Навального политической подоплеки, да и сам занимается сугубо хозяйственной деятельностью и при этом "двумя руками за помощь Следственному Комитету и другим правоохранительным органам в части получения ответа на те вопросы, которые у них есть". Да уж, наши "органы" не ошибаются! Чего только не сделаешь, если "чертовски хочется еще поработать".
Пока государственный фашизм в России проходит классическую "итальянскую" стадию, сислибы рассчитывают на то, что пригодятся и этому режиму. Но стремительное превращение нацлидера из дуче в фюрера неизбежно потребует новых ритуальных жертвоприношений. И, как я писал в январе, рано или поздно сислибам придется изменить свою линию поведения.
Сегодня споры о точном определении фашизма уже не столь важны. Когда приходит фашизм, его ощущаешь на запах, вкус и цвет. И безошибочно понимаешь: это он и есть!
Кстати, не за горами и Олимпиада. Правда, Берлинская 1936-го была летней, а Сочинская 2014-го будет зимней. Но зато — на летнем курорте!
Татьяна Лазарева, моя коллега по КС, сделала непростой для себя выбор — вошла в жюри по отбору олимпийских факелоносцев, так как, судя по всему, вновь прониклась теорией малых дел. Тем не менее она сомневается в правильности своего выбора.
Основания для сомнений есть! В своей августовской статье "Коричневый отблеск Олимпийского огня" я уже задавал вопрос: почему Международный олимпийский комитет все-таки сохранил такой символ современных Игр, как факельная эстафета огня, — то самое новшество, которое ввели нацисты на Берлинской Олимпиаде 1936 года?..

ЛИЛИЯ ШЕВЦОВА


Россия не обязательно должна повторить тот путь к свободному обществу, по которому шли другие страны. Надеяться на автоматизм предыдущей логики не следует. Так, скажем, уже ясно, что испанская трансформация «сверху», которая стала моделью для выхода из единовластия в Латинской Америке и некоторых странах Восточной Европы, в России невозможна, в первую очередь, в силу дискредитации российского правящего класса и идеи модернизации «сверху». В мире не было прецедента трансформации полураспавшейся ядерной державы, начинающей возвращаться к роли «уникальной цивилизации». Что означает готовность правящей команды сдерживать перемены любой ценой. Ни у одного авторитарного режима в предыдущие полвека не было возможности столь активно использовать внешнюю политику как компенсатор сужения внутренних ресурсов в целях защиты статус-кво. Причем, речь идет о вовлечении Запада в процесс поддержки этого статус-кво! Так что России придется искать свой выход из цивилизационного тупика, в который мы продолжаем настойчиво углубляться.
И все же существуют проверенные мировой практикой предпосылки и механизмы трансформации, которые нам стоит учитывать. И которые в той или иной мере, видимо, будут работать и в России. Во всяком случае, их учет сократит время и муки наших экспериментов.
Так что же из мирового опыта нам может пригодиться? Вот первая аксиома движения к свободе, подтверждённая в самых разных обществах. Мотором и движущей силой трансформации всегда и везде были интеллектуалы. Именно они формировали идеи, тактику и стратегию. Они придавали эмоции и страсть общественному протесту. Они несли эти идеи в другие социальные слои. Если интеллектуалы спят, а тем более служат режиму, если они не готовы строить оппозиционные структуры и идти «в народ» — можно забыть о переменах. Российский опыт, думаю, подтверждает эту аксиому.
С интеллектуальным и стратегическим ядром протеста ясно. Но какой слой общества может стать социальной основой демократического движения? Такой силой становились самые разные социальные группы — от молодого офицерства и студенчества до мелкого бизнеса, средних городских слоев и религиозных групп, оформленных вокруг отдельных церквей. Кстати, о роли церкви в протестном движении. Это особая тема и, надеюсь, мы ее поднимем. Не было ни одной успешной демократической трансформации нового времени, где бы церковь не играла важной, а порой и решающей роли. Так как протестантские страны в большинстве случаев уже были демократиями, революционную роль пришлось играть католической церкви. Уже в конце 60-х гг. от института, поддерживающего государство (правда, не везде), католическая церковь перешла к деятельности по поддержке свободного общества, в некоторых странах став решающим фактором выхода из авторитаризма и диктатуры.
Что было самым эффективным способом борьбы с авторитаризмом? Во-первых, признание его нелегитимности широкими слоями общества, и во-вторых, приверженность оппозиции принципу ненасилия. Введение в протестный «обиход» этих двух принципов стало гарантией всех демократических трансформаций 20-го века. Не менее существенным является принятие оппозицией и протестной частью общества еще одного правила: свободные выборы на основе новых конституционных правил игры, которые обеспечивают политическую конкуренцию и сменяемость власти. В тех или иных странах конкретные механизмы высвобождения от единовластия могли варьироваться. Но приведённые выше принципы были основополагающими.
А теперь о том, как тактически действовала оппозиция в тех странах, где произошла успешная мирная трансформация. На что она обращала внимание в своих конкретных действиях? Прежде всего, на формирование общедемократического фронта, т.е. объединение всех политических сил, которые были готовы признать идею правового государства и политической конкуренции. «Фронт» мог иметь разные формы — речь идет о горизонтальных, зонтичных механизмах взаимодействия демократических сил, которые на время откладывали свои противоречия по социально-экономическим вопросам. На этапе выхода идея свободы всегда была первейшей задачей. Без этого исходного начала нельзя было сделать следующий шаг.
Одновременно оппозиция искала недовольных внутри власти и прежде всего среди военных. Все, что было нужно — чтобы военные и полиция просто не защищали режим и оставались в казармах. Но успех такого поиска всегда зависел от того, насколько влиятельной была оппозиция и какую поддержку она имела в обществе.
Везде (как и у нас) спорным вопросом был вопрос о том, какое средство борьбы с режимом предпочтительнее — участие в протестных акциях либо в легальной политической деятельности и прежде всего в выборах. Мировой опыт говорит о любопытной тенденции. Если правящие режимы были еще устойчивы, то участие оппозиции в выборах завершалось тем, что власть ее переигрывала, используя ее для собственной легитимации. Поэтому на этом этапе оппозиция предпочитала бойкотировать выборы, как это было в Польше, Южной Африке, на Филиппинах, в Пакистане, Никарагуа. Но по мере ослабления режимов и их возможностей контролировать результаты выборов оппозиция начинала принимать участие в выборах, и это участие в ряде случаев стало решающим для мирного ухода авторитаризма.
Оппозиционеры спорили и о том, как часто и с какими лозунгами выходить на протестные акции (марши, демонстрации и митинги — универсальная форма протеста). Скажем, в 1989г. в некоторых городах ГДР мирные митинги проходили каждую неделю. В Чили оппозиция устраивала ежемесячные протесты. В других странах митинги и марши устраивались по определенному поводу — годовщина сопротивления либо протест против очередного насилия власти. Протестные акции преследовали несколько целей: сделать процесс выхода людей на улицу общественным ритуалом, отучить общество от страха перед властью и отмобилизовать протестное меньшинство, готовое к сопротивлению. Впрочем, нигде так и не была решена задача предотвращения насилия — как со стороны полиции, так и со стороны радикальной части оппозиции.
Мировой опыт говорит и о том, что для того чтобы протестная волна не привела к появлению еще более репрессивного режима, оппозиция с самого начала должна размышлять о том, как консолидировать демократию, т.е. как создать новые правила игры, которые бы воспрепятствовали реставрации персоналистской власти. И здесь в центре ожесточенных споров стоит вопрос: как сохранить государственную преемственность, избежать правового вакуума и перейти к новому порядку без насилия? Там, где этот процесс прошел относительно мирно, оппозиции удалось использовать потерявший легитимность старый парламент для формирования легитимности новой системы. Так в Испании и Польше прежние парламенты одобрили законы, которые позволили провести свободные выборы и избрать новый парламент (а в Польше даже частично изменить старую Конституцию). Использовать старые правила игры и авторитарный конституционный механизм для того, чтобы перейти к демократии — это высший политический пилотаж. Да, у многих оппозиционеров этот способ прощания с прошлым вызывал отторжение, им хотелось вообще начать с чистого листа. Но как оказалось в дальнейшем, легитимация нового через использование нелегитимного старого (в Испании это был франкистский механизм власти) — спорный, но в то же время щадящий способ выхода из прошлого. Sic: везде основой новой системы было принятие новой Конституции, которая подводила итог прошлому и создавала гарантии нового политического порядка.
Наконец, контакты оппозиции с мировым общественным мнением, с мировой прессой и с зарубежными правозащитными организациями были способом международной легитимации ее борьбы с авторитаризмом. В ряде стран именно мировая легитимация протеста помогла избавиться от авторитарных лидеров и диктаторов (которым было предоставлено убежище в других странах).
Проблемы, с которыми сталкивается наша оппозиция, существовали во всех других странах, которые уже нашли выход из авторитарного тупика (теперь у них есть свои проблемы, но это уже другие проблемы). Так везде внутри оппозиции шла борьба умеренных и радикалов. Везде происходила дискуссия о возможности и пределах сотрудничества с представителями власти либо о необходимости их отторжения. Везде шел спор о тактических средствах борьбы с режимом и возможности (и целесообразности) участия в выборах, контролируемых властью. Везде шел поиск источников финансирования протестной деятельности. Везде существовала угроза неконтролируемого насилия по вине и власти, и оппозиционеров-радикалов. Везде была угроза перехвата лозунгов оппозиции представителями власти в целях их внутренних разборок. Но ведь в итоге общество и оппозиция во многих странах все же сформировали альтернативу единовластию! Нет никаких доказательств того, что мы окажемся менее способными, чем другие.

В жизни каждого человека бывают случаи,когда нужно оформить нужные документы и посетить для этого соответствующие государственные учреждения.
Если у тебя есть время,то этим ты занимаешься сам...однако время-это самое ценное что есть у делового человека.Всегда перед человеком стоит дилемма:время-цена-надежность.
Если ты живешь в славном городе Питере или Ленинградской области,тогда делай следующим образом...Спускайся в метро и езжай до станции Звенигородская,выходишь на одноименную улицу и поворачиваешь на лево и потом по Загородному проспекту поворачиваешь на право и увидишь дом 31 на пересечении Загородного проспекта и Бородинской улицы.
Ну вот половина дела уже сделано, так как в доме 31 расположена фирма ПРОПИСКИН,ГДЕ ЗА УМЕРЕННУЮ ЦЕНУ,Вы сможете купить прописку
Здесь вас встретят доброжелательные и знающие свое дело люди,которые помогут вам.
Сотрудники фирмы понимают как сложно порой людям приехавшим из далекого или ближнего зарубежья адаптироваться в новых условиях,понять требования Конституции Р.Ф и многих законов определяющих возможность жизни и работы в Российской Федерации.
И ещё, бывают приятные дела,когда нужно поехать посмотреть мир и показать себя во всей красе,перед тем как окунуться в мир радости путешествий необходимо оформить загранпаспорт и тутзагранпаспорт
Да совсем забыл!А как у вас со временем?Если его в обрез тогда милости просим..загранпаспорт срочно
Ну вот когда хлопоты закончились теперь вам осталось только беречь свое здоровье и успешно жить на нашей славной земле.

Марк Адоманис (Mark Adomanis)(\"Forbes\", США)



Итак, уменьшение трудовых ресурсов в Китае уже началось, и люди из-за этого очень сильно нервничают. Амброуз Эванс-Причард (Ambrose Evans-Pritchard) в своей тревожной статье в The Telegraph приводит весьма разумные и проницательные доводы, включая следующее:

Но это также опасный момент для Пекина. Поворотная точка Льюиса (момент, когда избыток рабочей силы сменяется ее нехваткой – прим. перев.) - это большое испытание для догоняющих экономик. С этого момента они уже не могут рассчитывать на дешевую рабочую силу, на копирование технологий и на рост, основанный на экспорте.

В области технологий воздух становится все разреженнее. Успех зависит от таких неосязаемых активов, как власть закона и свободное распространение идей. Тот, кто не сумеет вовремя приспособиться, попадает в «ловушку средних доходов». И таких большинство.

Я думаю, что статья в целом довольно паникерская, однако приведенная выше цитата указывает на очень важную вещь. Стоит отметить, что в предположительно суперсовременном и динамичном Китае подушевой доход гораздо, гораздо ниже, чем в бедной, старой, отсталой и одряхлевшей России. Так что, хотя в Китае действительно есть экономические очаги, которые отличаются хайтековской ультрасовременностью и конкурентоспособностью, экономика в целом там по-прежнему довольно средненькая, а стране со средними доходами стать богатой очень и очень непросто, как отмечает Эванс-Причард.

Что я могу добавить к этой дискуссии? Ну, я знаю, что в Германии с начала 1970-х годов имеет место естественная убыль населения. Поскольку эта естественная убыль началась еще в 1972 году, трудовые ресурсы там как минимум не должны расти так же быстро, как в 1960-х годах, ибо рождаемость в Германии устойчиво снижается, а население быстро стареет.


Но мне было неудобно использовать свои догадки в качестве «свидетельства», и поэтому я заскочил на сайт федерального статистического ведомства, дабы взглянуть, что же происходило с населением Германии с начала 1960-х до середины 1970-х годов. Взяв за основу весьма щедрое определение рабочей силы («все люди в возрасте от 20 до 60 лет», что конечно же, больше реальных размеров трудовых ресурсов, поскольку в 1960-е годы женщины не работали наравне с мужчинами), я увидел, что в Германии в указанный период чистого роста трудовых ресурсов почти не было. Если говорить точнее, в 1975 году размеры трудовых ресурсов в стране были всего на 0,5% больше, чем в 1960 году. Более того, в период 1966-1972 годов трудовых ресурсов в Германии было даже меньше, чем в 1960-м.

А что же происходило с немецкой экономикой? Сильно ли она страдала от острого дефицита рабочей силы? Оказывается, нет! Используя данные Федерального резерва, я наложил их на показатели реального ВВП на душу населения и сравнил с трудовыми ресурсами. И оказалось, что экономика Германии в тот период продолжала бурно расти, несмотря на застой в показателях по трудовым ресурсам.

Германию 1960 года никак нельзя назвать кошмарной экономической развалиной (в то время ее подушевой доход был в несколько раз больше, чем в Китае в 2011 году). Так что ее рост в следующие 15 лет был существенным. Она в это время реально росла, а не просто догоняла и наверстывала упущенное, что происходит с китайскими акциями на протяжении 30 последних лет.

Что все это может означать для Китая? Я думаю, это говорит о том, что сочетание экономического динамизма и демографической стагнации возможно, по крайней мере, какое-то время. Естественно, нет ничего хорошего в том, что трудовые ресурсы Китая сокращаются, как не было ничего хорошего в отсутствии роста рабочей силы в Германии в 1960-е и 1970-е годы. Но я не думаю, что сокращение трудовых ресурсов в Китае выльется в экзистенциальный кризис, что предсказывают многие. Конечно, Китаю придется со временем внести изменения в свою политику одного ребенка, которая всегда отличалась ужасающей жестокостью и необоснованным вмешательством государства в частную жизнь людей. Однако мне кажется ошибочным мнение о том, что Китай вступит в полосу какого-то эпохального кризиса, потому что избыток рабочей силы у него закончился. С такими демографическими изменениями сталкивались многие страны, и хотя они реально замедляют экономический рост, полностью его погасить они не могут.

@wludss:

Слабость Российской армии связана с тем,что руководят безопасностью страны люди с оборонным сознанием 20... http://fb.me/Eq1SMg4p

Рэй Одиерно (Ray Odierno)-генерал армии США("Foreign Policy", США)


За последние 11 лет непрерывных боевых действий сухопутные войска добились больших успехов на тактическом и оперативном уровне. Мы развивали нашу тактику, принимали на вооружение новую боевую технику, вносили изменения в организационно-штатную структуру, и все это время воевали с непреклонными врагами. Эти изменения были необходимы, и благодаря им на полях сражений в Афганистане и Ираке появились сухопутные войска, не имеющие себе равных. Однако эти изменения не в полной мере подготовили нас к тем разнообразным вызовам, с которыми наша страна столкнется в предстоящие годы. Изменения в характере современного конфликта требуют, чтобы мы продолжали развиваться организационно, но при этом уделяли основное внимание выполнению главной задачи – вести и выигрывать войны нашей страны.

На всем протяжении истории события в мире всегда ставили военных в сложное и непредсказуемое положение. В сегодняшних условиях это правило сохраняется, но к нему добавляются беспрецедентные темпы развития событий и скорость передачи информации. И эти темпы перемен все ускоряются. В сегодняшней стратегической ситуации появляются и начинают действовать новые факторы, которые мы не можем игнорировать. Количество связей и контактов между людьми и обществами растет в геометрической прогрессии. Вездесущие мировые средства массовой информации могут мгновенно превращать действия местного масштаба в дела стратегической важности. Техника и оружие, когда-то принадлежавшие исключительно государствам, сегодня оказываются в руках враждебно настроенных личностей и подрывных группировок. Терпимость мирового сообщества к потерям среди гражданского населения и к побочному ущербу от военных действий сегодня снижается, а возможности наносить такие потери и ущерб увеличиваются, и ими овладевает все большее количество противозаконных участников конфликтов.

Все эти факторы требуют наличия сухопутных войск, которые способны вести боевые действия в любой точке земного шара и стремительно задействовать варьируемые по численности и составу силы и средства – от самых маленьких до самых больших, в зависимости от требований обстановки. Мы должны иметь возможность быстро приводить наши силы и средства в соответствие с индивидуальными требованиями любой ситуации и добиваться точных результатов, применяя самую эффективную и соответствующую обстановке систему вооружений – американского солдата. В то же время, мы должны вдумчиво и с учетом будущих потребностей вкладывать силы и средства в наших командиров и институты, чтобы сухопутные войска из боевой силы сегодняшнего дня превращались в силу, не имеющую себе равных по тактическому, оперативному и стратегическому мастерству – в главный боевой механизм завтрашнего дня.

Изменения в стратегической обстановке

С начала 1990-х годов уже не существует глобальной угрозы, сопоставимой с бывшим Советским Союзом. У нас нет противника, угрожающего нашей нации и нашему образу жизни. Мы больше не живем в дурном предчувствии надвигающейся ядерной войны. Никто из нас не хочет возвращаться в те дни, и стратегические решения в нашей стране всегда будут приниматься с всесторонним учетом обстоятельств, помогающих не допустить возврата в тот опасный мир.

Хотя сегодня отсутствует конфликт между сверхдержавами, мир XXI века остается опасным. На смену задаче по сохранению неустойчивого баланса между двумя сверхдержавами пришла необходимость защищать страну от множества нестандартных, необычных и разнообразных угроз. Региональные державы оказывают свое влияние на местах, и при этом их мало сдерживают действия мировых держав. Различные аморфные группировки и движения, которые зачастую объединяет только идеология, действуют в местах, где отсутствует власть и порядок, укрываясь в несостоятельных государствах и странах-изгоях.

Технические и технологические достижения произвели революцию во взаимодействии между людьми и странами. Доступ к глобальным коммуникациям и развитие социальных сетей ведут к тому, что все большее количество людей вступает в контакт и поддерживает связь на гораздо больших расстояниях, чем раньше. События, которые прежде оставались почти незамеченными, сегодня наблюдают люди во всем мире, и местные их участники получают возможность производить эффект поистине стратегического масштаба. Одновременно с этим распространение современных видов вооружений привело к появлению и усилению противника иного рода. Сочетая нетрадиционную тактику и современные вооружения, эти возникающие угрозы бросают новый и очень опасный вызов человечеству. Они не уменьшают известные и ставшие традиционными угрозы, которые создают опасные и нестабильные государства, такие как Северная Корея и Иран. Но они требуют от наших военных поддерживать более обширный боевой потенциал, чтобы мы могли реагировать на возникающие угрозы.

На современном поле боя противники будут целенаправленно смешиваться с гражданским населением, из-за чего распознавание по принципу «свой-чужой» будет очень сильно затруднено. Наши граждане и наши союзники, исходя из своих моральных ожиданий, требуют максимально возможного снижения потерь среди гражданского населения и сокращения побочного ущерба от военных действий. Вместе взятые, эти требования заставляют вводить стандарты избирательного поражающего действия при ведении военных операций, обеспечить соответствие которым невозможно только высокоточными ударами и чисто техническими решениями. На поле боя сегодняшнего и завтрашнего дня будет присутствовать великое множество участников, не ведущих боевые действия непосредственно. Неправительственные организации, криминальные группировки, местные жители и другие региональные державы – все они будут сосуществовать и перемешиваться на том пространстве, где разворачиваются боевые действия. У каждого будут свои собственные цели, которые могут совпадать, а могут и не совпадать с нашими. В любом случае, эти действующие лица и силы часто используют любые возникающие у них возможности для обеспечения своих интересов. Такое многообразие участников также необходимо будет учитывать при планировании и ведении боевых действий всех видов в любом месте земного шара.

Меняющийся характер конфликта

Совместно все эти факторы меняют характер конфликта. Сегодня десяток полных решимости людей, вооружившись современным оружием и сотовыми телефонами, могут добиться таких результатов, для достижения которых раньше потребовались бы долгие месяцы подготовки и хорошо обученные войска. Столкновения локального характера могут быстро разрастаться, поскольку их не сдерживают ни границы, ни договоры, ни государственная политика. Когда возникает конфликт, поле боя становится все более смертоносным. Доступ к высокоточному оружию и современными мерам противодействия усиливает угрозы для наших собственных войск, и мы должны быть к этому готовы. И наконец, все эти действия происходят в атмосфере авантюризма, когда любая проблема, любая возможность обращается к выгоде той стороны, которая ее первой почувствует.

Несмотря на такие изменения в ведении современных войн, основополагающий характер войны остается неизменным. В конфликт втягиваются люди, потому что такова его природа. А происходят конфликты из-за ресурсов, территории или идеологии. Технологические достижения могут расширить зону нашего охвата и наши возможности, однако последние 12 лет боевых действий показали, что прочные и длительные результаты определяются пониманием населения и эффективным воздействием на него. Как случается всегда в таких случаях, конфликт дорого обходится всем его участникам, требуя жертв и больших расходов. Простых и чистых войн не бывает.

Поэтому предотвращение конфликта лучше, чем реагирование на него. А чтобы предотвратить конфликт, мы должны понимать его причины. Такое понимание возникает только через людские контакты. Для контакта необходима некая форма присутствия. Такое присутствие может быть незначительным, и оно необязательно должно быть физическим. Однако оно должно существовать в тех и между теми обществами, где мы намереваемся сохранять стабильность и не допускать конфликты. И наконец, такое присутствие всегда должно подкрепляться силой. Этой силы должно быть достаточно для сдерживания и устрашения наших врагов, и она должна быть непреодолимой, если вдруг эти враги решат действовать.

Что обеспечивают сухопутные войска

Все дискуссии по поводу того, в каком направлении развиваются сухопутные войска, должны начинаться с полного отчета о том, что мы сегодня обеспечиваем нашей стране. С полным на то основанием мы стараемся сосредоточивать свои усилия на наиболее сложных задачах военных операций, требующих высококлассной подготовки, технической оснащенности и профессионализма. Наш главный приоритет остается неизменным: быть в готовности к быстрому развертыванию и уничтожению любого противника на суше в любом уголке земного шара. Однако в предстоящие десятилетия в нашем сложном мире национальная безопасность страны все больше будет зависеть от широкого круга задач и возможностей, обеспечивать которые будут и сухопутные войска, но зачастую без лишнего шума.


Наша национальная безопасность требует, чтобы сухопутные войска действовали как составная часть вооруженных сил, которые смогут осуществлять развертывание, вести боевые действия и побеждать в войнах нашей страны. Сухопутные войска способствуют укреплению глобальной стабильности за рубежом и экономическому процветанию внутри страны, сдерживая агрессии, реагируя на кризисы в моменты их возникновения, и влияя на действия остальных таким образом, чтобы это вело к снижению неизбежной напряженности в международной системе. Эта сила бесценна для предотвращения конфликта в мирное время и незаменима, когда требуется решающая победа во время войны. Экономическая мощь Америки требует наличия работающего глобального рынка и беспрепятственных перевозок всеобщего достояния человечества. Ее безопасность требует недопущения распространения оружия массового уничтожения. Ее спокойствие требует ликвидации террористических группировок, которые хотят и могут причинить нам вред, а также сдерживания устремлений наших потенциальных врагов и их решительного разгрома в военное время.

Сухопутные войска это одна из самых надежных американских сил сдерживания и недопущения будущих военных действий, дающая потенциальному противнику возможность одуматься и воздержаться от развязывания конфликта, но в то же время, находящаяся в готовности разгромить любого врага, предпочитающего конфликт миру. Ни одна другая страна не обладает такими как у нас возможностями по быстрому развертыванию большого количества войск на значительном удалении, по их обеспечению в течение всего необходимого времени и по достижению именно того результата, который нужен. Успешное завершение боевых действий в Ираке и предстоящая передача полномочий в Афганистане дают нам возможность перенацелить сухопутные войска на предотвращение конфликтов во взаимодействии с партнерами и союзниками по всему миру. Но способность выигрывать войны на суше остается главной причиной нашего существования. Потенциальный противник никогда не должен сомневаться в способности нашей страны сорвать его агрессивные устремления и лишить его противозаконных завоеваний. Мы не хотим войны, но остальные никогда не должны сомневаться в том, что мы можем добиться в ней решительной победы в случае ее начала.

Вклад сухопутных войск в формирование региональной среды, способствующей укреплению мира и недопущению конфликтов, исключительно важен в современную эпоху, когда конфликты низкой интенсивности могут быстро превращаться в глобальные кризисы. Будучи единственным видом вооруженных сил, предназначенным для обеспечения долговременного и устойчивого военного присутствия, сухопутные войска сотрудничают сегодня с партнерами и демонстрируют американскую преданность им в ключевых регионах по всему миру. Наши солдаты являются послами нации в военной форме – будь то 66000 военнослужащих, базирующихся в Тихоокеанском регионе, члены советнических и инструкторских миссий в Южной Америке, военнослужащие, доставляющие медикаменты и делящиеся своим опытом в Африке. Своими действиями они усиливают потенциал и возможности наших партнеров, помогают нам лучше понимать местную динамику, а также налаживают контакты между армиями и странами, что абсолютно необходимо в нашем сложном и взаимосвязанном мире. Солдаты, стоящие плечом к плечу с иностранными военнослужащими, обеспечивают нашей стране стратегический доступ в те места и в те общества, которые иначе были бы недоступны.

В современную эпоху трудно представить себе сценарий, в котором Соединенные Штаты ведут боевые действия без союзников. Части сухопутных войск передового базирования, расположенные от Европы до Тихого океана, демонстрируют неизменную решимость поддерживать тесные связи с нашими партнерами. Подразделения и части сухопутных войск действуют и за пределами боевых порядков, предоставляя союзникам различные виды поддержки и обеспечения – от управления и разведки до тыла. Это повышает как их эффективность, так и нашу. Отдача от такого партнерства проявляется в виде укрепления стабильности в мирное время и повышения эффективности во время войны. Все это снижает издержки стран-союзниц и нашего государства. Если бы мы действовали в одиночку, издержки были бы гораздо выше. В нынешнюю эпоху, когда региональная нестабильность создает все больше глобальных последствий, такая деятельность все больше способствует укреплению национальной безопасности.

И наконец, сухопутные войска обладают еще одним набором возможностей, которые часто остаются незамеченными, хотя не менее важны для страны. Речь идет о той поддержке, которую мы оказываем нашим братским видам вооруженных сил и самым разным государственным структурам, помогая этим организациям выполнять свои основные задачи. Подразделения сухопутных войск создают и эксплуатируют сети связи, соединяющие на современном поле боя наши части, другие виды вооруженных сил и рода войск, партнеров из государственных ведомств и многие другие организации, имеющие отношение к боевым действиям. Военнослужащие сухопутных войск доставляют продовольствие, топливо, боеприпасы и осуществляют медицинское обеспечение, необходимые для проведения почти любой операции силами любого вида вооруженных сил и рода войск, от боевых действий до оказания гуманитарной помощи. Они собирают и анализируют информацию, на основе которой мы ведем свои действия, и которая является мерилом нашего успеха. Они доставляют жизненно важные предметы снабжения пострадавшим от стихийных бедствий людям в нашей стране и за рубежом. Сухопутные войска обеспечивают более половины сил специального назначения из состава наших вооруженных сил, внося важный вклад в действия по борьбе с терроризмом и обеспечению безопасности. Таким образом, сухопутные войска являются незаменимой основой наших вооруженных сил.

Если сказать просто, сухопутные войска существуют для того, чтобы предотвращать конфликты, формировать условия для мира и стабильности, а также побеждать в войнах нашей страны, когда перед ними ставится такая задача. Однако объективная оценка того, что необходимо нам для выполнения задач в сложной обстановке в будущем в условиях постоянно меняющихся и усиливающихся угроз, требует, чтобы мы продолжали развивать конкретные навыки и умения, и вкладывали средства в создание новой техники и войск, способных эффективно выполнять свои задачи. Для этого нужны дальновидность и инновации, а также полное содействие и активное участие нашего самого ценного актива – солдат и командиров. Для этого также необходимо признание того, что сухопутные войска, как и вся страна, должны умело и рачительно распоряжаться нашими ресурсами в эпоху все более строгой бюджетной экономии.

Адаптируясь к будущему

Взгляд в будущее говорит о том, что стратегический ландшафт в перспективе будет сложным, технологически взаимосвязанным и политически фрагментированным. Мы исходим из того, что для поддержания стабильности потребуются согласованные и постоянные усилия. Центр нашей долгосрочной стратегии сместился на Тихий океан, однако напряженность на Ближнем Востоке требует в настоящее время неослабного внимания. Возникает искушение готовиться ко всему, однако финансовые реалии требуют большей стратегической ясности. Все наши инициативы должны способствовать поддержанию такой армии, которая будет готова к развертыванию, ведению боевых действий и достижению побед вопреки неопределенности относительно того, где, когда и против кого она будет задействована.

Поскольку группировка войск в Афганистане сокращается, мы должны воспользоваться этой возможностью и переключить внимание на другие задачи. В первую очередь необходимо восстановить и закрепить наши боевые возможности по осуществлению маневра при совместных действиях различных видов вооруженных сил и родов войск. Эти возможности служат фундаментом, на котором строятся наши сухопутные войска; они лежат в основе нашей надежности как силы сдерживания и обеспечивают победу над врагом с началом боевых действий. Мы были правы, когда сосредоточили внимание на развитии навыков противопартизанской борьбы, учитывая те задачи, которые стоят перед нами вот уже 12 лет, и отказываться от приобретенного опыта мы не намерены. Однако война с участием нерегулярных формирований это лишь одна из целого комплекса задач, выполнять которые должны быть готовы наши сухопутные войска. Мы должны приложить усилия для наращивания основополагающих боевых навыков и развития мастерства, создающего фундамент для выполнения наших конкретных стратегических задач – от сдерживания и разгрома агрессора до проецирования силы.

Дабы приспособить войска к сложностям стратегической обстановки, мы должны одновременно реформировать наш учебный процесс и ход боевой подготовки во всех звеньях – от отделения до корпуса. Мы не можем допустить, чтобы планирование ограничивалось уровнем боевых групп из состава бригад. Успех нашего поступательного движения будет зависеть от правильного использования военнослужащих, прошедших правильную подготовку, действующих в составе подразделений правильного состава и в нужное время. В условиях, когда боевые действия ведутся рассредоточено и децентрализовано, главную роль будет играть командование подразделениями. В некоторых обстоятельствах небольшие группы солдат будут выполнять общую задачу во взаимодействии. В других случаях потребуются совместные усилия бригад, дивизий и корпусов. Это не говорит о том, что армию надо сокращать; однако сухопутные войска должны быть способны вводить в бой в нужном месте именно те силы и средства, которые конкретно необходимы в данных условиях. При этом должна сохраняться возможность для оперативного формирования более крупных боевых построений в случае изменений обстановки и разрастания мелких конфликтов.

Сложность обстановки требует целенаправленных инвестиций в наших командиров. Необходимость приспосабливаться к быстро меняющейся ситуации и определять главные причины конфликта требует сообразительности и способности мыслить стратегически. История учит, что никакое тщательное планирование и анализ не в состоянии точно предсказать, где возникнет конфликт. Однако наша способность эффективно реагировать в случае его возникновения в значительной степени зависит от качества подготовки солдат и командиров.

Наш афганский и иракский опыт однозначно указывает на то, что прочные стратегические результаты достигаются только эффективным влиянием на людей. Конфликт во всех его формах в своей основе остается действием человека. Разрушив инфраструктуру и уничтожив оружие противника, мы можем повлиять на его решения, однако это редко дает решающую победу. Успех зависит не только от понимания социальных и политических особенностей окружающей среды конфликта, но и от возможности физически влиять на нее. В условиях, когда перемешаны друзья, враги и нейтральные стороны, понимание социальных и культурных моментов становится не менее важным, чем то оружие, которое мы используем. Только при наличии такого понимания мы сможем изолировать врагов, опознавать центры притяжения и добиваться устойчивых результатов.


Мы также должны идти в ногу с развитием технологий. Революция в киберпространстве создала новые способы связи между людьми. Информация мгновенно преодолевает огромные расстояния, а в социальных сетях возникают целые виртуальные сообщества. Многие наши противники не имеют возможности противодействовать нашим войскам физически, и вместо этого задействуют виртуальное оружие, способное произвести разрушительное воздействие. Мы должны в полной мере использовать эти технологии, создавая для работы в киберпространстве собственные силы и средства, которые будут действовать там так же умело и уверенно, как мы действуем на земле. Либо мы приспособимся к этой реальности, либо уступим преимущество в этой сфере своему будущему противнику.

Сила нации: сегодня и завтра

Характер сегодняшнего мира определяется сочетанием быстро меняющихся тенденций. Эти тенденции будут развиваться зачастую самыми неожиданными способами, формируя облик мира, в котором мы будем жить завтра. Определять роль сухопутных войск и принимать решения о их будущем необходимо в контексте этой реальности. Мы остаемся единственной в мире страной, способной действовать в глобальном масштабе, но наши ресурсы не бесконечны, а если говорить откровенно, они уменьшаются. В такой обстановке сухопутные войска не могут быть полностью готовы к выполнению любой мыслимой задачи. Однако они обязаны поддерживать усилия нации по сохранению стабильности и мира в неустойчивой и хаотичной международной среде, благоразумно вкладывая средства в то, что в наибольшей мере способствует выполнению этих задач.

Чтобы быть эффективными, наши войска должны быстро реагировать на ситуацию. Поскольку все больше войск возвращается в США и дислоцируется в пределах границ страны, мы должны сохранять и развивать возможности по их оперативной переброске в любую точку земного шара. Сухопутные войска должны соответствовать местным требованиям и иметь возможность стремительно развертываться – от самого мелкого подразделения до самого крупного соединения. Для ведения эффективных действий после развертывания войска должны знать особенности местной культуры, известных людей, а также условия, в которых им предстоит действовать. Мы не можем допустить, чтобы эти знания приходили под огнем. Ориентируя и выстраивая соответствующим образом региональные силы, мы ответим на эти вызовы и сделаем так, чтобы наши сухопутные войска сохраняли возможность оперативно реагировать в глобальном масштабе и поддерживать связи в масштабах регионов.

Для этого потребуется соответствующее оружие, техника и оснащение, которые дадут нашим отделениям как основе сухопутных войск возможности для разгрома потенциального противника; потребуются транспортные средства, повышающие их мобильность и ударную силу, и одновременно их живучесть. Потребуется соответствующая система, объединяющая все наши силы и средства в комплексный механизм, который даже в условиях жесткой экономии обеспечит решительные результаты в кратчайшие сроки. Потребуются командиры, способные мыслить критически и масштабно, знающие о тех культурных особенностях, через призму которых будут смотреть на их действия, а также осознающие возможные стратегические последствия своих решений.

И наконец, мы должны переориентироваться на формирование ключевых боевых навыков и умений, и одновременно с этим совершенствовать свои возможности по быстрому сосредоточению и рассредоточению сил и средств, по созданию критической боевой массы, необходимой для выполнения главной задачи: воевать и побеждать в войнах нашей страны. Преследуя эти цели, мы сделаем так, чтобы сухопутные войска обеспечили нашей стране в сегодняшнем сложном и неспокойном мире поистине стратегическую и несокрушимую военную мощь.

NewTimes.ru /newtimes.ru/b/h.gif" target="_blank">http://newtimes.ru/b/h.gif) no-repeat; height: 0.25em; margin: 1.2em 0"> Новый бренд: русская революция Полный текст

ЛИЛИЯ ШЕВЦОВА


Целый ряд успешных мировых трансформаций был следствием распада старого правящего класса, выделения из него прагматиков, которые шли на союз с антисистемной оппозицией. Иногда представители старого режима становились инициаторами демократической трансформации (отсюда известный лозунг последней волны демократизации — «недемократы могут стать демократами»). Опыт демократических революций последних 50 лет (прежде всего, в Латинской Америке, Испании и Южной Африке) породил убеждение, что самым удачным сценарием демократического транзита является «пакт» между прагматиками и оппозицией. Не без влияния этого убеждения надежда на раскол российской элиты и возможность нашего собственного «пакта» («круглого стола») стала мантрой российской либеральной оппозиции.
Некоторые факты говорят, что единомыслие в нашей правящей корпорации действительно стало фикцией. Об этом свидетельствуют и споры о том, что делать с экономикой (в очередной раз обострившийся конфликт между государственниками и системными либералами), неожиданно критическое отношение некоторых министров к «закону Ирода» (правда, критиканы быстро стушевались). Добавим к этому и ожесточенную борьбу кланов за ресурсы. Наконец, очевидно, что репрессивный авторитаризм вызывает недовольство олигархии и сислибов, которым давно претит агрессивное возвышение силовой бюрократии. Дальнейшее скатывание России к репрессиям, а следовательно, и неизбежное закрытие страны означает, что «несиловая» часть режима потеряет не только возможность сидеть «на двух стульях» — служить Кремлю и претендовать на либеральный имидж, но и потеряет свою международную роль, т.е. не будет востребована в качестве посредника между Кремлем и Западом.
Но свидетельствует ли перечисленное о приближающемся расколе правящего класса? Брожение, бурчание, недовольство, даже участие в демонстрациях — еще не признак готовности части правящей элиты противопоставить себя путинскому Кремлю и другой части элиты. Написание докладов с призывами к переменам и алармистскими предупреждениями, даже публичная критика Путина, пока укладываются в рамки, разрешенные режимом. Раскол правящего класса в авторитарных странах находил отражение в открытом выходе недовольных группировок на сцену со своей программой и их обращением к обществу. Причем что важно: раскол правящих классов всегда происходил на фоне (либо был результатом) массового общественного недовольства, начинающегося паралича власти и появления радикальной оппозиции вне рамок режима. Все реформаторы, вышедшие из недр старого режима, поднялись на волне общественного подъема. А что мы имеем сегодня в России? Претендентов на роль российского Суареса либо Де Клерка в путинской команде не видно. Нет пока и давления извне, которое бы помогло выйти из тени потенциальным кандидатам на эту роль. Хотя, глядя на кремлевскую группировку, даже трудно предположить, что кто-то из ее представителей мог бы вынашивать фрондерские замыслы.
Но давайте представим, что наступает общественный кризис, люди выходят на улицы и наш правящий класс все-таки разламывается, происходит самоопределение его фрагментов и между ними начинается политическая борьба. Для того чтобы раскол российской элиты стал толчком к трансформации, нужны как минимум две предпосылки. Во-первых, готовность прагматиков пойти наперекор своим интересам и поддержать правовое государство, что означает их готовность потерять власть. (И кто бы внутри правящей команды мог на такое решиться?) Во-вторых, существование структурированной влиятельной оппозиции вне системы.
Если нет хотя бы одного из этих условий, раскол российской элиты неизбежно приведет к верхушечному перевороту. Наиболее вероятна попытка части правящей элиты сохранить власть через переход к милитаристско-изоляционистской диктатуре. Этот сценарий имеет больше шансов и в силу наличия отмобилизованной традиционалистской базы, и потому что Россия уже движется в репрессивном желобе, и потому что мягкий авторитаризм больше не в силах обеспечить власть правящей верхушки. Этот сценарий был бы естественным завершением постройки, которую начал воздвигать Путин — но уже без него.
Насколько вероятен переворот роялистов-сислибов? Их послужной список говорит, что нет оснований надеяться, что в случае политического и общественного кризиса они вдруг решат бороться за переход к правовому государству. Их действия и риторика свидетельствуют о том, что даже та часть сислибов, которая демонстрирует антирежимное (критическое по отношению к Путину) поведение, вряд ли готова к антисистемному поведению. Да и зачем, если они еще могут устроиться в рамках самодержавия (уже при новом лидере), при котором они всегда находили свою роль. А вот антисистемность грозит им непредсказуемыми последствиями.
Напомню, что буржуазия и либералы-технократы не только в России, но и в других переходных обществах всегда пытались найти защиту за спиной вождя. Так что в случае переворота сислибов можно ожидать возвращение к новой версии ельцинского режима. Однако рано или поздно у режима «Ельцин-2» возникнет потребность в самозащите (прежде всего от общества), и этот режим будет искать нового Путина. Все вернется на круги своя: очередная команда преторианцев вновь возьмет верх над сборной командой олигархов-технократов, никогда не отличавшихся особой смелостью. Яркая победа Чубайса над Коржаковым-Сосковцом в 1996 г. давно стала историей, которой вряд ли дано повториться: и Чубайс потерял прежний кураж, и преторианцы стали позубастей. Да и вообще, в политике трудно войти в одну и ту же реку дважды, особенно если река изменила течение. Нынешнее правление Путина тому доказательство. Казалось бы, и лидер тот же, и Кремль не изменился, и даже рейтинги президента сногсшибательные, но лидер возвратился не торжествовать, а присутствовать на своих политических похоронах.
Как это ни парадоксально, но сценарий с переворотом сислибов, если говорить о задачах трансформации для России, гораздо хуже сценария преторианской диктатуры: роялистский переворот гарантированно приведет к еще большей дискредитации и правого государства, и идеи свободы. Впрочем, этот сценарий мы упомянули лишь из академического интереса. И для того, чтобы показать, что любая имитация затрудняет общественный перелом гораздо больше, чем однозначность тенденции.
Короче, не стоит надеяться на скорый раскол российской элиты либо на то, что он облегчит выход России из самодержавия. Как и в случае с уходом Путина, раскол может привести к новой форме персоналистской власти. Неоправданные надежды на верхушечный разлом лишь отвлекают нас от необходимости работы над антисистемной альтернативой. Между тем, только формирование такой альтернативы и ее поддержка в обществе может создать ситуацию, когда отдельные представители правящего класса начнут искать возможность спрыгнуть с кремлевского «Титаника». Представители правящего класса (вряд ли его первого эшелона) могут стать участниками общедемократического пакта, но на условиях оппозиции, а не фрондеров от власти. Этим российская трансформация, скорее всего, будет отличаться от демократических революций в других странах.

Виктор Степанов

Несколько штрихов к неофициальной биографии замминистра энергетики РФ Михаила Курбатова

Зам руководителя министерства энергетики РФ Михаил Юрьевич Курбатов — один из самых молодых, пробивных и амбициозных замминистров не только в современной России, но и вообще в мире. Когда в июне 2012 года было подписано распоряжение о его назначении на должность, новоиспеченному чиновнику исполнилось только 30 лет.

Согласно официальной биографической справке, Михаил Курбатов родился 7 октября 1981 года в Ленинграде. В 2003 году он закончил экономический факультет Санкт-Петербургского государственного университета экономики и финансов по специальности «Мировая экономика», проходил обучение в финском Mercuria Business College.

С 2004 года Курбатов работал в Минэкономразвития России, где прошел путь от ведущего специалиста до директора департамента государственного регулирования тарифов, инфраструктурных реформ и энергоэффективности. Утверждается, что Курбатов играл «ключевую роль» в разработке Федерального закона № 261-ФЗ «Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», «совершенствовал законодательную базу в области техприсоединения потребителей». С июля 2010 года и вплоть до нового назначения в правительство РФ Курбатов трудился на должности замгендиректора ОАО «Холдинг МРСК». На этом посту он курировал вопросы стратегического развития компании... И это все, что сообщают нам официальные биографы.

«Неофициальная» же биография молодого успешного замминистра, как это часто бывает, гораздо более интересна и насыщена — но при этом практически не известна широкой публике. Мало говорят, к примеру, о причине его перемещения в 2010 году с теплой должности в правительстве РФ на ответственную, но все же совсем не такую статусную должность в МРСК. Между тем, причина эта в свое время не только стала поводом для светских сплетен, но и подарила Михаилу Курбатову прозвище, под которым он известен в околоправительственной тусовке и по сей день — Миша «Куршавель».

Дело в том, что молодой и успешный директор департамента Минэкономразвития загулял в пресловутом Куршевеле именно в то время, когда чиновникам на высшем уровне запретили выпячивать свое благосостояние, путешествуя на супердорогие курорты. Тогдашний президент Дмитрий Медведев не только подписал специальное внутреннее распоряжение для высших чинов о необходимости информирования главы государства о месте и сроках проведения своих каникул, но и счел нужным сообщить об этом широкой общественности. Т.е. запрету был придан особый, политический статус, и проигнорировать его на тот момент могли только самые наглые и отмороженные.

Нелишним будет напомнить, что соответствующее распоряжение было подписано Дмитрием Медведевым после того, как несколько высокопоставленных чиновников были замечены журналистами в Куршевеле в не самом приглядном виде. Например, на знаменитом французском курорте с большим шумом и в компании с олигархами отдыхал тогдашний президент Олимпийского комитета России Леонид Тягачев, некоторые сотрудники администрации президента. О «гулянках» новой русской аристократии с особым усердием писала зарубежная пресса, кое-какие пикантные подробности просачивались и в Россию. Все это, естественно, не могло устраивать ни Кремль, ни Белый Дом.

И вот когда «высокое начальство» отсиживалось дома (или отдыхало в других, менее «раскрученных» и «засвеченных» местах), в Куршевеле вдруг нарисовался Миша Курбатов. Причем не один, а в теплой компании с другим высокопоставленным чиновником из тогдашнего Минкомсвязи — советником министра Михаилом Лещенко.

Парочка, находясь на фешенебельном курорте, проводила время исключительно в ночных клубах. После одного такого «заплыва» молодые чиновники так «напраздновались», что опорожнили содержимое желудков непосредственно в арендованной машине. По свидетельству сотрудника прокатной компании, только после угрозы обратиться в полицию по факту вождения в пьяном виде ими были оплачены расходы на химчистку.

Инцидент получил огласку в зарубежной прессе и в ряде российских изданий. В результате — перемещение из правительства в МРСК, и неясные надежды на перспективы вернуться в Белый дом позднее, когда куршевельский скандал забудется или поменяется команда в Белом доме. Отчасти произошло и то и другое, и наш Миша вернулся на столь вожделенную работу чиновника.

О чем еще никогда не расскажут официальные биографы молодого замминистра? Например, о том, что Миша «Куршавель» очень щепетильно и трогательно относится к своей внешности. Находится на специальной диете, гордится своей худобой — очень следит за весом. А на все неизбежные в таких случаях подозрения в нетрадиционной ориентации раз и навсегда ответил скоропостижной женитьбой.

Известный телеведущий Андрей Малахов сыграл пышную свадьбу в Версальском дворце. Певец Стас Михайлов на широкую ногу отгулял супружество во французском замке Chateau d`Esclimont. Михаилу Курбатову тоже очень хотелось чего-то подобного, куршевельский скандал уже забылся, и он выбрал для свадебной церемонии усадьбу Вороново — памятник архитектуры.



Вороново — бывшее родовое поместье князей Волынских. Последние владельцы — графья Шереметьевы. Сегодня на территории усадьбы размещается дом отдыха самого высокого уровня — из тех, которые нигде не рекламируются и путевки в которые вообще не продаются, однако само заведение на отсутствие постояльцев никогда не жалуется.

Вот какие комментарии на сайтах, описывающих Вороново, оставляют «простые смертные» россияне: «Пробрались на территорию со второй попытки. Есть лазейки в заборе. Охрана злая. На территории очень красиво. Пруд. Парк. Жаль, что территория закрыта для посещения». Или: «На территорию не пускают! Поскольку это санаторий минэкономразвития. Что-то красивое сквозь парк виднеется и только. Такие сокровища нельзя наглухо закрывать от народа». Или вот еще: «Когда пробиралась туда последний раз, часть усадьбы реставрировали. Тем не менее, оставшаяся часть (а именно картинная галерея) великолепна. Никогда бы не подумала, что можно встретить такую красоту вне мегаполиса».

Но Миша «Куршавель» не относится к простым смертным. Поэтому он не пробирался через лазейки в заборе. Он сам, его супруга и все его примерно 250 гостей зашли через главные ворота. До сих пор не известно, кто именно и сколько платил за этот праздник жизни, и фигурировали ли там деньги вообще, или же все решалось на уровне неформальных договоренностей.

Сама же свадьба, чтобы соответствовать месту проведения, была стилизована под «быт и нравы русской аристократии». Жених предстал в образе Евгения Онегина. Дорогое французское шампанское открывали исключительно саблями, в духе русских гусар, которое потом пили из туфелек прекрасных дам. Праздновали два дня. Очевидцы отмечали визиты вип-гостей в лице Станислава Воскресенского (замминистра минэкономразвития), Юрия Удальцова (руководитель Наблюдательного совета рынка).

Тяга к всему роскошному проявилась и в месте жительства Михаила. Это поселок Николо–Урюпино на Рублево–Успенском шоссе. По описанию, представленному на сайте поселка: «коттеджный поселок Николо–Урюпино появился в месте с богатыми историческими корнями. Ведь еще наши предки оценили удивительную красоту здешних мест, и совсем рядом с современными элитными загородными домами в Николо-Урюпино находятся старинные усадьбы Голицыно и Архангельское. Внутри коттеджного поселка Николо-Урюпино уже создана необходимая для комфортного проживания инфраструктура, включая живописную прогулочную зону и просторную парковку для автомобилей гостей, пруд, пляж, ресторан и лодочную станцию. В данном поселке минимальная стоимость дома в 400 м2 и участком в 8 соток предлагается по цене 1,2 млн долл. Естественно Михаил живет не в «жалких» 400 м2 и не на «жалких» 8 сотках».

Мы попробовали зайти на территорию поселка, чтобы представить фотографии дома, где ныне проживает молодой замминистра Михаил Курбатов. Однако территория поселка охраняется не хуже правительственных дач. Охрана по периметру, например, вооружена автоматическим оружием.

Вопрос об источниках средств на шикарные свадьбы и эксклюзивные коттеджи для тридцатилетнего замминистра остается открытым. Видимо, понимая это, сам Курбатов играет в «скромницу» — не носит, к примеру, дорогих часов или других аксессуаров, сразу же вызывающих кривотолки у мало осведомленного плебса. Своим фетишем он сделал вещь намного менее очевидную и с первого взгляда не заметную — ботинки. Ну действительно, — если в часах, машинах, галстуках и костюмах нынче ориентируется любой пассажир столичной подземки, то в дорогой обуви разбирающихся пока мало. Поэтому тут Михаил может «отрываться». В его коллекции — обувь брендов A.Testoni, Silvano Lattanzi, Berluti и других почетных производителей, у которых одна пара стоит заметно больше официальной замминистерской зарплаты за месяц, даже если считать со всеми надбавками и премиями.



Как и в случае с куршевельским загулом, желание «красивой жизни» для себя и своих близких нет-нет и пробивается через напускной аскетизм Миши Курбатова. Так, по его указанию всероссийское совещание энергетиков, посвященное подготовке к осенне-зимнему максимуму нагрузок 2012-2013 гг. осенью 2012 г. провели в «Крокус Экспо», на что потратили 32,31 млн руб. Такого размаха требовал сам Михаил Курбатов, его не устраивал своей «скромностью» зал, где обычно проходили данные мероприятия — Колонный зал в Доме союзов с таким же «скромным», по меркам Михаила, бюджетом в районе 3 млн руб. Михаил же хотел провести свое совещание в месте, где выступают такие западные звезды, как Стинг, Абба, Джо Кокер, Элтон Джон и никак не меньше.

Для того, чтобы удовлетворить запросы Курбатова, компания «Системный оператор», организовавшая то памятное совещание, собрала со всех крупных компаний отрасли по 3,59 млн. руб. Данное действие не осталось незамеченным, о чем и написала газета «Ведомости» 16.10.2012 г. Официально все энергокомпании от комментариев отказались. Источник «Ведомостей» в одной крупной государственной энергокомпании сообщил, что участники совещания, получив на оплату данную смету и указание от Минэнерго ее оплатить, не задали лишних вопросов, так как не хотели неприятностей от министерства, которые всегда можно получить. Сам Михаил Курбатов на вопрос «Ведомостей» выразил удивление и обещал разобраться в ситуации, о которой якобы ничего не знал, и даже, если понадобится, провести служебное расследование. Естественно, никакого служебного расследования не было даже начато...

И какой же ныне чиновник без громкого ДТП с пострадавшими. Миша «Куршавель» и тут успел раньше всех. Еще в далеком 2001г. будучи за рулем спортивной машины попал в ДТП с несколькими серьезно пострадавшими, которые впоследствии «не просто так» отозвали свои заявления, что и было задокументировано.

Это лишь несколько штрихов к «неофициальной биографии» замминистра Михаила Курбатова — молодого человека, в свои тридцать-с-хвостиком лет курирующего ключевую для России энергетическую отрасль.

Впрочем, все эти дела минувших дней, оставались безнаказанными вчера. Ныне же в стране объявлена война с коррупцией, и многие «молодые да ранние» уже вынуждены держать ответ перед следователями.

Еще в 2011 г. Дмитрий Медведев на заседании Совета по противодействию коррупции высказывался о необходимости анализировать коррупционные схемы, описываемые в интернете, и реагировать на них: «люди месяцами пишут об одних и тех же правонарушениях, это как минимум повод для проверки. Это должно изучаться, а не просто выкидываться в корзину».

Надеемся, что вышеперечисленные факты о наличии неких сверхдоходов у Михаила Курбатова, позволяющие ему жить в сверхдорогом поселке, справлять свадьбу в памятнике архитектуры, отдыхать на лучшем в мире курорте, а также давлении на пострадавших в организованном им ДТП будут, как минимум, тщательно проверены со стороны правоохранительных органов.

Иван Давыдов литератор


О реанимации сталинопоклонства


«В апреле 1940 года в лагере Аушвиц были заложены традиции, которые имеют ценность и в нынешнее время. Это верность Родине, взаимовыручка, уважение к ветеранам. Аушвиц — это масштабное полимерное производство, тысячи увлекательных медицинских экспериментов, дома и клубы для сотрудников». Ну и так далее. В общем, вы понимаете, что появление такого пресс-релиза невозможно. В Германии.

Зато в России бывает всякое. Вот настоящий пресс-релиз: «"В январе 1938 года в Усольском ИТЛ НКВД СССР были заложены традиции, которые имеют ценность и в нынешнее время. Это верность Родине, взаимовыручка, уважение к ветеранам. Усольлаг это тысячи километров дорог, сотни лесных поселков, более 60 тыс. сотрудников, рабочих и служащих, трудившихся на протяжении 75 лет, это школы, детсады, клубы. В какое лихолетье был образован Усольский ИТЛ, через сколько тяжких испытаний прошел! Какое мужество за это время проявили его руководители, аттестованный и вольнонаемный состав, чтобы учреждение встало на ноги и успешно решало производственные и социальные задачи", — поделился воспоминаниями заместитель председателя краевого совета ветеранов ГУФСИН России по Пермскому краю Сергей Ерофеев». Палачи, оттоптавшиеся на десятках тысяч заключенных, включая политических, не стесняются праздновать юбилеи.

А раз палачи празднуют, значит те, кто в плясках вокруг сезонного или даже постоянного переименования Волгограда в Сталинград не хотят видеть ничего, кроме нелепости, либо отвлекающего маневра, заблуждаются. Пять лет назад ветераны ГУФСИН с юбилеем Усольлага на свет божий не полезли бы. Как-то понимали, что не время. Теперь — пожалуйста.

Еще говорят, что деды наши умирали за Сталинград, и в атаку шли с именем вождя. Не знаю. Я бы не решился гадать, что у них там было в головах. Важно ли, как называется город, который враг превращает в щебень. Что главнее — смысл последнего вопля или вопль как таковой, когда встаешь в полный рост из окопа, а воздух вокруг состоит в основном из расплавленного металла. Есть ли выбор, когда два главных чудовища ХХ века сходятся в схватке, но одно из них при этом стремится пожрать твою страну. Не второго чудовища, а твою. У нас, по счастью, не было такого опыта.

Вот, правда, дедушка мой, Давыдов Иван Федорович, был в Сталинграде, за что награжден орденом. Но его не спросишь — умер 38 лет назад. Не дожил до славных юбилеев, в отличие от ветеранов ГУФСИН. Осколок помешал, врачи не смогли достать, так и остался внутри сувениром на память.

Но я помню другое. Помню, как я советским ребенком ехал на поезде в гости к бабушке. По вагону ходили глухие — с таким и сейчас можно столкнуться — молча раскладывали по столикам нехитрый свой товар. Фотографии. Есенин, Высоцкий, индийский какой-то божок — в расчете, видимо, на невымерших к тому времени хиппи, и генералиссимус с лукавой улыбкой.

До наступления гласности оставался год, я смутно знал, кто это. Учебники истории какими-то стыдливыми становились, когда речь заходила об этом усатом человеке. В общем, я купил — за рубль, кажется — странный сувенир.

Купил, похвастался бабушке. Она взяла фотографию. Порвала в клочья. И сказала:

— В доме моем не будет этой рябой сволочи.

Она была самым добрым человеком из всех, кого я встречал — моя бабушка, тоже теперь покойная. Но тогда, посмотрев ей в глаза, я понял, что дискуссии затевать не стоит. Прошли годы, со мной случились разные книги, и я понял, почему.

Кстати, она не была диссидентом, борцом за правду, и тонким знатоком советской истории. Всю жизнь проработала старшей медсестрой в больнице, причем в местах довольно страшных и глухих. Однако все это не мешало ей мир вокруг видеть с должной ясностью.

В Париже, говорят, в метро есть станция Сталинградская. Что ж мы, хуже? Я не знаю, хуже мы или нет. Зато знаю, что французов Сталин, усищами своими шевеля, не ел до, после и во время войны. А вот наших — ел.

Сейчас, сегодня, прикрываясь памятью наших стариков, не называть вещи своими именами, а города зато называть именами палачей — значит, унижать наших стариков. Считать их за идиотов каких-то. Не способных адекватно воспринимать окружающую действительность. Вы боитесь оскорбить их память? Вот этой реанимацией сталинопоклонства вы их память как раз и оскорбляете. Клоунами отплясывая на пирах ветеранов ГУФСИН.

Наши старики отняли страну у одного из двух главных чудовищ века двадцатого. Разобрались с этим чудовищем так, как не смогли другие, числившие себя более просвещенными. Может, в силу просвещенности своей и не смогли. Не важно. Отняли, чтобы оставить нам.

А наш перед ними долг — сегодня добить второе. Взять и додавить таракана. Раз уж он почему-то жив.

Роберт Голан-Вилелла (Robert Golan-Vilella) – помощник главного редактора The National Interest




Мы живем в беспрецедентно сложном мире, гласит один из наиболее распространенных словесных штампов во внешнеполитическом дискурсе. Комментаторы и официальные лица, придерживающиеся такого мнения, в качестве сравнения используют холодную войну. Они утверждают, что эпоха холодной войны с ее разделением на два лагеря – Вашингтон и Москва – была проще нашего времени, когда власть и влияние гораздо больше рассредоточены, а новые вызовы намного многочисленнее и разнообразнее.

Пример такой тенденции дал о себе знать совсем недавно, когда сенатский комитет по иностранным делам проводил слушания по утверждению в должности нового госсекретаря Джона Керри. В своем выступлении Керри вспомнил годы холодной войны:

Прошло почти 42 года с тех пор, как председатель Фулбрайт впервые предоставил мне возможность дать показания перед этим комитетом. То было трудное и неоднозначное время для нашей страны. Сегодня я не могу не признать, что сам мир в то время был намного проще, разделившись в эпоху холодной войны на два антагонистических лагеря с их полюсами. Сегодняшний мир намного сложнее всего того, с чем мы сталкивались прежде.

В такой расхожей мудрости есть доля истины, однако она нуждается в двух поправках. Во-первых, мир в период с 1945 по 1991 год не был простым; скорее, это американцы зачастую пытались уложить его в упрощенные рамки. То есть, американские руководители и аналитики, глядя на различные ситуации в мире, оценивали их с позиций многолетнего советско-американского противостояния. Во многих случаях они были правы, поступая таким образом. Но иногда они чрезмерно упрощали или неверно истолковывали складывающуюся ситуацию, что имело негативные последствия для США.

На самом деле, лучшим примером таких негативных последствий от неверного мышления является тема, о которой Керри говорил 42 года назад: война во Вьетнаме. Как отмечали многие, принципиальной ошибкой американских стратегов в отношении Вьетнама было непонимание ими того обстоятельства, что Хо Ши Мин и его бойцы из Северного Вьетнама - это главным образом вьетнамские националисты, а не коммунисты, которые были преданы коммунистическому интернационалу. Как говорил Керри на тех слушаниях в 1971 году:


Мы выяснили, что это не только гражданская война, действия людей, долгие годы стремившихся к освобождению от любого колониального влияния … Мы выяснили, что большинство из них даже не знали, в чем разница между коммунизмом и демократией. Они просто хотели спокойно работать на своих рисовых полях, чтобы над ними не летали вертолеты, чтобы напалм не сжигал их деревни, и чтобы война не разрывала страну на части.

Но поскольку американские руководители рассматривали разворачивавшийся вьетнамский конфликт в контексте более масштабной глобальной борьбы между Вашингтоном и Москвой, они проливали там кровь своих солдат и тратили на войну огромные средства, стремясь одержать в ней верх, хотя на самом деле она не имела почти никакого отношения к общему ходу холодной войны.

И напротив, самого крупного успеха в холодной войне Соединенные Штаты добились тогда, когда Вашингтон отказался от мысли о том, что коммунизм является монолитом. Речь идет о сближении с Китаем, инициатором которого в 1971-1972 годах стали Ричард Никсон и Генри Киссинджер. В том случае эти руководители поняли, что статус КНР как коммунистического режима вовсе не означает, что Китай вечно будет непримиримым и заклятым врагом. Улучшение отношений с Китаем ознаменовало собой значительный сдвиг в расстановке сил в мире. Эти действия Вашингтона заставили Москву перейти к обороне в холодной войне, хотя США косвенным образом отвергли один из главных постулатов холодной войны: что с коммунизмом надо бороться везде.

Короче говоря, такой взгляд на холодную войну дал в руки американцам удобный и зачастую очень полезный инструмент в международных делах. Но в некоторых случаях, и прежде всего, во Вьетнаме, США больше упустили, чем поняли.

Второй недостаток такой точки зрения становится понятен, когда мы начинаем анализировать другой типичный аргумент, разъясняющий, почему мир сегодня стал сложнее. Его сторонники указывают на многообразие проблем в сфере безопасности, экономики и в обществе, которые вынуждены сегодня учитывать лидеры США и других стран. Керри на прошлой неделе сказал:

Сегодня мир гораздо сложнее, чем раньше. Это усиление Китая, арабское пробуждение, взаимосвязанные проблемы экономики, здравоохранения, окружающей среды, демографии. Это распространение оружия массового уничтожения, бедность, эпидемии, беженцы, продолжающийся конфликт в Афганистане, целые страны и веры, борющиеся с потребностями современности, а также ускорение темпов технологических инноваций, которые проникают повсюду, передавая власть и рычаги влияния от национальных государств отдельным личностям.

Но если проанализировать все это немного внимательнее, станет ясно, что многие из этих проблем не новы, а некоторые из них в годы холодной войны были даже серьезнее. Вот несколько примеров:

Ядерное распространение. Вопрос о том, как остановить другие страны, особенно из числа тех, которые мы считали недружественными и лишенными здравого смысла, как лишить их возможности стать обладателями ядерного оружия, постоянно занимал умы главных противоборствующих сторон в холодной войне. Именно в этот период обрела ядерное оружие основная масса тех стран, которые обладают им в настоящее время. В частности, на Китай в 1960-е годы смотрели как на нечто подобное Северной Корее и Ирану – как на страну-изгоя, которую, согласно многочисленным опасениям, не удастся сдержать и заставить прислушаться к разумным доводам, если она станет ядерной державой. На самом деле, Соединенные Штаты всерьез думали о нанесении военных ударов по китайским ядерным объектам, чтобы лишить эту страну возможности стать ядерной державой. Сегодня некоторые люди думают о том, чтобы разбомбить ядерные объекты Тегерана.


Беженцы. Согласно обобщенным данным из докладов верховного комиссара ООН по делам беженцев, их количество во всем мире в годы холодной войны увеличивалось высокими темпами. Если в 1960 году их было около 1,65 миллиона человек, то в 1992-м стало 17,8 миллиона. Сегодня этот показатель уменьшился до 10,5 миллиона человек.

Конфликт в Афганистане. Хорошо известно, что изматывающие войны в Афганистане велись с 1970-х годов, и что эта страна на десять лет превратилась в поле битвы холодной войны, когда в 1979 году туда вошли советские войска. Тогда американским руководителям видимо было проще, потому что их цель – утопить и обескровить в этой войне Советы – была скромнее сегодняшней задачи: оставить после себя функционирующее афганское государство, способное обеспечивать собственную безопасность. Но политика и война в Афганистане в 1980-е годы на национальном, местном и племенном уровне были отнюдь не стопроцентно понятными, прямолинейными и открытыми.

Бедность. Согласно одной из оценок, в начале 1980-х годов более половины населения развивающихся стран жило в состоянии крайней бедности. К 2005 году этот показатель снизился до четверти. Конечно, бедность во всем мире остается исключительно острой проблемой, но по всем объективным меркам, в годы холодной войны бедных было больше.

Безусловно, в последние 20 лет появились некоторые новые факторы, усложняющие общее состояние дел. Пожалуй, самым значительным среди них является ускорение темпов технологических изменений в огромном множестве стран, что позволяет отдельным личностям и негосударственным деятелям оказывать гораздо большее влияние на международные дела, чем прежде.

Но та дихотомия, о которой говорит Керри и прочие, заявляя о «простых» временах эпохи холодной войны и о «сложном» настоящем, в конечном счете является явным преувеличением. Многие из якобы новых осложняющих моментов, которые, согласно точке зрения Керри и ему подобных, отличают сегодняшний мир, присутствовали на всем протяжении холодной войны. В его прочтении истории эти факторы либо исчезли, либо существуют только в ссылках на то, как они влияли на глобальную борьбу двух сверхдержав. Гораздо проще изобретать грандиозные стратегии в ситуации, когда есть один общий враг, а также несколько проблем поменьше, чем делать это позднее, когда враг повержен и надо расставлять приоритеты по этим второстепенным проблемам. Однако это не значит, что в отсутствие врага мир становится сложнее.

Борис Соколов


Нынешний юбилей Сталинградской победы еще раз продемонстрировал двойственность позиции властей по отношению к этому великому историческому событию. Юбилею предшествовало нелепое решение Волгоградской городской думы о том, что шесть дней в году, в том числе в годовщину капитуляции армии Паулюса, город будут называть Сталинградом. Непонятно, правда, можно ли будет в эти дни называть город также и Волгоградом или в поездах и самолетах придется объявлять о прибытии в Сталинград, то есть в другую эпоху. А как быть со званием города-героя? Ведь 8 мая 1965 года это звание было присвоено именно Волгограду, и словосочетание "город-герой Сталинград" - это произвольная конструкция волгоградских депутатов. Отметим пока, что федеральные телеканалы инициативу Волгоградской думы проигнорировали и 2 февраля по-прежнему называли город Волгоградом. Выступая на торжествах, президент Путин назвал Сталинград символом единства россиян, но ни словом не обмолвился о проблеме переименования.

В действительности сегодня само слово "Сталинград" не объединяет, а раскалывает нацию. Согласно опросам, не менее 40% населения России к Сталину относятся позитивно, и для них переименование Волгограда в Сталинград будет воспринято как реабилитация Сталина. В то же время россияне, являющиеся противниками тоталитарного прошлого и авторитарного настоящего, воспринимают попытки вернуть имя Сталина на карту России как глумление над памятью миллионов его жертв.

Тем не менее в российской власти сильны настроения в пользу Сталинграда. Идею переименования Волгограда в Сталинград на постоянной, а не временной основе поддержал вице-премьер Дмитрий Рогозин, а спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко выступила за проведение по этому поводу городского референдума, причем ясно дала понять, что сама она за Сталинград. Идею референдума поддержали глава ЦИКа Владимир Чуров и лидер единоросов в Думе Владимир Васильев. Положительный исход такого референдума при нынешних настроениях жителей весьма вероятен. Однако последнее слово все-таки остается за президентом, а он не спешит обнародовать свою позицию. На мой взгляд, подобные вопросы надо решать не на референдумах, а решением федеральных органов власти о ликвидации тоталитарного наследия на карте нашей страны. И тогда не только Волгоград никогда не превратится в Сталинград, но и Ленинградская область наконец станет Петербургской, а Свердловская – Екатеринбургской.

Попытка сделать Великую Отечественную войну и ее центральное событие – Сталинградскую битву - основой новой российской идентичности, о чем уже много лет мечтают власти, неизбежно приводит к доминированию в этой идентичности советской и имперско-сталинской составляющей. Путину и его окружению очень хотелось бы, отделив от Сталина его преступления (и прежде всего – отстрел номенклатуры), оставить светлый образ победоносного военного вождя и строителя империи. Ее Путин и путинцы желали бы воссоздать - если не в прежнем виде, то хотя бы как зону преимущественного российского влияния на постсоветском пространстве и в Восточной Европе. Но история – штука упрямая, и в ней отделить преступления от побед никак не получается.

Если же посмотреть новые документальные фильмы, которые федеральные телеканалы сняли к Сталинградскому юбилею, легко заметить, что в них преобладает советский взгляд на великую битву. Речь идет о картинах "Сталинград. Противостояние" (НТВ), "Сталинградская битва" ("Россия-1") и "Город в огне" (Первый канал). Немцы представлены здесь только преступниками, а наши бойцы – только героями и жертвами. Лишь в фильме НТВ есть намек на более широкий взгляд на трагедию. Здесь цитируются письма лютеранского пастора и военврача Курта Ройбера и показаны его рисунки (знаменитая "Сталинградская мадонна" стала впоследствии эмблемой медицинской службы бундесвера). В своих письмах из Сталинграда он пытался оценить происходящее с общечеловеческих, христианских позиций. В конце сообщается, что в январе 1944 года Ройбер умер в лагере для пленных в Елабуге. Тут, казалось бы, и надо поговорить о том, почему из более чем 90 тысяч сталинградских пленных уцелело лишь 5-6 тысяч. Но наши документалисты к такому разговору явно не готовы. Им не хочется признавать, что немцам и их союзникам в советских лагерях бывало еще хуже, чем советским пленным – в немецких. К середине 1943 года в СССР умерло более двух третей пленных. И это при том, что пленных стран Оси в Советском Союзе тогда было на порядок меньше, чем пленных красноармейцев в Германии и на оккупированных ею территориях. Ситуация улучшилась лишь в середине 1944 года, когда в СССР, как и в Германии, паек для пленных был существенно увеличен.

В России обычно Сталинградскую победу представляют как победу добра над злом. Но в действительности под Сталинградом сражались друг против друга два зла. По сравнению с нацистским злом советское было меньшим, но только потому, что оно сражалось в союзе с западными демократиями. Последние как раз и могут претендовать на роль некоего относительного добра, хотя и за ними числится немало грехов, начиная с "политики умиротворения" и "странной войны" и кончая ялтинско-потсдамским разделом Европы со Сталиным. После Сталинграда Красная Армия несла народам СССР и Европы не только освобождение от нацистского рабства, но и новый коммунистический гнет. Неслучайно в романе Василия Гроссмана "Жизнь и судьба" победа под Сталинградом оборачивается торжеством Сталина, который теперь может осуществить свои далеко идущие планы, и страданиями главных героев, на которых обрушиваются новые гонения.

В фильмах стараются поменьше показывать Сталина и побольше говорить о характеристиках вооружения и боевой техники. А ведь мы до сих пор толком не знаем, как планировалось сталинградское контрнаступление, поскольку большинство документов Ставки и Генштаба до сих пор недоступны исследователям. И ни в одном фильме не сочли нужным сказать доброе слово о западных союзниках, будто не было ни ленд-лиза, ни боев в Северной Африке.

Есть в новых фильмах и постыдные ляпы. В фильме Первого канала на полном серьезе утверждается, что 6-я немецкая армия в 1939 году взяла Париж. Сценарист картины и его консультанты, конечно, могли не знать, что, во-первых, Париж никто не брал, поскольку французское правительство объявило его открытым городом, а во-вторых, вступила во французскую столицу не 6-я, а 18-я армия. Но вот что произошло это событие не в 1939, а в 1940 году, знать должен даже школьник.

Среди других ошибок можно отметить утверждение, будто при штурме Сталинграда использовались гигантские 600-миллиметровые мортиры "Карл", которые в это время благополучно пребывали под Ленинградом, где, правда, так и не были применены. Также издевательством выглядит утверждение, будто в 1942 году советские штурмовики Ил-2 не только наводили ужас на наземные войска неприятеля, но и успешно сражались с немецкими истребителями. Как раз тогда наши штурмовики, лишенные бортстрелка, становились легкой добычей "мессеров". Потери уменьшились, да и то не очень сильно, лишь после того как в конце 1942 года был разработан двухместный Ил-2.

Не соответствует и кочующее из фильма в фильм утверждение, будто Паулюс подписал общую безоговорочную капитуляцию 6-й армии. На самом деле общая капитуляция 6-й армии так и не была подписана. Паулюс отказался отдавать приказ о капитуляции, мотивируя это тем, что не имеет связи с северной группой генерал-полковника Карла Штрекера, а командование южной группой передал командиру 71-й дивизии генерал-майору Фрицу Роске, который и подписал капитуляции южной группировки 31 января. А капитуляцию северной группировки подписал Штрекер 2 февраля.

Историк Алексей Исаев в фильме Первого канала утверждает, что, поскольку Гитлер распорядился о переброске под Сталинград полнокровной 6-й танковой дивизии, то если бы советское контрнаступление началось на пару дней позже, оно могло бы закончиться неудачей. Но 6–я танковая дивизия прибыла в группу армий "Дон" и впервые вступила в бой 4 декабря. Даже если бы советское контрнаступление началось не 19-го, а 21 ноября, как бы ему могла помешать 6-я дивизия?

На все лады повторяются и легенды о "доме Павлова": будто бы героический сержант Яков Павлов с четырьмя бойцами выбил оттуда немцев, а потом этот дом стал чуть ли не ключевым пунктом в обороне советских войск, а немцы его неоднократно и безуспешно штурмовали. В действительности до прихода разведчиков Павлова дом никем не был занят. И немцы дом не штурмовали, а только обстреливали, и все трое убитых защитников дома Павлова погибли от снарядов, а не от пуль. В фильме Первого канала о боях в доме Павлова рассказывают двое, смахивающие на самозванцев, поскольку в официальном списке защитников их фамилий нет. Сомнения вызывает и утверждение, будто немцы в ближнем бою на сталинградских улицах и в домах уступали красноармейцам и этих боев старались избегать. На самом деле все было с точностью до наоборот. С началом уличных боев в Сталинграде потери 6-й немецкой армии уменьшились более чем вдвое, поскольку в условиях более сложного уличного боя лучше обученные солдаты вермахта имели дополнительное преимущество перед красноармейцами.

Раньше говорили, что победа была одержана благодаря руководящей роли партии и превосходству социалистических идей над капиталистическими. Теперь, во всяком случае, в фильме Первого канала, утверждается, что победа под Сталинградом была одержана во много благодаря православию. Приводятся примеры разного рода знамений, выступают уцелевшие жители, вспоминающие, как православная вера помогла им выжить. В общем, создается превратное впечатление, будто в атеистическом государстве в Бога верили почти все. Поминается и старец архимандрит Кирилл, которого молва принимала за знаменитого сержанта Якова Павлова. Как сообщается в фильме, историки установили, что в миру Кирилл был лейтенантом Павловым и действительно сражался в Сталинграде, но к сержанту Павлову никакого отношения не имеет. Странно, правда, почему нужно было привлекать историков, а не спросить об этом благополучно здравствующего старца? Или архимандрит Кирилл до сих пор пребывает в убеждении, что он и есть воскресший Яков Федотович Павлов, мирно скончавшийся в 1981 году? Кстати сказать, во всех фильмах признается, что командовал гарнизоном дома не сержант Павлов, а лейтенант Иван Афанасьев, никак за это не отмеченный. Может быть, для восстановления справедливости стоило бы посмертно присвоить Афанасьеву звание Героя России.

Я, пожалуй, во многом соглашусь с Путиным, заявившим в Волгограде: "Мужество и героизм защитников были беспрецедентными, беспримерными, но и жертвы были колоссальными с обеих сторон. Наверное, это единственный пример за всю Отечественную войну, когда, несмотря на то, что и с нашей стороны были ужасные потери, у противника этих потерь было еще больше". Более реалистичный подход главы государства к проблеме советских военных потерь, равно как и упоминание о немецких жертвах, стоит только приветствовать. Из путинских слов следует, что во всех остальных сражениях Великой Отечественной войны советские потери убитыми превышали потери немцев и их союзников. И это действительно так. По моим подсчетам, соотношение убитых между Красной Армией и вермахтом за всю войну составляло примерно 10:1. В 1941-1942 годах оно достигало 15-20:1, а в последний год войны опустилось до 5-7:1 (впрочем, в отдельных битвах, например, в сражении у Балатона, возвращалось к показателям 1942 года). Относительно же Сталинградской битвы путинское утверждение верно только применительно к периоду окружения 6-й армии и только по отношению к ней и окружавшим ее советским войскам. Если же брать, например, сражения с деблокирующей группировкой Манштейна в декабре 1942 года, то там советские потери многократно превышали немецкие. В фильмах утверждается, что с момента начала наступления на Сталинград 17 июля и до начала советского контрнаступления 19 ноября немецкие войска потеряли 700 тысяч человек. В действительности потери немецких 6-й и 4-й танковой армий со второй декады июля и по вторую декаду ноября 1942 года составили лишь 107 906 убитых, раненых и пропавших без вести, что почти в 7 раз меньше традиционной советской цифры. Между тем, по официальным и заниженным как минимум вдвое данным сборника "Гриф секретности снят", потери советских войск в ходе Сталинградской оборонительной операции составили 643 842 человека, то есть были в 6 раз больше немецких.

Наталья ШКУРЕНОК


Какими особыми, поддающимися физическому измерению свойствами обладает святая вода? Этим вопросом задаются петербургские физики

Накануне Крещения уже на протяжении нескольких лет ФГУП «Водоканал Санкт-Петербурга» устраивает мероприятие по освящению воды. Как уверяет пресс-служба этой организации, «освящение воды действительно улучшает ее качество». В этом году воду, поступающую в дома петербуржцев, освятили в цехе контактных осветлителей. Потом она потекла в водопроводную систему Петербурга. ГУП «Водоканал» в своем пресс-релизе уверяет горожан, что, если набрать такую воду в сосуд, она будет чистой еще год.

«У наших студентов и знакомых возникают вопросы — действительно ли произошло такое улучшение (воды), чем можно объяснить это явление?» — задали вопрос два заведующих лабораториями физического факультета СПбГУ, кандидаты физико-математических наук Михаил Архипов и Сергей Белов в письме, направленном на имя Феликса Кармазинова, генерального директора «Водоканала». Ученые просят подтвердить документально (замерами физико-химических свойств воды), что водопроводная вода после «обряда крещения» действительно приобрела новые, полезные для потребителя свойства. «И почему эта технология не используется ежедневно «Водоканалом» в целях улучшения качества воды?» — задают вполне резонный вопрос физики.
— Наш интерес — исключительно научный, — рассказал «Новой» один из авторов письма Сергей Белов, заведующий кафедрой ядерной физики физфака СПбГУ. — Мы не сомневаемся в целесообразности проведения самой церемонии освящения, мы только хотим понять — как, по каким параметрам меняются физические свойства воды? Если мы, ученые, поймем, что происходит с водой, мы попробуем воспроизвести это в лабораторных условиях и, надеюсь, сможем добиться реального улучшения свойств воды, которую пьют петербуржцы.
На вопрос, как связано это письмо с недавней информацией о том, что в Петербургском университете собираются открыть факультет теологии, Сергей Белов заявил: «Активное вмешательство церкви во все сферы жизни, в том числе в руководство наукой, давит. Но в данном случае нами движет только научный интерес».
Бессмысленной, но безвредной процедурой назвал освящение воды «Водоканалом» Евгений Александров, физик, академик РАН, председатель комиссии по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований.
— Это чисто ритуальное действие, — считает Евгений Борисович. — Это как плацебо: если человек верит в его целительную силу, ему становится легче. И наука тут ни при чем. Хотя, когда воду долго настаивают в серебряных сосудах, она насыщается ионами серебра, и если ее разливать небольшими порциями, такая вода какое-то время сохраняет свои полезные свойства. Но вряд ли на «Водоканале» используют серебряные емкости и трубы для хранения, очистки и перекачки воды. Не говоря уже обо всей системе водоснабжения города — мы все знаем, какая вода течет из крана.
Протоиерей Кирилл (Копейкин), выпускник СПбГУ, кандидат физико-математических наук и кандидат богословия, считает, что сам процесс освящения воды к физическим законам отношения не имеет. «В процессе крещения, освящения воды меняются не физические свойства материи, а сознание человека», — говорит отец Кирилл.
Жаль только, что эти изменения не заставили задуматься руководство «Водоканала» над вопросом: как относятся к освящению водопроводной воды петербуржцы, не исповедующие православие? И как истинно верующие смотрят на то, что «святая вода» идет на стирку, мытье полов и унитазов? Не святотатство ли это?

@wludss:

Сегодня в России правят бал мракобесы,но это временно...Нужно разогнать эти тучи над страной и вернуть её в... http://fb.me/1X413msJi

К чему приведет закон о запрете пропаганды гомосексуализма
Госдума приняла в первом чтении закон о запрете пропаганды гомосексуализма среди несовершеннолетних. Очевидные как 2х2=4 для всего цивилизованного мира вещи в России усилиями законотворцев снова превращаются в оруэлловские 5. Следуя логике депутатов, книжные магазины, видимо, должны ставить специальную маркировку на книги Жана Жене и Андре Жида, а министр иностранных дел Сергей Лавров должен с опаской встречаться со своим немецким коллегой Гидо Вестервелле, открытым геем, — мало ли чего откаблучит. Защитники закона на все лады говорят о «традиционных ценностях» и «консерватизме» российского общества, забывая о самом главном — о людях. От 3% до 5% россиян, то есть от 4 до 7 млн человек становятся отверженными, изгоями. И об этом не только можно, но и необходимо говорить детям.

The New Times рассказывает о том, что происходит с подростком, обнаружившим, что он не похож на большинство сверстников (стр. 22), о том, что о природе гомосексуализма думают ученые (стр. 28), а также спрашивает известных всей стране людей - Владимира Мирзоева, Елену Кореневу, Сергея Шнурова, Кирилла Серебренникова, Ренату Литвинову - о том, что делать молодым людям после принятия этого закона .

NewTimes.ru Другое детство Полный текст

NewTimes.ru Времена инквизиции закончились Людмила Улицкая - о том, почему «отклонение от нормы» — тоже норма Полный текст

NewTimes.ru «Одержимость одиночки сильнее смерти» Полный текст

NewTimes.ru «На вас, первое свободное поколение, вся надежда» Полный текст

NewTimes.ru «Жизнь — это и есть сопротивление уравниловке и поиск себя» Полный текст

NewTimes.ru «Есть люди. Все остальное не имеет значения» Полный текст

NewTimes.ru «Вам тут не быть счастливыми» Полный текст

NewTimes.ru Повестка дня: запретить все Полный текст

NewTimes.ru Милонов против Милонова Полный текст

Медицинские справки — черные дыры, куда улетают силы и время людей. Кто-то придумал эту громоздкую, тяжелую, убогую систему тотального недоверия, когда страдающего, больного человека гонят за справками, которые должны доказать бюрократу, что человек — не вор, что хирург — не аферист, что операция сделана не шутки ради и что протез — это протез

www.novayagazeta.ru

ВИКТОР ШЕНДЕРОВИЧ



Автобус с усатым палачом уже рассекает по Петербургу; именем рябого убийцы скоро снова назовут город на Волге.
Невыносимо.
А жить на Ленинском проспекте — выносимо? Гулять мимо памятников лысому маньяку, развязавшему гражданскую войну и выдававшему квоты на расстрелы целыми сословиями — выносимо?
Да, вполне.
Легче переносится почему-то.
Вот две простые причины для этой разницы в уровне болевого порога.
Первая причина банально-хронологического свойства: картавый был иконой гораздо дольше рябого.
До «Архипелага ГУЛАГ» мы (подавляющее большинство «нас») даже думать не могли, что Сталин действительно, без всяких подвохов, всего лишь верный ученик Ленина. Фотография Ленина стояла на книжной полке моего беспартийного отца до начала восьмидесятых годов — как символ порушенной, но истинной веры.
Культ личности был «нарушением ленинских норм партийной жизни»; поворот к террору — следствием несчастья: рано умер Ильич! «Старик» Трифонова подоспел уже ближе к обвалу, и внимательно прочитан был, увы, немногими. А «пипл хавал», в лучшем случае, фильмы по сценариям Шатрова…
Вторая причина тоже связана с хронологией, но это причина — психологическая. Те, кого расстреливали и запарывали штыками по приказу Ленина, попросту не имеют к нам эмоционального отношения. Для Аверченко и Бунина имели, а для нас — уже нет.
Мы не застали ни их, ни живой памяти о них.
Поэтому мозг, лишенный воображения, сортирует эти имена в ту часть бездонной картотеки, где хранятся имена растоптанных в ходе исторического процесса вообще. Ну да, было, так мало ли чего было… Робеспьер в одном Лионе пустил под нож и расстрелял картечью десятки тысяч человек — мы же не просыпаемся по этому поводу с сердцебиением!
Да и имен погибших во время ленинского «красного террора» почти не сохранилось — поди упомни поименно рабочих Кронштадта и тамбовских крестьян, расстрелянных Тухачевским. А если есть имена, то это именно и только имена, списки, без лиц на фотографии, без родства, без подробностей теплой памяти…
Те же, кому удалось уцелеть в кровавом колесе сталинского ГУЛАГа, жили среди нас и еще доживают свой век рядом с нами. Нет фамилии, в которой кто-нибудь не был расстрелян или сослан. Это у нас — болит (по крайней мере, у тех, кто не отморозил мозги и не потерял человеческого облика).
Поэтому вопрос о выносе чертовой мумии из гробницы в центре Москвы — вопрос политический, и только. А автобус с радостным усатым палачом на борту — личное оскорбление мне и миллионам россиян.
И организаторы этой мерзости напрасно думают, что она проскочит на шармачка.

@wludss:

Неужели после путинизма в России опять будет самодержавие? http://fb.me/2sA4SzTx4

ЛИЛИЯ ШЕВЦОВА


Твердить о том, что путинский режим исчерпал себя, банально. Сегодня важнее поразмышлять, приведет ли агония путинизма к концу самодержавия, можно ли надеяться на раскол элиты и как выходили из авторитаризма другие страны.
Часть 1. Путин — гробовщик самодержавия
История демократических революций новейшего времени показывает, что авторитарные лидеры (и диктаторы тоже), начав терять власть, обычно пытались выжить тремя способами. Одни начинали игру в демократизацию, что лишь усиливало в обществе, которое начало ощущать в этой игре признак слабости, стремление к реальной свободе. Другие начинали осторожно приоткрывать форточку, надеясь получить у общества новую легитимность через выборы. Но тщетно — ни одному авторитарному лидеру никогда не удавалось заставить общество поверить в свои неожиданные либеральные устремления. Начав открывать форточку, авторитарные режимы обычно обваливались (это напоминание тем, кто все надеется, что Путин вернется к умеренной либерализации, особенно с новым премьером!). Третьи не тратили время на «обманки» и сразу переходили к репрессиям. В этом случае авторитаризм и диктатура могли продлить свое время, но только при определенных условиях: или если приходил новый лидер, что позволяло авторитаризму получить некоторую легитимацию через смену персонификатора принуждения; или если лидер начинал внешний конфликт либо войну, которая вынужденно сплачивала население (но на некоторое время). Смена лидера и перестановки внутри правящей команды при обращении режима к жестоким репрессиям помогли сохранить власть и систему в Китае в 1989г. Греческий режим в 1974г., совершив переворот на Кипре, и аргентинский режим, совершив вторжение на Фольклендах в 1982г., оттянули (но ненадолго) свою политическую смерть. Кстати, российский конфликт с Грузией в августе 2008г. был в тот момент не нужен ни режиму, ни системе российского самодержавия, которые еще сохраняли устойчивость. Вот сейчас этот конфликт Путину бы пригодился.
Нет сомнений в том, что путинский режим вступил в последнюю стадию своего существования. Есть классические критерии упадка власти, и ее ключевые признаки в России налицо: неспособность Кремля ни сохранить статус-кво, ни начать перемены; переход к репрессиям с целью удержать власть; непонимание современных вызовов и попытки ответить на них, обращаясь в прошлое (милитаризм, православный фундаментализм); стремление передать контроль над властью и собственностью по наследству. Для тех, кто сомневается в том, что для путинского режима начался последний отсчет времени, могу посоветовать полистать Тойнби, Хантингтона либо Фукуяму, которые внимательно изучали процесс деградации и смерти самых разных режимов. Может ли Путин сохранить власть, перейдя от имитационной демократии к репрессивному режиму? Если верить мировому опыту, то только начав вооруженный конфликт с внешним миром.
Если Путин к этому не готов, то его сохранение в Кремле начинает противоречить интересам самодержавной системы, т.е. совокупности механизмов, традиций и интересов слоев, заинтересованных в персоналистской власти. Подчеркну: политическая и социальная база системы гораздо шире базы путинского правления, которая неудержимо скукоживается. Сегодня воспроизводство системы требует закрыть путинскую главу. Формирование нового статус-кво осложняет сохранение в Кремле лидера и команды, которые в общественном сознании ассоциируются с провалами. Путин не может гарантировать корпоративные интересы ни для силовой бюрократии, для которой он недостаточно жесток, ни для «сислибов» и стоящей за ними буржуазии, которых не устраивают его новые правила игры, отдающие их на съедение силовой бюрократии. Путин давно уже отторгается динамичным городским меньшинством. Но и архаичная часть общества смотрит на него без обожания. Теоретически Путин мог бы попытаться обмануть судьбу через возвращение к вождистской формуле. Это означает обращение к обществу через голову бюрократии и преторианцев. Но для того, чтобы получить вождистскую легитимность, нужно быть готовым не только пролить кровь населения, но и репрессировать ведущих представителей правящего класса. Причем, самых доверенных! «Казус Сердюкова», которого не то обвиняют, не то спасают от обвинения, показал, что Путин вряд ли сможет стать новым Сталиным либо Мао. А только сталинско-маоистская модель антибюрократической и одновременно антиолигархической «революции сверху» может дать охромевшему Путину поддержку той части населения, к которой он апеллирует. Впрочем, у лидера, потерявшего харизму и сакральность, вряд ли есть шанс стать Вождем, даже если он этого отчаянно захочет и решится на показательное кровопускание.
Пока путинский Кремль еще не решил, до какой степени он готов использовать репрессивный ресурс. Неясно (и скорее всего, Кремлю тоже), насколько силовые структуры готовы защитить власть, когда придет момент серьезных испытаний. Между тем, политический режим не может долго находиться в ситуации, когда лидеру непонятно, может ли он обратиться к насилию. Неясность пределов репрессивности путинского режима и явный страх власти перед последствиями своего насилия размывает опоры правления и самой системы. Более того, эта неясность не только пугает общество, но и позволяет некоторым общественным слоям набираться смелости и преодолевать страх перед конфронтацией с властью.
Словом, нельзя не увидеть противоречивой роли Путина. С одной стороны, он отец постпутинизма и инициатор перехода к силовому правлению. Он раскрутил репрессивный маховик: а теперь и Дума, и Следственный комитет, и суды с усердием толкают его дальше… Но, с другой — нынешнее президентство Путина начинает подрывать систему. Правящий класс не может этого не понимать. Цена сохранения Путина в Кремле для правящего класса уже выше цены, которую этот класс может заплатить за его уход. Как обеспечить его уход — вот какая мысль должна занимать умы не только дальнего, но и ближнего окружения Путина. По крайней мере, его дальновидных представителей.
И вот наш парадокс. Реальная трансформация России требует, чтобы Путин покинул Кремль. Но его уход до того момента, когда появится влиятельная системная альтернатива, может облегчить сохранение самодержавия через приход свежей «железной руки». Очевидно, мы вскоре увидим попытки приватизировать лозунг «Долой Путина» теми, кто попытается освободить Кремль для нового царя. Поэтому этот лозунг может работать на общество только в увязке с лозунгом «Долой Самодержавие». Последнее же означает отказ от закрепленного в Конституции принципа монополии на власть, который является стержнем российской системы.

rafael_astra (rafael_astra) написал в politclub


Наткнулся в интернете на такую новость:

«В России за чертой бедности живут 13,6% населения. Это меньше, чем в других странах Европы»…

Что-то не поверилось. Решил проверить.

Сначала узнал, из чего исходит определение уровня бедности. Оказалось: в Европе бедные – это те, кто получает доход менее 60% от среднего заработка, а в России – те, кто получает меньше прожиточного минимума.

Далее: узнал о прожитолчном минимуме в России (для работающего населения – 6 913 руб.).

Потом – из чего исчисляется прожиточный минимум. Оказалось, что из стоимости основных необходимых для человека продуктов питания, плюс 50% на непродовольственные товары (одежду, предметы личной гигиены).

И вдруг понял: это уровень не бедности, а нищеты!!!

В перечень товаров и услуг прожиточного минимума входят только те позиции, которыми могут пользоваться БОМЖи! В этот перечень не входят:

- оплата за услуги ЖКХ;

- амортизация посуды, бытовой техники и мебели;

- театры, кинотеатры, музеи и выставки;

- цветы любимой женщине на 8 Марта, день её Рождения или другие праздники;

- расходы на проезд в общественном транспорте (на работу, с работы, в гости, на дачу);

- книги, газеты, журналя;

Я уж не говорю о тех, кто имеет хобби, кто имеет личный автомобиль (запчасти, бензин, техобслуживание), а про тех, кто курит вообще лучше не вспоминать.

Можно ли на 6 913 руб./месяц прожить? Давайте попробуем на моём личном примере.

Средняя квартплата (без электроэнергии) – 2500 рублей.

Электроэнергия – 250 рублей.

Откачка канализации – 100 рублей.

Интернет – 550 рублей.

Телефонная связь – 150 рублей.

Расходы на транспорт – 600 рублей.

Итого – 4150 рублей.

Идём дальше:

Квартиру надо поддерживать в нормальном состоянии. Надо менять розетки, краны, переклеивать обои, красить потолки, менять проводку – всё это ветшает Косметический ремонт (раз в 20 лет) обходится минимум в 50 000 (по сегодняшним ценам). В месяц – 200 рублей.

Попробуем подсчитать расходы на одежду в месяц (алгоритм расчёта: стоимость вещи делится на количество месяцев, которые она служит). Беру самое простое и дешёвое.

Зимняя куртка (5 лет) – 2500/60 = 42 руб.

Демисезонная куртка (5 лет) – 1400/60 = 23 руб.

Головнгой убор зимний (5 лет) – 1200/60 = 20 руб.

Рубашки демисезонные (5 шт. на 10 лет) – 750/120 = 6 руб.

Рубашки летние (5 шт. на 10 лет) - 750/120 = 6 руб.

Свитер (2 шт. на 5 лет) – 1200/60 = 20 руб.

Брюки летние (на 3 года) – 600/36 = 17 руб.

Брюки зимние (на 3 года) – 800/36 = 22 руб.

Ботинки зимние (на 3 года) – 2500/36 – 70 руб.

Полуботинки демисезонные (1 год) – 700/12 = 58 руб.

Летняя обувь (1 год) - 700/12 = 58 руб.

Трико (тёплые подштанники, 2 шт. на 3 года) = 400/36 = 11 руб.

Носки (каждый месяц) – 20 руб.

Бельё нательное (комплект на 1 год) – 250/12 = 20 руб.

Итого – 393 рубля в месяц на одежду. Остаётся 2470 рублей на питание и предметы личной гигиены.

Вместе с предыдущим – 4743.

Ходить грязным небритым БОМЖом нельзя:

Лезвия для бритья – 32 руб в месяц.

Туалетная бумага (1 рулон в 2 месяца) – 6/2 = 3 рубля в месяц.

Мыло туалетное - 6 рублей в месяц.

Дезодорант (на з месяца) – 120/3 = 60 руб. в месяц.

Стрижка в парикмахерской (раз в 3 месяца) – 150/3 = 50 руб. в месяц.

Стиральный порошок для стирки белья (упаковка на 2 месяца) – 40/2 = 20 руб. в месяц.

Итого – 171 рубля.

Уже 4914.

На питание остаётся 2000 рублей. В МЕСЯЦ!

Это не бедность Это – нищета.

Итак, 13,6% Россиян, даже по официальной статистике живут на грани нищеты. Реальный уровень бедности, если подсчитать по цивилизованным меркам (получится 16000 руб/месяц) намного выше.

Впрочем, если питаться «святым духом» (как призывает нас РПЦ), то можно выжить и на 6913 рублей. Вот только жить придётся в лачуге, не мыться не стираться, а все деньги тратить на проезд на работу и обратно, оплату ЖКХ и ОНД (общедомовых нужд). Но это не бедность, а нищета!

@wludss:

Россияне лучше и добрее государства под названием Россия! http://fb.me/2aHFTiCfu

Уилл Энглунд (Will Englund), Кэти Лалли (Kathy Lally)(\"The Washington Post\", США)



Сельский врач, крохотная обветшавшая деревенская больничка, равнодушные чиновники из сферы здравоохранения. А теперь и пришедшие на помощь добровольцы из далекой Москвы, которые привозят мебель, оборудование, деньги и, что самое важное, подбадривают людей.

Но на этом фоне парламент рассматривает законопроект, предусматривающий постановку всей волонтерской деятельности под контроль государства. Парламент исходит из того, что люди, которые организуются для занятий благотворительной деятельностью, представляют угрозу государственной власти.

В последние год-два в России возникло беспрецедентное явление: люди самостоятельно объединяются, чтобы помогать нуждающимся. Личная инициатива, которая всегда была здесь под подозрением, начинает набирать обороты. Водители доставляют лекарства не выходящим из дому больным и инвалидам. Женщины готовят еду для больниц. Волонтеры на свои деньги и собственными силами строят приюты для несчастных женщин, сирот и брошенных домашних животных.

А здесь, в захиревшей Итомле, которая находится в пяти часах езды от Москвы, группа молодых людей во главе с бывшим фотокорреспондентом Дмитрием Алешковским пытается спасти местную больницу на 15 коек.

«Если я смогу помочь, то это покажет людям, что они тоже могут оказывать помощь, что пора прекратить сидеть и ничего не делать, - говорит он. – Я кладу в эту стену свой маленький кирпичик».

Стремительное возникновение волонтерских движений, чему во многом способствовали социальные сети, совпало по времени с публичными политическими протестами в обществе. И это не случайность. Есть точки соприкосновения между политическими оппозиционерами и теми, кому надоела коррумпированная власть, которая мало что дает людям, и кто решил взять дело в свои руки.

Государственная Дума, как называют нижнюю палату парламента, рассматривает законопроект о регулировании деятельности волонтеров, который предложила партия президента Владимира Путина «Единая Россия». Его сторонники заявляют, что новый закон обеспечит соответствие деятельности волонтеров государственным приоритетам, и что эта деятельность не противоречит курсу Кремля.

Должностные лица - не единственные, кто враждебно относится к инициативам добровольцев. Советское прошлое России, в котором государство контролировало все стороны жизни, оставило наследие в виде населения, привыкшего к мысли о том, что власть должна обеспечивать своих граждан, и с подозрением относящегося к организациям добровольцев. Проведенный в 2012 году опрос общественного мнения показал, что более половины населения относится к таким организациям неодобрительно. Об этом говорит социолог из московского Левада-Центра Борис Дубин.

Этот законопроект отражает «полное непонимание природы данного социального явления», говорит Евгений Греков, координирующий работу группы водителей «Волонтеры на колесах». Это сообщество из Facebook, которое помогает найти друг друга тем, кому нужна помощь с машиной, и кто готов оказать такую помощь.


«Они хотят, чтобы волонтеры ходили строем и поддерживали власть, - говорит Греков. – Но в таких программах, как наша, нет никаких списков. Если хочешь помочь – помогай».

Водители помогают самым разным людям. Скажем, какая-то группа собрала игрушки и различную технику для детского дома, но у нее нет транспорта. Тогда добровольцы помогают доставить собранные вещи.

Время от времени кто-то из них возит врача в Калугу, находящуюся в трех часах езды от Москвы, чтобы он осмотрел пациента, нуждающегося в консультации специалиста. Или старушке надо приехать в Москву на операцию – и они забирают ее в аэропорту или на железнодорожном вокзале. Или водители помогают актерам отвезти декорации для проведения благотворительного представления.

«Это наша теория малых дел, - говорит Греков. – Я по-настоящему влюблен в этот проект. Это чистая человеческая энергия».

Группа добровольцев под названием «Тугеза» (примерно так на русском звучит английское слово «together» - вместе) за два года своего существования в Facebook разрослась, и сегодня включает в свой состав 3000 членов. Оксана Приходько первой начала участвовать в волонтерской работе по оказанию помощи больным кистозным фиброзом, потому что им больна ее дочь. Ей так понравилось помогать людям, что она решила заняться и другими добрыми делами.

Она работает в группе поддержки детского приюта в Псковской области, который находится в 800 километрах от Москвы. А по пятницам она вместе с другими женщинами собирается вечером, чтобы приготовить вкусную еду для детской больницы, которую туда доставляют «Волонтеры на колесах».

«Мы любим готовить, - говорит она. – Мы хотим это делать. И мы это делаем – все вместе».

Но они никак не могут отделаться от тяжелого чувства, которое никуда не уходит. «Почему мы должны делать эту работу вместо государства? – спрашивает Приходько. – С другой стороны, почему должны страдать наши дети? Такие споры идут постоянно, и мы - на грани».

«Свет во тьме»

Бывший фотокорреспондент Алешковский услышал про больницу в Итомле от друзей своих друзей. Министерство здравоохранения хочет понизить ее статус до здравпункта, где не будет стационарного лечения. Больница эта обслуживает район, в котором находятся 112 деревень и проживают примерно 3000 жителей. Ближайшая больница в 50 километрах, в городе Ржеве. Туда ходит автобус – по субботам и воскресеньям.

55-летний Сергей Вишняков – единственный врач в Итомле, живущий там с 1981 года. Именно тогда его распределили в эту деревню после окончания медицинского института. Годовой бюджет больницы составляет всего около 25000 долларов, куда входит и его зарплата, однако Вишняков любит свою работу. Он знает все семьи в Итомле, а вдобавок к небольшой зарплате выращивает картошку и огурцы на своем огороде, а также держит 20 кур.

Больницу создали в советские времена, чтобы обслуживать огромный колхоз, в который входила Итомля и окружающий ее район. Крестьяне выращивали здесь лен, однако хозяйство закрылось, а поля заросли молодыми деревцами. Те мужчины, что не занимаются противозаконными лесозаготовками, в поисках работы уехали в Москву.

Раньше главной заботой Вишнякова было лечение травм от механических инструментов. Сейчас это алкоголизм и старческие недуги.

«Эта больница для нас, как свет во тьме», - говорит 72-летняя Александра Тихомирова, которую положили в больницу три дня назад с головокружением, и которая остается в палате, потому что на днях выпал снег, и вернуться домой она не может.

«Я не могу оставить своих пациентов, - говорит Вишняков. – Я всех их знаю. Они мне как семья».

27-летний Алешковский приехал в Итомлю во главе группы добровольцев, которые привезли из Москвы целую машину мебели.

«Слава Богу, что есть в России такая молодежь, - говорит врач. – Я думаю, они сумеют расшевелить общество и заставить власти прислушаться к ним».

Глубокое недоверие

Власти не скрывают своего враждебного отношения к работе добровольцев. В 2010 году, когда в службе лесного хозяйства провели крупные сокращения, добровольцы пытались тушить пожары на торфяниках, дым от которых окутал многие районы европейской части России. Как сообщали волонтеры в социальных сетях, их останавливала полиция, вымогая взятки за то, чтобы пропустить к местам пожаров.

Был организован отряд «Лиза Алерт», добровольцы из состава которого ищут пропавших людей, когда становится ясно, что полиция в их поисках не заинтересована. По словам одного из организаторов отряда Ирины Воробьевой, за год с лишним неустанных усилий они смогли добиться от полиции лишь недовольного безразличия и редкого содействия. Но и это хорошо, потому что сначала им откровенно мешали.

В этом месяце полиция подмосковного города Домодедово совершила налет на дом для бездомных людей, который организовали прихожане московского храма Св. Дамиана. Один из полицейских заявил руководителю этого проекта Емельяну Сосинскому: «Мы таких, как вы, в нашем районе не потерпим».

Обитатели этого дома, которые работают на стройке разнорабочими или моют полы, вносят часть заработанных денег на его содержание. Сосинский подозревает, что полиция пытается завести на него уголовное дело, обвинив в незаконной коммерческой деятельности. Бездомные люди, говорит он, это очень легкая мишень для закручивания гаек.

Руководители волонтерских организаций говорят, что сталкиваются и с более тонким и изощренным сопротивлением со стороны чиновников. Это и бюрократические проволочки, и простой отказ от содействия. Однако формализовать деятельность добровольцев невозможно. Во-первых, многие волонтерские группы, такие, как грековская, специально не хотят официально оформляться, чтобы не сталкиваться с юридическими сложностями. Поэтому маловероятно, что они будут сообщать о чинимых им препятствиях – даже если и существует лицо или орган, которому можно сообщить об этом.

Алешковский, реализующий и другие достойные добровольческие инициативы через созданный им вебсайт, говорит, что Дума, скорее всего, примет закон о волонтерах. Поэтому он проводит лоббистскую работу, пытаясь добиться смягчения самых жестких его положений. Из-за этого политическая оппозиция, выступающая против законопроекта, подвергает Алешковского критике.

«Я не могу вставать на чью-то сторону, - говорит он. – Да я с дьяволом сяду договариваться, чтобы эту больницу сохранили. Поглядите, мы же в пропасти. И чтобы выбраться оттуда, нам надо построить лестницу. Протестовать против Путина недостаточно. Люди должны что-то делать, но не против Путина, а для себя самих».

Греков из группы водителей-добровольцев говорит, что Россия страдает от недоверия, существующего между людьми. Без такого доверия, отмечает он, настоящее гражданское общество построить нельзя, а без гражданского общества не может быть подлинной демократии.

Он называет свою программу моделью гражданского поведения, и надеется, что она окажется поучительной.

«Это грустно, потому что мы знаем, что можем быть в тысячу раз лучше, чем мы есть, - говорит он. – Но сегодня мы лучше, чем вчера. Движение это медленное».

Правозащитная ассоциация \"Агора\" в ежегодном докладе \"Россия как глобальная угроза свободному интернету\" отметила 1197 фактов ограничения свободы интернета в 2012 году. В частности, юристами ассоциации зафиксировано 103 уголовных преследований пользователей, 208 случаев административного давления и 609 фактов ограничения доступа к сайтам. Кроме того, за год в России выявлено 47 кибератак, было подано 26 гражданских исков к блогерам, а чиновники и политики выдвинули 49 предложений относительно регулирования интернета.

Таким образом, отмечают правозащитники, по сравнению с 2011 годом общее число выявленных нарушений свободы интернета выросло более чем вдвое. Год назад \"Агора\" зафиксировала лишь 500 нарушений, из них 38 уголовных преследований, 173 случая административного давления, 231 факт ограничения доступа, 31 кибератаку, 11 исков и 5 предложений, касающихся регулирования интернета.

\"2012 год стал переломным для Рунета, который стремительно вышел с периферии общественно-политической жизни, продемонстрировал широчайшие возможности для самоорганизации активных граждан и тем самым привлек к себе пристальное внимание властей\", - говорится в докладе. В прошлом году российские власти впервые начали рассматривать Сеть как главный источнику угроз своему благополучию. Об этом, по мнению юристов \"Агоры\", свидетельствует не только рост случаев ограничения свободы, но и выросшее в 10 раз число предложений относительно регулирования интернета. При этом, отмечают правозащитники, ни одно из этих предложений не предусматривает гарантий свободы - все они имеют целью ужесточение цензуры и усиление ответственности провайдеров и пользователей.

\"Преследованиям стали подвергаться как представители медиасообщества, известные в онлайн- и офлайн-среде личности вроде Алексея Навального или Рустема Адагамова, так и обычные пользователи и активисты, - замечают эксперты. - Впервые массовым явлением стало бегство интернет-активистов за границу. Владельцы сайтов тоже начали активно выбирать иностранные юрисдикции - прошедший год характеризуется стремительным ростом спроса на аренду серверного оборудования за рубежом\".

В докладе также анализируются факты насилия в отношении блогеров и интернет-активистов и расследование этих преступлений.

Вместе с тем правозащитники отмечают рост количества регионов, где систематически ограничивается свобода интернета: 38 по сравнению с 35 год назад. С 4 до 9 увеличилось число субъектов федерации, где на пользователей оказывается серьезное давление. Самым опасным регионом в докладе признан Ставропольский край с 227 нарушениями, за ним следуют Тюменская область и Москва - 112 и 98 нарушений соответственно.

Аналитики \"Агоры\" прогнозируют, что \"ближайший бой\" за свободу в Сети предстоит весной, когда в Госдуме будет обсуждаться законопроект \"Об интернете\".

Нина Петлянова


5 февраля Верховный суд РФ рассмотрит кассационную жалобу на приговор, вынесенный городским судом Петербурга профессорам Балтийского государственного технического университета (БГТУ) «Военмех» — Евгению Афанасьеву и Святославу Бобышеву


Афанасьева и Бобышева осудили в июне прошлого года. Сначала петербургским ученым вменяли в вину «шпионаж в пользу Китая», затем — «государственную измену». По версии ФСБ, преподаватели одного из ведущих отечественных оборонных вузов, готовящего специалистов в области ракетной и космической техники, «продали секретные сведения китайской разведке». Недорого — за 7 тысяч долларов. Правда, каким способом и кому конкретно были проданы секреты, спецслужбы не дознались. Сам факт, время и место передачи тайных бумаг тоже не установлены. Тем не менее «враги Родины» предстали перед Фемидой.
Судили их за закрытыми дверями. Прокурор требовал для каждого 15 лет лишения свободы. Судья Татьяна Егорова снизошла: Афанасьева признали виновным в госизмене и выдаче гостайны и приговорили к 12,5 года колонии строгого режима, Бобышева — в пособничестве госизменнику и назначили ему 12 лет строгого режима. Срок отбывания наказания отсчитывается с момента вынесения приговора.
Почти год слушалось дело профессоров в горсуде, а приговор от обвинительного заключения спецслужб (следствие вела ФСБ) отличается мало. Евгению Васильевичу и Святославу Васильевичу не удалось доказать Егоровой, что они не «китайские шпионы» и не «государственные изменники»… Почему? После процесса, в письме жене, Афанасьев ответил на этот вопрос: «Площадь круга я вычислить смогу, но мое значение может не совпасть с тем, которое определили оппоненты… Но правду я буду отстаивать — этот выбор был сделан давно и окончательно… Я буду добиваться отмены… Так нельзя. Нельзя вводить в заблуждение всю страну. Нельзя так позорить и нас, и Военмех. Остается мне только еще раз поразиться мудрости моей матери, которая отговаривала меня от участия в лекциях за рубежом, а я, наивный, приводил ей доводы о том, что все делается по закону…»

Все по закону
Петербургские ученые находятся в заключении без малого три года. Их родные, близкие, адвокаты, друзья, коллеги и специалисты той же отрасли уверены: сотрудники Военмеха просто выполняли свою работу. И о ней в деталях знали не только в родном вузе, но и «там, где надо».
Афанасьев и Бобышев трудились на кафедре стартовых и технических комплексов ракет и летательных аппаратов БГТУ. У вуза заключен официальный двусторонний договор с Харбинским политехническим институтом: для обмена опытом студенты, аспиранты, педагоги с 2002 года ездили из России в Китай на обучение и стажировки. Евгений Васильевич и Святослав Васильевич тоже не менее шести раз выезжали туда с лекциями. Принимающая сторона присылала заявки на интересующие темы. В России содержание лекций проверяли несколько спецкомиссий. Все тексты визировались в первом отделе Военмеха, а в КНР профессора постоянно общались с представителями российских служб безопасности. Порядок соблюдался неукоснительно: первыми, еще до студентов, все материалы изучали чекисты.
Последний раз Бобышев и Афанасьев читали лекции в Харбине в июне 2009 года. А 16 марта 2010 года их вдруг арестовали.

Не успели оглянуться
— Все происходило как в дурном сне, — рассказывает Елена Афанасьева (жена). — Стремительное задержание — без объяснений. Никто не понял: за что? Обыск — налет бригады следователей из Москвы, местные сыщики им помогали. Уже на следующий день — заседание в районном суде. Тот вынес решение о законности задержания. Обоих сразу переправили в столицу, в следственный изолятор в Лефортове, посадили в одиночные камеры…
— Нам даже не дали попрощаться с отцом, — говорит Екатерина Бобышева (дочь). — Я увидела его спустя два месяца, на первом разрешенном свидании, и была потрясена — папа постарел лет на двадцать, страшно похудел (со 125 до 90 кг), выглядел совсем стариком. Он уверял, что физического насилия к нему не применяли, но я не сомневаюсь, что на него оказывали огромное психологическое давление.
Почти год подозреваемые в измене профессора провели под стражей без предъявления окончательного обвинения. Судья объясняла: «Есть основания подозревать, что лица совершили вменяемые деяния». На этих основаниях и держали под стражей людей, страдающих разными заболеваниями, даже не принимая для них передачи с лекарствами.

«Они изменили Родине»
Сначала ФСБ сообщила коротко: «Ученые передали Китаю информацию, которая может навредить госбезопасности России». Потом их обвинили в «шпионаже». Лишь в феврале 2012 года прокуратура окончательно сформулировала претензии — «государственная измена в форме выдачи секретных сведений».
Из приговора суда: «Афанасьев и Бобышев передали представителям военной разведки КНР материалы об испытаниях межконтинентальной баллистической ракеты морского базирования Р-30 «Булава», в том числе данные пусковой телеметрии… Сведения могут быть использованы для обнаружения атомных подводных лодок, на которые вскоре планируется начать установку «Булавы».
Оказалось, в 2009 году, когда Бобышев и Афанасьев отправлялись в свою последнюю командировку в Харбин, сотрудники спецслужб еще в аэропорту негласно проверили их ноутбуки и все электронные носители. Скопировали информацию. Год спустя, при аресте, как доказательство измены ученым предъявили те самые сведения, обнаруженные при досмотре. Однако выяснилось, что в 2009 году эти сведения не считались секретными, но потом, в ходе следствия, таковыми стали. Первая судебная экспертиза по определению степени гостайны сделала заключение: изначально документы, найденные у ученых на флешке и в ноутбуке, не содержали грифа «Секретно». Назначили повторное исследование. Эксперты старались несколько месяцев и решили, что данные все-таки секретные, и гриф появился…
— Порядок засекречивания и рассекречивания документации прописан в законе, — напоминает адвокат Бобышева Валерий Латышев. — В нашем же случае обвиняемым сказали: «Вы работаете много лет и должны были предусмотреть такую вероятность». Естественно, подзащитные категорически отрицают вину. На имевшихся у них материалах, в том числе на расчетных графиках пуска «Булавы», не стоял гриф «Секретно», эти сведения не относились к гостайне, статус секретности им придали задним числом.
— Экспертиза присвоила документам третью степень секретности — самую низкую, — подчеркивает адвокат Афанасьева Борис Слободин. — Согласно закону, разглашение сведений такого уровня может нанести ущерб отдельному предприятию или организации, но не обороноспособности страны. По результатам экспертизы спустя полтора года следствия шпионаж из обвинений убрали, оставили разглашение государственной тайны. При этом на 35 листах приговора ни разу не упомянут закон о гостайне…

Шпионаж за пять копеек
Время, место и сам факт передачи «секретных сведений» следователи не зафиксировали. Зато точно подсчитали сумму «ущерба в форме упущенной выгоды», нанесенного России, — 1 млрд 30 млн руб.
— Цифра — самая большая загадка следствия, — говорит Валерий Латышев. — В самом определении совмещено несовместимое: ущерб — это прямой вред, упущенная выгода — возможный в будущем. Однако в деле не имеется никаких указаний на то, что материальный вред вообще причинен каким-либо организациям.
Миллиард сразил и профессионалов — ученых, коллег по цеху:
— Заявления об ущербе — чушь. Эти сведения никакой ценности не имеют, — настаивает заведующий лабораторией плазмогазодинамики БГТУ Сергей Иголкин. — При одном пуске телеметрия одна, при другом — другая. С этими данными ничего не сделать. Продвинуться в создании своей аналогичной ракеты — о чем шла речь в суде — китайцам они никак не помогут. Какие секреты выдали Бобышев и Афанасьев? Они же специалисты по стартовым установкам ракет, о которых уже тома написаны! Вся эта техника разработана в 70-х годах прошлого века. Ничего принципиально нового за эти десятилетия у нас не создано. За последние 10 лет наша кафедра, например, не получила никаких заказов, никаких средств на научную деятельность. В российской ракетной отрасли нет и не может быть секретов, а если подходить формально — врага всегда удастся найти. Завтра под суд может попасть любой ученый, занятый разработкой вооружений.
Специалисты сетуют: наши ракетные дела отнюдь не блестящи. Во времена, когда СССР лидировал в этой отрасли, почти 90 % выпускников Военмеха шли на оборонные предприятия, в НИИ, КБ военно-промышленного комплекса. Сейчас же — гласит вузовская статистика — на кафедру поступает 25 человек, оканчивает — меньше половины. Из них только 1–2 человека идут на оборонные предприятия. Прежде на одного профессора Военмеха приходилось пять аспирантов, которые занимались наукой. Сейчас на пять профессоров — одно аспирантское место. В течение трех лет на кафедре остаются вакантными места осужденных преподавателей — охотников занять их так и не нашлось. Скорее всего, кандидатов просто нет: аспирантура в БГТУ за последние годы сократилась в десять раз.
В деле Афанасьева и Бобышева фигурирует еще одна сумма, за которую те якобы «продали Родину». По утверждениям чекистов, «упустив» 1 млрд 30 млн руб., ученые удовольствовались «компенсацией» — 7 тыс. долларов за тайны государственной важности.
Профессора в суде не скрывали, что эти деньги получили. Но только за то, что по просьбе китайской стороны написали дополнительную учебную программу по тому предмету, который читали в Харбине на протяжении шести лет. Семь тысяч долларов — оплата работы… Но не двоих преподавателей, а всей кафедры.
— Действия контрразведки абсурдны, обвинения сфабрикованы, приговор им под стать, — подытоживает Борис Слободин. — Закроет глаза на это Верховный суд?..

Комментарии
Юрий ВДОВИН, заместитель председателя правозащитной организации «Гражданский контроль»:
— Из Кремля нередко раздаются заявления: надо возвращать уехавших за границу ученых, создавать им условия для работы здесь. При этом под надуманными предлогами сажаются за решетку люди, сделавшие так много для оборонной промышленности, выучившие сотни и даже тысячи специалистов. В списке заключенных, рекомендованных к помилованию, который Борис Немцов передавал еще президенту Дмитрию Медведеву, были и так называемые «шпионы» — Евгений Афанасьев и Святослав Бобышев.
Юрий Шмидт, адвокат (в интервью «Новой» в 2011 году):
— Не зная не только деталей, но даже существа дела, я не могу утверждать, что арестованные профессора «Военмеха» невиновны. В то же время я исхожу из презумпции недоверия ФСБ — весь мой многолетний опыт убеждает меня в том, что они большие мастера создавать уголовные дела на пустом месте. Я с особой настороженностью отношусь к делам по обвинению в государственной измене ученых, экологов, журналистов. Кроме того, что я лично защищал эколога Александра Никитина, дело которого было сфабриковано и он был полностью оправдан, я хорошо знаком с делами Григория Пасько, Валентина Моисеева, Валентина Данилова, Игоря Сутягина. И убежден: в этих делах состава преступления «государственная измена» нет. Я лично общался со всеми этими людьми, консультировал их и их адвокатов. Я лишний раз убедился, что ФСБ проявляет откровенную необъективность в расследовании по этим делам. Борьба с реальным шпионажем, с реальной угрозой безопасности требует очень больших усилий и высокого профессионализма, но в этой сфере особых успехов ФСБ не видно. По мнению авторитетных ученых, которые писали письма в защиту своих коллег Данилова, Сутягина и других, своими действиями ФСБ наносит серьезный ущерб не только конкретным ученым, но и российской науке в целом: из-за неуместного рвения спецслужб наша страна часто теряет приоритеты в тех сферах, где имеет на это полное право. Однако из-за тотальной секретности наша наука оказывается на задворках общемирового процесса.

Дословно
Более 70 российских ученых подписали открытое письмо в защиту Святослава Бобышева и Евгения Афанасьева (в сокращении):
«…Что касается мотивов, финансовых, личных интересов или иных целей совершения действий, наносящих ущерб нашему государству с выгодой для другого, «вражеского», государства, полезно уточнить следующее. Можно ли нанести вред России, обучая технической грамоте китайских студентов? Конечно, можно, ведь учим конкурентов! Но тогда по этой логике надо запретить вообще обучение иностранцев! Не так ли? На деле люди всего лишь зарабатывали для себя и нашей страны валюту, не вывозя при этом за границу ни грамма нефти, газа или леса. Совершенно законным образом…
Мы понимаем, что вопросы в данной области не могут решаться голосованием. Мы понимаем, что любые действия и решения по подобным вопросам должны принимать сведущие, квалифицированные и честные люди. Но среди десятков людей, с которыми обсуждалась эта тема, не нашлось ни одного, кто мог бы поверить в справедливость выдвинутых обвинений. Мы знаем десятки профессионалов, которые убеждены, что в данном случае принципиально невозможно разглашение каких-либо секретов, способных нанести хоть какой-то ущерб безопасности нашего государства».

NewTimes.ru /newtimes.ru/b/h.gif" target="_blank">http://newtimes.ru/b/h.gif) no-repeat; height: 0.25em; margin: 1.2em 0"> «Наше правосудие никак не связано с фактами» Полный текст

@wludss:

РОССИЯ ВО МГЛЕ..... http://fb.me/1bbOHsCTs

СВЕТЛАНА СОЛОДОВНИК


Ну вот мы и дожили. Президент Владимир Путин в прошедшую пятницу встретился с участниками Архиерейского собора, который проходит в Москве с 2 по 5 февраля. Нет, нельзя сказать, что президент встречается с архиереями впервые — такое уже бывало, и не раз, президент даже отметил, что это превратилось в традицию. Новшеством стало другое — президент, пожалуй, впервые, почти слово в слово, повторил излюбленную мантру представителей патриархии: «Мы должны уйти от вульгарного, примитивного понимания светскости». Об этом многажды говорил патриарх Кирилл, подчеркивая, что «светское не значит атеистическое», протоиерей Всеволод Чаплин, предостерегавший от «утрированного понимания светскости». Вот наконец-то и президент выучил слова.
Ничто иное в его речи, правда, не указывало на готовность немедленно приступить к решительному преодолению «вульгарной светскости». Сферы деятельности, в которых государство ждет от церкви помощи, все те же: «поддержка семьи и материнства, воспитание и образование детей, молодёжная политика, решение социальных проблем, которых у нас ещё очень и очень много, укрепление патриотического духа Вооружённых Сил Российской Федерации». Так что можно бы считать, что в известной степени этот дополнительный «шаг навстречу» сделан из желания доставить патриарху удовольствие в годовщину интронизации — четыре года назад патриарх Кирилл вступил на первосвятительский престол.
Однако власть сама себя (и всех нас) загоняет в клерикальную ловушку. Рассорившись с городским образованным классом, «болотными хомячками», она вынуждена искать других союзников. Уже на встрече с архиереями в 2004 году Путин выражал надежду на содействие церкви «в укреплении общероссийского единства». Тогда же, к слову, припомнил, что вышел закон о передаче церкви земельных участков. Теперь, когда имеются более чем красноречивые знаки этого содействия и сам глава церкви не упускает случая объяснить народу, что «противящийся власти противится Господу», приходится отдавать не только «исторические долги».
Чего хочет патриархия? Если не государственной власти (той самой, которой нельзя противиться, но уж тут приходится смирить аппетиты — все-таки патриарх Кирилл не Хомейни да и Россия не Иран, во всяком случае, пока), то влияния, влияния и еще раз влияния — чем больше, тем лучше. Курс ОРКСЭ ввели — неплохо, но что-то мало его выбирают, особенно в Москве и Санкт-Петербурге. Не хотят? Ну, быть того не может! Это все или происки школьной администрации (лень заводить канитель со множеством учителей), или недопонимание со стороны родителей. И начинаются бесконечные объяснения, что изучать основы православия просто необходимо, для того «чтобы мы оставались единой страной и единым народом. Иначе не получится». Свобода выбора ставится под вопрос: «Для всех это обязательно. И люди должны это понять».
Церковный министр образования митрополит Меркурий на Рождественских чтениях пеняет епархиям, которые до сих пор не имеют православных гимназий, и призывает местные власти озаботиться их финансированием (по новому закону «Об образовании» теперь этот вопрос находится в ведении муниципалитетов). Мысль, что их нет, потому что, возможно, в них нет нужды, так как основы православия давным-давно преподают в провинции как региональный компонент, а теперь еще и в рамках курса ОРКСЭ, — не обсуждается.
И президент Путин виновато оправдывается: «Если мы уравняем государственные учреждения и негосударственные, в том числе в вопросах предоставления финансирования, тогда надо будет соответствующим образом влиять на создание сети этих организаций, поскольку мы не можем ее бесконтрольно расширять и при этом обещать финансирование».
Идет наступление на государство и по части теологии в светских вузах. Больше факультетов, больше кафедр — наделавшее такого шума открытие кафедры теологии в МИФИ было, на мой взгляд, чистым пиар-ходом в этой кампании: посмотрите, в каком заслуженном вузе мы открываем кафедру, а вы что же?! Между тем, число абитуриентов в духовные школы год от года сокращается. И неудивительно: если церковь всю мощь своего делания переносит в государственное поле, то зачем связывать свою жизнь с церковью?
Растут аппетиты патриархии и в бизнесе. В правительство внесен законопроект о закреплении статуса «религиозно-исторического» места за Соловками, Псковско-Печерским монастырем и еще десятком подобных территорий — надо же окончательно прибрать их к рукам. Хочешь на Соловки? — плати денежки церкви, а не светской туриндустрии. Опять же государственное финансирование под реставрацию будет отпущено.
Во многом под давлением церкви принимаются дискриминационные, непроработанные законы, которые открывают широкий простор для злоупотреблений: о защите детей от вредной информации, о противодействии пропаганде гомосексуализма, о защите религиозных чувств (последние два еще не приняты — депутаты задумались над формулировками). И все под торжественные разговоры о борьбе за духовно-нравственные ценности.
Скоро вся страна будет опутана общественными советами в защиту христианских ценностей, только человек человеку по-прежнему бревно: и скорая помощь вовремя не приедет, и хорошую оценку в школе все труднее получить без «доплаты» учителю. Так что вряд ли кураторы общественных советов из патриархии и сами ретивые общественники, пусть даже вознесенные на православный Олимп и прильнувшие к жирному телу госбюрократии, обеспечат власти то самое «общероссийское единство», которого она взыскует.
Православие для большинства росиян отнюдь не религиозная, а в первую очередь культурная или национальная идентичность, об это говорят все социологи, то есть идентичность коллективная, а не личная. А коллективная идентичность всегда строится на отторжении «других». Когда же «коллектив» заражен комплексом превосходства — у него в руках Истина, а все остальные пребывают в пагубном заблуждении, — отторжение грозит вылиться в агрессию. Что мы и видим постоянно на всевозможных православных пикетах и стояниях. Сомнительный путь к единству.
Но главное даже не это. Официальная церковь все больше превращается в ведомство православного вероисповедания, первой и главной обязанностью которого было насаждение верноподданических чувств. У какой-то части церковного, и нецерковного, народа это, может, и не вызывает протеста — были «советские», стали «православные». Однако те, для кого духовная свобода — одна их главных христианских ценностей, никогда не смирятся с таким положением вещей. А это значит, что попытки объединить «православных» вокруг госкормушки будут раз за разом наталкиваться на сопротивление самой деятельной и ответственной части церковного народа. И ронять авторитет церкви в глазах «большого» гражданского общества.

ПРИЗНАНИЯ МЕЙЕРХОЛЬДА
27 июня 1939 г.
«Признаю себя виновным в том, что, во-первых: в годах 1923–1925 состоял в антисоветской троцкистской организации… Результатом этой преступной связи была моя вредительская работа на театре...
Во-вторых. В годы приблизительно 1932–1935 состоял в антисоветской правотроцкистской организации...
В-третьих. Был привлечен в шпионскую работу неким Фредом Греем (английским подданным), с которым я знаком с 1913 года. Он уговаривал меня через свою жену, которая была моей ученицей, бросить СССР и переехать либо в Лондон, либо в Париж...
Подробные показания о своей антисоветской, шпионской и вредительской работе я дам на следующих допросах».
И очень скоро - д а л:
«...Наряду с этим я старался подорвать основы академических театров. Особенно большой удар я направлял в сторону Большого театра и МХАТа, которые под защиту были взяты Лениным… После 1930 года моя антисоветская работа еще более активизировалась. Я возглавил организацию под названием «Левый фронт», охватывающую театр, кино, музыку, литературу и живопись...
- А по другим видам искусства?
- В живописи, например, художник Давид Петрович Штернберг. Он не нашел ничего лучшего, как написать портрет врага народа Примакова...
...антисоветские связи были у меня и с работниками литературного фронта. Озлобленные разговоры, направленные против руководителей партии и правительства, я неоднократно вел с Борисом Пастернаком...Аналогичные позиции занимает поэт Пяст. Вплоть до его ареста прямые антисоветские разговоры были и с писателем Николаем Эрдманом...
- И вы лично разделяли эти предательские вожделения?
- Да. Именно поэтому Эренбург прямо поставил вопрос о моем участии в троцкистской организации, на что я дал свое согласие. Тогда же была сформулирована и главная задача нашей организации: не отчаиваться в связи с арестами и пополнять свои ряды, чтобы добиться осуществления окончательной цели, то есть свержения советской власти.
- В этом направлении вы и действовали?
- Не отрицаю, что именно я вовлек в организацию Пастернака и Олешу, а несколько позже и Лидию Сейфуллину. Ей я поручил антисоветскую обработку писательской молодежи, а Юрия Олешу мы хотели использовать для подбора кадров террористов, которые бы занимались физическим уничтожением руководителей партии и правительства.
- А в чем заключалась ваша антисоветская связь с Шостаковичем и Шебалиным?
- Шостакович не раз выражал свои озлобленные настроения против советского правительства...»
Но самое желанное для следователя признание Всеволод Эмильевич сделал 19 июля:
«Я скрыл от следствия одно важное обстоятельство - я являюсь еще и агентом японской разведки...»

Мейерхольд В.Э. - Молотову В.М.
2 января 1940 г.
«...Меня здесь били - больного 66-летнего старика. Клали на пол лицом вниз, резиновым жгутом били по пяткам и по спине; когда сидел на стуле, той же резиной били по ногам (сверху, с большой силой) и по местам от колен до верхних частей ног. И в следующие дни, когда эти места ног были залиты обильным внутренним кровоизлиянием, то по этим красно-сине-желтым кровоподтекам снова били этим жгутом, и боль была такая, что, казалось, на больные чувствительные места ног лили крутой кипяток (я кричал и плакал от боли). Меня били по спине этой резиной, меня били по лицу размахами с высоты...
...Лежа на полу лицом вниз, я обнаруживал способность извиваться, корчиться и визжать, как собака, которую плетью бьет хозяин... и я пустил в ход самооговоры в надежде, что они-то и приведут меня на эшафот...»

Дополнено 13 января 1940 г. Бутырская тюрьма
«...я от голода (я ничего не мог есть), от бессонницы (в течение трех месяцев) и от сердечных припадков по ночам и от истерических припадков (лил потоки слез, дрожал, как дрожат при горячке)... осунувшись лет на 10, постарев... я все подписывал до 16 ноября 1939 г. Я отказываюсь от своих показаний, как выбитых из меня, и умоляю Вас, главу Правительства, спасите меня, верните мне свободу. Я люблю мою Родину и отдам ей все мои силы последних годов моей жизни.
Вс. МЕЙЕРХОЛЬД-РАЙХ»

Решением Военной коллегии Верховного суда СССР от 1 февраля 1940 г. Мейерхольд В.Э. приговорен к ВМН - расстрелу. Приговор приведён в исполнение 02.02.1940.

Энтони Бивор (Antony Beevor)(\"The Times\", Великобритания)

Семьдесят лет назад в одном из подвалов Сталинграда советскими солдатами был взят в плен генерал-фельдмаршал Фридрих Паулюс – лицо его осунулось и нервно подергивалось, к тому же он явно страдал от дизентерии. Гитлер пришел в ярость, ведь Паулюс не пустил себе пулю в лоб. Кроме того, миф о германских Фермопилах, вылепленный Йозефом Геббельсом, был развеян.

Шестая армия – крупнейшее воинское формирование вермахта – была полностью уничтожена. И это несмотря на обращенное к Паулюсу напутствие фюрера на счет того, что, мол, с таким войском можно «штурмовать и небеса». В поражении этой армии мы видим величайший знак возмездия. Именно в тот момент произошел радикальный перелом во Второй мировой войне, повлекший за собой изменения в умонастроениях людей.

С точки зрения геополитики поворотный момент войны настал в декабре 1941 года, когда в войну вступили Соединенные Штаты, а под Москвой немцы получили решительный отпор. Однако из-за серии неудач, с которыми союзники столкнулись в 1942 году, ситуация стала меняться в худшую сторону. И только осенью – в результате поражения Роммеля при Эль-Аламейне, после победы под Сталинградом и после битвы американских морских пехотинцев за Гуадалканал – всем стало очевидно, что страны Оси перенапрягли свои силы и потеряли инициативу. Сила американского военно-промышленного комплекса, а также правильные выводы, сделанные в ходе тяжких испытаний британскими, советскими и американскими войсками, – все это и явилось залогом будущей победы союзных держав.

В тот момент, когда немецкие солдаты, ковыляя на обмороженных ногах, покидали Сталинград, какой-то советский полковник прокричал в их сторону, показав рукой на полностью разрушенный город: «То же самое будет и с Берлином!»

Красная Армия под руководством полководцев новой формации ясно показала, что отныне она – к ужасу и удивлению немецкого командования – вполне способна проводить гигантские операции по окружению противника. Беспорядочное отступление в 1941 году и панический страх командиров перед пытками и расстрелом в застенках НКВД, руководимого Берией, – все это осталось в прошлом. Отныне институт комиссаров упразднялся. Теперь солдаты и офицеры были уверены в своей победе над «фашистским зверем», и они догадывались о том, что немцы тоже почувствовали эту перемену в настроениях.

Весть о победе под Сталинградом разнеслась по всему миру. В разных странах участники движения Сопротивления воспряли духом, а их ряды пополнялись. Авторитет СССР в мире возрастал все больше и больше, придавая силы коммунистическим партиям разных государств и вселяя в них надежду на то, что война за освобождение вскоре сможет перерасти в революцию. Увеличилась вероятность того, что боевые действия во время Второй мировой войны вполне способны вылиться в гражданскую войну мирового масштаба. Однако, по большому счету аресты и казни обошли стороной фашистов и консерваторов-коллаборационистов.

Сталин, поначалу сильно подавленный самим фактом нападения нацистов летом 1941 года, вдруг пришел в себя, и вскоре никудышный руководитель превратился в знатока политической и военной стратегии. Он, наконец, стал прислушиваться к своим генералам и научился дорожить их мнением. Он понял, что необходимо полностью разгромить нацистскую Германию и захватить как можно больше тех территорий в Центральной Европе, которые раньше представляли собой санитарный кордон [вокруг СССР – прим. перев.], чтобы в будущем исключить саму возможность внезапного нападения. По отношению к Рузвельту и Черчиллю, между которыми существовали разногласия по поводу послевоенного устройства, Сталин применял принцип «разделяй и властвуй».

В ноябре 1943 года на Тегеранской конференции маршал Сталин, ощутив свою силу, уже смог навязывать союзным державам свой взгляд на стратегические планы финальной стадии войны. В отличие от Черчилля, Рузвельт сумел найти общий язык со Сталиным. Однако Рузвельт ошибочно полагал, что его обаяние сможет оказать влияние на советского лидера. Неразумное предложение Черчилля о нанесении удара по Центральной Европе с северо-востока Италии было отвергнуто в пользу развертывания наступления из Нормандии в направлении Рура – этот план был предложен Рузвельтом.

Обращаясь к членам своей делегации, Сталин заявил: «Отныне судьба Европы решена. Теперь с одобрения союзников мы будем действовать так, как сочтем нужным».

Иван Макаров, Вадим Зайцев


Сообщение о том, что начальник Главного военно-медицинского управления военного ведомства полковник Вячеслав Новиков уволен, попало на информационные ленты в тот самый день, когда министр обороны требовал от подчиненных позабыть слово "портянка". Подобный предмет воинской формы неуместен, мол, в XXI веке. Что до военно-медицинского начальника (по отзывам, человека компетентного и эффективного), хотя официально он был освобожден от должности из-за "недостаточных темпов работы ГВМУ по целому ряду направлений", ясно: полковника уволили во искупление нескольких смертей, недавно случившихся в Вооруженных силах. В последние недели очередная эпидемия простудных заболеваний охватила практически всю российскую армию. В госпиталях всех четырех военных округов лежат целые подразделения. От пневмонии уже умерли по меньшей мере 7 солдат срочной службы. Представляется, что эпидемия пневмонии в армейских казармах, сопровождаемая смертями, выглядит в XXI веке куда большим атавизмом, чем какие-то портянки.

Перманентная эпидемия

Новый и.о. начальника ГВМУ Александр Климов (уже пятый на этой должности за пару лет) сообщил журналистам, что никакой эпидемии нет и что "по сравнению с прошлой зимой количество простудных заболеваний в Вооруженных силах снизилось". А если отдельные факты заболеваний и имеют место, так это, во-первых, потому что призывники принесли зловредные микробы с гражданки, а во-вторых, из-за перепадов температуры. Главный радетель о здоровье российского народа Геннадий Онищенко успокаивает подведомственное население: "Никакой атипичной пневмонии диагностировано не было. Таких данных у нас нет". С Онищенко и Климовым можно согласиться: никакой атипичной пневмонии. Речь идет о сугубо типичной армейской пневмонии, которая косит армейские ряды круглогодично.

Так, летом 2012-го массовые заболевания пневмонией, ОРВИ и бронхитом произошли в 23-й мотострелковой бригаде под Самарой: 239 бойцов слегли с различными заболеваниями органов дыхания. Тогда же, летом, вспышка пневмонии наблюдалась и в воинской части N 41013 в Челябинской области. Из 570 солдат-срочников заболели 118. Один умер. В 2011-м Чебаркульском гарнизоне произошел всплеск заболеваемости военнослужащих-срочников 7-й танковой бригады: 63 солдата попали в госпиталь с диагнозом "пневмония". Один умер. А до этого десятки солдат-срочников были госпитализированы из воинской части в Калининградской области. Массовое заболевание произошло среди военнослужащих в Черняховском гарнизоне. В военный госпиталь с диагнозом "внебольничная левосторонняя пневмония" поступило несколько десятков человек. Тогда же еще два десятка солдат-срочников болело пневмонией в Мордовии. То же самое — в 2010, 2009 годах... Список можно продлить до бесконечности.


Никакой атипичной пневмонии нет. Есть армейская пневмония, от которой и лечат этого солдата-срочника в магаданском госпитале

За какой год ни возьми данные — вспышки пневмонии происходят в Вооруженных силах практически постоянно и в любое время года. Уволенные Сердюковым медицинские генералы винят бывшего министра в развале военного здравоохранения, что и является, по их мнению, причиной гибели солдат. Будем откровенны — медицинская служба действительно подверглась весьма жестокой встряске в ходе реформ. Из 21 тысячи докторов в военной форме сейчас в армии осталось чуть больше 5 тысяч офицеров (по другим данным, из 13 тысяч — 2,5 тысячи). Количество военных госпиталей со 191 в 2009 году было сокращено до 23 в 2012-м. Правда, следует отметить, что полностью расформировано было только два десятка из них, остальные стали филиалами или структурными подразделениями других военно-медицинских учреждений. Авторы реформы военной медицины исходили из того, что с сокращением количества соединений (ведь только в Сухопутных войсках их количество уменьшилось в 11 раз) надо реструктурировать и систему медицинского обеспечения. Они предполагали закрыть госпитали там, где находятся воинские контингенты численностью менее 1 тысячи военнослужащих. А в оставшихся госпиталях место сокращенных офицеров должны были занять гражданские доктора. В России приходится приблизительно 50 врачей на 10 тысяч жителей. Если иметь в виду, что численность Вооруженных сил — миллион военнослужащих, то пропорция там даже лучше. Кроме того, военнослужащие проживают в казармах, то есть "компактно", и у медиков есть теоретическая возможность своевременно оказывать медицинскую помощь и осуществлять все необходимые профилактические мероприятия. Правда, армейская медицина обязана обслуживать еще около миллиона офицеров и прапорщиков в отставке и около 4 млн членов их семей. А кроме того, военные врачи должны оказывать медпомощь 800 тысячам гражданских служащих военного ведомства. Но реформаторы предполагали постепенно передать обслуживание отставников и их семей гражданской медицине вместе с соответствующими суммами из бюджета Минобороны.

Так или иначе, но отнюдь не "развал" военной медицины стал главной причиной массовых заболеваний пневмонией. Точно такие же эпидемии происходили и до сердюковских реформ. Так, в 2006 году в Сызрани в один момент пневмонией заболели не меньше 200 солдат-срочников. Так что если и можно винить военных медиков, то лишь во вторую очередь. На это в свое время очень ясно указал директор НИИ гриппа Олег Киселев. Он заявил, что его "потрясли письма военной прокуратуры по поводу, например, того, что молодой призывник скончался по дороге в воинскую часть. Почему его не оставили на месте, в условиях карантина? В итоге за 14 дней погибает от гриппа здоровый молодой парень. Стрелочника потом всегда ищут".

Причина — отношение к солдату

Причин массовых заболеваний на самом деле две. Первая и главная — условия службы. Командиры, равно как и военные медики, продолжают относиться к солдатам-срочникам как к быдлу. Вот типичная история. В начале прошлого года разом заболели 180 солдат из 37-й учебной автомобильной бригады, дислоцированной в Воронежской области. Более 40 человек были госпитализированы с диагнозом "пневмония". Кроме того, еще значительное количество военнослужащих попали в больницу с диагнозом "острая респираторная вирусная инфекция" (ОРВИ). Рядовой Богдан Ефанов, несмотря на принятые меры, скончался от "прогрессирующей сердечно-легочной недостаточности". При этом выяснилось, что его взяли в армию, несмотря на врожденный порок сердца. От должности были отстранены командир бригады и начальник медпункта воинской части. В ходе расследования выяснилось, что казармы, в которых жили солдаты, не отапливались вовсе, и температура в жилых помещениях не превышала 15 градусов. Кроме того, в казармах не было горячей воды, и солдаты целыми днями ходили в сыром обмундировании.

А вот что рассказала журналистам мать только что умершего Евгения Тюленева, которого уже больного отправили 7 декабря принимать присягу: "У них даже фонендоскопа нет, его не прослушали и не сделали никаких снимков. 16 декабря он снова попал в санчасть, но у них не оказалось машин, чтобы переправить его в госпиталь. Автобус он ждал два дня. 18 декабря ему собирались поставить капельницу, но так как медбратья не могли попасть в вену, вызвали врача-офицера, Женя прождал весь день, но капитан так и не явился". До рядового Тюленева просто никому не было никакого дела — ни медикам, ни непосредственным командирам. Напомню, что происходило все это не в глухой тайге, а в Теплом Стане, в нескольких километрах от Московской кольцевой автомобильной дороги, в расположении элитной 27-й мотострелковой бригады. И дело здесь конечно же не в том, что в результате "разрушительных реформ" медучреждения оказались за много километров от воинских соединений. Дело в том, что офицеры с глубочайшим равнодушием наблюдали, как рядом умирал их подчиненный.


Вспышки пневмонии происходят в Вооруженных силах практически постоянно и повсеместно. Даже под Сочи

Все эти истории похожи одна на другую. Солдат гоняют по холоду в одних гимнастерках. Заболевших заставляют встать в строй. Выписанным из госпиталей не дают долечиться. Командирам наплевать, что многие казармы не отапливаются. Бывший министр обороны, помнится, заявлял, что одной из главных целей реформы является гуманизация военной службы. С его увольнением вопрос как-то затих... На самом деле перед руководством военного ведомства стоит чрезвычайно сложная задача: воспитать нового офицера, который совсем по-другому относился бы к "личному составу". Достичь этого можно, только изменив систему военного образования. При Сердюкове заходила речь о том, чтобы по примеру западных государств в обязательную программу военных учебных заведений ввести гуманитарные дисциплины: литературу и историю. И это совсем не блажь — только таким образом будущий командир может осознать свое место в мире и проникнуться чувством ответственности за подчиненных. Но нового министра убедили вернуть военные вузы в распоряжение главных командований видов Вооруженных сил. Это значит, что и впредь наши вузы будут штамповать военных ремесленников — военных, которые более или менее умеют управляться с танком, БМП, комплексом ПВО, но по-прежнему видят в солдатах-срочниках лишь некий прибор, приложение к системам оружия. Что рождает определенное отношение: прибор должен работать, если не может — его надо выбросить...

Вторая причина — собственно призывная система. Два раза в год сотни тысяч призывников тащат через всю страну в воинские части. В поездах наверняка окажутся несколько человек, подхвативших инфекции. А в командах призывников — десятки юношей с ослабленным иммунитетом. И, таким образом, казарма превращается в инкубатор инфекционных заболеваний. Странно, что извечный радетель за здоровье подведомственного народа Геннадий Онищенко, не забывающий предупредить об инфекционной угрозе при участии в митингах оппозиции, игнорирует эту очевидную опасность.

Таким образом, попытка с наскока решить любой частный вопрос упирается в базовые проблемы: сохранение призыва, отказ от реформирования военного образования, инфраструктуру, доставшуюся в наследство от массовой мобилизационной армии. Без их решения никакие частные вопросы решить невозможно. Как невозможно заткнуть армейской портянкой черную дыру.

Армия врачей
Опыт
Чем болеют и как лечатся в зарубежных армиях

Вооруженные силы США располагают разветвленной системой охраны здоровья военнослужащих, гражданских специалистов, военных пенсионеров и членов их семей, которая носит название Military Healthcare System (MHS). Она обслуживает примерно 9,7 млн человек (из них непосредственно проходят службу около 1,5 млн человек). В ее состав входит более 100 военных госпиталей и около 500 поликлиник, медицинских центров и лабораторий. Кроме того, на военное ведомство работают свыше 800 тысяч гражданских медицинских и фармацевтических организаций. Бюджет MHS в 2011 году составил 52 млрд долларов. В 2011 году около 100 тысяч военнослужащих были госпитализированы, причем около 10 тысяч — с серьезными травмами, а 21,7 тысячи — с психическими расстройствами. У 3 тысяч госпитализированных были выявлены заболевания дыхательной системы. Для большинства госпитализированных срок нахождения в больнице не превысил 9 дней. В 2011 году среди американских военнослужащих было зафиксировано около 1,5 тысячи смертей. Из них в ходе военных действий погибли 26,4 процента, покончили с собой — 23,5 процента, в результате ДТП умерли 17,3 процента, скончались от рака — 6,2 процента, от заболеваний сердечно-сосудистой системы — 5 процентов.

В составе медицинской службы Вооруженных сил Великобритании (Defence Medical Services, DMS) работают около 7 тысяч специалистов различного медицинского профиля, которые обслуживают около 258 тысяч человек. Основная часть госпитализированных военнослужащих проходит лечение в близлежащих к гарнизонам больницах, со специальной аккредитацией, персонал которых состоит как из гражданских, так и из военных врачей. Также в составе DMS есть 5 госпитальных частей и 15 региональных реабилитационных отделений. Особо тяжелые больные направляются в Королевский центр военной медицины в Бирмингеме. В 2010 году было зафиксировано 187 смертей британских военных. 95 человек скончались в результате враждебных действий, пятеро покончили жизнь самоубийством. От различных заболеваний умерли 26 человек: 16 — от рака, 7 — от болезней системы кровообращения, 3 — от других. Также у военнослужащих было зарегистрировано около 4 тысячи случаев психических расстройств. За год с серьезными травмами и заболеваниями к медикам обращаются около 1,2 тысячи британских военных.

С 2003 по 2009 год в Вооруженных силах Австралии было зафиксировано 190 смертей. В 28 процентах причиной были ДТП, в 16 — рак, в 15 — самоубийства, в 9 процентах — болезни сердечно-сосудистой системы. В 2008-2009 годах в Вооруженных силах Австралии произошло 14,2 тысячи инцидентов, связанных с получением травм и увечий либо заболеваниями. Лишь девять из них завершились смертью пострадавшего. В 1,2 тысяче случаев потребовалась госпитализация. Самыми распространенными причинами госпитализации в порядке убывания стали ранения и травмы опорно-двигательного аппарата, респираторные заболевания, психологические расстройства и кишечные инфекции.