Даниэль Сэн. Портрет княгини Екатерины Ивановны Трубецкой

Князь Сергей Петрович Трубецкой... Что сказать о нём? «Какая фамилия! Князь Трубецкой, гвардии полковник!» - воскликнул Николай I, когда арестованного Трубецкого привели на допрос.


Сергей Петрович Трубецкой

Действительно – «какая фамилия»! Одна из славнейших в России: Трубецкие — род литовских и русских князей - Гедиминовичей, внесённый в Бархатную книгу. Один из Трубецких, руководивший ополчением вместе с князем Пожарским, на Земском соборе назывался в качестве претендента на престол. Предок декабриста Юрий Юрьевич, от которого идут все ныне живущие Трубецкие, был сенатором, генерал-поручиком принимал участие в строительстве Петропавловской крепости, в его честь назван Трубецкой бастион – мог ли он предположить, что крепость станет тюрьмой для его потомка! К слову, женат вторым браком Юрий Юрьевич был на сестре прабабки А.С.Пушкина.

А если мы ещё покопаемся в происхождении князя Трубецкого, то найдём много неожиданного. Так, одним прапрадедом его по материнской линии был знаменитый «счастья баловень безродный, полудержавный властелин» А.Д.Меншиков, а другим – грузинский царь Вахтанг VI, после бесплодной борьбы за престол уехавший в Россию и получивший в подарок дворцовое село Воскресенское, на месте которого возникла Грузинская слобода в Москве.


Д.А.Трубецкая, урождённая светлейшая княжна Грузинская, мать декабриста

Трубецкой получил прекрасное домашнее образование. 10 ноября 1808 г. он поступил подпрапорщиком в лейб-гвардии Семёновский полк, участвовал в Отечественной войне 1812 года. Сражался сначала под Бородином, потом под Тарутином и Малоярославцем. Затем вместе с русской армией он форсировал Неман, Вислу, Одер, Эльбу, бился при Люцене, Бауцене, Кульме. Все отмечали его храбрость. И.Д.Якушкин писал о нём: «Под Бородином он простоял под ядрами и картечью с таким же спокойствием, с каким он сидит, играя в шахматы. Под Кульмом две роты 3-го батальона Семёновского полка, не имевшие в сумках ни одного патрона, были посланы под начальством капитана Пущина, но с одним холодным оружием и громким русским «ура» прогнать французов, стрелявших из опушки леса. Трубецкой, находившийся при одной из рот, несмотря на свистящие неприятельские пули, шёл спокойно впереди солдат, размахивая шпагой над своей головой». 4 октября 1813 г. под Лейпцигом Трубецкой был ранен в ногу («На правой ляжке выше колена имеет рану от ядра», - запишут уже в Сибири его «особую примету»), но поле боя не оставил. В декабре вместе с другими ранеными князь был отправлен в Россию.


С.П. Трубецкой. С рисунка неизвестного художника. 1819-1822 гг. Государственный Эрмитаж.

Каким ветром занесло его в Париж? Он мало говорил об этом, ничего не написал в своих мемуарах, на следствии показал, что провёл два года в Париже, главным образом занимаясь естественными науками. Но всё не так просто. Официально Трубецкой просил отпуск «для излечения болезни», разрешения не получил, но уехал. Казалось бы, должен был быть наказан. А что на самом деле? За полтора месяца до отъезда князь был назначен старшим адъютантом Главного штаба, а по возвращении переведён в Преображенский полк (один из самых привилегированных!), вскоре получив чин полковника, - на наказание никак не похоже! Биографы Трубецкого предполагают, что под видом отпуска он исполнял какие-то секретные разведывательные поручения (такие случаи известны в военной истории). В августе 1820 года из Парижа он написал письмо Н.И.Тургеневу, где сообщал, что не успел писать к нему из Лондона и что теперь «живёт тихо». А о поездках Трубецкого в Лондон ни в каких документах вообще не упоминалось!



Но и это ещё не всё! Хорошо известно, что 9 февраля 1816 года возникло первое тайное общество, в число учредителей которого входил Трубецкой, а также И.Д.Якушкин, А.Н. и Н.М.Муравьевы, М.И. и С.И.Муравьевы-Апостолы (с ними князя связывала фронтовая дружба). Трубецкой принимал деятельное участие в составлении устава общества - Союза Спасения, впоследствии реорганизованного в Союз Благоденствия. Известно, что князь активно привлекал в общество новых членов (в том числе и упомянутого выше Тургенева).

Наконец, есть свидетельство М.П.Бестужева-Рюмина, что целью поездки Трубецкого была встреча с известными «публицистами», с которыми он советовался «об основаниях представительного порядка», разработанных тайным обществом. Ведь в Европе в это время «тряслися грозно Пиренеи, волкан Неаполя пылал». Вероятно, хотели воспользоваться европейским опытом (вспомним ироничное фамусовское «вот рыскают по свету, бьют баклуши, воротятся, от них порядка жди»). Не случайно, вернувшись на родину и узнав о новой реорганизации общества, Трубецкой принял самое активное участие в его деятельности – об этом речь впереди.


Е.И.Трубецкая

Рассказывают, что при знакомстве князь Каташе не понравился: скрытный и замкнутый, с некрасивыми чертами лица, танцевать не умеет, к тому же на 10 лет её старше… Но постепенно их знакомство развивалось, им было интересно беседовать обо всем. Князя сразил ее интеллект и душевные качества, впервые встретил он такую образованную и любознательную женщину. При следующих встречах выяснилось, что у них много общих интересов, возникали всё новые и новые темы для разговоров. «Молодые люди много беседовали и постепенно привязались друг к другу», - вспоминала сестра Каташи Зинаида Лебцельтерн. А она впервые полюбила. Так родилась любовь - огромная, взаимная, пышная свадьба в мае 1821 года явилась закономерным следствием их глубоких чувств.


Супруги Трубецкие

5 мая 1821 года, в русской церкви во имя Апостолов Петра и Павла при российском посольстве на rue de Malte в Париже Трубецкой обвенчался с Екатериной Лаваль. «Таким образом устроилась их судьба, которая впоследствии так резко очертила высокий характер Катерины Ивановны и среди всех превратностей судьбы устроила их семейное счастие на таких прочных основаниях, которых ничто не могло поколебать впоследствии».

В сентябре 1821 года Трубецкие вернулись в Россию. Они поселились в том самом доме Лавалей с мраморными львами, но в отделённой от прочих помещений роскошной квартире. Впереди было четыре года счастья.


Дом Лаваль. Английская наб., 4. В настоящее время в нем находится Конституционный суд

Брак омрачало только отсутствие детей. Екатерина Ивановна очень переживала, ездила лечиться в Европу, но ничего не помогало.

Позднее Трубецкой скажет, что жена знала о его тайной деятельности. В её ванной был размещён печатный станок, рассказывали, что она (по другим сведениям – её мать) вышивала знамя для восстания. Зинаида Лебцельтерн вспоминала, что Каташа сама рассказывала ей о собраниях, на которых друзья мужа много говорили и спорили в её присутствии, обсуждали планы, выбирали руководителей восстания, составляли проекты конституции. Но для нее был неприемлем террор и насильственные действия.


Однажды испуганная Екатерина Ивановна подошла к Сергею Муравьёву-Апостолу, схватила его за руку и, отозвав в сторону, сказала: «Ради Бога, подумайте, что вы делаете! Вы и нас всех погубите, и свои головы положите на плахе!». Муравьёв-Апостол постарался успокоить её и сказал: «Неужели вы думаете, что мы не делаем всё, что нужно, чтобы обеспечить успех наших замыслов? К тому же речь идёт о совершенно неопределённом времени, не бойтесь же».

А время было очень даже определённое, и роковой час приближался…

Декабрьское восстание не просто разделило судьбу декабристов на «до» и «после», оно стало самым загадочным и труднообъяснимым днём в биографии князя Трубецкого.

Что мы знаем о его деятельности до восстания? После роспуска Союза Благоденствия в 1821 году Пестель с товарищами сразу же образовали Южное общество, а в конце 1822 года в Петербурге появилось Северное общество во главе с Никитой Муравьёвым, но в 1823 году посчитали нужным иметь трех председателей, и двумя другими стали князь Е.П.Оболенский и Трубецкой.

Известно, что Трубецкой поддерживал идею учреждения в России ограниченной монархии (власть государя подобна той, которой пользуется президент Соединённых Штатов) и возражал против истребления императорской фамилии («это привело бы в ужас общество и народ»).

В декабре 1824 года Трубецкой был назначен дежурным штаб-офицером в 4-й пехотный корпус (Киев) с оставлением в прежней должности. В Киеве князь встречается со всеми руководителями Южного общества. Даже жили Трубецкие в доме одного из его руководителей В.Л.Давыдова. Летом 1825 года С.И. Муравьев-Апостол писал брату о Трубецком: «После месяца своего пребывания Бестужев так хорошо взялся за него, что не только сам Сергей искренне присоединился к Югу, но и обещает присоединить к нему весь Север, — дело, которое он действительно исполнит и на которое можно рассчитывать, если он обещает, потому что он человек, заслуживающий доверия. Я полагаю, дорогой Матвей, что это было не лёгкой вещью и услуга значительна для нашего дела». А потом он же показывал на следствии: «Трубецкой за несколько месяцев своего пребывания в Киеве сблизил два тайных общества больше, чем когда-либо».


С.П.Трубецкой

В октябре 1825 года, взяв отпуск, Трубецкой возвратился в Петербург и вновь избран был директором общества. 27 ноября становится известно о смерти императора Александра…

Трубецкой был выбран диктатором готовящегося выступления. В его бумагах был найден набросок манифеста от имени Сената, провозглашающий уничтожение бывшего правления и учреждение временного, уничтожение цензуры, «свободное отправление богослужения всем верам», «уничтожение права собственности, распространяющейся на людей», равенство всех сословий перед законом, «объявление права всякому гражданину заниматься чем он хочет»…

12 декабря князь Оболенский передал собравшимся у него членам общества приказание диктатора - в день, назначенный для присяги, возмутить солдат своих полков и вести их на Сенатскую площадь. Трубецкой предполагал, что сначала войск за них будет мало, но рассчитывал, что первый полк, который откажется от присяги императору Николаю, выйдя из казарм, пойдет с барабанным боем к казармам ближайшего полка и, подняв его, будет продолжать своё шествие к другим полкам - и составится значительная масса. Однако вечером 13 декабря, по свидетельству других, князь Трубецкой держался в стороне и вполголоса разговаривал с князем Оболенским. Сам он на следствии показал, что не может отдать себе ясного отчёта в своих поступках и словах в этот вечер.


Восстание декабристов на Сенатской площади в Санкт-Петербурге 14 декабря 1825 г.

14 декабря 1825 года полковник Трубецкой не вышел на Сенатскую площадь. Ясного ответа, почему это произошло, не дал ни сам князь Трубецкой, ни кто-либо ещё. В трусости упрекнуть Трубецкого никто никогда не мог (вспомним его поведение под пулями), в отказе от идей декабризма – тоже (до конца дней своих был он убеждённым противником самодержавия). Бывший боевой офицер прекрасно понимал, что силы были не равные: отдав команду "Пли", он неминуемо обрек бы повстанцев на гибель, а он не желал кровопролития; он считал восстание преждевременным и плохо подготовленным.

И.И.Пущин говорил, что Трубецкой отличался крайней нерешительностью и не в его природе было взять на свою ответственность кровь, которая должна была пролиться, и все беспорядки, которые должны были последовать в столице. Д.И.Завалишин, видимо, справедливо заметил, что, когда избирали диктатора, не вполне видели разницу между военной храбростью и политическим мужеством, которые редко сочетаются в одном и том же лице.


Декабристы: И.И.Пущин (слева) и Д.И.Завалишин (справа)

Зинаида Лебцельтерн, сестра Каташи, рассказала, что князь был во время восстания у своей сестры графини Потёмкиной: «Его долго искали по всей квартире, пока графине не пришло в голову заглянуть в свою молельню; здесь-то она и обнаружила его лежащим без сознания под образами, никто не знал, с какого времени. Его подняли, положили на диван, привели в чувство. На все вопросы он отвечал как-то сбивчиво; и вдруг, услышав отчётливый грохот пушки, схватился за голову и воскликнул: "О Боже! Вся эта кровь падёт на мою голову!"»

Совершенно ясно, что восстание потерпело бы неудачу и в том случае, если бы Трубецкой пришёл на площадь, но всё же это тёмное пятно навсегда осталось на репутации князя. Впрочем, Бог ему судья! И ещё его товарищи. А они, кстати, в дальнейшем как-то и не упрекали его за произошедшее. Так, А.Е.Розен писал, что, несмотря на допущенную слабость в день 14 декабря, «все согласятся, что он был всегда муж правдивый, честный, весьма образованный, способный, на которого можно было положиться». А сын декабриста Е.И.Якушкин указывал: «Про Трубецкого сочинили несколько возмутительных рассказов, но когда-нибудь откроется, что в них нет ни слова правды… Поведение его 14 декабря, для нас не совсем ясное, не вызвало никаких обвинений против Трубецкого среди его товарищей. Среди декабристов и после 14 декабря Трубецкой сохранил общую любовь и уважение; не от ошибочности действий Трубецкого в этот день зависела неудача восстания». Сам же Трубецкой более чем через 20 лет писал сестре своей жены: «Знаю, что много клеветы было вылито на меня, но не хочу оправдываться. Я слишком много пережил, чтобы желать чьего-либо оправдания, кроме оправдания Господа нашего Иисуса Христа».

Арестован Трубецкой был в ночь с 14 на 15 декабря, и обстоятельства ареста тоже говорят не в его пользу: он находился у своего свояка, австрийского посла Лебцельтерна, формально вне России, так что при аресте присутствовал министр иностранных дел. З.И.Лебцельтерн рассказывает: «Мы разошлись между двенадцатью и часом ночи. Между 3-мя и 4-мя часами утра мой муж, граф Лебцельтерн услышал стук в свою дверь и услышал голос Нессельроде, просящего отворить ему… Граф известил Лебцельтерна, что зять мой стал во главе заговорщиков, и что государь хочет его видеть… Лебцельтерн утверждал, что это вещь не возможная, что у него нет на то никакого доказательства и прибавил, что сейчас он разбудит князя Трубецкого, высказывая при этом надежду, что этим всё дело окончательно разъяснится. Он поднялся к князю, который встал совершенно спокойно, оделся и сошёл вниз к ожидавшим его лицам… Сестра моя, страшно взволнованная, старалась не отпускать от себя графа Лебцельтерна… Мы утешали её как могли, не допуская ни минуты, что обвинения против её мужа, могли быть истинными».

Николай I двое суток глаз не сомкнул, лично допрашивая заговорщиков в Зимнем дворце. Поначалу Сергей Трубецкой отрицал свою причастность к заговору. Но когда ему предъявили неоспоримые улики, найденные при обыске в доме Лавалей - конспект "Манифеста к русскому народу" и проект конституции Никиты Муравьева – он якобы упал на колени перед государем и взмолился о прощении и пощаде (как записал в своих дневниках Николай I), однако сам Трубецкой сей постыдный факт отрицал.

Что пережила в эти страшные часы и дни княгиня Трубецкая? Ведь о замыслах декабристов ей было известно больше, чем кому-либо из их жён.


Княгиня Е.И.Трубецкая

Продолжение следует...


Источники:

https://dzen.ru/media/arhkot/puskai-gorka-moia-sud...ast-2-5d27600223371c00ada8f19a
https://dzen.ru/media/arhkot/puskai-gorka-moia-sud...ast-3-5d28b137dfdd2500adee8345
https://zhiznteatr.mirtesen.ru/blog/43729618204/Ve...astochka-knyaginya-Trubetskaya
Иллюстрации взяты из доступных источников интернета